А ты сможешь помочь себе?

Новый день не заставил себя долго ждать. Девушка проснулась от криков маленькой подружки. -Люмин! Вставай, долго ты ещё так будешь лежать?! На часах было 14.38.Сначала девушка удивилась своему долгому сну, но вспомнив, что она бодрствовала целый день, не давая себе сомкнуть глаз, все встало на свои места. -Я встаю, встаю, не кричи пожалуйста. — путешественницу иногда раздражал громкий нескончаемый шум по утрам, это надоедало. -Ты уже мне говоришь это четвертый раз подряд! — малышка начала стягивать своими ручками одеяло с Люмин.На что та лишь откинула его подальше и все-таки подняла свое тело в постели.Видимо организм плевал на биологические часы и решил пробудиться тогда, когда ему надо. Лёгкий сквозняк прошел по ногам, когда она вышла из комнаты, на первом этаже что — то гремело и пахло аппетитными блюдами. -Доброе утро и все-таки ты проснулась, я думала ты умерла! — Аякс хихикнул, усаживая девушку за стол и ставя перед ней на стол самую простую яичницу во всем Тейвате, сверху она была посыпана специями и укропом, что придавало ещё больше вкуса блюду, две полоски бекона лежали рядом, от еды исходил горячий пар. Рядом с тарелкой стоял чай, по всей видимости с травами.На самом деле от напитка исходил приятный аромат, что заставило живот заурчать. -Приятного аппетита.Я ненадолго отлучусь по делам, не скучай. — он потрепал светлую макушку и удалился. -Мм, а готовит он и вправду неплохо.- процитировала маленькая подружка. -Да, действительно.Мне очень нравится. — Слушай, Люмин, ты не против если я схожу в порт Ли Юэ и встречусь с Надей и Маркусом, они меня ждут. — Паймон не теряла времени и завела себе новых друзей, которые играли с ней и рассказывали разные истории о их приключениях. -Конечно.А я наверное останусь дома.что — то сегодня мне нездоровится. -Ладненько! — малышка доела очередной бутерброд и с радостью выбежала из дома, торопясь на встречу с ребятами. Путешественница не знала, чем себя занять, по этому решила получше осмотреть дом.Ничем не выделяющаяся кухня, те же черные шкафчики, столешница, большой стол, за которым они принимали пищу, поодаль маленький диванчик, над которым расположилось окно.У Тартальи определенно был вкус в плане интерьера. Зал на первом этаже ничем не отличался от того, что был в ее уже бывшем доме. Два мягких кресла, столик, маленькая тумбочка.Заглянув в один из ящиков девушка увидела какие — то запечатанные письма, документы.Она не стала рыться во всех этих вещах, читать, ведь это было неприлично и как минимум неуважительно. А вот Лука читал все письма Люмин без ее разрешения, он проверял всё что только можно, просто не давал ей покоя и спокойно ступить шага без него. Снова окно.Оно наполняло комнату солнечным светом, а на мерцании, которое проходило через шторы виднелись частички пыли, которые в хаотичном порядке двигались туда сюда. На втором этаже были три комнаты, это Люмин уже знала, просторная душевая, где были все принадлежности для купания, подсветка, которая все время горела, когда был выключен основной свет. И последняя — комната Аякса, она ни разу не видела ее.Да и он ее не пускал по какой — то причине.Девушку охватил большущий интерес, что же он прячет? Ну я же ничего не буду трогать, только посмотрю, подумала она и аккуратно толкнула дверь внутрь, пуская свет в темное пространство. В глаза сразу бросилась одежда, которая небрежно лежала на полу.Окон в комнате не было.Одинокий торшер стоял за большим рабочим столом, а мягкое кресло было задвинуто под стол, на котором лежали какие — то бумаги. Над кроватью висела единственная фотография, наверное там был изборажен Тевкр и Чайлд рядом с ним. В комнате не было ничего такого странного или криминального и почему Аякс не пускал ее сюда? На тумбочке около кровати лежали бинты и какие -то таблетки с перекисью — это тоже не казалось необычным, ведь предвестник обожал битвы и в каждой из них получал какие — то ссадины да царапины. Она все-таки вышла и комнаты, не думаю, что ему понравилось бы если Люмин что — то трогала там или долго находилась.Путешественница решила не испытывать судьбу и спустилась на кухню, она ещё вчера заприметила на ней маленький стеклянный шкафчик, в котором было пару каких-то дорогих бутылок вина, ликера и ее возлюбленного вина из одуванчиков.Она прихватила одну бутылку, взяв с собой фужер.К этому всему она нарезала пару яблок и положила в пиалку закатник.Все таки пустое вино пить как — то глупо. Люмин поставила все на журнальный столик и присела на колени, дабы сравняться с уровнем маленькой мебели. Один, два глотка.Тело расслабилось, приятная жидкость разливалась в организме, горло приятно обжигало хорошим алкоголем. Она пила его редко, но ей нужно было как — то отвлечься, пока девушка была совсем одна. Путешественница осушила почти всю бутылку сладкого вина, но этого ей хватило, чтобы взывать головокружение и приятный озноб, который проходился по телу, оставляя за собой мурашки.Взгляд совсем изменился, стал таким расслабленным и спокойным.Ее больше не тревожили плохие мысли, ведь она мастерски заливала их алкоголем. Девушка просто бежала от своих проблем, а что ей ещё оставалось делать, она все ещё не могла понять себя, ей было трудно и никто просто не смел ее осудить в такой ситуации.Вы наверное подумаете.но ведь все наладилось, хотя бы немного.Сейчас она живёт в богатом доме, с хорошим человеком, ни в чем не нуждаясь.Но думая именно так вы сильно ошибаетесь. Когда человека находится в состоянии отчаянья, он пытается затушить огонь внутри себя алкоголем или наполняя лёгкие едким дымом от сигар. Люмин нравилось ее новое жилье и друг рядом с ней, но это не помогало затушить ее огонь, который сжигал ее изнутри, а она тем временем как спичка сгорала до тла. Девушка намеренно наносила себе повреждения, пытаясь подавить моральную боль. Последние ее вещи, которые могли утешить это пьянящие напитки, сигареты и наверное наркотики. Вы просто представить себе не можете насколько это все заглушает чувства, человек впадает на время в экстаз и спокойствие, тем самым разрушая себя ещё сильнее.Но ведь главное это ощущения не так ли? С этой же точкой зрения жила и Люмин. Самоповреждения и остальные выше перечисленные вещи заставляли чувствовать себя живой. Солнце потихоньку скатывалось вниз за горизонт, заставляя небо залиться розовой краской.Тартальи все ещё не было дома.Предвестник отлучился по важным делам, похоже, что к нему снова прислали новоиспеченных Фатуи, которые служили Царице. Паймон то и дело резвилась с друзьями, А Люмин сидела в этом большом доме в полном одиночестве.Выпивка кончилась, а на остальные бутылки она налегать не стала, это вновь было бы не очень уважительно с нее стороны. Пачка сигарет заметно опустошилась спустя 4 часа.Никотин заседал в легких и в крови, затуманивая и без того пьяный разум.Хотелось обкуриться вовсе, чтобы забыться и ничего больше не чувствовать оставшееся время, но частичка здравого смысла не позволяла вытворить такое. Люмин решила, что самое время принять ванну.Набрав горячей воды, предварительно залив что — то туда, делая пену.Девушка легла в ванную оставляя голову на поверхности, она прикрыла глаза и спокойно выдохнула.Это расслабляло и вызывало покой. Лёжа в полумраке, где комнату освещала лишь подсветка, путешественница почти засыпала.Мысли то и дело утекали из головы.Она просто наслаждалась моментом тишины. В голове крутились прошлые слова и обиды. «Да ты как шлюха оделась.Я с тобой не пойду никуда, либо надевай то, что я тебе купил или остаёшься дома.» «Ты слишком много набрала, тебе не кажется? Стоило бы скинуть вес, ты же понимаешь, что жирных никто не любит?» — ещё одна причина по которой Люмин стеснялась своего тела, она часто надевала мешковатую одежду и не слишком облегающие платья.Ей внушили, что ее тело — это комок ужаса, который никому не нравится.И так она продолжила жить с этим комплексом дальше. «Я не знаю почему я вообще полюбил такую уродину как ты, скажи спасибо, что я тебя ещё не бросил.» Слезы потекли неожиданно для девушки, ее лицо не выражало эмоций, соленые дорожки капали с большой скоростью, плюхаясь в горячую воду. Она не спеша выбралась из воды, прикрылась махровым полотенцем и шмыгая носом, подтирая слезы тыльной стороной ладони, спустилась на кухню. Девушка ещё долго думала, прежде чем сделать такое, но алкоголь взял свое, она достала кухонный нож из выдвижного ящика, от чего заплакала ещё сильнее.Причинять себе боль — было ещё тем кошмаром для путешественницы. Первая полоска. «Да ты всегда будешь одна!» Вторая более глубокая полоса. «Ты без меня никто.» Третья решающая ссадина на теле."Неблагодарная тварь!» В голове крутились разные мысли, заставляя изрезать свое тело вновь.Она никак не смогла бы теперь отвыкнуть от этой привычки. Перед глазам мелькали воспоминания, как он ударял ее, а потом целовал это место, будто зализывая и без того ноющие болячки на теле. На шее оставились синяки, которые девушка часто прятала под тональным кремом, но каждый вечер под струями теплой воды маскировка смывалась, показывая гематомы, которые опухали и болели от любого прикосновения. Кровь текла по рукам капая на пол, было все равно, что скажет ей Аякс на это безумие, будет плевать, что скажет Паймон. Эгоистка, думала она про себя. Стеклянные глаза уставились куда то на стену, нож продолжал крепко сжиматься в ладошке у девушки. Дверь распахнулась.Малышка и Тарталья зашли в дом о чем — то беседуя.Этаж наполнился смехом, до того момента пока Тарталья не увидели свою подругу. Парень быстро увел Паймон наверх, не давая взглянуть в сторону кухни и сам подбежал к Люмин, отбрасывая нож, который был испачкан в крови. Он спрашивал у девушки что с ней и почему она сделала это с собой? Ответа не последовало, а слезы продолжали течь по щекам. Юноша отвёл девушку к себе в комнату и уложил на мягкую кровать.Он промыл все раны перекисью и перебинтовал.Чайлд был напуган состоянием подруги. Он даже не представлял себе, что делать в этой ситуации. Аякс укрыл Люмин одеялом, что — то нашептывая, пока та проваливалась в сон под действием спиртного. /Дальнейшие действия и мысли будут написаны от лица Тартальи/ Я не мог понять, как ей помочь, но я был готов выслушать ее всегда, я хотел уберечь ее от всего, но в этот раз я не смог. Аякс что — то пробубнил про себя.Ему было тяжело видеть Люмин такой. Его взгляд остановился на нежных руках, которые были в многочисленных гематомах и порезах.Это все пройдет и заживет, но потом они появятся снова из — за очередной истерики и панической атаки. Он смотрел на лицо девушки, которая мило сопела. Она была такой невинной, такой беззащитной; хотелось заключить ее в свои объятия и не отпускать и нашептывать ей на ушко какая она красивая и хорошая.Люмин была достойна большего, девушка просто не заслуживала все это болячки на теле и травму, которая как яд разъедала ее изнутри, делая в сердце большую дыру. Тарталья сделал небольшую стену из подушек на кровати, которая как бы делала границу между ними.Ведь он не хотел, чтобы Люмин испытывала какой-то дискомфорт рядом с ним и в общем и в целом оказалась в таком неловком положении. Перед тем как уснуть, он зашёл в ее комнату, пожелав Паймон спокойной ночи и спросив у маленькой подружки чем она так обеспокоена.На что лишь маленькое существо указало на лежащую пачку сигарет и пустую бутылку из-под вина. Окурки валялись на полу, прожигая белоснежный ковер пеплом. В этот вечер принцессе пришлось не сладко. — пронеслось в его мыслях. Кое-как Аякс уснул, все ещё беспокоясь о дальнейших события, да и в целом о будущем.Что будет дальше? Как они вместе выберутся из этого? Стоило только ждать и плыть по течению, не думая ни о чем больше. Утро. Девушка проснулась.Голова раскалывалась от боли, руки неприятно ломало.Она смутно помнила все, что происходило вчера вечером. Перед глазам всплыла картина, как Тарталья выхватывает нож из ее руки, протирает ей руки каким — то средством от чего их и щиплет и покрывает одеялом, прогружая в мир грез. Стало стыдно.Стыдно от своей беспомощнсти и жалости. Как же сильно болели руки. Как же болела душа и тело. Люмин встала, осматриваясь где она, это была не ее комната.По всей видимости она спала у Тартальи.Тот лежал рядом, огородив себя подушками. Она старалась бесшумно покинуть помещение, лишь бы не разбудить его.Было стыдно смотреть в его глаза. Девушка открыла дверь впуская солнечный свет из коридора в темную комнату. Дверца безжалостно заскрипела, тем самым пробуждая Аякса. -Мх.подожди не уходи.Давай поговорим, пожалуйста. — он своим хриплым голосом окликнул путешественницу, заставляя остановиться, парень боялся, что девушка снова натворит глупостей. Язык у него заплетался и речь была не столь связана. -Хорошо. — пот скатывался по лбу, страх завладел разумом и трезвой головой. -Почему ты вчера сделала это? Я все-таки волнуюсь за тебя, а если бы случилось что — то плохое.заражение? или отравление алкоголем, ты не подумала об этом? — он не ругал Люмин, говорил это с некой печалью.Ведь предвестник действительно волновался за принцессу. -Вчера, я немного выпила и потом снова вспомнила слова Луки и его действия.я расплакалась и. — девушка стыдливо опустила глаза в пол, боясь договорить, в какой — то степени это бы прозвучало глупо. -Ты же понимаешь, что так ты не решишь проблему.это убивает тебя, солнце. — он впервые назвал ее так ласково, так нежно. На лице девушки выступил румянец, который окрасил щёчки. -Я буду рядом, пожалуйста, доверься мне, мы сможем вместе все это преодолеть. Он сжал ее руку, поглаживая костяшки на руках.Люмин чувствовала себя с ним так хорошо, ей казалось, что она на седьмом небе от счастья. Но девушка боялась снова обжечься, она боялась что ей сделают больно, снова поднимут руку и заставят плакать.Она просто боялась снова умереть морально. Путешественница резко убрала его руку со своей и пригласила спуститься вниз и позавтракать, забыв о том вечере, как о страшном сне. Аякс не понимал ее действий, но ему оставалось лишь следовать за ней и не давить на нее в таком состоянии и в такой момент. *** Ты отказался от меня, Я это буду помнить постоянно. И огоньки моих янтарных глаз, Увы потухнут слишком рано. И захочу я вновь забыться, Зарыться в душу с головой, Хочу там снова очутиться, Хочу я чувствовать покой. Я ненавижу свои будни, Они ужасны и это факт. Моя душа воет от боли. Я так хочу уснуть свободной И не проснуться в целом никогда О боже, помоги мне снова зажечь огонь в моих глазах.