Глава 8. Правды много не бывает.
5 августа 2022 г., 12:16
Лиззи
Ранним утром, когда мы проснулись, квартира была убрана уборщиками. Мы подняли на руки Гарри и поспешили к лифту. — До встречи в доме, Тимоти, — говорит Итан. — Да, до скорой встречи, ребят. Марк не смотрел на него, а я боялась поднять своих глаз. Что это значило? Что мы никогда больше не увидимся? И снова мой брат плетет свои сети безопасности за моей спиной. Так было в школе, так и происходит сейчас. Когда лифт стал закрываться я бросила короткий взгляд на Тимоти и пустила слезинку. Это было ожидаемо, больше он не появлялся в доме братства. Я искала каждую нить, в котором могла его увидеть, когда звонил телефон Марка или Матиаса, когда кто-то стучался в дверь, я всегда его ждала, но он не приходил. Так продолжалось две недели. Окурок попросил меня заменить девочку в кафе его лучшего друга и мне пришлось ехать в центр. Я познакомилась с другими официантами и изучила меню. — У нас нет другой формы, так что, придется пока надеть форму Лорел. Лорел была на две головы ниже меня и ее футболка доходила до пупка, так что, на мне был миленький топик с короткой юбкой. Я приняла заказы и вернулась за напитками, когда в кафе вошли новые посетители. — Примешь у ребят заказ? — Да, Мартин. Подойдя к столику я натыкаюсь на Тимоти, он сидел с девушкой в обнимку и несколькими ребятами. Я уставилась на него и меня будто выключили. Мне хватило одного его взгляда, чтобы почувствовать тот трепет, что я ощутила в его комнате две недели назад. — Малыш, что ты будешь? — девушка прижималась к нему и пыталась заставить его обратить внимание на себя, но на меня она сразу обратила внимание. — У тебя пластырь отклеился, — говорит она мне. Я опускаю глаза на живот и правда, пластырь отклеился и моя маленькая рана от ножа светилась всем гостям. Когда я поправила эту липучку, то заметила этот яростный взгляд Тимоти на моей ране. Я помнила, как он один пошел против тех ублюдков. Как и я он был удивлен увидеть меня здесь. Я приняла заказы и вернулась на кухню. Спиной прижалась к холодному холодильнику и пыталась восстановить дыхание. — Что случилось? — спрашивает Мартин. Я лишь смотрю на тот столик и киваю. — А…понятно, Тимоти всегда приходит в это заведение. — Ты его знаешь? — Да, сидит всегда один, видимо сегодня у него хорошее настроение. — Один? Почему он один? Когда рядом с ним его друзья, и эта девица. Я отношу заказ и стараюсь не глядеть на него, но это невозможно, я не могу не смотреть на него. Я скучала по нему. За час до закрытия меня отпустили домой, но возвращаться не хотелось и я позвонила ребятам, предложив им потусить со мной в клубе. Они привезли мне платье, которого у меня не было в гардеробе, но в шортах и топе идти не хотелось. — В этом клубе я еще никогда не бывал, — Гарри поправляет на себе новые очки, подаренные мной и садится за барный столик. Я хотела расслабиться и оттянуться, забыть о Марке, о моем чёртовом опекуне, забыть о Тимоти и о его руках на той девице. Для себя одной я заказала несколько шотов и тут же их опустошила. Музыка гремела и она дошла до моих ушей и я пустилась в танцы. Парни ушли, встретив своих подруг, а я скрылась в толпе. Ко мне присоединилась одна девушка и вместе с ней мы двигали своими бедрами под такт музыке, пока к нам не присоединился лысый мужчина. — Пойдемте с нами. — Куда? — Мой босс хочет вас видеть. Я пошла за ним, меня вел алкоголь даже не подозревая о ловушке, что меня поджидала впереди. Я поднялась на балкон и оказалась в центре нескольких мужчин, что сидели за столиком и попивали виски, принимая кокс. — Вот, — пухляш, что сидел в середине всех бросает на стол толстую купюру баксов. — Танцуй! — приказывает он мне. — Ахахахаха… — я начинаю громко смеяться. — Что? — Танцуй, мало? Могу добавить еще, — он бросает еще одну толстую пачку денег. Я смотрю на каждого и ясность ума возвращается ко мне. — Ну уж нет, эта работа не для меня. Я следую к выходу, но его мне преграждают два высоких лысика. — Пустите, я хочу уйти. — Когда станцуешь, уйдешь. — Я не буду танцевать, — повышаю свой голос. — Да, ты будешь танцевать. Меня схватили за руку, но инстинкт самосохранения быстро сработал, я пнула в одного охранника прямо в яйца, в другого ударила бокалом по голове. Сняла каблуки и пустилась в бега. Они побежали за мной. Я оказалась на улице и побежала куда глаза глядят. Повернув за какой-то закоулок я врезаюсь в человека. — Тимоти? Я часто дышала и не могла больше произнести ни слова. — Стой! — кричали два ублюдка. — Бежим! — я хватаю Тимоти за руку и мы бежим от них. — Кто это? — Потом объясню, а теперь, помоги мне спрятаться от них. Тимоти заводит меня в тихий, жилой район, который был охраняем и не пускал посторонних. Мы обходим несколько баров и останавливаемся около кофейни. — Они нас не найдут. — Боже, — я пытаюсь восстановить дыхание. — Черт, моя сумка осталась в клубе. — Что случилось? — Их босс попросил меня станцевать для него, я отказалась, и не понравился мой отказ и я врезала одному по яйцам а другому разбила голову. — Ух ты! Тимоти стоял здесь, рядом со мной. Мы были одни. Нам никто не мог помешать, даже мой брат. Когда пошел дождь, мы спрятались под козырек кофейни. — Вот, надень мою куртку. Лучше бы он этого не делал, не отдавал мне свою куртку. Я обмякла, я стала мягкой и ранимой. Сердце так сильно стучало, что готово было выпрыгнуть из груди. — Как ты? — спрашивает он. — Ты действительно хочешь это знать? — Очень, — он подходит ближе ко мне. — В каждой вещи и в каждых деталях и действиях я пытаюсь поймать сигнал, который привел бы меня к тебе. Я слышала, о чем говорил тебе Марк. Ты ведь знаешь его историю? — Знаю! — Это правда, что ты ему сказал? — Что я влюблен в тебя? — я киваю. — Да, правда. Я не могу тебя забыть, Лиззи, — его ладонь ложится на мою пылающую щеку. — Такое у меня впервые. Но Марк говорил правду, — и тут же убирает свою руку. — Прав в чем? — кровь закипала в венах. — Я не знаю, что будет потом, когда ты уедешь, ведь ты уедешь, Лиззи. Я не хочу ранить твои чувства, делать тебе больно, — он поворачивается ко мне спиной. — Но ты уже, но ты уже сделал мне больно….оттолкнув меня. Прошу тебя, только не смей подтверждать мои тревоги насчет сказанных Марком слов. Если это только отвлечение, страсть, влечение, то я имею право знать, пусть мне будет больно, пусть мне гадко, я должна это знать…скажи мне правду? — Еще одну правду? — наши глаза встречаются. — Не многовато ли? — говорит сквозь усмешку. — Тимоти, у меня…вот у меня совсем нет сил на шутки. Я разрываюсь от непонимания. От незнания. — Ведь я тот еще шутник, ты забыла. — Да ну тебя, — я выхожу под дождь, но Тимоти хватает меня за руку и прижимает к себе. Носом я утыкаюсь ему в грудь и вдыхаю такой родной запах. — Поезжай домой, Лиззи! Я отталкиваю его, злясь на него, злясь за то, что он не может сказать мне всех слов, что я заслуживаю. Я снимаю куртку и бросаю ему прямо в лицо. Ловлю такси и уезжаю. Он может ничего мне не говорить, может таить миллионы признаний и быть как подлый Марк, оберегать и защищать, но я знаю, я чувствую его.
