Для чего тебе огонь — сварить ужин или сжечь целый город?

      Песни, танцы и театральщину он не любил. Не воспринимал просто. Все эти фантазии бардовские – ложь, искаженная реальность, где мудак без башки – почему-то герой, а пьяная драка в трактире – неебаться рыцарский поединок.       Смех, да и только.       Тифлинг по имени Басиль громко провозгласил себя “особенным бардом”. Не без оснований: печень слушателя у него во рту говорила сама за себя.       Признаться, было что-то в его песнях. Точнее, не было: героев ебанутых, убогих дуэлей, подвигов…       Впервые Апанас одобрительно кивнул чужим аккордам.       Оказалось, он – первый довольный слушатель. Остальных, недовольных, Басиль съел.       Все ли барды давали инструментам имена? Ах да, у него тут вундеркинд. И лютня подстать. Ворчала, жрать просила.       Бард по имени Басиль оказался с ебанцой. Прямо как он.        – Ра’Анис?        – Ага. Раньше я много голосов слышал, но он всех съел.        – Таки съел?        – Мне нравится так думать.       Потом любовь Басиля к Ра’Анису сменится меланхоличной ненавистью, а сам Ра’Анис обнажит натуру истинного уебана.       Но всё это – потом.       Сейчас Апанасу и Басилю по двадцать пять, и они, кажется, только начали свой путь.