Последняя школьная весна

Вечером было ещё не тепло, дневной «плюс» к ночи быстро падал, и гулять сёстрам не захотелось. А тут и фильм подвернулся, так что они не думали долго, как провести вечер. Отопление ещё не выключили, и дома стояла жара и даже духота, так что Таня была одета в любимое лёгкое домашнее оранжевое (уже немного потускневшее с возрастом) платье; младшая, Аня, предпочитала сарафаны, и сейчас щеголяла в красивом, голубеньком в белый горошек, тоже не плотном, по середину бедра. Танюша уселась в мягкое кресло в самом конце комнаты – после прогулки она хотела расслабиться. Можно было сесть рядом на тахту, но Аня решила устроиться поближе к экрану, так что взяла стул и села чуть впереди и сбоку. Обе девочки пребывали в хорошем настроении. В комнате стояла тишина – разговаривать было лень, да и сёстры не всегда общались тесно. Как раз когда фильм только собирался начаться, в дверь позвонили. Таня пошла открывать. Скорее всего, папа вернулся с работы, он уже задерживался, хотя ничего удивительного в этом не было. Но её ждало удивление – за дверью стоял парень, красивый, рослый, явно недавно после армии. И явно как-то появлялся в их дворе с кем-то... Точно! С Ленкиным братом, кстати. Прямо свой. Она даже вспомнила, что его зовут Рома – вроде... Ну и решила рискнуть. - Рома? Демобилизовался? Ты к кому, вообще? Парень аж просиял, что его вспомнили. - Чётко ты меня! И я тебя помню... Только ты тогда совсем мелкая была, ну а сейчас прямо расцвела! Точно бы тебя не узнал, такая красавица! Что греха таить, Тане понравилось такое начало разговора! А Рома продолжал: - Я к твоему отцу... Мне посоветовали с ним переговорить насчёт работы... - О, папы ещё нет. Должен был прийти, но вот задерживается. Наверное, кто-то на его работе празднует день рождения. - И неизвестно, когда вернётся? - А неизвестно. Мы как раз садились фильм посмотреть, можешь с нами. А там, может, он и подойдёт. Не отрывая взгляда от симпатичной девочки, парень с удовольствием согласился! Таня вернулась в своё кресло, а Рома представился и улыбнулся Ане, но та, только назвав себя, тут же как-то резковато отвернулась. Подумаешь, сестрины приятели... Она даже не стала вникать. Рома устроился возле Тани на диванчике справа и наклонился к ней, а после нескольких минут фильма взял её руку в свою. - Вот уж не ожидал увидеть тебя такой, - зашептал он. – Прямо самый яркий момент сегодняшнего дня! Наверное, не ушёл бы тогда в армию, стал бы твоим парнем. Таня промолчала, думая, что это приятно, но пока она гадала, что можно ответить, он погладил её руку. - А у тебя парень есть? Таня только качнула головой. Своего первого, одноклассника Пашу, она так и не простила (про его брата старалась вообще не вспоминать). Назвать его своим парнем – нет, ни за что! Потом, однажды ночью, когда мокрые одноклассники отсиживались, просыхая после дождя в пустой квартире, они немного... Заигрались, и она имела секс с Колей. Он тем более не мог считаться её парнем – если чьим-то, то уж скорее Ольгиным. Ну и если на то пошло... Чувства, хоть немного похожего на то, что в кино называют любовью, у неё пока не было. Она немного потерялась в своих размышлениях, Рома деликатно помолчал, но определённо желал продолжить общение. И скоро зашептал: - А можно, я сяду к тебе на кресло? Девушка с удивлением взглянула на него. - Так неудобно же будет... Они перешёптывались, но по спине сидящей перед ней сестры Таня поняла, что та их слышит. Поэтому она смутилась и не стала возражать, а свежедемобилизованный принял это за согласие и стал тихо перебираться на кресло. Тане пришлось слегка подвинуться, и его тело прижалось к её телу. Ей стало горячо и как-то... странно. А Рома не отпустил её руку. А потом вообще наклонился и приложился губами к её коже за ухом. Всё это было внове, непривычно. Таня пыталась сосредоточиться на фильме, но он уже не смотрелся. Рома лизал её ухо, брал между губами мочку, целовал под ушко. От тепла его крепкого тела некуда было деться. Она ёрзала, но он не прекращал и не отпускал её руку. - Щекотно так, - наконец прошептала она. - Так надо в губы же, - согласился так же тихо он. – Повернись ко мне. Не успев подумать, одиннадцатиклассница повернулась – и её губы накрыли губы парня, тёплые и нежные. В следующее мгновение она была втянута в такой поцелуй, словно они уже пару месяцев были парой, сладкий и требовательный одновременно. Таня старалась отвечать, но Рома явно доминировал, и через её губы словно сообщал ей о своих чувствах... Приятных для неё чувствах. Это совсем, совсем не напоминало то, что у неё было. Ни Пашу, ни красавца Колю нельзя было даже представить с такими ласками. После тех двух раз хотелось уйти домой и отмокнуть в ванне... А тут хотелось целоваться и ни о чём не думать... Он чуть поудобней поправил свою позу, уже обнимая милую школьницу за плечи, и, уже не сомневаясь, что его поцелуи желанны, решительно взялся её целовать долгими поцелуями. Он повернулся к экрану почти затылком, и не видел, что младшая всё чаще отворачивалась от фильма и с неприкрытым любопытством следила за их милованием. При этом пальцы Ани ненужными жестами поправляли лямки сарафана, а губы то сжимались, то чуть расходились. Таня попыталась послать ей сигнал бровями, чтобы она не пялилась, её не смущала, попыталась махнуть рукой, которая уже лежала на плечах парня, но Аня продолжала подсматривать за ними. Почти так же когда-то она случайно увидела неожиданную сцену, когда сестрина подружка, Лена, целовала Таню и гладила её под одеждой. Она не удержалась, пригласила Лену к себе, и случилось то, на что она рассчитывала – Лена сделала с ней то же, что с сестрой. Но Аня осталась девственна. И теперь снова при ней с сестрой занимаются пошлым. Может, опять она через сестру окажется вовлечена в то, что для неё ещё так и оставалось «взрослой жизнью»?