Любовь в условиях мирной (и не очень) радиации

Изначально он даже не хотел становиться радиохимикои, честно-честно. Только вот у жизни были свои планы на его дальнейший род деятельности и образование. Достаточно долгое время он хотел быть обычным букинистом - он бы коллекционировал раритет, любовно и аккуратно гладил книги по корешку, буквально "вкушал" этот пыльный запах старины... Именно об этом Фелл мечтал, пока не узнал об атомной энергетике и не стал ей увлекаться. Сначала его увлечение содержало в себе только 2 учебника с приблизительной информацией, которая все равно была крайне неточная, не понятная, не логичная, они сами себе противоречили зачастую. И именно это сначало и побудило Азирафаэля стать или радиохимиком или ядерщиком - только для того, чтобы переписать неточные учебники для будущего поколения работников атомной сферы. И как-то незаметно для себя он втянулся в это дело с головой, да так, что перепись книги осталась где-то на затворках сознания, да в куче исписанных и забытых черновиков, а руки были заняты зачастую не только документацией, но и всякими приборами и скляночками для изучения плутония. Но обо всем по порядку. Азирафаэль родился в достаточно небольшом городке, в крайне набожной семье. Ходил, соответственно, в христианскую школу, прослыл там самым хорошим и старательным учеником, он мог зачитать по памяти любую главу из библии... Так было раньше, пока ядра, а чуть позже ещё и атеизм, не вытеснили все из его сознания. Правда пробыл в такой школе мальчик до 5 класса, потом ее неожиданно прикрыли, что-то там нашли на директора заведения, и родители решили отдать мальчика дальше в обычную школу, где он в 7 классе и добрался до атомов. И уже чуть позже Зира и приобрел себе те учебники, не без связей отца, соответственно, но именно настрой исправить неточности книг и узнать чуточку больше и привели его к институту по радиологии, который ещё мог и предоставить рабочие места, если была такая необходимость или если было трудно найти работу по специальности. Именно там он и получил свою первую работу, а потом его отправили на стажировку в другой город, где впоследствии он и остался жить - сначала снимал квартиру у одной миловидной рыжей старушки, которая сохранилась достаточно не плохо для своих лет, а когда накопил достаточно денег, купил себе небольшой земельный участок, поближе к предприятию, с которым и связал свою жизнь. И с ней он старался не терять связи даже тогда, когда съехал - она была, в общем-то, общительной и теплой, приятной женщиной, а также Мадам Трейси (а это Азирафаэль у нее снимал квартиру) помогла ему обустроить интерьер его на тот момент ещё не обжитого домика. - И всё-таки, - задумчиво издает Мадам, помогая Зире приклеивать бежевые обои - почему ты выбрал именно наш город? - Азирафаэль, тварь он такая, не стал ей говорить, что сюда его направили с института, как-бы для дополнительной стажировки и заработка, и что остаётся он здесь чисто по необходимости - нашел место, которое отвечает его запросам и запросам которого отвечает он сам. - Ну как сказать... - начал издалека Фелл, задумчиво расглаживая тонкий картон - здесь есть место, на котором я работаю по своей специальности, - не совсем по своей, на самом-то деле, но зная, что эта приятная старушка ещё и довольно болтливая, он ей мало что рассказывал, - да и город красивый... - в последнем он уже не врал, город реально был красивый, шумный правда, машин и людей много, но зато чувствовалось, что город живой и достаточно выгодный, и поэтому работать в лаборатории ему казалось очень выгодным. - Ммм, ясно. А кем ты там работаешь? - продолжила допрос она, правда не совсем было понятно, зачем ей это знать, ведь для человека, который далек даже от основ ядерной физики, эта информация в достаточной степени бесполезна - также как и для слепого, что надо переходить дорогу на зелёный и не стоит на красный, - совершенно бесполезная информация. Это понимал сам радиохимик, но отчего-не понимала сама Мадам Трейси, а напрямую спрашивать Фелл не решался - всё-таки она была единственным его знакомым в этом городе и терять с ней хоть какие-то связи Азирафаэль боялся. Точно также как и сама старушка не особо понимала, почему ее "мальчик-ученый с непроизносимым библейским именем" молчал, аки рыба-партизан. Ну или голубка-партизан, на голубя он походил больше, чем на рыбу. - Да так... С топливом из плутония, - издает радиохимик и старательно переводит тему - не готов он ещё рассуждать на тему своей работы. Благо, что и бывший арендодатель успешно подхватывает поток новой информации и как-то сразу забывает о том, что хотела расспросить его про его работу. Правда, через какое-то время он несколько меняет род деятельности, или, вернее сказать, только добавляет себе ещё больше работы, - приблизившись к ступеньке иерархии, где сидят преимущественно главные, он теперь ещё и стал чем-то вроде контроллера - Зира теперь ещё и вел учёт плутоневого топлива и соответствующих зарядов для ядерного оружия, правда последнее, как и его остальная работа на все том же анонимном предприятии, была достаточно тайной и на официальных документах не фиксировалась, зато фиксировалась на более "внутренних" и "глубинных" папках, а также в личном деле. И жил, в общем-то хорошо, не жаловался, не считая того, что его иногда и добивали, и выбивали из колеи, всякие там проверки, выполнение ГОСТов и заказов от кого-то свыше, но чтобы не было лишних проблем и чтобы сохранить чистое лицо своего предприятия, Азирафаэль заставлял и себя, и своих подчинённых, и даже тех, кто над ним, работать чисто и честно, невзирая на то, что это могло им и не нравится. Зато все остальные счастливы и довольны, и это Зира уже считал главным. Плюсов море, но один из минусов - он был одиноким. Нет, изредка его, конечно, навещал старший брат, который постоянно лез со своими советиками и поучениями к младшему, которому они особо не уперлись, иногда приезжали родители, которые не то хотели на халяву отдохнуть в этом городе, не то пытались вернуть сына снова в веру, но это все было не то. Правда, и времени строить личную жизнь у Атомного Ангела не было, да и если иметь кого-то во всех смыслах, то лучше кого-то из такой же области, что и сам Зира. Только вот такие на дороге не валялись, что несколько огорчало его. Кстати... Почему же "Атомный Ангел"? Это прозвище дал ему народ, сложив сразу из 2 факторов - он выглядит как ангел (да и имя соответствующее), а также занимается радиацией. Как-то его выбрали представителем уран-плутоневого и REMIX-топлива от предприятия их области и камера зафиксировала кадр, как он стоит около специальных пуленепробиваемых колонок, где зловещим светом ионизировало топливо, переплавленнное и замороженное в длинные и опасные, без защитного стекла, цилиндры, и этот отблеск прям и давал ему схожесть с небесным существом. Сначала это как-раз и подхватили обычные люди в сети, потом это дошло и до его коллег на работе, ещё позже так его начали называть свыше, и потом коллеги стали шутить, что, мол, если случится ядерная война, то позывным Зиры станет как раз "Атомный Ангел". Как же Фелл хотел, чтобы это оставалось только глупой шуткой. Когда у Азирафаэля выдаётся свободный день, и ему надо заполнить определенные документы, Гавриил, видимо, как-то чувствует, или, быть может, ему кто-то сообщает, а может просто ткнул пальцем в небо, и по этому решает снова его навестить, но не то, чтобы младшему Феллу шибко нужен был его приезд, особенно в период, когда на него скинули кучу документов и часть из них идут под грифом "совершено секретно". Вслух, конечно, Зира ничегошеньки не говорит, лишь широко, но как-то неестественно, поклоунски что-ли, улыбается и с деланным радушием пропускает старшего в свое гнёздышко, мысленно желая, чтобы что-нибудь тяжёлое упало свыше на Гавриила. Такой радости, и таких проблем с полицией, ему, конечно, никто, даже собственный дом не предоставляет. Когда старший Фелл начинает говорить - как всегда по мелочи, издалека, очень непонятно, - у Азирафаэля в голове включается автоматическая цензура и по этому он спокойно занимается не самыми основными, по большей части просто ставя свою подпись или давая согласие, или наоборот - отказывая, документами, Зира даже успевает задуматься о чем-то своем... Из своих мыслей его вырывает лёгкое давление Гаврииловской ладони - горячая, жёсткая и жилистая, даже сквозь одежду на нежной кожи брата она ощущалась остро, - и вопрос, прозвучавший как гром среди ясного неба: - Ну так ты этим займешься? - А? Чем? - немного оглодело спрашивает Атомный Ангел, чувствуя, как все нервы его тела обостряются. На это он получает лишь не самый довольный взгляд и крайне скептичное: - Ты меня вообще слушал? - Ну... - издает радиохимик, уводя глаза куда-то стыдливо вниз. - Ладно, повторю ещё раз. Из нашего города хотят сделать ядерную свалку. Отходы хотят поставить на территории бывшего оружейного завода. - Мммм... Урановые хвосты? - издает Азирафаэль, задумчиво потирая подбородок и стараясь снова не потерять нить разговора. - Да, они самые! - подтверждает Гавриил, и не успевает продолжить, как его перебивает Зира: - Они не сделают из города ядерную свалку, иметь хвосты очень выгодно, и они вообще-то достаточно безопасные, - как всегда с никому не нужной научной и здравой точкой зрения "выступил" Зира, но судя по тому взгляду, которым Гавриил удостоил младшего, было понятно, что Гавриил тут не ради правды и научных фактов. - Да мне плевать, они прежде всего портят внешний вид нашего города и не нравятся мне, а потому прошу тебя - займись документами, которые я отдам тебе, и попробуй перенаправить эти самые хвосты куда угодно, только не в наш город - по тому тону, который использовал старший, было более чем понятно, что выбора у радиохимика особо нет. И чтобы лишний раз не наживать себе проблем, теперь со стороны родственника, Азирафаэль соглашается и делает себе нужные пометки в записной кожаной книжке. Кивнув ему, Гавриил встаёт и лениво уходит, в прочем, можно было и сразу догадаться, что приехал он сюда только по тому, что ему что-то понадобилось от младшего брата, и не успевает он перевести дух, как ему звонят с предприятия. Делать нечего - он отвечает, просто так ему оттуда никто не звонит. - Здравствуйте, Фелл у аппарата, - на автомате отвечает он, заранее извлекая записную книжку и хорошо пишущую ручку. - Тебе есть, где записать? Короче, фиксируй, к нам скоро проверка подъедет, постарайся навести у нас порядок, а не то эколог, который направился к нам, сразу же обратиться куда надо и нас закроют, - говоря по ту сторону трубки. - Хорошо, я понял, - вздыхает Атомный Ангел и устало трет лицо, пачкая щеку в чернилах. Если к ним засобирался мировой, как понял он по контексту, эколог, значит или кто-то зафиксировал какие-то утечки или был просто ложный донос. Азирафаэль давно уже атеист, но сейчас ему действительно захотелось прочитать молитву.