Дорогой Человек

      Иногда бывает сложно поверить, что такие мрачные истории могут закончиться столь хорошо. Сложно осознавать, что долгое изнуряющее одиночество прекращается, открывает светлый путь к следующим горизонтам… Будто это сон.       Вася просыпается в немом ужасе.       Синее зимнее утро таит в себе свои прелести. Подъем в шесть утра, пока из приоткрытой форточки тянет свежим морозцем, яркий золотистый свет от лампочки, чашка горячего чая с бутербродом, остаточная сонливость, не сдающаяся под напором уличной свежести.       Вася принюхивается к жасминовому пару над кружкой. Смотрит перед собой: на огромной кровати, занимающей почти половину всей площади их новой квартиры-студии, сопит Афанасий. Его настоящее имя – Фах’Н’Аас, или как-то так, но Вася не тревожит его попусту. Адские отродья хранят имена с тем же трепетом, с коим люди берегут свою хрупкую жизнь.       На часах половина седьмого, а в рюкзаке уже лежит готовая стопочка учебных материалов, приправленных свеженайденной сказкой для классного часа. Васе нравится читать детям перед уроками, обсуждать с ними ту или иную историю. Их неискушенный взгляд помогает находить ему новые грани жизни: те, которые он не замечал, убегая от налипших катышков проблем.        – Афоня, подьем! – звонко кричит Вася.       Тишина. Только гулкий храп, похожий на кошачье мурчание.       Тогда Вася подходит. С каждым шагом фигура беса все крупнее и угрожающе, но это обманка. Вообще-то, каждый вечер он готовит вкусный антрекот, салат и шоколадное пирожное; вообще-то, он глупо улыбается, когда видит, как ученики путают слова.       Вообще-то, он снимает взбесившихся котов с веток деревьев, когда Вася его просит.        – Ку-ку! – оттянув вытянутое, как веретено, ухо, громко шепчет Вася. – Ты не сможешь остаться дома.       Только после этого Афоня лениво шевелится, разгоняет последние лоскутки укрывавшего его пледа и открывает заспанные желтые глаза.        – Так рано?        – Уже почти семь… Через час надо быть в школе.       Афоня вздыхает. В отличие от Васи, каждый его школьный день – унылая игра в прятки. Случается, что это даже приносит пользу: Вася ужасно гордится Великим Знанием обо всех “курилках”, устроенных учениками постарше.       Однако он ни капли не гордится тем, что ушедшие в мужской туалет ученики возвращаются с вытаращенными от испуга глазами.       Дома, когда наступает час проверки тетрадей, они смотрят фильмы. Комедии, боевики, мультфильмы… Не изменяя традициям, Афоня любит ужастики про дьяволов. Вася любит поучительные киносказки. Они оба предпочитают счастливый конец.       Ужин сопровождается аппетитными запахами кухни, Афоней в смешном маленьком переднике, наигранными перебранками на тему: “а вот какой на вкус мой страх?” и довольным лицом сытого Васи.       Перед сном они обсуждают завтрашний день. Временами Вася делится услышанными от детей историями:        – Ой, а знаешь… Одна девочка рассказала мне про монстра из-под кровати.        – Думаешь..?        – Ну не знаю, она очень хорошо ладит с одноклассниками.       Васе нравится засыпать после этих разговоров. Нравится, как храпит Афоня, будто мурлычет очень большой кот. Нравится рассматривать неглубокие борозды на потолке: следы рогов, когда Афоня забыл пригнуться.       Быть может, подкроватные монстры приходят к одиноким детям не для того, чтобы их пугать? Не пользоваться уязвимым положением – становиться опорой. Такой, какой стал для него Афоня.       Вася мечтательно надеется, что их случай – не единственный.