на расстоянии запятой

POV Арина После сообщения Лизы о том, что она опять не сможет встретиться, кидаю телефон на кровать. Приходит ещё парочка сообщений, наверное, ответ от Глеба, но у меня уже нет никакого желания заходить обратно в сеть. Я никогда бы не обиделась, откажись она по какой-либо весомой причине, но этот конкурс достал уже даже меня. Не понимаю, как она может сидеть днями напролёт взаперти. Смотрю в зеркало, накидывая на спортивный топик один из своих любимых лонгсливов. Идти до торгового центра, в котором мы договаривались встретиться, всего пару минут пешком, поэтому я спокойно успеваю. Глеб уже ждёт у входа, куря электронную сигарету, но прячет ее в карман, как только видит меня. — Лиза передала, чтобы ты не обижалась. Парень начинает с приветливой улыбкой, двигаясь ко входу в трехэтажный торговый центр, но взгляд не отводит от меня. Я лишь закатываю глаза, не желая обсуждать своё недовольство. — Ага, я подумаю. Я вхожу в тёплое здание, отвечаю притворно, не собираюсь я ни на кого обижаться. Просто неприятно. Немного отдёргивая своё осеннее пальто, которое явно не годилось в начале декабря Московской погоды, уверенно двигаюсь к магазинам верхней одежды. — Мне нужна куртка и ботинки теплее. Начнём с куртки? Тут как раз магазины на первом. Что ты там хотел присмотреть? Не хочу говорить больше про Лизу, мы сами разберёмся. Я вскидываю брови, из-за чего черты лица теперь не выглядят такими резкими, после, чуть улыбаюсь, обгоняя парня на пару шагов, а затем разворачиваюсь к нему лицом. — У меня закончился парфюм и кроссы для танцев стёрлись. Парень пожимает плечами, молча соглашаясь посмотреть сначала верхнюю одежду. Я резко вспоминаю о его увлечениях, вскидывая руку вверх, чтобы он продолжил тему. — Так ты же недавно ездил на соревнования в Екатеринбург. Рассказывай. Мы с Глебом редко общаемся лично. Обычно… Лиза выступает связующим звеном, поэтому я часто забываю про его танцы, которым… он, кажется, уделяет много времени. Он улыбнулся, будто его порадовало, что я заинтересовалась этим вопросом. И улыбка эта говорила о том, что всего через пару секунд парня будет не заткнуть. Я не была против, выбирая взглядом магазин побольше. — Да, только вчера вечером вернулся. Наша школа выиграла, а это значит…что через неделю едем в Новосибирск. Глеб никогда не рассказывал о своём увлечении, но сейчас его глаза светились, он был явно рад, что я решила спросить и с интересом слушала. — И как же ты успеешь совмещать эти соревнования с зимними каникулами и сессией? Парень вскидывает брови, выдыхая несколько секунд. Он выглядел так, будто я его удивила и озадачила, будто он забыл о надвигающейся сессии. За разговорами на разные отвлеченные темы мы провели вместе пол вечера и даже не заметили, как откинули все свои планы покупок в дальний ящик. Просто ходили и смеялись. Смеялись над вещами, затем примеряли самые странные из них и смеялись в примерочных, а потом пытались держать лицо, выходя из магазина под пристальными взглядами консультантов. Получалось не очень. — Смотри, какой милый… Стоя в очередном магазине масс-маркета, я достаю из завалов одежды вешалку с красным свитером. Глеб сначала улыбается, но мое лицо не выглядит так, будто я опять шучу. Свитер выглядел… праздничным? — Он выглядит слишком слащаво, я такое не ношу. С той же улыбкой говорит Глеб, и это вызывает у меня ответный смешок. Я быстро схватываю на лету, вешая вещь на место. Не понравилось — и не надо. Не мне же носить. К слову… ходим по мужскому отделу мы уже минут десять, так ничего и не подобрав. Какой-то скудный у мужчин выбор. Думаю, Глебу тоже так кажется. В этом магазине мы провели еще минут двадцать, парень выбрал себе классические брюки, забыв, что они ему были не нужны. — Слушай… Подумал друг, пока мы стояли на оплате. Он с карточкой в руках, а я с очками, продающимися на кассе и примеряя все, что только можно было примерить. — А давай тот свитер купим Лизке? Он вскидывает брови, а губы трогает легкая полуулыбка. Я же наоборот хмурюсь и лишь наигранно цокаю, отводя взгляд в сторону того свитера. — Я не собираюсь этой зануде ещё и подарки покупать. Говорю я, понимая, что ей бы он очень понравился, что сразу же и подтверждает Глеб: — Да ладно тебе, она же такое носит. Да и Новый год скоро… это может стать нашим совместным подарком. Неси его скорее. Я чуть подумала, но потом поняла, что порадовать Лизу будет неплохо, поэтому вернулась в мужской отдел. Она обычно носит облегающие вещи, подчеркивающие ее фигуру, но точно не в холодные зимы. У всех был свой предел, и предел Яковлевой — холод. Во всех его проявлениях. Поэтому я, не раздумывая, беру свитер на пару размеров больше, уверенная в том, что Лизе понравится. Мы спокойно за все расплатились, выходя из этого магазина довольными. Чувство исполненного долга и статуса «самый лучший друг месяца» выливается улыбкой и приятным молчанием, будто мы сделали что-то поистине грандиозное. Вроде как, мы должны выбрать следующий магазин, но вовремя друг на друга поворачиваемся и я читаю в его взгляде то, что я хотела только что сказать, а через секунду он произносит вслух: — Идём есть? Я рассмеялась такому согласованному решению, и мы нашли хорошую пиццерию. Посидев над меню пару минут, я выбрала себе салат и пасту, а парень заказал жульен и пиццу, уверяя, что съест ее сам. Но я точно знаю, что будет умолять меня съесть хотя бы пару кусочков. На экране телефона отображаются пропущенные от Егора и сообщения от Лизы. Осознание, что я впервые за вечер заглянула в телефон, отображается во мне вспышкой недоумения. Никогда не думала, что могла бы настолько разговориться с человеком. Быстро отвечаю Лизе, коллеге по работе и предупреждаю Егора о том, где сейчас нахожусь и о том, что разговаривать сейчас не очень удобно. — … вот… и в этот день, я объективно выглядела не очень. Я, вспомнив, что рассказывала историю, расслабленно отложила телефон и с усмешкой облокотилась на спинку диванчика, поднимая взгляд на Глеба, сидящего напротив. Парень моментально нахмурился, и его, почему-то, серьёзный вид, напряг меня, заставив запнуться. — Ты чего? Не говори так… ты всегда выглядишь хорошо. Он выглядел так, будто моя нелепая фраза его задела. Это выглядело странно, но я лишь улыбаюсь, отмахиваясь от его слов, и продолжаю историю: — Суть в том, что меня отпустили и оплатили три дня больничных, а этот новый директор… петух. Я уволюсь скоро, уверяю. Я говорю уже без агрессии, давно забыв, когда в последний раз этот факт меня злил. По-моему, Глеба отпустило то неприемлемо обидное высказывание, теперь он мило мне улыбался, начиная есть только что принесённый жульен. — Так увольняйся. У тебя же опыт уже есть, найдёшь другое место быстро. У нас столько этих вакансий. Я лишь усмехнулась этой наивности. Он же наоборот озвучил единственную причину, по которой я так держалась за это место с зарплатой в двадцать пять тысяч. — У нас столько этих консультантов, будто вся Москва в МТСе работает. Или мечтает попасть. Я говорила с загруженной улыбкой, не желая сейчас всерьёз обсуждать такое важное для меня решение. — Вау, тут пицца такая вкусная! Даже не знал… Протягивает Глеб, будто в секунду чувствуя мой настрой на этот разговор. И улыбается шире, впихивая мне кусок пиццы. — Попробуй! Я скудно рассмеялась скорее своей подтвердившейся догадке, чем его милому личику. Парень оставляет кусок на моей тарелке, будто подтверждая, что отказ не принимается. — Кстати, ты знал, что я три года не ела мясо? Только пару месяцев назад снова начала. Я вскидываю брови в вопросе, пытаясь удивить друга, но он лишь фыркает, закатывая глаза. — Я тебе весь первый курс за салатами в буфете стоял, Ринка. И орехи тырил за обедом. Парень подмигивает, явно в приподнятом настроении, а я только удивленно моргаю, от чего он начинает смеяться. — Офигеть! А что в это время делала Лизка? Это она мне всегда проигрывала в карты на парах! После этих слов мы уже вместе начали смеяться, откладывая вилки. — Первый курс был таким атмосферным! Как нас не выгнали-то? Как только мы успокоились немного, проговорил парень и был ужасно прав. Иногда мне кажется, что этот год был самым волшебным и свободным. Тогда я ещё не успела прочувствовать тягость работы, учебы и отношений, будто тогда я жила. Это было весело. Ещё полтора часа мы просидели в кафе, обсуждая все, что приходило в голову. Но время уже было позднее, поэтому мы решаем потихоньку расходиться. Я поднимаюсь после того, как мы оплатили счёт и накидываю на себя пальто. Глеб подрывается с места, помогая мне накинуть тонкую верхнюю одежду. Новую куртку я ещё не надевала. — Тебе вызвать такси? Мы выходим из магазина, парень идёт чуть позади, пряча руки в карманы, а я опять непроизвольно хмурюсь. С чего бы? — Нет, я сейчас к Егору. Он же здесь недалеко живет. Дойду пешком. Он замолкает на некоторое время, но затем опять подаёт голос, поравнявшись со мной. — А он тебя встретит? Давай я провожу тебя? Я пожимаю плечами, оставляя это решение за ним. Честно говоря, этот вечер был хорошим, но местами я ощущала какое-то несвойственное себе напряжение. Иногда такое случалось в общении с Глебом, но я не понимала, в чем причина. Поэтому я и не очень любила, когда Лиза оставляла нас наедине. — … он не написал в итоге. Я его только в универе встретил через недели четыре. Заканчивает историю парень, когда мы подходим к нужному подъезду. Он мягко касается моего локтя, а затем я оборачиваюсь. — Спасибо, что помог. И проводил. Наверное… я бы не дотащила все эти пакеты. Говорю я, натягивая лёгкую улыбку. Он отдаёт все мои покупки, кажется, уже и совсем позабыв о них. — Если тяжело, то я могу донести до квартиры самой… Продолжает Глеб, в глазах которого я улавливаю еле заметный блеск. Он весь день так хотел меня поддержать и помочь в чём-либо, что сейчас я неуверенно оглядываю его лицо. Кажется или нет? — Не стоит, Глеб. Я справлюсь. Я забираю последний пакет и он прощается, будто ничего не произошло. Он уже разворачивается и делает пару шагов по направлению к метро, как я опять его окликаю: — Глеб… ты же понимаешь, что у меня есть парень, да? Осторожно начинаю я, вскользь, но достаточно внятно расставляя границы. Я не знаю, права ли до конца, но по его лицу вижу, что внутри него что-то ломаю. Сразу начинаю чувствовать себя гадко, хотя ничего такого не произошло и… с виду, его лицо даже не меняется. Он наоборот неуверенно кивает, я вижу, что он не до конца понял или просто хорошо умеет строить дурака. — Ну… Конечно. Не поверишь, я даже видел его. Разок, другой — точно. Он издевательски щурится, продолжая шутить, но сейчас стало понятно, что постепенно до него начинает доходить моя насторожённость. Парень всеми силами пытается не терять улыбку на лице, и у него получается. — И мы друзья, помнишь? Ответить на его неуместную шутку мне всё-таки приходится. И Глеб, на удивление, легко кивает, будто ожидая, что я наконец раскрою ему весь смысл своих слов. — Хорошо. Удачного вечера. Все также недоверчиво добавляю я, через пару секунд молчания, разворачиваюсь к подъезду. И теперь он провожает меня взглядом. О главном люди молчат. Но не стоит забывать, что ни один смертный не умеет хранить секреты. Если молчат его губы, то говорят кончики пальцев, смелость и контраст зрачков.