Прикладное зельеварение в особых условиях

                    Мой брат не знает нашу мать, она слегла через неделю после его рождения, в январе 1960 года. В тот момент мне было всего шесть лет. Собственно, с этого момента начинается моя история в этом мире. Не знаю, верите ли вы в теорию переселения душ, но я живое тому подтверждение. Видите ли, я помню свою другую жизнь. В той жизни я прожила достаточно долго и счастливо, была уже зрелой женщиной, когда умерла от гриппа в своей квартире, совсем одна. Смею надеяться, что была этакой экзистенциальной героиней, слегка потрепанной жизнью, но набравшейся мудрости и хорошего здорового цинизма. Перед смертью я очень жалела, что так и не вырастила хотя бы одного ребенка. Сынок мой маленьким умер, а больше я не забеременела, как ни старалась. Только об этом и думала, пока задыхалась от кашля, периодически проваливаясь в бессознательное состояние.       Вот и представьте мое удивление, когда я в очередной раз очнулась из забытья и обнаружила, что рядом младенец заходится в плаче, и никого поблизости не видно. Ребенок плакал отчаянно. Мозг моментально придумал, что меня все-таки увезли в больницу, поэтому тут неизвестный ребенок, возможно детское отделение рядом. Я еще немного полежала, но плач не прекратился, никто дитя не утешил. Придется мне. Открыла глаза, покряхтела и с удивлением поняла, что дышу легко, голова не болит и вообще самочувствие замечательное. Поморгала, огляделась. Ребенок все еще плакал. Обстановка незнакомая, но это не важно. Встала, предметы казались непривычно большими. Решила не обращать внимания, побрела к источнику звука. Малыш обнаружился в манеже незнакомой конструкции, красный от крика, мокрый и очень маленький. Навскидку новорожденный. Нашла стопкой сложенные пеленки, никаких памперсов. Кстати, к этому моменту стало понятно, что тело у меня тоже детское. Подумала, что это выверты сознания, решила приспосабливаться, потом разберусь. С трудом вытащила ребенка из кроватки, получилось не с первой попытки. Разобралась, что передняя стенка манежа опускается, выложила на пеленальный, будем считать, столик и кое-как поменяла пеленки. Громко позвала кого-нибудь, никто не откликнулся. Малыш пытался сосать мой палец, он, бедняга, еще и голодный. Славный малыш, черноволосый, с ясными глазками. Килограмма три, не больше. Устроила его снова в кроватке, пообещала, что найду еду и вернусь. Пошла искать кухню, нашла. Нашла приготовленную прокипяченную бутылочку и баночку смеси рядом. Сообразно инструкции, подогрела воду в кастрюльке, развела смесь и немного остудила под струей холодной воды из крана. Кран оказался тоже непривычным, крана было два, отдельно для холодной и горячей воды. Причем горячей воды не было. Пришлось ставить допотопный чайник, дождаться кипения и возвращаться к ребенку. Воду подогрела, потому что ребенка нужно было подмыть, грязные пеленки — выстирать. Малыш кушал жадно, брыкался, еле удержала его, все-таки я маленькая и руки у меня слабые.       Целое приключение было, когда я держала его вертикально после еды, чтобы ребенок срыгнул. Стоя боялась не удержать, пришлось сидя. Спела ему колыбельную, малыш быстро заснул. Устроила обратно в кроватке, немножко еще покачала, а потом пошла разбираться, куда это меня занесло. Да, разобралась на свою голову. Я в Англии, на дворе 1960 год, мне шесть лет, магия существует, родители уже не существуют. Мое новое имя Аида Эйлин Снейп. У меня все.       Нет, ну конечно не все, еще все впереди, и дальше больше, чем впереди. В моем мире популярная детская сказка часто транслировалась по телевидению, особенно в новогодние праздники. История Гарри Поттера довольно интересна, я смотрела все серии не один раз и основных действующих лиц помню хорошо. У главного героя был мрачный учитель зельеварения, некий Северус Снейп, который трудно жил и плохо умер, но без которого у сил добра с победой ничего бы не получилось. Так вот, младенец, который может выжить только с моей помощью, это и есть будущий шпион и педагог. А я его незапланированная единоутробная сестра, которой и близко не было в оригинале. Что-то пошло не по сценарию, мама Северуса по имени Эйлин Принц успела до Тобиуса Снейпа переспать с красивым бывшим однокурсником Томом Реддлом и забеременеть. Она в него влюбилась еще в школе, а через несколько лет после выпуска участвовала в одном из его проектов, который спонсировал Абраксас Малфой. Они с Реддлом долго переписывались, а потом встретились, ну и случилась у них интрижка. Лорд быстро остыл, но Эйлин успела понести. Гордая юная девица скрыла беременность от дружка, что меня лично очень порадовало, так как мои шансы на выживание только возросли из-за ее решения. В итоге Том смылся, Эйлин выгнали из дома, она охмурила работягу Снейпа, тот женился, как порядочный человек. Все семь лет совместной жизни Тобиас был уверен, что я его дочь, и очень меня любил. Эйлин варила зелья и продавала их в магические аптеки, Снейп работал на заводе. Все шло неплохо, но оказалось, что оскорбленная родня наложила на Эйлин проклятье, которое активировалось, когда Снейпы решили завести второго ребенка. Проклятье оказалось больно заковыристым, даже на Тобиаса подействовало, тот стал пить и буянить, Эйлин же угасала. Дочка, то есть я, металась между родителями, не понимая что происходит. После рождения сына Эйлин поняла, что ей осталось недолго, а Тобиас совершенно распоясался. Когда он поднял руку на детей, Эйлин его упокоила насовсем. Сейчас Тобиас находится в виде золы на заднем дворе, Эйлин трансфигурировала его труп в деревяшку и спалила. Сама Эйлин выпила напиток живой смерти и лежит в подвале под чарами. Сделала она это с благой целью, чтобы я по необходимости могла использовать ее волосы и пить Оборотное. К ее чести, она предупредила, чтобы я делала это в случае крайней необходимости и нечасто, потому что для детского организма это очень вредно. В письме она многократно извинилась, что оставляет меня одну с младенцем на руках, но никакой другой альтернативы у нее нет. Она умирает в любом случае, так хоть у детей будет хоть какой-то шанс на выживание. Заклинала от попыток связаться с биологическим папашей, дочь ему только на органы или эксперименты может пригодиться. Мысленно с ней согласна. Книжки «Гарри Поттер» я прочитала, это было модно, так что понимаю, о чем речь. Недавно наткнулась на пару ресурсов, где размещалось творчество фанатов. Чего я только не прочитала, ерунды много, но многие рассказы оказались достойны публикации. Стиль, идея, мораль — все описано увлекательно и глубоко. Опять же, Эйлин молодец, оставила дочке альтернативу — быстрый яд для нее и младенца, если дочь поймет, что не может справиться с этой ситуацией. Яд я нашла, девочка его действительно выпила, но малодушно не дала младенцу. Я было жутко испугалась, что ребенок умрет у меня на руках, но яд для Северуса нашелся запечатанный, с подробным описанием и мольбой не делать непоправимых поступков. Неизвестно, что за высшие силы вмешались, но в тело девочки вселилась моя душа с памятью всей моей жизни, а оригинальная Аида Эйлин Снейп ушла в небытие или куда там души после смерти отправляются. Кстати, у меня никаких последствий принятия яда не обнаружилось, чему я была очень рада. Наоборот, тело ощущалось радостно легким и здоровым, хоть и маленьким.       Что имеем в остатке? Моему телу шесть лет, брату одиннадцать дней, я одна в небольшом доме на окраине промышленного городка Коукворт, из активов четыреста фунтов, восемьдесят шесть галлеонов, сова, волшебная палочка Эйлин и три полки готовых зелий на продажу, еще полка с магическими книжками нашлась в той же импровизированной зельеварне. Все аккуратно подписано, цены указаны, сова должна относить зелья в аптеку каждый месяц, взамен так же сова принесет деньги. Зелий хватит примерно на полтора года. Ингредиентов на три зелья, на которые у Эйлин контракт с аптеками, еще примерно на год с небольшим. Рецепты подробно расписаны, Эйлин предложила дочке варить самостоятельно, рассчитывая, что за полтора года девочка научится. Ну, надо отдать должное, Эйлин подстелила соломки, как только могла. Остальное зависит только от меня. Сходила в подвал, посмотрела на «маму» под чарами. Лежит, как будто мирно спит. Тощая, замученная женщина, на вид лет сорок, скорбные складки у рта, седые пряди вперемешку с черными, про такие волосы говорят «соль с перцем».       Пошла обратно в жилые помещения. Нашла коробку смесей «Симилак», чуть не зарыдала от радости. Худо-бедно проживем, пока до прикорма дело дойдет, я что-нибудь придумаю. Вот с обычной едой в доме было не очень. Сухари, килограмма три-четыре картошки, пачка макарон и полбанки заварки. Еще примерно по килограмму сахара и соли, две банки джема. Ну ничего, пока точно перекантуюсь, потом разберусь. Нашла документы на дом, все хорошо, дом в собственности Эйлин, за коммунальные услуги уплачено до июня. Бедная, как же она старалась дать детям максимум для жизни. Я даже поплакала немного, решила, что не подведу ее. Честно признать, для меня, как человека, пережившего множественные перипетии родного Российского государства, все нынешние трудности пока казались преодолимыми. Ничего, прорвемся.       Поэтому развернулась и пошла стирать пеленки. Мыло какое-то странное, похоже на наше хозяйственное, но не совсем. Запас пеленок пока есть, но нужно все делать вовремя, неизвестно, насколько мне чего хватит. На младенца частенько вся семья работает, а я тут одна, еще и ребенок. Спустя два кормления и одно купание малыша я была на грани истощения. Сварила картошки в мундире и съела без соли, запила чаем и вырубилась. Добралась до зеркала только на третий день, внимательно себя рассмотрела. Что сказать, не красавица. На маму похожа. Тоже худая, волосы черные, глаза черные, злющие какие-то. Брови густые, как у таджичек. Нос мне понравился, был картошкой, а сейчас классический, почти римский профиль. Губы тонкие, лоб высокий, уши умеренно оттопыренные. Ничего особенного, короче. Неземной красоты молодого Реддла не наблюдалось, ну и замечательно. Меньше шансов, что узнают о родовой связи. Рост измерила себе с помощью косяка двери, карандаша и спичечного коробка. Спичечный коробок по стандарту пять см. Оказалось, что рост у меня 116 см. Что же, в целом неплохо. Мне бы 160 см, и жить можно, быстрее бы подрасти. У меня была еще одна радость: нашла большой мешок совиного корма и инструкцию, дескать нужно измельчать тщательно каждый раз. Заглянула в мешок, обомлела от счастья: целый мешок гречки! Ура, будем жить. Да, европейцы не любят гречку, только птиц кормят. Повезло мне, повезло.       Решила без надобности из дома не выходить, да и погода стояла промозглая. Нашла спицы на чердаке, распустила свитер Тобиаса. Ему все равно уже не пригодится, мне нужнее. Связала штанишки и кофту для Северуса, очень умаялась. Детские руки совершенно не хотели приспосабливаться к вязанию. Как вязать - помню, рисунок помню, мерки сняла, а вязала почти три недели. Спицы так и стремились вывернуться под немыслимым углом. Еще обнаружилось, что игрушек для младенца в доме нет вообще. У Аиды нашлись две потрепанные куклы, альбом для рисования, краски, карандаши, а также четыре детские книжки с алфавитом и простейшей арифметикой. Пришлось выкручиваться. Почистила ложки, привязала над кроваткой, почти как яркие игрушки. Искала в доме что-нибудь подходящее, нашла только старые вещи. Постирала, распорола, сшила на руках мягкие игрушки, в наполнитель пошла одна подушка. Зато теперь у Северуса был мягкий оранжевый слон и разноцветная условная машина с колесиками, вырезанными из пластиковых крышек детского питания и обернутых тканью. Игрушки малышу очень нравились, я ему еще картинку с Хрюшей и Каркушей нарисовала и прикрепила на стене в зоне видимости. Прах Тобиуса развеяла над речкой, пожелала хорошего посмертия, он был хорошим отцом Аиде, а потом злое колдовство разрушило счастье маленькой семьи. Мир его праху.       Себе завела календарь, каждое утро зачеркивала по одному дню, получилось удобно. Быт налаживался примерно в течение пары недель, потом стало легче. Условно за первый день приняла дату 20 января 1960 года, я нашла ее в письме Эйлин. Потом оказалось, что вычислила я правильно, аккуратно дату подтвердила в магазине. Там свежие газеты лежали на продажу, вот и поинтересовалась. В общем, приспособилась.       Хотя первый поход в магазин был тем еще испытанием. Я жутко трусила, боялась проколоться, боялась, что ребенка у меня отберут, боялась, что меня сдадут в приют или куда там еще, боялась, что выследят и дом отберут, боялась, что ограбят, боялась всего страшно. Паниковала, рыдала немножко, но смесь кончалась, пришлось идти. Оказалось, у страха глаза велики. Нашла магазин быстро, недалеко, всего через три улицы. В магазине меня знали, улыбчивый дядька выдал продукты по списку, якобы от мамы. Домой неслась на всех парах, но Северус мирно спал, даже не заметил моего отсутствия. Снега на улице не было, так что дорожку прокладывать не пришлось. Все равно, на всякий случай подмела около калитки, чтобы не было заметно только детских следов. Соседей не видела, дом по соседству стоял закрытый наглухо, а со второй стороны был крутой обрыв и спуск к речке, которым никто не пользовался.