Котёнок

      Утром Со Джун проснулся первым, как всегда, ещё до рассвета. Ион в это время ещё пребывал в глубоком сне. Он просыпался один раз ночью, чтобы проверить рядом ли его любимый охранник. Испуганно пошарил по тёмной комнате глазами, даже не заморачиваясь мыслями, где находятся, и с радостью расслабленно выдохнул, когда увидел наёмника, сидящего неподалёку. Ещё немного полупал глазами, собираясь что-то спросить или предположить, но потом брякнулся дальше спать.               Со Джун, ругая себя за то, что позволил себе расслабиться и уснуть, подвергая тем самым себя и Иона опасности, вышел за завтраком. В гостинице почти никого не было, и дело даже не в раннем времени, что все спят, потому коридоры пусты, просто видно было, что комнаты свободны от поселенцев. Похоже, что действительно все люди устремились в город, фанатеющей ордой поглазеть на Спасителя. Возможно, в этом было везение Джуна, и ничего не произошло ночью только потому, что никого рядом и не было. Всё же есть немалая правда в словах его учителя, что больше всего опасности там, где есть люди. Тот факт, что гостиница пуста, очень порадовал.               Со Джун подошёл к хозяину, договорился загодя о ванне и завтраке, а сам вышел в деревню, уже не опасаясь, что в это время к Иону нечаянно нагрянут любопытные соседи. На улице тоже было очень мало людей, буквально встретил двоих поддатых мужчин и всё, даже местный рынок пустовал, не имея ни продавцов, ни тем более покупателей. Вся атмосфера напоминала период чумного мора, за исключением разве что брошенных трупов на улицах и отвратительного запаха сожжённых тел. Но эта пустота воспринималась как спокойствие и умиротворённость.              Со Джун зашёл в местную лавку по пошиву и заказал новую одежду себе и Иону. Всё-таки серебро оказалось нужной вещью. Мерки снял по себе, так как они с Мальчиком одного роста, а в остальном ханбок весьма подбиваемый под индивидуальные размеры. Заказал доставку до гостиницы, чтобы уже не возвращаться сюда и не рисковать лишний раз.              Аджумма, хозяйка лавки, встретила его очень приветливо и дружелюбно, но на лице всё-таки промелькнуло какое-то напряжение. Она тревожно оглядывалась на раскрытые двери, когда Джун вроде как не замечал этого. Да и разговаривала немного стянуто, не слишком распространяясь о местных достопримечательностях, как будто это было тайное место.              Когда он вернулся в гостиницу, Ион уже не спал. Терпеливо ожидал его, сидя на полу и надеясь, что ничего не случилось. Страх потерять своего друга напрочь засел в его сердце, и всё это время он пытался уговорить себя выйти и всё разведать, но сидел в нём ещё страх чужих. Гораздо бо́льший, душащий и парализующий.              — Наконец-то ты пришёл, Со-хён, — вскочил Ион, вслед за своим сердцем. — Я так волновался. Где ты был?              — Все хорошо, котёнок. Я был в деревне. Вот, завтрак принёс, — Со Джун кивнул на деревянный поднос с едой, что держал в руках, и поставил его на стол. — Здесь тихо, народу мало, так что и опасности мало. — А про себя добавил. — Это даже начинает напрягать.              — Я бы хотел помыться, — проворковал Ион, с удовольствием устраиваясь за столом и приступая к завтраку, не обращая внимания на последнюю фразу хёна.              — Чуть позже. Я уже договорился насчёт тёплой воды, но надо подождать. Пока ешь.— Со Джун тоже принялся за еду, наблюдая за ожившим после вчерашнего инцидента Иона. Парень как год голодал, набросился на еду, не успевая даже толком жевать, при этом ещё умудряясь счастливо улыбаться.              — Когда мы будем в озёрном городе? — поинтересовался тот, не пережевав ещё рис, отчего щеки раздулись, и еда полезла обратно. Ион быстренько впихнул всё в рот пальцами и продолжил жевать.              — Да не торопись ты, — заругался хён. — Хочешь подавиться? — вопрос был чисто риторический, поэтому он продолжил, не дожидаясь ответа. — Если завтра выступим, послезавтра там уже будем. Ты устал? Можно здесь денёк задержаться.              — Нет, я с тобой не устаю. Просто я нервничаю, — сказал Ион, гулко проглатывая остатки риса и облизывая губы.              — Из-за чего ты нервничаешь? Боишься? — Со Джун собрал палочками с уголков пухлых губ ещё пару оставшихся рисинок и укоризненно цокнул.              — Потому что ты нервничаешь, и я не понимаю почему. Возможно, уже что-то происходит, но я этого не знаю, как вчера на берегу, — чуть надувшись, ответил Ион. — Ведь не просто так ты ходил в деревню, опять оставил меня как наживку? И ночью… Ты не лёг со мной, опять сел у дверей, потому что ожидаешь кого-то. Или чего-то.              — Пока ещё ничего не происходит, успокойся и ешь, — заверил Со Джун. — Опасность есть всегда, нужно не волноваться, а быть начеку и здраво оценивать ситуацию. И никому не стоит доверять. Запомни это, Ион.              — Но я доверяю тебе, а больше мне никого и не надо. Ты только никогда не оставляй меня больше. — Ион посмотрел таким влюблённым взглядом, что Со Джун невольно замер в жевании.              Что-то стянуло сердце от такого безоговорочного доверия, как будто оно было безосновательным. Ион ведь не сомневался, что его точно защитят, наивно полагал, что ему ничего и не грозит рядом с Со Джуном, что он найдёт всему решение. Допускал ли он мысль, что Со Джун всего лишь обычный человек, причём один и не имеющий каких-либо магических способностей? И единственное их преимущество и способ спастись, это умение Со Джуна прятаться и избегать людей.              Ближе к вечеру уже доставили новые одежды. Пришла сама аджумма, а с ней молодая девушка, державшая в руках большую плетёную корзину.              — Это моя дочь, Сон Рим, господин, — представила торговка, кланяясь в приветствии. — Примерьте наряды. Если будет что-то не так в вашей одежде, мы с Сон Рим тут же всё исправим. Мы старались сделать всё, как вы сказали. Извольте проверить.              Девушка поставила перед ними корзину и тоже склонилась, скромно потупила взгляд и встала за спиной матери. Ион так обрадовался новой одежде, что забыл про манеры и с радостным ахом тут же раскрыл корзину и вытащил первый набор ханбока, завёрнутый в холщовую ткань. Ещё больше он обрадовался, когда увидел белый цвет, будто за счёт этого вновь приблизился к богам. Пока он переодевался в комнате, Со Джун тщательно проверил и свою обнову, стараясь между делом порасспрашивать про местный народ. Но женщины на этот счёт были весьма немногословны, если девушка и порывалась что-то ответить, то мать тут же осаждала её беглым взглядом. Не нужно обладать третьим глазом, чтобы заметить, что они пытались что-то скрыть от иногородних. Даже не что-то, а всё, что касалось деревни и её быта.              Ион важным павлином выплыл из комнаты, довольно разглаживая на себе все складочки нового наряда. Сон Рим с восторгом смотрела на этого молодого человека с женоподобным лицом, глаза которого сейчас так ослепительно сияли. После принятия ванны Со Джун прибрал волосы Иона, и теперь в новой одежде, с новой причёской он был просто неотразим. Его высокая фигура подтянулась, лицо, успокоившееся после всяких приключений, порозовело и излучало умиротворение.              — Вам очень идёт белый цвет, — несдержанно воскликнула Сон Рим и всплеснула руками.              — Правда? Вам нравится? — Ион демонстративно крутанулся вокруг оси и смущенно залился краской. — Спасибо. Благодаря вам я чувствую себя потрясающе легко и свободно. Замечательная работа.              Со Джун, нахмурив брови и фыркнув от ярого обмена любезностями, ушёл в комнату, чтобы тоже переодеться. Ничего в его наряде не было особенным, всё так же чёрный набор, но от этого хоть не пахло кровью. Когда он вышел, Сон Рим тоже посмотрела на него восхищённо: крепкий, подтянутый, с орлиным взглядом, уверенными движениями и властной аурой. Со Джун представлялся ей героем для всех женщин, великим защитником и прагматиком, но её взгляд всё равно возвращался к нежному, утончённому Иону, с которым ещё было очень приятно беседовать. Со Джун и Ион были как инь и ян, две половинки одного целого, не представляющие из себя ничего по отдельности.              — Куда вы направляетесь? — спросила Сон Рим Иона.              — Мы? Мы… — он растерянно посмотрел на Со Джуна и замялся.              — Мы просто путешествуем по стране, — подсказал наёмник, доставая остатки платы за заказ. — Изучаем природу.              — Да, вот так, мы с хёном путешествуем, — вдохновлённо подхватил Мальчик. — Мне очень нравится бывать в лесу, там сто-олько животных. Их, конечно, не видно, но Со-хён частенько распознаёт их следы и крики.              — А вам нравится смотреть на закаты? — мечтательно спросила девушка. — Знаете, когда солнце пытается спрятаться за деревьями, но не получается и оно краснеет из-за этого? А потом оно скрывается под землю, а мир как будто замирает в ожидании его возвращения.              — О, очень интересно звучит, — поразился Ион. — Я никогда не обращал внимания на закаты или рассветы вот с такими мыслями. Больше интересовался живыми существами или растениями. Но это наверняка очень красиво, я обязательно посмотрю.              — Вы такой красивый, — не отрывая взгляда, заворожённо произнесла Сон Рим и, наверное, даже не понимала, что произнесла вслух свои мысли.              Аджумма наконец от неловкости тихо кашлянула, привлекая к себе внимание молодых людей.              — Сон Рим, ну что ты так смущаешь господина? Простите её, она не имела в виду ничего предосудительного.              — Ничего страшного, — успокоил женщину Ион, — мне такое уже говорили. Вы тоже очень красивая, Сон Рим, — ответно комплиментировал, при этом склоняя голову к плечу, рассматривая девушку с ног до головы. — Женщины — это украшение человечества.              Со Джун почувствовал укол ревности. Нет, не укол, а удар под дых. Понимал с одной стороны, что в очередной раз люди сходят с ума от его любимого, но с другой стороны, тот ведь тоже не скупился на восхищённые взоры. Сон Рим очень красивая девушка, милая, проста в общении, и не глупа, сразу нашла подход к Иону. Таких пронырливых очаровашек вообще стоит держать подальше от наивного молодого человека, только недавно вырвавшегося в общество. Со Джун переводил суровый взгляд с девушки на Иона и обратно. Сейчас он готов был сгрести Иона и прокричать: «он мой», — как ребёнок, который забирает свою игрушку у других детей.              — Одежда очень хорошо подошла, спасибо, — Со Джун перебил тему о красоте красивых, пока не перевалило за абсурд. Следовало сейчас откланяться, но было ощущение, что к ним незримо так навязываются на последующее общение. Аджумма, хоть и осадила дочь в свободе высказываний, но уходить и прерывать их беседу не торопилась. Нужно было хотя бы их от своей комнаты отвести. — Позвольте угостить вас местным чаем со сладостями, — предложил, не имея в голосе ни единой нотки искренности и затаённого во взгляде ожидания согласия.              Но аджумма и её дочь сразу же согласились, да ещё с энтузиазмом высказали хвалы поварихе гостиницы за отменную стряпню. Ион, тоже обрадованный предстоящим совместным чаепитием, не отрывая взгляда от Сон Рим, двинулся за женщинами, что уже направились на первый этаж, но Пак схватил его за руку и, резко притянув к себе, прошипел на ухо:              — Что это сейчас тут было, Ион?              — О чем ты, хён? — искренне недоумевал тот, пытаясь в его глазах найти ответ.              — Не вздумай с ней заигрывать, ты понял? Иначе я тебя заставлю ночью об этом пожалеть, — пригрозил Со Джун. Кажется, он забыл, что Ион не сведущ в любовных флиртах, и эта угроза так и осталась непонятой, а разборки закончились на заторможенном молчании самого Иона, так как тот не знал, что и ответить.              Поэтому, спустившись в чабан, он продолжил любезничать с Сон Рим, которая ему, в отличие от Со Джуна, вполне симпатична была. Но лишь в степени дружеского общения, а не как предполагал наёмник. Вряд ли Ион вообще мог на кого-то посмотреть с сексуальными мыслями, кроме самого Со Джуна, ведь тот единственный, кто мог ассоциироваться с интимными ласками. Наверное, встреть он двойника хёна, причём даже с тем же характером, Ион всё равно уже не чувствовал бы к нему того, что чувствует к своему «другу», так как за плечами того не было бы багажа их совместных путешествий, боли, переживаний. Каким бы ни был человек прекрасным, спасал Иона только Со Джун, любил только он, кормил с собственных рук только он.              Но Пак этого не разумел, поэтому продолжал стервозно сопеть, наблюдая за милой беседой с Сон Рим. Её мать была совсем не против такого общения, ведь в этой деревне не так уж много претендентов в женихи, а эти молодые люди платили серебром и выглядели весьма серьёзно. Она даже готова была сейчас сама заплатить им, лишь бы у дочери все получилось. Ей самой, как зять, конечно, приглянулся больше Со Джун, потому что он вёл себя как хозяин и серебро всё было у него. Хотя Ион тоже был не плох, но вряд ли с него можно было что-то получить, кроме обаяния.              Сон Рим смотрела на него, как на спелый фрукт, готовая в любую минуту слизать все соки. Они весело смеялись, когда Ион рассказывал свои впечатления от рынка в столице, охали и ахали, когда описывал горы, что видел из своего окна много лет, а в ответ девушка охотно рассказывала про себя. Со Джун нервничал от беспочвенной ревности, но старался не подавать вида. Вообще-то, он никогда и никого не ревновал и, наверное, сейчас не полностью осознавал, что испытывает именно это. И представления не имел, как с этим бороться.              Им наконец принесли сладостей и благословенного напитка. Так как народу в гостинице не было, то ждать пришлось недолго.              — Сон Рим, у вас красивые украшения, — подметил Ион. — Я видел в городе много таких и других, но всё для женщин. Я не понимаю, почему мужчинам нельзя такие носить, ведь каждый имеет право себя украсить.              Сон Рим по-доброму рассмеялась.              — Для мужчин тоже есть свои украшения. Вы можете, например, купить красивую шпильку для своих волос. Или кат с бусами. Можно ведь и кольца, подвески на одежду. Для мужчин есть множество украшений, в зависимости от положения в обществе. Но мне кажется, что их больше красят их поступки, а драгоценности лишь добавляют веса к влиянию.              — Несомненно, как и то, что неправильные поступки могут уродовать, даже при наличии красивой одежды и серебра. Но, когда я буду в городе, я обязательно что-нибудь себе возьму, — обрадовался Ион.              — Ион, а у вас есть невеста? — Весьма нескромный вопрос для молодой девицы. Со Джун заёрзал на топчане и кашлянул, а аджумма, увидев это, дёрнула легонько свою дочь за рукав.              — Кто такая невеста? — спросил с интересом Ион.              — Ну, девушка, которую вы любите, — Сон Рим не обратила внимания на свою мать и продолжала расспрашивать.              — Нет, девушки нет, но есть… — мальчишка уже готов был всё выложить, но Со Джун быстро среагировал.              — Вы знаете, Ион весьма скромный молодой человек, он пока не думал о женитьбе. И пока не хочет об этом думать. — Со Джун незаметно ущипнул Иона, на что тот удивлённо посмотрел на его руки, а потом и на лицо.              — Просто он ещё не встретил свою любовь. Любовь — это так прекрасно, — прокомментировала Сон Рим и закатила глазки от романтичных мыслей.              Ион ничего не понимал. Он уже заметил, что хён сердился на него, но за что? Что он совершил предосудительного? Ведь не болтает лишнего и не позволяет к себе прикасаться, старается быть вежливым и благодарным. И вообще этот день ему нравится, что происходит?              — Я думаю, что нам уже пора. Спасибо за угощение. Заходите к нам в гости. Мы всегда будем рады, — тётушка засобиралась домой, увидев что наступила неловкая ситуация. Все четверо поднялись из-за стола.              В это время в чайную ещё зашли посетители. Со Джун стоял спиной и не сразу их заметил, а вот аджумма и её дочь почтительно склонились, уже глядя им за спины. Со Джун развернулся, мимо них важной походкой проходил наместник из Поднебесной в сопровождении слуг. Сердце наёмника ёкнуло, он вспомнил этого человека, и весьма неприятно.              Два года назад этот наместник нанимал его для поимки беглого раба. Правда, это было не в этой деревне, поэтому он никак не ожидал его здесь увидеть. Со Джуна, конечно, не интересовали чужие дела, но поведение этого господина очень возмутило тогда его. Он был очень жесток с тем рабом, и эта жестокость нравилась самому наместнику, вызывая в его глазах только радость, когда раба избивали. Когда Со Джуну выдавалась расплата за работу, господин сам к нему подошёл вручить монеты. Он его похвалил за отличную работу, провёл, как бы невзначай, рукой по его плечу, предложил остаться у него на постоянной основе. Пообещал большие деньги, хорошие условия жизни и пообещал бы ещё много чего, но наёмник грубо прервал его. У Со Джуна есть свои принципы, поэтому он быстренько откланялся. К нему ещё несколько раз приходили от этого господина с предложением работы, но Со Джун больше не хотел с ним связываться и всегда отказывал.              И вот сейчас они встретились. Наместник был явно удивлён, увидев Со Джуна, но, не останавливаясь, прошёл мимо. Наёмник увидел брошенный с интересом взгляд на Иона, который не стал ему кланяться, и бесстрашно смотрел в глаза. Нехорошее чувство надвигающейся опасности закралось в сердце Со Джуна, когда он провожал спины этих людей.              — Ион нам пора. Идём, — позвал Со Джун.              Они попрощались с женщинами как положено и быстро направились в свою комнату.              — Завтра утром мы отправимся в путь, — предупредил, хватаясь за походный мешок.              — Да, как скажешь, — безропотно согласился Ион, почувствовав суетливость в его действиях. Со Джун достал остатки запасов на дорогу и про себя бубнил, что нужно будет ещё докупить. — Что-то случилось?              — Пока нет, — неуверенно ответил Пак, подошёл к окну и выглянул во двор, всё было тихо. Хотя он и сам ещё не знал, чего ожидает, просто тело привычно отреагировало на встревоженную чуйку, сканируя периметр.              — Это хорошо, — выдохнул Ион. Но видел, что его хён не спешит расслабляться, поэтому решил отвлечь его от думок. — Тебе Сон Рим понравилась? Она очень красивая, — Ион расплылся в улыбке, вспоминая их разговор.              — Ты что-то чересчур с ней расплылся, — буркнул Со Джун, вспомнив свою ревность. — То так людей боимся, «ты не должен меня лицезреть», «ты не должен меня касаться», а тут расцвёл пионом. Признайся, она тебе понравилась как женщина?              — Ну да, ведь на то она и женщина, они действительно прекрасны. Сон Рим очень весёлая, — Ион всё так же улыбался, неосознанно вызывая дикий гнев хёна. — И красивая.              — Хватит уже о ней, — возмутился Со Джун, хлопнув ставней. — Какого беса ты разлюбезничался с ней?              — Почему ты сердишься, Со-хён? Ты сам не свой сегодня. Зачем ущипнул меня? Это было больно, между прочим. — Ион нахмурено взглянул на раздраженного друга, который, поджав губы, снова уставился в окно.              — Ты знаешь, что нельзя говорить про нас с тобой, и тут же распустил язык перед первым встречным. Как торговка на базаре, честное слово.              — Я думаю, что Сон Рим поняла бы это и не стала осуждать, ведь она такая милая, — Ион по своей наивности дальше разжигал в Со Джуне огонь.              — Сон Рим сама хотела затащить тебя в постель. Как бы она поняла твою связь с мужчиной? Не будь таким наивным, люди врут везде и всегда.              — Меня в постель? Зачем? По ней этого не видно, — Ион немного расстроился. Даже после слов хёна он не мог в это поверить и представить, что за словами этой девушки таились какие-то хитрые умыслы.              — Ещё как видно. Она же слюни на тебя спустила, — Со Джун все ещё бесился, причём бестолково. Ещё он не мог поверить, что Ион ничего не понимает, ведь тогда это оправдывало бы его действия. А Со Джун не хотел ему спускать такой распущенности, чтоб неповадно было.              — А ты был с женщиной в постели когда-нибудь? — поинтересовался Ион, когда в голову пришла мысль о нехорошей дружбе хёна с какой-то девушкой, что объясняло бы злость того.              — Да, был, — буркнул наёмник и скосил на него взгляд. — Но сейчас не стоит об этом.              Все женщины Со Джуна были за деньги. Он никогда не хотел какой-нибудь любви или привязанности. Когда был на службе, придворные служанки не сводил с него глаз, за пределами дворца, особенно на рынке, девчонки, не скрывая своего интереса, смотрели на него. Даже наложницы короля проявляли к нему интерес. Самый молодой и красивый охранник короля. Свободный, как ветер, горячий, как огонь, он вызывал буйные фантазии в умах женщин даже более старших, чем он. Но он только смеялся над этими вздохами за спиной и покупал себе только истинных профессиональных кисэн, которые не увяжутся потом за ним. Кто бы мог подумать, что в конце концов он полюбит мальчишку, с которым так просто не удастся посмеяться.              Со Джун смотрел в окно, на улице уже темнело, но все было тихо. Ион подошёл к нему. Хён такой напряжённый, беспокойно всматривался в темноту, совершенно не обращая на него внимания. Блики свечи играли на его сосредоточенном лице. Волосы, забранные в хвост, не скрывали изгибы шеи. Он такой сильный и смелый. Ион обнял его сзади и поцеловал под мочкой. Напряжённое тело сразу поддалось ему, отозвалось на такую незначительную ласку. Со Джун тяжело выдохнул, сбрасывая напряжение. Малыш погладил его по груди, руки скользнули под пхо, и он прижался щекой к спине своего хёна, наслаждаясь его теплом, дыханием, сердцебиением.              — Надеюсь, я нравлюсь тебе больше, чем те женщины. Хотя у меня нет таких украшений, как у них, и милого лица. Не сердись на меня, если я что-то сделал не так, мне нужно твоё внимание, постоянно.              Со Джун ослабил объятия Иона и повернулся к нему лицом. Мгновенно сменив все дикие эмоции на безбрежную любовь, подхватил ладонями под подбородок и поднял его, чтобы смотреть прямо в глаза.              — У тебя самое милое личико, которое я встречал среди женщин и мужчин. И тебе совсем не обязательно стремиться всем нравиться, ты и так привлекаешь достаточно внимания, чтобы люди глаз с тебя не сводили. А я тебя люблю не за красивые побрякушки и идеальную кожу, а за всю твою сущность.              Ион, польщённый таким признанием, кокетливо прикусил нижнюю губу и опустил взгляд. Смущённо и забавно теребил ворот одежды наёмника. Со Джун склонился, ведясь на эту игру, прихватил его верхнюю губу, а потом и нижнюю, вкладывая в прикосновения всю нежность. Но мягкие уста тут же раскрылись ему навстречу, не желая довольствоваться лишь поверхностным осмотром. Язык проник в рот малыша, исследуя все уголки. Танцевал внутри, толкался, игрался, разогревая своими незамысловатыми движениями всё тело. Этот поцелуй уже не таил в себе силы исцеления, он требовал отдачи страсти, вытягивал душу, скручивал свободное дыхание в спираль.               Голова Иона закружилась, ноги стали слабнуть без должного контроля, от вездесущих рук хёна дребезжало тело. Ион всосал его язык и сладко промычал, с наслаждением прижимаясь и впадая в позволительную свободу. Со Джун сорвался от этого стона на более активные действия, подтолкнул Иона и прижал к стене. Впился в пухлые губы уже с голодными покусываниями, явно давая понять, что планирует бурное продолжение. Ион попытался на ощупь развязать его пояс, но Джун развёл его руки и пригвоздил к стене, сразу лишая всей инициативы. Ион запрокинул голову, обнажая горло и хватая жадно воздуха. Со Джун прошёлся поцелуями по его щекам и шее, оставляя жгучие отметины, что обещали расцвести красными лепестками. Горячее дыхание и шёпот безумно неприличных признаний Со Джуна обжигали кожу, вызывая дикие мурашки, которые уже начали покусывать его член.              — Ион, я так хочу тебя. Хочу ласкать и любить. Хочу обнимать, — Со Джун протянул руку вниз к паху, погладил его уже набухший член и слегка сжал. — Котёнок, выдрать хочу тебя.              Ион простонал:              — Со-хён, люби и обнимай меня, — не зная что добавить по поводу последнего желания наёмника.               Ион двинул бёдрами вперёд, требуя повторения ласки, прогнулся в спине и прикрыл глаза, шумно вздыхая на движения руки. Со Джун подхватил его под ягодицы и тут же оказался в объятиях рук и ног, понёс дорогую ношу в постель, уже готовый ко всему, самому порочному и развратному. Ион целовал по пути его лицо, шею, покусывал уши, в то время как Со Джун сминал его ягодицы, подушечками пальцев пытаясь пробиться в ложбинку. Сладкий морок укутал их двоих, как пламя фитиль свечи.              Проходя мимо окна, Со Джун буквально краем глаза заметил движение во дворе. Он остановился, ещё даже неосознанно, на интуитивном уровне действуя. Всмотрелся внимательнее в сумерки, оставляя ласки Иона без должного внимания. Где-то за углом промелькнула тень. С другой стороны двора Со Джун заметил ещё одну фигуру. Он осторожно поставил Иона на пол, всё больше мобилизуясь. Тот продолжал его целовать и прижиматься, ластясь как котёнок, не понял ещё тревоги своего хёна. Со Джун отодвинулся от него и подошёл к окну, встал у стены, скрывая себя ставней. Верны его подозрения или нет, он не знал, но во дворе явно происходило что-то, требующее разбирательства.              — Котёнок, подожди немного. Мне нужно кое-что проверить. — Со Джун взял меч, что знаменовало, что проверить он хочет что-то очень опасное.              Ион, распаленный желанием, ещё не понимал, что происходит и растерянно моргал. Его тело не хотело вот так останавливаться, в различных местах скапливалась тяжесть, умоляя о разрядке, но эротическое возбуждение Со Джуна уже сменилось на боевое. Он потушил свечу и продолжил наблюдать у окна. Ион стоял посреди комнаты надув губы, всё ещё не вникнув в происходящее, единственное, что терзало, дикий хошь. Он прижал руку к паху, чтоб хоть как-то снять возбуждение.              Со Джун вдруг резко закрыл ставни окна.       — Сядь на пол и никуда не выходи, — приказал Иону и выскочил из комнаты.              Ион стоял в темноте и прислушивался. До головы наконец стало доходить, что рядом опасность. Со-хён в опасности. Он подошёл тихонько к окну и выглянул в щель между ставень. Во дворе было пусто. Он увидел какое-то движение возле конюшни, приоткрыл немного окно, чтобы лучше видеть. Со Джун уже с кем-то схватился, с какой-то тёмной фигурой. Что это за люди? Снова наёмники короля? Как Со-хён вообще понимает, кто друг, а кто враг?              Пак быстро орудовал мечом, нисколько не уступая своему сопернику. Его лезвие сияло в свете выкатившейся луны, сталь звонко лязгала в вечерней тишине, угрожающе срывалась в противостоянии, скрежетала в натиске. Сердце Иона пропустило удар, когда позади Пака нарисовался ещё один человек, но хён был хорошим воином, его умения хватило и на двоих. Он ловко отражал их атаки, будто танцуя, вертясь то в одну сторону, то в другую, в ход пошёл уже и нож. Никто из работников гостиницы не вмешивался в опасное сражение.              Ион, переживая за своего друга, даже не заметил приближения к себе постороннего. Кто-то сзади обхватил его за горло и зажал рот ладонью. Душа трусливо упала в пятки, лишая каких-либо сил к сопротивлению.              — Веди себя тихо. Ты же не хочешь, чтобы Со Джун проиграл эту битву? — послышался мужской голос над ухом, и Ион кивнул. — Вот и хорошо. Мы просто подождём, когда твой друг вернётся сюда либо его приведут.              Оставалось лишь послушно смотреть в окно, наблюдая за Со-хёном. Тот быстро расправился с обоими соперниками, осмотрелся по сторонам и побежал в павильон гостиницы. Иона развернули лицом к дверям и подставили лезвие ножа к горлу.              — Стой, ни шагу дальше, — крикнул человек за спиной, когда Со Джун вбежал в комнату, и тот замер. Он уже понял, что Ион в опасности, но ничего не было видно в темноте.              — Зажги свечу, — скомандовал голос. Со Джун достал кремень и засверкал камнем по нему. Когда огонь осветил комнату, он выпрямился и бесстрашно посмотрел на врага. — Приветствую тебя, Со Джун, — проговорил тот самодовольным тоном, как будто уже одержал победу.              — Какого беса тебе надо, Вань Чжи? — Со Джун узнал его. Это пёс китайского наместника, та ещё мразь. Если наместник просто наслаждался издевательствами над людьми издалека, то этот принимал прямое участие в этих издевательствах, избивая рабов, и смеялся над этим.              — Сначала брось меч, чтобы твой товарищ не пострадал, и мы спокойно поговорим, — Со Джун с фырканьем отбросил меч в сторону. — Господин Ли милостиво зовёт тебя в гости, так как у него есть к тебе дело.              — Я не хочу иметь с ним никаких дел, — ответил Со Джун, надменно поднимая свой подбородок. — Я это давно уже объяснил. Передай господину Ли, что больше я этим не занимаюсь. Могу посоветовать других хороших наёмников.              Лезвие ножа стало поджимать сильнее, Ион от страха зажмурился и скуксился. Со Джун, нервно сглотнув, потянул руку к нему, машинально пытаясь укрыть от угрозы, даже находясь на расстоянии.              — К сожалению, ему нужен только ты. Так что я предлагаю тебе пойти с нами. Видишь ли, мне приказано доставить тебя любыми способами, а они, как ты знаешь, у меня могут быть весьма не приятными. Думаю, твой друг поможет мне уговорить тебя обойтись без жертв. — Ладонь, прикрывающая рот Иона, надавила, заставляя запрокинуть голову, а лезвие уже утыкалось не кончиком, длиной прижимаясь к дёргающемуся кадыку.              В то время, пока говорил Вань Чжи, к Со Джуну со спины подошёл ещё один незнакомец. Он интуитивно его почувствовал, может, разгадал по взгляду Иона, и обернулся. И тут же получил мощный удар эфесом меча по голове. От дикой боли в глазах потемнело, мышцы челюсти свело, ноги подогнулись. Со Джун, пав на колени, тряхнул головой, пытаясь привести себя в норму, но стало только хуже, он успел ещё посмотреть в большие от ужаса глаза Иона, прежде чем пал без сознания.              — Не бейте его, не надо, — выкрикнул Ион, как только убрали руку с лица. Завертелся в хватке, намереваясь броситься к хёну. — Не трогайте его. — Нож успели убрать, но из рук не выпустили.              Но второй человек уже завалил Со Джуна себе на плечи и направился на выход. Ион заметил, что за ними остаются капельки крови на полу, Вань Чжи схватил Иона за плечо и потащил за собой. Проходя мимо хозяина гостиницы, Ион посмотрел на него с мольбой о помощи, но тот только виновато отвёл взгляд.              Их никуда не повезли. Недалеко от гостиницы был огромный двор, откуда и пришли похитители. Домики выглядели не хуже дворцовых построек, сообщая, что хозяин весьма не маловажный человек, имеющий деньги и влияние. Куча слуг, охраны, скотины. Неудивительно, что хозяин гостиницы просто опустил взгляд, прекрасно зная, кто были эти люди. Иона закрыли в одной комнате, а Со Джуна унесли куда-то в другое место. Он ещё прислушивался к шагам, прижавшись ухом к двери, но вскоре всё стихло. Ужасная тишина ожидания неизвестно чего шумела в ушах. Ион схватился за свою грудь, где так беспощадно душила тревога. Опять его друг страдает из-за него, несомненно, что он во всём виноват, только вот помочь это осознание ничем не может.              А что, если они его убьют? Нет, тогда убили бы сразу. Со Джун их знает, значит, есть надежда, что сможет поговорить с ними без конфликтов.               Ион сел на пол и закрыл лицо руками в отчаянии. Страшно было не за себя, страшно было вновь потерять своего друга. Они как будто провалились из своего светлого безмятежного мира опять в эту тёмную холодную яму, откуда почти нет шанса вылезти.