Любовь студента

      Чарли стоял перед стендами, уставившись пустыми глазами в стену перед собой. Воспоминания, такие неприятные, заставляющие снова испытывать испепеляющее чувство стыда, лезли в голову и никак не хотели ее покидать. У него был достаточно серьезный вид, и со стороны могло показаться, что он обдумывает какие-то очень важные вопросы, но в действительности все было не так. На самом деле парень буквально орал у себя в голове. Вся известная ему нецензурная брань, а это, простите, не малый такой списочек, пролетали в сознании с немыслимой скоростью, и если бы в тот момент Батлер был в состоянии произнести хоть слово, то весь корпус смог бы познать, насколько хорошо юноша владеет русским языком.       Где-то на выражении «…мудоблядская пиздопроебина…» Чарли очнулся от своих не радужных мыслей из-за того, что в коридоре становилось довольно шумно. Близилось время начала пар, а это значит, студенты потихоньку заполняли учебное здание. Парень взглянул на часы и понял, что простоял, втупляя в стену, около тридцати минут, и, если он не поторопится, то точно огребет от старосты за опоздание.       Еще раз быстро пройдясь глазами по списку лучших, он тяжело вздохнул. Ничего не поменялось: там все еще стоял только один студент с факультета психологии, и это все еще был Мим. Возможно, Батлер только зря тратит свое время, и все его размышления приведут к логичному выводу, что у него нет другого выхода? Ведь ему действительно больше некуда деваться, и в любом случае этого не избежать… Нет.       Нет. Теперь у Чарли точно не хватит смелости подойти к нему. Слишком стыдно. После того позорного признания, парень даже не дал высказаться Миму, а просто моментально унес оттуда свою тушку.       Помнится, прибежав в комнату, он тут же залез под одеяло, пытаясь скрыться от всего того, что тогда произошло с ним. Джо еще в тот момент, сильно беспокоившись за состояние друга, все допытывал его вопросами, неосознанно делая только хуже, ведь постоянно заставлял Чарли мысленно снова оказываться рядом с тем проклятым тополем, и снова признаваться в чувствах девушке, которая вообще-то парень. Стыдно. Очень стыдно. А еще больно. Разумеется, Чарли прекрасно понимал, что в этой ситуации есть только его вина и ничья больше, однако он никак не мог заглушить ту тупую боль в грудной клетке от разбитых в дребезги чувств. Идиот, который влюбился, а потом страдал из-за того, что объект его воздыхания оказался не тем, за кого тот его принимал. Ужас! Идиот- идиот-идиот!       В какой-то момент Батлер поймал себя на мысли, что ненавидит этого парня, но тут же в страхе себя одернул. Уж кто-кто, а Мим тут не виновен от слова совсем. Тот, кстати, никогда и не скрывал своего пола. До Чарли это дошло только спустя пару недель, после его нелепого признания, когда опьяненный любовью мозг начал трезветь и более рационально обрабатывать поступающую информацию. Если припомнить, то Мим действительно часто говорил о себе в мужском роде. Ну как часто — всегда. Вот только влюбленный по уши юнец этого не замечал или старательно игнорировал данный факт.       В любом случае, после той выходки он всеми своими силами старался избегать встречи с Мимом. Если раньше он судорожно выискивал, запоминал и посещал все места, в которых он мог встретиться с ним с наибольшей вероятностью, то теперь всеми возможными методами старался обходить эти самые места стороной. Он видел, как Мим звал его, приметив в толпе знакомую яркую макушку, однако быстро ретировался, не оставляя даже шанса на адекватный разговор.       Спустя полгода Чарли перестал замечать Мима в корпусе. Скорее всего, у того начались занятия в другом здании университета, и это не могло не радовать. Остаток первого курса парень провел в спокойной атмосфере и с более менее нормальным психоэмоциональным состоянием.       И вот опять. Только он стал забывать всю эту ситуацию, только смог нормально смотреть на, интересующихся в нем, девушек, как происходит это. Ну уж нет. Лучше он сам сделает этот блядский проект, чем снова встретится с ним. С такими мыслями Чарли наконец-то оторвал взгляд от несчастного списка и направился к выходу с кафедры. Скоро начнутся пары, надо успеть в свою аудиторию. А проект он как-нибудь сам сделает. В любом случае, к этому человеку он за помощью точно не обратится.

***

— Успокойся. Времени полно. Я все успею. Подумаешь. Нужно только получше поискать. Точно! Я просто недостаточно хорошо искал, нужно копнуть глубже. — Батлер сидел на своей кровати и бубнил себе под нос. Интересно, кого он таким образом пытался обмануть, себя? Ха! Даже он, кажется, уже не верит в то, что из этого что-то, да выйдет. Прошло уже почти две недели, а он так и не смог найти ничего путного, но все равно продолжал отрицать тот факт, что ему нужна помощь. — Так! Собрались! — Парень резко хлопнул ладонями по щекам, из-за чего на них остались красные следы, притянул ноутбук к себе поближе и снова зарылся в недра интернета. Он делает это уже раз пятнадцатый: снова просматривает все ссылки, на которых он хоть что-то смог найти, опять перечитывает весь имеющийся материал, вновь открывает документ с его работой, на которой только и было, что титульный лист, содержание и полторы страницы текста, в конце снова впадает в отчаяние, успокаивает себя, и так по кругу. Ничего, собственно, не меняется. Хотя нет. В последний раз бросив взгляд на свой недопроект, его неожиданно начало потряхивать от злости.       Чарли быстро и слишком резко убирает подальше ноутбук, чтобы в порыве ярости случайно не повредить дорогую технику. Берет в руки подушку и, положив ее на свои колени, утыкается в нее лицом. В следующую секунду в комнате раздается приглушенный крик.       Все. Надоело. Последние нервные клетки помахали ручкой и ускакали в закат, оставив бедного парнишу совсем одного. Его нервная система явно была не готова к подобным стрессам, даже учитывая его далеко не самое спокойное детство.       Сейчас парня выводило из себя абсолютно все. Он всей своей душой ненавидел гуманитарные науки. Его бесила философия, но еще больше его бесила психология. Хотя это не сравнится с тем, насколько сильно в данный момент его раздражал Виктор Сергеевич, которому он чем-то не понравился. Вот же ж пидорас! Злость Чарли нарастала в геометрической прогрессии. Свое настроение он бы описал, как график обратной пропорциональности, где в положительных значениях будет уровень его гнева, а в отрицательных — эмоциональное состояние. Они увеличиваются в значениях по осям и при этом постоянно стремятся к нулю, но никак его не пересекают. Что ж, с математикой у него всегда все было лучше, чем отлично.       Чарли поднимает свое лицо и делает глубокий вдох. Его надежды на то, что, выпустив из себя вырывающийся ор, он сможет успокоиться, не оправдались. Этого оказалось недостаточно, а потому тот, все еще злой, как собака, поднялся на ноги и быстро начал одеваться. Ему нужно прогуляться и выпустить пар. Было бы неплохо зайти в парк на площадку для тренировок и повозиться с боксерской грушей. Точно. Лучше он сдерет руки в кровь о жесткую кожу снаряда, чем разгромит всю комнату. К тому же парень не ручается за здоровье друга, когда тот в очередной раз решит докопаться до него по поводу его оценок.       Собравшись, он вышел из комнаты и, не рассчитав силу, громко хлопает дверью так, что был слышен жалобный треск дерева, из которого та была сделана. Нервишки шалили, а потому ему было абсолютно похуй, и на дверь, и на испугавшихся такого резкого грохота жильцов, и на злой взгляд комендантши, которая оказалась на их этаже по чистой случайности. Батлер закрывает за собой дверь и как можно быстрее выбегает на улицу.       Выйдя из помещения, где абсолютно все его раздражало, он вобрал в легкие побольше свежего вечернего воздуха. Глубоко вздохнув и немного успокоившись, Чарли направился в тот самый парк, ведь руки все еще чесались дать кому-нибудь по роже.       Пара минут и он уже на месте. Не теряя времени, парень подходит к груше, снимает свою ветровку и, даже не удосужившись хоть чем-нибудь обмотать свои руки, во избежание травм, начинает остервенело избивать ни в чем неповинный снаряд. Еще минут через десять он начинает уставать, мышцы наливаются свинцом, а голова постепенно пустеет. Еще несколько минуток и он уже полностью успокоился.       Чарли всю ночь провалялся, думая о том, как ему теперь быть. Искать Мима он, конечно же, не собирался. Нужен другой выход.       Как-то на одном из сайтов он наткнулся на предложение о специализированной помощи в подготовке к таким мероприятиям. Короче, красиво завуалированное предложение о покупке разного рода работ. В тот раз Батлер скривился и тут же вышел с того сайта, ведь всегда считал низостью выступать с купленным докладом. Однако сейчас эта затея не казалась такой уж противной и ужасной.       Он взял в руки телефон и снова открыл нужный сайт. Нет, он не собирался покупать проект. Пока что. Просто любопытство. Парень хочет узнать цену и качество проделанной работы. Так, на всякий случай.       Повозившись пару минут с разными ссылками, он наткнулся на окно диалога с одним из работников организации, что предоставляла подобного рода услугу. В ходе переписки он понял, что чем выше качество работы и короче срок выполнения, тем выше будет стоимость. Ради интереса он спросил, за сколько выйдет его проект, и охренел.       Сколько-сколько? Они там с дуба все попадали? Нет, он, конечно, получает стипендию, очень даже хорошую, но он уже потратил почти все за приватный доступ к некоторым научным сайтам, в надежде, что там найдется что-то дельное, но в итоге лишь зря потратил деньги. Следующая должна быть через месяц а оставшейся суммы не хватало для покупки.       Есть вариант попросить деньги у отца, но эту затею он сразу же отбросил. Еще чего не хватало. Чарли тут всеми силами пытается скрыть факт наличия у него проблем с обучением от родителя, и при том собирается просить у него помощи. Смешно. Нет, к отцу он точно не пойдет. Надо попробовать что-то другое. Совсем другое.       После пар Чарли сразу направился в библиотеку вуза. Конечно, это бессмысленно, учитывая, что нужной ему информации, даже в интернете нет, но вдруг произойдёт чудо, и Бог подарит ему озарение или ангела пришлёт.       Проходит час, два и в конце концов на часах 18:00. К этому времени аудитории, столовая, библиотека и всё остальное закрывается. Рикардо проходил по коридору и закрывал двери. Зайдя в библиотеку, чтобы убедиться в том, что в помещении никого, мужчина наткнулся на полусонного студента. — Всё в порядке, Чарли? — Рик опустился на корточки, чтобы убедиться, что со студентом всё хорошо. — А? Да… — Чарли устало потянулся и потёр глаза. — Что ты здесь забыл в такой час? — Рикардо поднялся и протянул руку студенту. — Да так, искал кое-какую информацию. — Чарли собрал все разбросанные вокруг него книги и поднялся. — Психология? Ты готовишься к сдаче проекта? — Рикардо прочёл название книг, которые Чарли спешно расставлял по полкам. — Да, я пойду пожалуй. — Чарли направился в сторону выхода, но его остановил препод. — У тебя какие-то проблемы? — У меня абсолютно ничего нет. Ни информации, ничего, только список литературы. Я точно провалюсь, и меня отчислят. — Может быть я могу тебе помочь? К тому же, студентам можно выбирать преподавателя, чтобы тот курировал проект. Ты не знал? — Правда?! Вы мне поможете? — Я даже не знаю. У меня были кое-какие дела, но если ты будешь готов к поздним и довольно длительным встречам. — Я всё понимаю и готов на любые условия. Это куда лучше, чем впустую тратить время целыми ночами. — Что же ты не следишь за собой? Если так продолжиться, ты точно в скором времени завалишь и остальные предметы. — Рик подошёл к выходу и начал искать ключи от библиотеки. — Я не запущу себя так сильно, не переживайте. Но по поводу проекта. Когда мы с Вами сможем начать? Конечно, времени ещё много, но у меня совсем ничего не готово и… — Чарли с новым воодушевлением, видя в Де’Карли своего спасителя, цеплялся за него, как утопающий за круг. — Для начала выспись и приведи себя в порядок, а потом разберёмся. — Но, но… — Ни каких «но»! Быстро с глаз моих. Время позднее, да и мне ещё остальные этажи проверить и закрыть. — А когда мы тогда сможем это всё обсудить? — Так! Завтра у меня последняя пара философии с вами, тогда и поговорим. А теперь, если не хочешь чтобы я пожаловался вашему старосте, то бегом в общежитие. — Ладно, спасибо Вам большое! До свидания.