на расстоянии запятой

По субботам пар у меня не было, поэтому в университет было идти не слишком удобно, но Наталья согласилась помочь, а жаловаться было бы верхом неблагодарности. Всю ночь я пыталась в общих чертах набросать план исследовательской, поэтому первую половину следующего дня я спала. Ближе к часу проснулась. В холодильнике ничего не оказалось и я решила заказать пиццу. Матери дома не было, наверное, гуляет где-то. Пока ждала еду, решила помыться, чтобы успеть уложить волосы. Поела и продолжила собираться. Без десяти пять я захожу в универ, сразу направляясь в совсем незнакомое мне крыло. Я была там пару раз, и то, дальше преподавательской не заходила. Аудиторию нашла я быстро, тихо постучав. — Проходите. Холодное и четкое. Я открываю дверь, вхожу внутрь. Тут совсем по-другому. Стены темно-серые, а не небесно-голубые, совсем другие окна и размещение парт немного давят на голову. Преподавательский стол тоже другой. Видно, что как раз эта аудитория — ее. Это не тот идеально чистый стол в 403. На нем куча бумаг, на первый взгляд, полный беспорядок. И как эта женщина умудряется тут работать? Если первый завален макулатурой, то на втором столе, поставленном в углу, стоит компьютер, много приклеенных стикеров на мониторе и процессоре. А ещё… в аудитории, практически за спиной преподавателя — дверь. Наверное… в лаборантскую. Но на кой черт лаборантская в кабинете финансов? Плакатов много? Или по случайности достался такой кабинет? Мой взгляд возвращается к Наталье. Я на несколько секунд застыла посередине аудитории в удивлении. Она совсем другая. Ни малейшего намёка на чопорность, сейчас она скорее милая, что-то не успевающая, рассеянная в какой-то степени… Волосы не лежали идеально на плечах, как обычно. Они были собраны в низкий хвост, который совсем не держал их, передние пряди, короче основной длинны, спадали к шее. Она сосредоточенно что-то проверяла в своих же отчетах, поправляя очки на переносице и кусая без того истерзанные губы. Никогда не видела ее в очках. Боже, она такая прекрасная. Пиджак аккуратно висел на спинке стула, а сама Наталья сейчас была в водолазке. Свет, совсем тусклый и неприятно тёплый, был некстати. Без него было бы видно лучше, но Наталья усердно что-то писала, совсем не обращая на меня внимания. Я, наконец, подхожу к выключателю, погасив свет. — Так лучше? Вскидываю брови, не отрывая взгляда от спины Крыловой, она не оборачивается и почти не реагирует. Стою ещё пару секунд, пока она не подаёт голос: — Ага, оставляй. Смелее прохожу внутрь аудитории, беру стул и сажусь напротив. Жду, пока женщина освободится и скажет, что нужно ей показать или… над чем начать работать. — Ещё раз так плохо подготовишься, даже слушать не стану. Я поднимаю удивленные глаза, а Наталья совсем не отрывается от своего дела. Вспоминаю, что отвечала на прошлом семинаре ужасно. Удивление проходит, а вот ответа так и нет. — Да… извините. В следующий раз подготовлюсь лучше. Говорю как-то неуверенно, чем привлекаю внимание. Наталья поднимает взгляд, осматривая меня, а потом более вольно продолжает: — Давай, ставь сюда свой ноутбук и показывай, что подготовила. Женщина начинает расчищать стол от своих бумаг, освобождая место для моего ноутбука. Я киваю, включаю устройство, а потом открываю вордовский файл, поворачивая ноутбук экраном к преподавательнице. Она незамедлительно берет мышку, просматривая план. — Ну? И с чем у тебя проблемы? С оформлением или информацией? Наталья вскидывает брови, перемещая все внимание на меня. Стало как-то некомфортно. Боюсь показаться глупой или… просто неинтересной. — Это моя первая исследовательская и я… честно сказать, совсем без понятия, за что браться. Она смотрит ещё пару секунд, затем опуская глаза в ноутбук снова. Боже. Звучит так глупо. Наверное, не стоило ее тревожить по такой фигне, у неё и так работы море! Наталья поднимается со стула, не проронив ни слова. Женщина скрывается за интересующей меня дверью, но через пару минут появляется снова. — Вот, прочитай. Примерно так все должно выглядеть. Просмотри все, что интересует, а потом обсудим твою концепцию. Я опускаю глаза в работу. Исследовательская. Ее исследовательская. Я прохожусь взглядом по оглавлению и дате… прошлогодняя. Не знаю, сколько прошло времени, но когда я дочитала всю работу и подняла взгляд, Наталья задумчиво смотрела на меня. Кажется, она думала и, скорее всего, не обо мне. — Все? Коротко, возвращаясь в реальность, спрашивает Крылова, а я, воодушевленная то ли работой, то ли тем, что это ее работа, мягко улыбнулась. — Да, это очень интересно. Я многого не поняла, слишком много углублений, но в общих чертах… мне понравилось. Наталья опускает глаза опять в экран ноутбука, но отвечает находчиво и быстро: — Интересно? По-моему, достаточно скучно для аналитика. Но смысл не в работе, а в конструкции и оформлении. Серьезно говорит преподавательница, выделяя что-то в файле ворда, но ответа не требует, а продолжает самостоятельно: — Сейчас разделим основную часть на тезисы, которые нужно будет обязательно включить в исследовательскую. Проработай сейчас информацию хотя бы половины первого тезиса. Ёмких тезисов оказалось всего 12. За два месяца должны управиться, может, даже раньше. Я начала работать, а Наталья вышла из аудитории. Ее не было минут пятнадцать, а вернулась она со стаканчиком кофе. Я старалась на неё не смотреть, пока занималась своей работой, чтобы не отвлекать и ее своим взглядом от бумаг. Но получалось плохо. Все чувства, которые недавно казались блеклыми и уходящими, сегодня прожигали изнутри. Кажется, эта остервенелая любовь занимает большую часть меня. И я опять боюсь. Нет, не сорваться. Я умею и хочу любить максимально тихо. Я боюсь зависимости, не хочу видеть в ней богиню, не хочу падать к ней в ноги и умолять запомнить мое имя. Но опять это делаю. Теперь уже всеми изощренными способами. — Ну как? Справилась? Мысли рассеивает голос Крыловой и я понимаю, что смотрю в упор на неё неописуемо долго. Она в небольшой настороженности хмурит брови, наверное, не понимая, что происходит, а я кидаю взгляд на настенные часы за ее спиной. Сидим мы больше полутора часа. — М… пока нет. Вы никуда не торопитесь? Я могу дома доделать. Опять удивление на лице Крыловой, и она поворачивает к себе ноутбук, читая мои записи. Не поверила, что я не успела? Десять-двадцать секунд и Наталья возвращает ко мне устройство. — Работай. Ещё чуть-чуть. Я вздыхаю, продолжая работать, но не проходит и двадцати минут, как звонит ее телефон. Я невольно пытаюсь услышать, что говорит абонент на другом конце провода, но от экрана не отрываюсь, чтобы Крылова ничего не заподозрила. — Да, Валер? Валера начинает что-то говорить, в это время женщина убирает от уха телефон, обращаясь уже ко мне. Тише. Наверное, Валера не должен знать, что она может быть занята чем-то… помимо него. — Елизавета, на этом сегодня закончим, жду вас в среду. Я только молча кивнула, начиная собираться, а Наталья погрузилась полностью в разговор по телефону. Опять слишком остро реагирую на додуманную самостоятельно ситуацию. Но по-другому не могу. Уже собираюсь уходить, как слышу голос за спиной: — До среды не забывайте и о парах. Уже не так тихо, как до этого, говорит Наталья. И я оборачиваюсь, чтобы кинуть последнее: «Хорошо. До свидания».