***
Марк как и в прошлые два раза сидел в том же переулке, где от людей виднелись только силуэты и тени. Вторым разом он закончил ту половину пакетика с белым порошком, который остался от первого. Парень пытался найти вену на левой руке, паралельно с этим судорожно перебирая мысли "а нужно ли мне это? Я же просрал все деньги на эту херню! Что я вообще делаю?". Но вскоре мысли сменились ощущениями беззаботности и пустая голова расслабленно опустилась на плечё. Около часа спустя Марк начал думать о том, чтобы пойти к Роме и высказать всё, что о нём думает. Но идея с грохотом провалилась, собственно, как и сам студент, когда попытался встать на ноги и упал. Локоть саднил и даже кровоточил, но парень едва ли что-то понял, а о боли речи и не идёт. Казалось, что мозг отупел, предал, отказался участвовать в этой наркомании и заставил разгребать всё самостоятельно. -Эй, почему ты бросаешь меня в такой трудный момент? А на сессии мне кто поможет? Арина с Алиной? Даже кусок серой массы, которой я думаю, оставил меня одного.– Тихо произнес Марк, почесав затылок, действительно думая о том, как же будет сдавать экзамены. Но решение пришлось перенести на потом, так как сейчас он заснул.***
-Ты можешь хоть иногда вовремя заряжать телефон? Я хочу поговорить. -А ты можешь стучаться перед тем как заходить в комнату, хотя бы когда я переодеваюсь?– съязвил Марк, стоящий в одних бардовых трусах. Кажется, Рома обратил на это внимание только сейчас и смущённо отвернулся, по-детски закрыв глаза руками, чтобы уж наверняка ничего не видеть. -Да ладно, как будто ты мальчиков раздетых не видел. -Ой, блин, мне же брату позвонить нужно! Ты тут одевайся и выходи, я жду тебя возле общаги.– Кинул блондин, перед тем как постараться выйти из комнаты, ведь Марк как кстати заговорил про мальчиков. С закрытыми глазами он врезался в дверь с глухим стуком, но ничего не сказав всё-таки вышел в коридор. Найдя в контактах номер младшего нажал на кнопку вызова. Гудки тянулись как вишнёвый кисель: противно, густо и медленно. Но мальчик взял трубку и поздоровался первым. -Пг(р)ивет, Г(р)ом!– Звонко прокричал Егор, будто его могли не услышать. -Привет, малой. Давно не общались. Как дела? -Ног(р)мально, а у тебя?– Мальчик давно привык к своей картавости. Хотя за то, что он плохо выговоривал букву «р» раньше получал от Вадима – главного задиры в классе. Тот считает, что картавить могут только "малолетки", а девятилетний Егор лишь притворяется. Но стоило Роме появится в школе перед этим хулиганом и пугающе спокойно объяснить особенности дикции своего брата, так насмешки в его сторону прекратились. -У меня тоже всё хорошо, с математикой получается? -Да почему все взг(р)ослые так спг(р)ашивают пг(р)о эту математику? Она глупая и сложная! Я её ненавижу!– Зло ответил мальчишка. -Я тоже её не любил, поэтому тебя понимаю. Недолго поговорив про музыкальную школу и про то, какая несправедливая училка украинской литературы они попрощались и одновременно сбросили трубку. Через полминуты вышел Марк, уже одетый в красные кожаные штаны и белую рубашку. Теперь и Роме стало ясно, почему его одногруппника обсуждает весь университет. Прозрел, так сказать. Оценил взглядом со стороны, ведь до этого никогда не замечал его странный стиль. -Ты хотел что-то сказать.– Поторопил тот. -Да. Я теперь встречаюсь с Ариной! Подумал, что ты должен знать, ты же мой друг.– Заявил юноша. -Понятно. Я рад за вас, спасибо что сказал. -А ты что, бухал всю ночь? Чего такой помятый? Глаза какие-то красные.– Парень пытался проявить заботу в силу своего характера. -Нет. Я в норме.– Марк отрезал эти попытки, не желая объявляться наркоманом. Потом подумал, бросил что-то невнятное, типо "пока" и ушёл обратно в общежитие, без лишних жестов и взглядов на прощание.