Котёнок

      Проснувшись утром в пустой кровати, Ион сразу забеспокоился, вспомнив, как его уже вот так бросали. Со Джун снова ушёл, как и в тот раз. Неужели опять? Сердце моментально сорвало скорость, разбивая все остатки безмятежного сна. Паника стянула лёгкие, а глаза беспокойно осмотрели комнату.              — Со Джун? — позвал правитель, но никто не ответил ему.              Осторожно встав с кровати, стараясь не тревожить жжение внутри, Ион завернулся в простыню и крикнул обслугу. Отдал нужные распоряжения, но спрашивать про Со Джуна не стал. То ли боялся услышать ответ, то ли стыдно было этим интересоваться, то ли сам хотел его найти. А может, просто опасался очередного вранья. Уж слишком тяжёлыми были те воспоминания, когда ему отвечали, что его любимый друг просто ушёл, бросил, пропал.              Слуги быстро нагрели воду, принесли новый ханбок и, пока правитель принимал ванну, в покоях всё прибрали, даже изголовье кровати починили и накрыли завтрак. Се Вана привели в надлежащий вид, забрав аккуратно волосы и украсив заколками, которые он сам накануне выбрал. Ещё он попросил приукрасить его лицо и принести украшения на руки. Почему-то так хотелось, чтобы хён восхищался и гордился им, чтоб глаз с него не сводил.              Только бы он был на месте. Только бы ничего не случилось за эти несколько часов. Не мог же Со Джун уйти. Ведь сейчас он посол, и не один прибыл на остров, чтобы так просто сбежать смог. Червь опасения всё-таки глодал сердце, но разум старательно успокаивал. Сохраняя хладнокровие, Се Ван терпеливо доел завтрак, даже не замечая вкуса еды.              В двери постучались. Советник, пряча взгляд, вошёл, держа один свиток в руках, и поклонился.              — Господин Се Ван, нам следует уже заняться делами. За вчерашний день накопилось много посланий и жалоб, которые требуют именно вашего внимания. Ещё назначен приём делегации торговцев по поводу возобновления связи с большой землёй. И нужно принять учителей, у них вопросы по поводу строительства детской школы.              Правитель тяжко вздохнул от такого большого расписания. Надо — значит, надо. Для разума Иона все эти правительственные дела были весьма тяжёлыми. Очень часто, перечитывая очередную жалобу, он не знал, что с ней делать, и просто нетерпеливо откидывал, а после раздражённо уходил из кабинета в сад. Почему-то такая большая ответственность выпала на долю именно Иона, того, кто совсем не разбирался в этом и даже не заинтересован был.               — Хорошо. Значит, идём разбираться с делами, — Се Ван вынужден был отложить поиск посла и направиться в кабинет. Но по пути ещё успевал осматривать коридоры, надеясь увидеть там группу королевской делегации.              Юный правитель изо всех сил старался помогать этому народу. И сейчас, после войны, ему нужно было всё сделать правильно, как планировала когда-то его мать. Помимо городских дел были ещё и личные: нужно разместить Ё Ми, подготовиться к официальному расторжению помолвки и уже подумать о преемнике, которому он передаст трон. Он сделает это обязательно, и нужно было успеть до официальной коронации, чтобы не было лишних церемоний. В кабинете, после того как советник Го неинтересно объяснил, каким образом решаются споры в среде знати, Ион решил завести с ним разговор про престолонаследие, но не уточняя при этом детали.              — Скажите, кто может занимать трон, кроме людей с королевской кровью? Что будет, если не окажется больше наследников?               Советник смутился от такого вопроса. Ведь по правилам на трон сядет первый после правителя, главный во дворце. Если же это невозможно, уже по очереди рассматриваются чины министров. А после правителя сейчас стоял он.              — Господин Се Ван, я думаю, что при отсутствии наследника его престол занимает самый сильнейший и влиятельный человек при дворе, — ответил советник. — Обычно борьба за трон решает это. Но отсутствие королевской крови не даёт ему гарантии на долгое царствование, так как народ склонен менять таких правителей по своему усмотрению, ведь он уже не считается небесным наместником. Всё-таки династия — это залог стабильности. В основном, в такие времена в стране начинается хаос.              Ион отложил свиток в сторону и сосредоточенно сдвинул брови. Не так-то просто будет от всего отказаться и сбежать, при этом не навредив народу. На нём и после будет лежать ответственность.              — А что, если преемника назначит сам бывший правитель?              — Это не многое изменит, если всё же нет родственных связей, — неуверенно пожал плечами советник Го. — Просто процедура восхождения на трон будет проще, уже без добывания доказательств.               Ион тут же закрыл эту тему, не понимая, что же всё-таки делать. Либо ему нужен чей-то сторонний совет, либо просто время, чтобы придумать оптимальный вариант.               К полудню он пересмотрел несколько свитков и писем из различных ведомств. Распорядился, чтобы Ё Ми переселили в комнату в женской половине, и добавил, что это всего лишь на пару дней. А затем направился в сад. Там, возле пруда, он часто проводил время, наблюдая за рыбками, отдыхая телом и душой. Сейчас его тело нуждалось не только в отдыхе, но и подлечить бы не мешало. Обращаться к лекарю с такой… деликатной просьбой он не собирался. Но жжение между бёдер не оставляло его в покое. Поэтому он приказал приготовить обезболивающий чай, ссылаясь на мигрень, и отсиделся в лёгком кресле из ивовых прутьев со специально отклонённой спинкой до самой трапезы, приказав никому не беспокоить. И выделил, что этот приказ касается и Ё Ми.               После обеда начались приёмы. Если с письмами было легко: не понимая, Се Ван просто откладывал их, оставляя на советника, — то при разговоре с людьми всё было гораздо сложнее. Между торговцами произошёл спор прямо во время совещания и чуть не дошло до рукоприкладства. Советник разрешил эту ситуацию, предлагая оформить всё в письменном виде и всё-таки прийти к единому мнению, а не устраивать перед правителем каламбур. А также пообещал, что все их предложения обязательно будут рассмотрены и примется решение в течение пяти дней после прочтения письма. Торговцев заверили, что при подписании договора с королём Корё их интересы будут учтены и торговля обязательно возобновится. Успокоившись после двух часов переговоров, торговцы ушли. Следующими должны были быть учителя, но правитель решил отдохнуть, накопив в себе немалое возмущение на поведение торговцев.              — Где сейчас наши гости? — спросил он у советника, не уточняя, кто именно его интересует.              — Господин посол со своими людьми на тренировочном поле, — точно зная, о ком идёт речь, ответил советник. — Они с утра занимаются там.              — Отдохни немного, я схожу туда. Стоит кое-что обсудить.               Советник поклонился и ушёл, забрав с собой все письма. Правитель приказал слугам проводить его на тренировочное поле при дворе. Он никогда там не был, поэтому пришлось обратиться за сторонней помощью.              Тренировки проводили прямо за садом. Большая площадка с различными тренажёрами была окружена небольшой оградой, как выделением границы. За забором вокруг поля располагались веранды для отдыха и наблюдения. Ион вышел прямо на площадку. Небольшой отряд в это время практиковался в стрельбе из лука. Во главе стоял Со Джун, выкрикивая приказы, ругательства и проклятия. Но изредка вылетали и шутки.               Заметив издалека приближение правителя, солдаты тут же склонились на колено, бросая тренировку. Со Джун тоже обернулся, но падать ниц не собирался, уверенный, что его казнить за это не станут. Разглядывая украшенного правителя, посол наслаждался этой красотой. Пухлые губы стали алыми и притягивали к себе внимание. Уже выделилась слюна, и так захотелось их вылизать. Кошачьи яркие глаза завораживали своей наивностью и преданностью. Раскрасневшиеся щеки Иона напомнили послу о ночных страстях.              — Продолжайте тренировки, не буду вас отвлекать, — правитель жестом освободил солдат и посмотрел на посла. — Как вам наше тренировочное поле?              Со Джун всё так же, не отрываясь, смотрел на своего Котёнка и улыбался глазами. А чтоб слуги не заметили, что он так пялится, встал между правителем и ими, закрыв своей спиной.              — Просто прекрасно. Даже передать не могу, насколько прекрасно, — Со Джун томно, вспоминая ночь, передавал ощущения, вовсе не относящиеся к тренировочному полю. Конечно же, Ион спрашивал мнение не о своём виде или любовных утехах, но то ли вид его наводил Пака на те пошлые мысли, то ли тот сам не мог больше ни о чём думать.              Ион это понял и смущённо отвернулся.              — Что ж, тогда вам разрешено посещать его, когда захотите.              — Уже хотим. Нет сил покидать это поле, — посол продолжил поедать глазами правителя, не опасаясь, что это заметят его подчинённые. Даже чуть наклонился к нему, чтобы ощущать себя в его личном пространстве.              — Ну прямо-таки, — скептично протянул Ион, подняв глаза. — Что же вы тогда его оставили так легко утром?              Глаза обоих собеседников уже не разрывали связи, снова закрывая их в своём мирке. Никто ни к кому не прикасался, но воздух вокруг словно уплотнялся и делал чувствительность выше.              — Это просто для отдыха, — беззаботно ответил Пак. — Да и не хочется смущать ваших солдат нашим присутствием. Мы стараемся быть незаметными и не приносить проблем.              — Тренировочное поле нуждается в уходе. После ваших занятий оно в плачевном состоянии, — Се Ван покраснел от своих же слов, а Со Джун переступил с ноги на ногу, чувствуя, что желание из сердца спустилось в пах.              — Не волнуйтесь, мы позаботимся об этом. Надеюсь, после обыденных дел у господина останутся силы, чтобы принять нашу работу.              — Я постараюсь не переусердствовать и быть готовым, — с лёгким смешком Се Ван развернулся и побрёл прочь от людей.              Но в это время к Со Джуну подошёл его солдат и сообщил:              — Командир, проверять будете? Стрелы спущены три раза.              Со Джун неохотно оторвался от чёрных глаз Иона и перевёл внимание на помощника.              — Позже. Господин Се Ван, познакомьтесь, это мой хороший друг, Чи Син, — проговорил посол, а тот учтиво поклонился. — Чи Син — это правитель Озёрного города Се Ван, в прошлом — Ион.              Глаза солдата несдержанно расширились при озвучивание этого имени. Он внимательно осмотрел правителя с ног до головы, что не очень понравилось тому, а потом перевёл взгляд на командира, с немым вопросом на лице: «Это он?». Со Джун гордо кивнул, отвечая на этот вопрос. Солдат вздёрнул брови, приоткрыв рот, но не высказав вопрос вслух: «Как так?» Со Джун только пожал плечами. Такой разговор глазами удивил правителя.              — Что-то не так? — недовольно поинтересовался он.              — Все отлично, господин Се Ван, просто нужно проверить работу солдат, — ответил Со Джун. — Их меткость ещё оставляет желать лучшего, поэтому нужно следить за этим.              — Не сомневаюсь, что ваша меткость выше всяких похвал. Я, пожалуй, присоединюсь к вам, очень любопытно стало, — Ион двинулся первым, внимательно разглядывая мишени.              — Моя меткость вам понравится. И стреляю я чаще всего на поражение, — добавил Со Джун.               Эти двое продолжали вуалировать свой разговор, вынужденные скрывать деликатные подробности. Но обоих это устраивало на данный момент. Ион прошёл вдоль мишеней, внимательно разглядывая результаты и довольно кивая, словно это он принимал работу. В принципе, многие стрелы были около центра, редкие попали прямо в яблочко. Отличный отряд.              — Ну вот, господин посол, есть и в ваших рядах меткие стрелки, — указывая на поражённую цель, подметил Се Ван. — Чего более можно ожидать?              Со Джун усмехнулся этой простоте и протянул руку к Чи Сину, собираясь показать высший класс. Тот быстро подал ему лук и стрелу, а солдаты отступили от этого места, давая пространство на стрельбу. Со Джун резко натянул тетиву и, почти не прицеливаясь, спустил стрелу. Ион опомниться не успел, как стрела в мишени была рассечена надвое. Со Джун тут же спустил вторую, так же рассекая ею предыдущую надвое. Третья стрела также устремилась в центр, разбивая все накопившиеся стрелы и падая всем скопом на землю, под восторженные крики отряда. Ион сдержанно улыбнулся мастерству хёна, так как позволить себе восхищённый крик не мог, но глазами передавал всю свою любовь.              — Даже не представляю, что вы творите с мечом, если уж стрелы вас слушаются беспрекословно. Что уж говорить о солдатах? Наверное, вы их чересчур гоняете и многого требуете, добиваясь уровня вашего мастерства? — Правитель повернулся к отряду. — Посмотрите, они уже замученные. Вам стоит бережнее относиться к ним, господин посол.              — Пытаюсь, но ничего не могу поделать со своей натурой. Внутри что-то требует беспредельного подчинения, — Пак прогнул грудь колесом, гордясь перед своим Котёнком.              — Тогда вас тоже нужно тренировать и воспитывать. Попробуйте медитировать, постарайтесь подчинить себе и своего зверя так же, как эти стрелы, — с улыбкой предложил Ион. — Иначе командовать будет некем.               Со Джун изумленно приподнял бровь.              — Неужели солдаты решатся дезертировать? Это непозволительно ни в одном войске и строго карается.              — Думаю, что у солдат просто не останется сил на выполнение ваших приказов.              — Я приму ваши советы, господин Се Ван, — Со Джун, улыбнувшись, склонил голову. — Но ничего не обещаю. Некоторые вещи мне просто неподвластны. Как перестать дышать? Как отказаться от еды? Как остановить сердце? Ведь в этом жизнь.              — Просто всё хорошо в меру, — ответил Ион. — Что ж, раз вам так тяжело, то я лично прослежу за вашим воспитанием.               Со Джун опять поднял брови.              — О, какая честь, господин Се Ван! Очень рад вашему вниманию. Надеюсь, ваши методы не будут очень жестокими. Знаете, чтобы мебель больше не ломать.               Ион невольно вскинул глаза к небу, а после, подняв свой подбородок, удалился с поля. Со Джун, ухмыляясь, смотрел ему вслед и уже планировал следующую ночь, когда он сорвёт с правителя эту глупую маску и выпустит распутника, а высокомерно задранный подбородок заставит склониться.              — Это он? — на всякий случай переспросил Чи Син, подойдя со спины.              — Ты же всё и так понял, к чему лишние вопросы?              — Кто бы мог подумать. И как же сейчас ваши отношения? Общаетесь вроде весьма спокойно. Неужели он забыл, что ты оставил его?              — Не забыл. Мы снова вместе, — коротко ответил Со Джун.              — Снова вместе? — изумился Чи Син. — А то я и думаю, что больно дружественно правитель тебе улыбался. И как же вы это вместе? Правитель, насколько я знаю, жениться собрался, а нам уезжать скоро. Или вы останетесь уже здесь?               Со Джун только молча помотал головой, поглядывая на сад, в котором скрылся Ион. У него уже все распланировано. Вместе с королём У-Ваном они продумали каждый шаг, осталось только направлять Иона по этим шагам, и тогда они будут вместе без ограничений. И на это всего несколько дней.              — Как же вы встречаетесь?               Со Джун стряхнул с себя глубокие мысли от вопроса Чи Сина. Который уже, кстати, стал надоедать своим интересом. Может, Со Джун и доверял ему, но это не значило, что станет раскрываться без остатка.              — А вот подробности наших встреч твой мозг не выдержит. Займись-ка лучше отрядом — пусть отойдут ко второй отметке.              Помощник не стал более лезть, и они вернулись к тренировке, хотя солдаты и так уже были измотаны.              

***

      На протяжении трёх часов решался вопрос о новой школе для малышей. Ион устал, перебирая в голове всю информацию. Министры предлагали свои территории для постройки, подчёркивая все достоинства и отмечая недостатки чужой земли. Опять началась перепалка за стройку, каждый тянул одеяло на себя. Ведь наличие школы на территории надела, увеличивало влияние в сфере образования, и никто не хотел упускать такой шанс. Ион всеми силами пытался разобраться в каждом предложенном месте, но данных было так много, что в одночасье этого было не решить. Он уже с мольбой в глазах смотрел на советника Го, который старался удерживать всё совещание в приличных рамках. Тот и сам уже понимал, что обсуждение затянулось, а конца не предвещалось.              — Господа министры, правитель считает, что разрешение такого серьёзного вопроса требует большего изучения деталей, — советник встал со своего места и поднял ладони, привлекая к себе внимание. — И это займёт немало времени, поэтому перенесём совещание на другой день. Уважаемые учителя, спасибо, что принимаете активное участие в жизни города, но на сегодня этого достаточно.               Вот так культурненько советник всех разогнал. Не дожидаясь их ухода, они с правителем вышли из зала и направились прямиком в кабинет, ещё не заканчивая рабочий день. Наступившая тишина вакуумом закупорила уши, расслабляя мозг, и Се Ван глубоко выдохнул, сев за стол. Советник молча встал рядом, давая правителю отдохнуть. Сам же ни на что не жаловался, сохраняя спину прямой в любой ситуации, терпеливо выполнял свои обязанности, не задавая лишних вопросов. Вообще, Ион подозревал, что советнику только в радость думать и принимать решения, словно он таким образом реализовывал себя, свои идеи и принципы. Он по-своему видел хорошую жизнь для граждан и стремился создать все условия для этого. Но всё же соблюдал границы дозволенного.              — Ё Ми уже переехала? — Ион первым нарушил благословенную тишину. Он сидел с закрытыми глазами, распространяя по телу медитативное спокойствие.              — Да, господин. Комната была приготовлена вовремя. Её служанка сама позаботился об остальном. Я проверил все условия размещения, ей понравилась та комната.              — Как у вас хватает на это сил? — пробормотал Ион тихо, как досаду на себя, что сейчас готов был заскулить от всех этих забот. Его вопрос не требовал ответа, и советник разумно промолчал.              — Может, вам приготовить расслабляющую ванну? Это помогает. Со временем вы привыкнете, научитесь правильно распределять свою энергию…              — Нет, мне этого не нужно, — оборвал Се Ван. — Лучше пришлите сюда писаря и можете быть свободны.              Но советник не спешил выполнять указание, только глянул на дверь, а затем вновь посмотрел на правителя.              — Господин, простите, можно сказать что-то личное?               Ион тут же открыл глаза и недоуменно свёл брови. Некая неловкость на лице советника его немного напрягла. Что именно означало слово «личное»?              — Говорите.               Советник замялся, не зная, какие более деликатные слова подобрать. Он мог в деловой речи изъясняться максимально вежливо, даже если отказывал при этом, или наоборот, надавливая вынужденностью, но в семейных и любовных отношениях далеко не блистал риторикой.              — Я думаю… мне кажется, что вам не стоит встречаться с послом в личных покоях, — наконец вытянул он и тут же поджал губы, потому как понял, что прозвучало это глупо и чересчур указующе. Вообще-то, он бы лучше призвал к тому, что этим двоим совсем не нужно встречаться в этом городе, особенно перед самой свадьбой. Но вряд ли он в этом плане хоть на что-то мог повлиять.               Ион тотчас покраснел, как рак, и промолчал.              — Возможно, вам подойдёт отдельный павильон. Там внутренние звуки не так слышны. Да и слуг можно не держать под дверями.               Если бы можно было покраснеть ещё больше, Ион обязательно бы залился очередной порцией краски. Но пока что он просто поглубже притупил взгляд. В мыслях почему-то сверкнуло сравнение с королём: ведь тот развлекался со своими наложницами без стеснения, мог и при слугах, и при страже, и при пленниках. Но то король. Пусть он хоть голозадый по улицам ходит, а Иону было очень стыдно.               — Просто стража может поднять переполох, — продолжал Го. — Вчерашних я предупредил, чтобы держали язык за зубами, но сегодня будут другие. Да и нет никакой надежды, что слухи не пролезут.              Ситуация была неловкой для обоих, и советник старался говорить мягко, без упрёка, только вот влезание в чужой интим всё равно расценивалось как наглость, поэтому он тоже прятал взгляд. Но он считал, что стоит обратить внимание правителя на такое предосудительное поведение, пока не случился скандал.              — Если вы позволите, я распоряжусь, чтобы ваш садовый павильон подготовили. Там вы будете в такой же безопасности, как и в покоях.               Ион только согласно кивнул, не поднимая глаз. Советник ещё помялся, ожидая разрешения на уход.              — Так я пойду? — спросил он сам и получил все тот же согласный кивок.              Ион застопорился после этого разговора. Было так стыдно, что хотелось спрятаться. Стыдно не за то, что узнали про их отношения, а за своё несдержанное поведение. Кому приятно слушать чужие стоны и крики страсти? Да к тому же, это всё-таки должно быть уединение, а не концертом на весь дворец. Но вскоре пришёл писарь и отвлёк его от таких раздумий. Правитель сконцентрировался на своих новых указах, успокаивая себя, что советник Го — человек мудрый и не станет после такого относиться к нему с каким-нибудь пренебрежением.              

***

       После тренировки Со Джун распустил усталый отряд и сам направился в покои. Стоило принять ванну и привести себя в порядок — сегодня он опять запланировал визит к правителю. По пути к себе, в путаных коридорах дворца он наткнулся на Ё Ми.              — О, господин посол, рада вас видеть, — зачирикала та, словно только его и ждала. — Знаете, правитель разрешил мне понаблюдать за вами, простыми людьми. — Она подбежала к нему и как-то по-дурацки захлопала ресницами. — Хотелось бы провести с вами завтрашний день, чтобы получше узнать ваши нравы, привычки, характер общения.              Со Джун свёл брови, размышляя над таким незаманчивым предложением. Он помнил слова Иона, что тот разрешил девице пообщаться с его делегацией, но как-то не планировал сам в этом участвовать.              — Я отправлю к вам моего помощника, он вам всё расскажет. Мне, к сожалению, некогда этим заниматься, — отнекался как мог и Шагнул вперёд, намереваясь уйти.              — Ваш помощник? Нет-нет-нет, так не пойдёт, — девушка спешно встала на его пути. — Не пристало слуге учить хозяев. Только с вами я могу узнать ваш народ. Ведь вы такой яркий представитель.               Ё Ми пересекла границу дозволенного — подошла совсем близко и бросила обворожительный взгляд из-под чёлки. Большие глаза, обрамлённые белыми ресницами, с небесно-голубыми радужками могли свести мужчину с ума. Со Джун, не ожидав таких наглых выходок, замер, заглядывая в эти глаза. Девушка воспользовалась этим и протянула руки к желанному телу, положила их на грудь и сжала ткань. Со Джун аккуратно, но уверенно отодвинул её за плечи и молча обошёл, не собираясь обсуждать свой ответ. И опять оставил девушку в недоумении. В её голове моментально закружились возмущенные вопросы: Как мог он так дерзко с ней обойтись? И это после того, как она почти раскрылась перед ним? Это не она должна была делать, а он. Ничего, она всё равно добьётся своего. Любыми способами, но добьётся. Этот дикарь в ногах будет валяться.              А Со Джун немного подрастерялся от странного поведения белой девицы. Это очень было похоже на попытку соблазнения, по крайней мере, в его опыте общения с девушками, такое лапание его груди именно это и означало. Но он не понимал смысла этого соблазнения. Что ей нужно? Вряд ли он её заинтересовал как мужчина — в глазах искрилась лишь хитрость, неумело прикрытая желанием. Да и что-то странно бросаться на первого встречного сразу, как только свадьбу отменили. Скорее всего, он нужен как пешка в какой-то игре. Она точно задумала недоброе, раз шла на такие меры. Только вот Со Джун не собирался ни в чём участвовать, даже за такие премиленькие подмигивания.               После ужина Со Джун, чистый и прибранный, направился прямиком в библиотеку. За дверями его покоев поджидал советник, вероятно, так и не осмелившийся постучаться. Но, как только Со Джун вышел, он встал на его пути.              — Господин посол, уделите мне минуту? — холодный взгляд советника скорее не спрашивал, а требовал эту минуту.              — Ну, разве что только минуту, — согласно кивнул Со Джун, осмотревшись по сторонам — уж больно вид этого мужчины казался угрожающим, словно он арестовывать пришёл. Но всё оказалось куда интереснее.              — Сообщаю заранее, чтобы не наводили лишних поисков и расспросов, что господин Се Ван ненадолго переехал из своих покоев в садовый домик. Открытое окно находится с восточной стороны. Стражников только двое. Обслуги нет, они будут только утром. Так что вам придётся самолично поухаживать за правителем, в том числе и блюсти за его безопасностью. И, пожалуйста, будьте осторожнее с одеждой и самим правителем.              Со Джун с усмешкой слушал его. Разглядывал самоуверенное выражение лица и представлял, что вот так же наверняка наставляют девушек перед первыми брачными ночами. Ещё чуть-чуть и тот начнёт перечислять ласки, которые господину предпочтительны.              — Так значит, это вы вчера ворвались без приглашения, — догадался Со Джун, на что советник лишь отвёл глаза. — Ну и, как представление? Что так быстро сбежали? У нас было три захода.              Советник не выказал никаких эмоций, но уши покраснели. На фоне светлых волос это было очень заметно. Это уже не стыдливый Се Ван, посол явно гордился тем, что попал в кровать правителя.              — Надеюсь, вы будете вести себя сдержаннее. Правителю сегодня было тяжело, хоть он и не показывал это. Днём он принимал обезболивающий чай, и не думаю, что это именно из-за мигрени, потому как он отказался от помощи лекаря.              — В каком плане тяжело? — поинтересовался Со Джун, хотя ранее намёки Иона на тренировочном поле про его «ранения» он понял.              — Думаю, если вы соизволите поинтересоваться у господина Се Вана, он ответит вам более точно. Не забывайте, что излишняя страсть может и навредить.               После этого советник поклонился и поспешил уйти, а Со Джун, выслушав размытый ответ, отправился в сад. Интересная получалась ситуация: люди уже прознали про такую связь двух мужчин, но не поднимался скандал, никто не требовал посла покинуть город, никто не брюзжал, насколько это аморально, и никто ничего не запрещал. Вот что делает власть, сейчас Ион не какой-то неизвестный мальчишка — он правитель целого народа, пусть и немногочисленного, но обладающего немалой мощью. Осмелится ли кто-то ему указывать? Разве что вот этот советник, но, похоже, он терпеливо это принял и решил подсказать, как будет удобнее. Неплохо всё сложилось, но всё равно это была несвобода.               Садовый домик был ещё шикарнее покоев. Стены расписаны ветвями цветущих деревьев, на полах ковры. Между тонкими резными перегородками, делящими дом на две половины, с потолка свисали тонкие занавеси. На огромном подиуме располагалась не менее огромная кровать с балдахином из бусин. Перед подиумом в центре домика стоял небольшой столик с резными ножками. Отдельной купальной комнаты не было, но деревянная ванна располагалась за цветастой ширмой. На отрезках стен между картинами были развешаны бронзовые зеркала, с помощью которых освещение комнаты было гораздо лучше и не скрывалось занавесями. Около одной стены располагался зеркальный столик, сундуки с тряпьём, комоды с мелочами и бумагами. Танкетки, пуфики, подушки, вазы с цветами, нефритовая керамика, небольшие статуэтки Будды — всё это являлось украшением домика, привлекая внимание. Одно окно, как и было обещано, было раскрыто настежь.               Со Джун обошёл комнату, с интересом рассматривая обстановку. Огни фонарей колебались от попадающего ветра и гоняли тени по стенам, оживляя интерьер. Воздух был насыщен благовониями, которые приятно пьянили голову. Ион встретил, сидя за столиком и разливая вино. Цвёл от радости, при этом алея щеками.              — Тебе советник Го сказал куда идти? — спросил правитель.              — Он самый. Доходчиво объяснил куда стоит влезть, а куда не стоит. Очень заботливый у тебя помощник. Предполагаю, что этот павильончик он предложил?              — Да, — ответил Ион, загадочно-мечтательным взглядом рассматривая картины. — Когда-то здесь отдыхали мои родители.              — Твои родители знают толк в красивых ночах, — подметил Со Джун, разглядывая изображения милующихся на ветках птиц. — Неудивительно, что ты у них получился таким аппетитным. Наверняка старательно изучали вот эти картинки. Очень интересные позы…              — Ты перевернул всё на самое пошлое, Со-хён, — возмутился Ион, поднеся ему чашку вина. — Лучше расскажи мне, как так король У-Ван сделал тебя послом, ведь вы с ним ранее конфликтовали. Уж кого-кого, а тебя я бы последним предположил увидеть в таком качестве.               Со Джун с охотой выпил вино и посмаковал послевкусие, думая, как всё покороче рассказать.              — Вообще-то, до конфликта мы с ним были дружны, и, как оказалось, все те поводы для обвинений были подстроены. Эти дворцовые интриги всегда преследовали нас, и мы их благополучно избегали, но вот эту, последнюю — не смогли. — Со Джун невольно задумался, ещё раз перебирая в голове всю историю из прошлого. Многих бед можно было избежать, если бы он просто пришёл к своему другу и спросил всё, как надо, глядя в глаза. — Король обязательно с этим разберётся, уже поручено было поднять все записи по моей деревне и привести свидетелей того набега неизвестных солдат.              — Значит, вы с ним стали друзьями? — спросил Ион, участливо заглядывая в глаза.              Со Джун встряхнулся и улыбнулся ему, отдавая пустую чашу.              — Я бы сказал, что мы простили друг друга. Но былого уже не вернёшь. Сейчас дружба другая, потому как жизни у нас уже другие, да и сами мы… — Со Джун внезапным порывом притянул к себе Иона и прижался лёгким поцелуем, а потом зашептал, нежась кончиком носа по его щеке. — Ты многое во мне изменил. И я так тебе благодарен за то, что ты просто существуешь.              — Ох, я надеюсь, что ты не забудешь эти слова никогда, — весело усмехнувшись, ответил Ион. — Так кто же ты сейчас королю, что он даже послом тебя назначил?              — Теперь я лишь служу лично ему. Никаких дворцовых дел не касаюсь, как и они меня. Нет надо мной никакого командира, кроме самого короля. Вот он и отправил меня послом.              Ион, обнимая хёна за плечи, задумался и уложил голову на его грудь.              — Надо же, сколько всего изменилось после сражения. Такое ощущение, что до него всё была война — не просто между странами, но и между людьми. Сейчас всё как будто успокоилось, мне кажется, даже люди стали добрее. Но я понимаю, что это только отсюда кажется, что на самом деле люди остались прежними.              — Что-то совсем ты сник, Котёнок, — Со Джун выпрямил спину и снял с себя его руки. — Не надо думать о большом мире в то время, когда мы уединяемся в своём маленьком. Посмотри, я тебе тут кое-что принёс, — он достал из-под полы небольшую баночку.              — Что это? — Ион убрал чашу из-под вина на стол и уже протянул руку к баночке, но Со Джун спрятал её за спину и игриво улыбнулся.               — Это заживляющая мазь, но я тебе её не дам. Обещал же привести тренировочную базу в надлежащий вид. Вот сам всё и сделаю. Командир должен заботиться о своих солдатах. Это мне Чи Син недавно подарил.              — Заживляющая мазь? — Ион тут же залился краской, сразу смекнув, для чего её принесли. — Я вполне могу и сам всё сделать, незачем тебе лезть. Ничего чинить не надо.              — Не надо вредничать, Котёнок. Я натворил, мне и исправлять. Ты же не вздумал сейчас стесняться? — Со Джун вскинул брови и сверкнул озорным взглядом. — Это после вчерашнего-то? Ион, твоя попка принадлежит мне, тебе нечего стыдиться.               Но смущённо-опущенный взгляд говорил именно о стыде. Разговор с советником немного отрезвил правителя, и страсть с Со Джуном уже не представлялась такой сакральной, как прежде. А свои потребности, в том числе и боль, казалось, Ион раскрыл на всеобщее обозрение. И выглядело это ужасно. Ион без сомнений раздарит ласки Со Джуну и позволит нежить себя где угодно — но это во время любви. А как же дать себя лечить? Это ведь безответно. Как Ион его сможет отблагодарить?               Со Джун поставил мазь на стол и подтянул к себе притихшего правителя.              — Ты же сам хотел научить меня нежному обращению. Помнишь? Это мне сейчас стоит стыдиться своего поведения, но кто меня осудит, если я так соскучился? — Со Джун скользнул ладонями по талии и ниже, принимаясь кружить по бёдрам. — Просто дай мне шанс показать себя с другой стороны. Поверь, я умею быть заботливым.              Губы посла слегка коснулись румяной щеки, а Ион повернулся и поймал эти губы своими, затягивая в поцелуй, как согласие на всё и больше. Как же он может отказать своему хёну? Ведь изначально только ему и доверялся. Было это доверие исцарапано бунтами Со Джуна, но все равно именно оно стало каркасом для их любви.              Полились лёгкие касания, невесомое дыхание, нежные объятия, слова любви шёпотом, чтоб слышали их только избранные — всё это расслабляло правителя, прогоняло всякий стыд и смущение, возбуждая похотливые желания. Пальцы Со Джуна терпеливо-осторожно развязывали тесёмки и пояс одежды, сохраняя всё целым, хотя они немного подрагивали от нетерпения. Оголяя потихоньку тело, он не забывал процеловывать каждый открытый участок кожи, наслаждаясь бархатистостью и теплом. Никаких засосов и укусов, хватаний и щипков, только нежные поцелуи и ласковое скольжение ладоней.              Ион не остался безучастным, тоже избавляя Со Джуна от одежды: любовался подтянутой мускулатурой, губами пропечатывал знакомые изгибы, томился под жаркими поцелуями. Ему и мази не надо, лишь бы вот этой магией подлечивали постоянно.              Оставшись полностью нагим, Со Джун подхватил Иона на руки и понёс на кровать. Уложив его на подушки, он продолжил целовать горячее тело, сам при этом нависал над ним, словно прикрывал собой от чужих взоров. Ладонью скользнул меж подрагивающих ног Иона и стал поглаживать чувствительную кожу возле самой промежности, осторожно-невесомо-щекотно, словно по алмазной огранке водил, стараясь не перекрывать весь её блеск. И ноги раздвинулись, подставляясь нежным рукам и прося большего. Со Джун прижался к Иону и неслышно прошипел, упёршись пахом в его налитый член. Слишком желаемо, слишком чувствительно — по телу словно молнии пронеслись. Ион перекинулся поцелуями с лица на плечи, ниже на грудь и стал вылизывать соски, в то время как Со Джун обнял оба возбуждённых члена и стал мастурбировать.              — Мой котёнок… Мой развратный котёнок… Люблю тебя, — шептал он, раздувая ноздри от наслаждения.              Ион тихо простонал и обнял его бёдра ногами, подтягивая к себе ближе.              — Я хочу тебя, Со-хён, — проскрипел на выдохе. — У меня всё горит, так хочу тебя внутри.              — У тебя не только от этого горит, Котёнок, — Со Джун вскинулся, сбрасывая с себя Иона. — Я сейчас, — предупредил и убежал. Вернувшись с баночкой мази, он на коленях устроился между длинных ног правителя.              На этот раз он склонился перед ним, подставляя его пенис под влажные ласки. Со Джун без раздумий припал губами к головке, слизал первую росу, провёл кончиком языка по стволу, очертив уздечку. Ион откинулся на подушки в неге, прикрывая глаза и всхлипывая от удовольствия. Его бёдра вздрагивали в стремлении попасть глубже во влажное тепло, а Со Джун не пытал, глотал насколько хватало горла, а потом сжимал губы посильнее и снимался, чуть задерживаясь на венце.              — О, хочу… хочу ещё так, — повторял Ион, прижимая голову посла к себе. — Да-да, вот так. Это потрясающе.              Пока правитель нежился в оральных ласках, Со Джун набрал на палец мазь и нанёс её на ореол дырочки. А затем протолкнулся и внутрь с очередной порцией мази. Ион тут же раздвинул ноги пошире, приподнял таз и стал насаживаться на палец. Влажные губы, не переставая ни на каплю, обнимали член, доводя правителя до исступления. Всхлипы и стоны наполняли домик. Со Джун набрал ещё мази и просунул палец до самых костяшек. Мягкие стеночки сжимались, требуя большего, но это было всё, что мог себе позволить «лекарь», чтобы вновь не травмировать чувствительное местечко. Со Джун лишь начал интенсивнее двигать головой, крепче сжимая губы.               Изливаясь в рот любимого, Ион, довольнехонький, раскинулся на сбитой постели средь бесчисленных подушек. Со Джун ещё раз облизал расслабляющийся член, а после «пошагал» поцелуями по косичке из коротких волосков, животу, по встопорщенным соскам и, наконец, добрался до ушка.              — Ваше тренировочное поле довольно, господин Се Ван? — прошептал он.               Ион смолчал, ласково поглаживая его плечи. А что тут говорить? Тело само всё за него показывало и до сих пор ещё пульсировало ощутимой дрожью экстаза. Но всё равно хотелось ещё. Ион не мог вот так просто насытиться своим хёном. Вот как тут сказать, что всем доволен? Нет, нужно ещё. Нужно всего. Но этого он попросить не мог, потому как опасался, что получит лишь порцию боли под ягодицами. Как было бы хорошо, если бы ему была доступна сила исцеления.              — Ты будешь смазывать ещё? — спросил он после недолгого молчания.               Со Джун оторвался от поцелуя ключицы котёнка, лёг на бок, подпёр голову рукой.              — Господин Се Ван, вы растеряли весь свой стыд. Ваше благородное смущение длилось не так уж и долго.              — Господин посол, — Ион невольно улыбнулся на укоризненный тон, — дела нужно доводить до конца. Если уж вы так дерзко начали, взяли на себя ответственность, будьте добры закончить.              Он развернулся к Со Джуну и прогнулся, прижимаясь всем телом. Сильные руки обняли юного правителя, и он прикорнул головой на плечо.              — Такими темпами я тебя только замучаю, а не подлечу, — усмехнулся Со Джун.              — Ты постоянно меня мучаешь. Где ты был всё это время, после того как бросил меня? — с печалью в голосе спросил Се Ван.              — Ну, я служил в гарнизоне, потом война, госпиталь, — Со Джун возбужденным взглядом скользил по худощавому телу Иона, что так провокационно прижималось сейчас. Почти неосознанно погладил ладонью по заброшенному на него бедру и спустился к ягодице — мягкой, горячей, заманивающей.              — Ты так любишь военное дело? — с досадой продолжил допрос правитель.              — Просто я больше ничего не умею. Чем же мне ещё заниматься?              — Может стать такое, что ты соскучишься по мечу и опять оставишь меня? — Ион поднял взгляд и замер, тревожно ожидая ответа.              — Я никогда не скучал по убийству людей, — заверил Со Джун. — Но сейчас я состою на службе у короля, и мне придётся вернуться к нему. Второе дезертирство он уже не простит мне.              — Тогда… забери меня с собой, увези отсюда, — голос хрипнул в умоляющей просьбе. — Только не оставляй больше.              — Хм, украсть правителя — заманчивое предложение, — Со Джун улыбался, поглаживая шелковистые волосы и бархатную кожу. Его сердце так же замерло, когда поднялась тема их будущего. А оно, как всегда, непредсказуемо, лишь запланировано.              — Я не хочу быть правителем. Никогда не хотел, — замотал головой Ион. — И уже написал своё отречение от трона. Коронования не было, так что я спокойно могу сейчас уйти.              — И кто же тогда будет править здесь? Ведь, насколько я знаю, больше наследников нет. Тут такой бедлам начнётся.              Ион поднялся на руке, чтобы лучше видеть лицо любимого и очень серьёзно ответил:              — Я назначил советника своим преемником. Наверное, ему будет тяжело, ведь он не из монаршей семьи, но только его могу оставить — это самая лучшая кандидатура. — Правитель задумчиво помолчал. — Возможно, министры не подпустят его к трону, ведь он даже не из высшего сословия.              — Он мог бы тебя усыновить и быть небольшой веточкой вашего клана, — предложил Со Джун. — Я думаю, что это хорошо укрепит его положение.              — Правда? — удивился такому простому решению Ион. — Как же он меня усыновит? Разве можно так?              — Ты ещё молод и потерял обоих родителей, нет ничего странного, если над тобой возьмёт опеку чужой человек, — пояснил посол.              — Это же отличная идея! — воскликнул Ион, уже загоревшись планом на завтра же поговорить с советником. — Я обязательно это сделаю. И тогда… — кошачьи глазки благодарно улыбнулись. — Тогда уеду с тобой. Ведь так? Ты ведь подсказываешь, потому что хочешь взять меня с собой? Я пойду хоть куда и не стану мешать. Можешь хоть сколько с мечом бегать, просто всегда возвращайся.              Со Джун стянул губы, как бы раздумывая над таким заманчивым предложением.              — Я куплю нам дом, — уже со страхом в глазах пообещал Ион. — Теперь у меня много серебра. И буду ждать тебя там со службы. Только не оставляй меня, Со-хён. Давай больше не станем откладывать нашу жизнь на потом.              — Ну хорошо, так и быть, благосклонно согласился Со Джун. — Но с одним условием.               Ион отстранился и сел на колени, выражая свою готовность выслушать любое. Он уже много сделал, для того чтобы остаться с Со Джуном, — и ещё одно условие его не испугает. Пока что он ещё правитель, его ничто не испугает. Посол в это время сладко потянулся.              — Каким? Каким условием? — Ион уже стал подрагивать от натяжения нервов.              — Я тебе потом скажу, когда выберемся отсюда. Давай я тебя помою, пока вода тёплая. Потом намажу маслом и спать уложу.              — Потом? Когда выберемся отсюда? Значит, всё-таки мы вместе уедем, — расцвёл правитель, сразу успокаиваясь. — И ты останешься со мной на ночь?              — Конечно, иди ко мне. — Со Джун быстро сполз с кровати и протянул руки к Иону. — Мне очень нравится просыпаться рядом с тобой и смотреть, как ты спишь. Так что… до самого утра.               Устроившись удобно на руках хёна, Ион обнял его за шею и поцеловал в висок. А пока шли до ванны, он успел расцеловать всё лицо и принялся щекотать кончиком языка ухо. Со Джун старался не реагировать на его заигрывания, сосредоточившись на деле, иначе ничего помыть не удастся. Тёплая вода окутала Иона, и он отпустил своего хёна, расслабившись в неге. В сердце поселился покой и уверенность, что вскоре всё наладится.               Обтирая уже чистое тело простынями, Со Джун не забывал его целовать. Прижимался губами к влажной коже и замирал. В свете свечей все изгибы Иона заманивали его, неудовлетворенное возбуждение пытливо стягивало дыхание, руки уже не обтирали, а гладили. Душистым маслом он промазал все проходящие уже синяки, оставленные им же. Эта тактильность сводила с ума, Со Джун только и успевал сглатывать свои порывы ухватиться за это тело, прижать к себе и целовать. Распалив сам себя, он был уже не в силах терпеть, задыхался от сладкого аромата.              Ион заметил напряжённое состояние хёна и аккуратно прикоснулся к его возбуждённому члену, когда тот укутывал его в сухую простыню. Со Джун неосознанно шарахнулся в сторону, как ужаленный, и сжал зубы.              — Со-хён, в чём дело?              Тот быстро взял себя в руки, закрепил брошенный край простыни и, хлопнув Иона по ягодице, подтолкнул в сторону кровати.              — Ни и в чём. Иди отдыхай, а я тоже приму ванну, — он быстро скрылся за ширмой, ещё демонстративно задвинув её получше.              Ион в замешательстве осмотрелся, как будто искал причину происходящего, но в конце концов отбросил попытки понять. Широким жестом скинул простыню, размял расслабленное тело и надел ночной комплект. Затем налил вина, приготовил ещё одну чистую простыню и стал поджидать, внимательно прислушиваясь к плеску за ширмой. Прислонился спиной к стене и запрокинул голову, уже начиная дремать.               Со Джун, раскрасневшийся от тепла, протопал мокрыми ногами и остановился прямо напротив уснувшего Иона. Взял чашу с вином, что стояла рядом на скамейке, и всё выпил. После чего обтёр тело, укрыл бёдра и стал подгребать руками под тело Котёнка, чтобы перенести его на кровать, но тот тут же открыл глаза.              — Ты уже помылся. Давай сейчас я тебя маслом намажу, — проговорил сонным голосом, при этом только плотнее громоздясь на Со Джуна. Уложил голову на его плечо и снова прикрыл глаза.              — Не стоит. Мне это ни к чему, — ответил Со Джун. — Отдыхай.              — Почему это? — Ион внезапно вскинул голову. — В чём дело? Я тоже хочу поласкать твоё тело. Ты же мне доверишься?              — Как же мне тебе не доверять, — усмехнулся Со Джун, укладывая Иона. — Просто ты уже спишь на ходу, не стоит и начинать.              — Тогда… просто поцелуй меня, — пролепетал правитель и потянул на себя любимого, не собираясь отпускать.              Но лёгкие поцелуи, что призваны были лишь усыпить, постепенно разжигались до страстных. Ион вновь и вновь вылавливал губы Со Джуна, всё глубже проникая в его рот и всё сильнее прижимаясь к нему. Сорвался стон, затем второй, и оба тела потихоньку сплелись в одно целое, забывая обо сне.              — Ну всё, Котёнок, — Со Джун угрожающе прохрипел в раскрасневшееся ухо, — сейчас тебе не отвертеться. — Раскинул ноги Иона и вжался в пах.              — Подожди, не так, — пискнул Ион и подтолкнул его на спину. — Я же сказал, что хочу поласкать твоё тело.              Со Джун жарко выдохнул и сжал зубы, мысленно приказывая себе сдерживаться. Он ведь старался снять с себя возбуждение, пока мылся, но любое прикосновение к обожаемому телу вызывало всплеск желания — зверь не желал подчиняться. И последнее самообладание обрывками прибивало все порывы.               Ион опустился влажными поцелуями к паху Со Джуна, и тот ещё крепче сжал зубы, почувствовав тёплое дыхание на пенисе. А затем и губы прикоснулись, юркий язык лизнул головку, спустился по твердеющему стволу ниже. Со Джун посмотрел на припавшего к нему Иона и не сдержал стон.              — Не надо так быстро, пожалуйста.              — Почему, разве ты не этого хочешь? — Ион поднял расстроенный взгляд.              — Очень хочу. Дико хочу. Просто не хочу быстро кончить, а выдержки никакой, -пробормотал Со Джун.              — Успокойся, я не позволю тебе этого, — Ион стал осторожными чмоками и легкими полизываниями ласкать его, при этом пальцами поглаживать мошонку.              Со Джун прорычал и сдался, откидываясь на подушки. А губы Иона обхватили его ствол и стали уже интенсивней обсасывать, вытягивая из него остатки самообладания. Не заметил, как подхватил Котёнка под затылок и стал задавать правильное движение и ритм, при этом ещё и бёдрами двигая.              — Вот так… Ах-х! Возьми глубже… Котёнок, обожаю тебя, — от тяжелого дыхания в горле всё пересохло и голос хрипел.               Со Джуну до безумия нравились эти ласки, но тело просто ныло без Иона. Ему нужно было его обнимать, целовать, желал любить его физически.              — Котёнок, я хочу тебя, — не выдержал, схватил того за плечи и поднял, отрывая от себя. — Тебя, понимаешь? — Впился в сладкие губы, сжал в объятиях с такой силой, будто не виделись долгое время.               Пальцы уже развязывали спальные штаны и стягивали их, Со Джун развернул Ион на спину, но стоило только прижаться к паху, как его что-то оттолкнуло. Он снова придвинулся, но его вновь оттолкнули. Раздражённо сругнувшись, он глянул вниз, где бёдра Иона окружал голубой огонь. Он не горел, не обжигал — являлся просто защитой.              — Прости, но я не могу тебя подпустить, — Ион виновато отвёл глаза.              Со Джун только ещё жарче поцеловал его и погладил по бёдрам.              — Ион, я безумно хочу тебя, нет никаких сил устоять перед твоими ласками, — он зашептал, заглядывая прямо в глаза. — Но больше не трону, если ты будешь против. Поверь, я не потревожу тебя внутри, но хочу понежиться меж твоих ног.               Ион закусил губу, неуверенно поглаживая его по щекам, собирался ответить отказом, ведь помнил ещё грубое насилие посла, пусть и закончившееся страстью. Но решил дать тому шанс сдержать это обещание. Голубой огонь исчез, и Со Джун наконец смог прижаться, тихо охнув в наслаждении. Действительно, внутрь не стал пробиваться, когда ноги Иона его обняли, довольствовался потиранием между ягодиц. При этом продолжал ласкать грудь и мастурбировать Иону.              — Хён, я так люблю тебя, — простонал, правитель, когда тело пробило оргазмом.               Дрожь усилилась, но тут же стала отступать, расслабляя все мышцы и оставляя их в истоме. Со Джун резко вскинулся, сам добил себя до оргазма, удовлетворённо кончая на живот Иона. Замер, раздувая ноздри и разглядывая раскрасневшееся лицо. Грудь тяжело вздымалась, а тело вздрагивало. Он собрал влажные волосы и закрутил их в гульку.              — Тебя снова нужно мыть, — улыбнулся Со Джун. На животе Иона скопились пятна белесой жидкости, но тот не обращал на них внимания: он пытался отдышаться, закрыл глаза и облизывал сухие губы. — Я всё сделаю сам, отдыхай.              Со Джун сходил за смоченной тканью, успев по пути ещё хлебнуть вина, и вытер Иона начисто, после чего и его напоил. Улёгся рядом с ним и укрыл обоих одеялом. Бережно поглаживая по шелковистым волосам, спросил:              — Котёнок, раз ты можешь меня остановить, почему не сделал этого в кабинете? Только не обманывай, что все было нормально, я видел, что только напугал тебя сдуру.              Ион сонно поёрзал в его объятиях и чуть приоткрыл глаза.              — Именно потому, что перепугался так, не смог сосредоточиться. В тот момент я просто разрывался между всеми чувствами враз: ненавижу… люблю… боюсь… жалко. И даже в некоторой степени радость. Только не знаю, от чего. То ли от того, что ты всё-таки появился, то ли от того, что я могу сорвать на тебе злость.              — Прости, что сделал тебе больно. Никогда не позволяй мне этого, можешь испепелить, но не позволяй и не жалей.              Ион улыбнулся, повернулся к хёну, прижался всем телом, закрыл глаза и под нежные поцелуи быстро засопел. Со Джун ещё разглядывал его безмятежное лицо, пытаясь в очередной раз понять, почему ему досталась любовь такого человека.