Академия клинка

— Не-е-е-еми-ча-а-а-ан! — Доносится из коридора школы. Санеми только закончил работу и развалился в кресле, потирая переносицу, как в кабинет математики влетело нечто в сиреневой рубашке и растрепанными, коротко стриженными персиковыми волосами. — А ты чё тут забыла? Я устал, отъебись. — Рявкнул Шинадзугава на учительницу астрономии и параллельно тренера по каратэ. — Ну-ну, Неми-чан, я тебе отчёт по твоему классу принесла, а ты сразу кричать. Я тоже устала, между прочим. — Учительница обиженно кинула листы на стол и уперла руки в бока. Нечто называлось Кира Серджуро, записанная в телефоне как «Шило в жопе». Шинадзугаве приходилась она лучшей подружкой — как и он для неё, — коллегой и постоянной головной болью, которая вечно пытается затащить к себе в квартиру и споить вусмерть. После одной такой пьянки и отправленного на телефон видео с орущим матерные частушки собой, Санеми старается избегать подобных развлечений. — Давай отчёт и вали отсюда. Стучи, блять, хоть иногда. — Оа-ай, думаешь, я ни разу не натыкалась на запертую дверь твоего кабинета и подозрительное отсутствие Канаэ на рабочем месте? А так как ее сегодня нет, то можно заходить всегда, ты ж в других случаях и не закрываешься! Кира еле уворачивается от летящего в нее учебника. Пусть бесить Санеми весело, но довольно опасно. — Ухожу-ухожу, не злись. И Серджуро реально ушла, громко хлопнув дверью. В тот же момент телефон на столе завибрировал и заиграла спокойная тихая музыка, означающая, что звонит не кто иной, как «Милая Канаэ🤍» — Привет, любимая. Я уже скоро домой, только отчёт по этим оболтусам прочитаю. — Санеми похлопал по парочке листов на столе. — Хорошо, я тебя жду. А можешь, пожалуйста, зайти в магазин и купить что-нибудь вкусное? — голос из трубки был тихим и усталым — Канаэ заболела, поэтому не вышла на работу. Санеми рвался остаться дома с любимой и ухаживать за ней, но Кочо вытолкала его на работу чуть ли не в трусах. — Конечно, что ты хочешь? Моти? Или зайти к Мицури и купить что-нибудь у неё? — Санеми не разговаривал с любимой всего один рабочий день, но, кажется, будто уже целую вечность. — Давай тот тортик, про который Мицури рассказывала недавно. — Да, конечно, я ещё что-нибудь возьму. Как ты себя чувствуешь? Температура спала? Лекарства купить? — Санеми волновался, безумно волновался. Если Канаэ и болела, то болела долго и довольно сильно. — Нет-нет, не надо, лекарства есть, температура спала. Я весь день отдыхала, только полы помыла. — Ух, ну не нужно было, я бы сам помыл. Ты отдыхай главное, хорошо? Буквально несколько минут назад Санеми был злым и агрессивным, срывался на всех и каждого: на мелкого Камадо, на идиота Ренгоку с его идиотской улыбкой, на Серджуро, которая вечно заходит не вовремя и орёт, сейчас же он превратился в милое и заботливое облачко. — Хорошо, Неми, я жду тебя дома. — Пока, любимая, целую. Шинадзугава сбросил звонок и приступил к отчёту, быстро пробегая глазами по печатным строчкам. Через 20 минут Санеми уже был на выходе из школы и направлялся к машине. Через 10 уже заходил в зал маленькой кафешки, принадлежавшей супружеской паре. — О, Санеми-чан, привет! Давно ты не заходил! — Госпожа Игуро подбегает к другу и обнимает его. Тут же из-за барной стойки появляется Обанай с черной маской на лице. — Здравствуй. Ты зашёл что-то купить или просто поздороваться? — Голос Игуро был спокойным и даже дружелюбным, ведь с Санеми они прекрасно ладят. Обанай даже не ревнует к нему Мицури. — А как там Канаэ? Я не могу ей дозвониться! С ней все хорошо? — Мицури волновалась за подругу, ведь та умудрилась заболеть в мае, ещё и на звонки не отвечает. — Наверное, она спала, вот и не ответила. Она полчаса назад мне звонила, говорит, что все хорошо и просит купить что-нибудь вкусное. — Санеми быстро разъяснил ситуацию и Мицури тут же облегчённо выдохнула. — Так а что брать будешь? У нас ещё много осталось, клиентов сегодня мало было. — Обанай облокотился о стену, сложив руки на груди. — Она просила тот торт, про который Мицури на выходных говорила, как он там назывался…— Санеми пытался вспомнить название, стуча пальцами по столу, у которого стоял. — О, точно, «Дыхание Солнца». — А-а, да, у нас как раз несколько осталось! Минутку! — Игуро тут же убегает на кухню, почти сразу возвращаясь с пластиковой прозрачной коробкой. Внутри стоял небольшой бисквитный торт с апельсиновым желе с белковым кремом сверху. Украшали сладость разнообразные кружевные конструкции из шоколада и карамели. — Во-о-от, самый красивый! Ещё что-то? — Мицури вручила коробку Санеми. — Да, ещё 10 палочек данго, две порции охаги, порцию сакура моти и 4 тайаки. — Санеми старался взять всего и побольше, чтобы обрадовать любимую, которая страдает из-за болезни уже целый день. — Ого, да ты сегодня жжёшь! Сейчас всё будет! — Девушка тут же улетает на кухню собирать заказ. — Эй, Шинадзугава, возьми, — пока Мицури отошла, Обанай решил отдать заготовленный бумажный пакет. — Это чай. Для здоровья полезно. Там травы разные, лечебные. Санеми принял подарок и крепко пожал руку другу. — Спасибо, надеюсь, что ей это поможет. — Во-от, принесла. — Игуро поставила на стол несколько бумажных пакетов со сладостями. — Спасибо, сколько с меня? — Шинадзугава уже начал отчитывать купюры, как Мицури выдала: — Деньги только за торт! Остальное — бесплатно. — Мицури, ты уверена? Там довольно много, та и я могу запл… — Санеми резко прервал Обанай: — Слушай, наша сегодняшняя выручка куда больше, чем твой заказ, пусть и клиентов было немного, так что мы не разоримся, бери. Подарок от заведения. С тебя 1600 Йен. — Ммм, ладно, спасибо. И за травы тоже. — Санеми понял, что Обанай пытается выделываться перед Мицури, словно ребёнок, вот и открыл тайну его доброты. — Травы? Какие травы, Игуро-сан? — Мицури вопросительно вертела головой, пытаясь понять парней. — Да так, не бери в голову. Просто твой муж не такой сухарь, каким кажется. Пока Мицури осознавала сказанное, Санеми быстренько ушёл, оставив на столе 3000 йен. «Будет знать, как выёбываться. Может, позвонить Канаэ-чан? Как она себя чувствует? Бля, надеюсь, что у неё не ангина, а то и на 10 метров к себе не подпустит или, ещё хуже, в больницу ляжет… Но к врачу всё-таки сходить надо, ей уже целый день херово. Может, хоть сладости ее порадуют…» — Шинадзугава продолжал себя накручивать, беспокоясь о любимой, одновременно с этим садясь в машину. По радио играла какая-то попсовая песня, которую крутят по каждой второй волне, но Санеми было все равно, он следил за дорогой и тихо подпевал, постукивая пальцем по рулю. В открытое окно дул жаркий майский ветер, закатное солнце припекало щеку и белые волосы. «Эх, если бы ещё Канаэ сидела на соседнем месте… Когда она вылечится, нужно будет обязательно съездить в парк или за город.» Вскоре машина остановилась во дворе спального района недалеко от центра. Парень вышел из машины, направляясь к тяжёлой двери подъезда. Чуть повозившись с ключами и выдав тихое «блять», Шинадзугава наконец шагнул в прохладную тень многоэтажки. Ещё через пару минут покатушек на лифте он стоял у металлической двери квартиры. — Канаэ! Я вернулся! — парень снимал обувь, поставив пакет с покупками на пол. Из зала тут же появляется растрёпанная Кочо в домашней футболке и штанах. Санеми тут же бросился к ней с объятиями, сгребая Канаэ в охапку и попытался поцеловать, но небольшая ладошка тут же накрыла его губы, чуть отталкивая. — Неми-чан, я тоже очень скучала по тебе, но ты же можешь заболеть. Канаэ попыталась выпутаться из крепких рук и, спустя несколько мгновений, это наконец удалось. Кочо взяла Санеми за руку и потащила в зал к дивану, на котором уже лежала его домашняя одежда, аккуратно сложенная. На двух стульях перед диваном стояли ноутбук и большой заварник чая с кружками и тарелочкой меда. — Ого, сегодня у нас романтический вечер под аниме? — Санеми улыбнулся, снимая рубашку и меняя ее на растянутую майку, больше похожую на наволочку. — Ага, только я ещё не выбрала, что мы будем смотреть… А ты бы что хотел? — Хммм, даже не знаю, можем Волейбол досмотреть, хочется немного расслабиться. Шинадзугава окончательно переоделся и устроился на диване рядом с Канаэ, обнимая ее за плечи. — Хорошая идея, давай! Сейчас включу. Парочка так и сидела, обнявшись, смотря серию за серией, смеясь и поедая сладости. Ближе к ночи Кочо уснула на коленях Санеми. Шинадзугава аккуратно, словно фарфоровую, переложил Канаэ поперек большого дивана, выключил ноутбук и лёг сам, приобнимая любимую, чтобы не разбудить. — Хмф… Не…ми…— Кочо начала ворочаться и бормотать во сне, такое часто бывает. Ей снятся кошмары и только крепкие объятия и успокаивающие слова Санеми могут ей помочь. Парень ближе придвигается к возлюбленной, целуя ее в черную макушку. — Все хорошо, я с тобой. Скоро все закончится. Я всегда буду рядом…