Кровные узы

      Кухня была окутана ароматом свежезаваренного кофе. Никто из находившихся в комнате не проронил ни звука: было слышно лишь шебуршание горничной, что хлопотала по кухне, убирая разбитую посуду сегодняшней ночи, и чавканье Артура, что ел свой корм в углу комнаты. Передо мной сидела воровка. По ней было видно, что ночь у неё была не беспокойнее моей. Глаза, что так сильно привлекали моё внимание к ней, словно погасли. Цвет стал более тусклым. Её очи не выражали ничего. Скукота... Ночью в них хотя бы читались беспокойство и страх — сейчас же стало намного труднее понять, о чём она думает. Я взяла чашечку кофе, что поставила Мери, и сделала пару глотков. Тёплая жидкость приятно прошлась по моему горлу, окутывая желудок и оставляя приятную горечь после себя. Пару глотков придали мне сил, и я выпрямилась, глядя на гостью. Она смотрела в кружку долго и очень внимательно, словно изучала, что это такое. Последовав моему примеру, она взяла еë и отпила кофе, но её умиротворённое лицо перекосилось, и она поморщилась. Я усмехнулась. Услышав это, воровка выпрямилась и поставила чашку на блюдце, скрещивая руки на коленях. — Госпожа, простите, возможно, это меня не касается, но что это за юная леди? — решила прервать тишину Мери. — Это... во... моя племянница. Решила сделать сюрприз своим приездом. — как можно доброжелательнее проговорила я. Мне не хотелось с самого утра сеять панику в доме и давать сомнения в охране своего особняка, ведь слухи могут быстро разлететься по городу. — А разбитая посуда? Вчера кто-то Вас довёл до такого состояния, что Вы решили разбить всю посуду, что была в доме? — подъёб засчитан; Мери, смотри, чтобы это как-то не сказалось на твоей зарплате. — Да, вчера поставщик отменил поставку фруктов, а у нас на носу грандиозный праздник, вот и психанула чутка. — единственное, что я придумала, дабы оправдать созданный разгром. — У тебя же есть моя карточка, отправь Веронику или ещё кого-нибудь за новой. Всё равно пора делать обновку. Произошедшая ситуация лишь подтолкнула нас. — горничная обречëнно вздохнула. — Не вздыхай так, лучше приготовь моей племяшке чай, как видишь, кофе ей не пришёлся по вкусу. — Да какому нормальному человеку придётся по вкусу столь крепкий кофе?! — второй подъёб засчитан, напомните мне в следующем месяце урезать ей зарплату.       Из-за своих частых ночных кошмаров и преследующей бессонницы я не высыпаюсь, следовательно, из-за недосыпа снижается работоспособность с мозговой деятельностью; вот тогда-то мне и приходит на помощь кофе, да такой, что сразу будоражит кровь в жилах. Чай я не пью, от слова совсем, однако в шкафах его навалом, ибо привозят ароматный напиток мне сотрудники со своих путешествий. На кухне началась битва запахов. Ароматный и сладкий запах чая пытался вытеснить терпкий и резкий запах кофе. На удивление, победил чай. Мери поставила перед воровкой чашку с тёплой персиковой жидкостью и дружелюбно улыбнулась ей, принцесска улыбнулась в ответ. Я аж поперхнулась. Неужто она, действительно, искренне улыбнулась в чужом доме, где её чуть не прикончили? Странная она. Будто не из этого мира... В голове сразу всплыли картинки недавнего сна. Абсурд, бред, сумасшествие. Чай и кофе были выпиты, завтрак, приготовленный для племянницы, был съеден ею за пять минут. Стоит отдать должное её манерам. Они были великолепны. Может, она училась в женской школе при церкви. Похоже на то. От одного только воспоминания о нём тошнота подкатывает к горлу, а в животе скручивается болезненный узел. Я нервно сглотнула. " — Боже, Викториана, бестолочь! Бездарь, элементарного освоить не можешь! Эта вилка для десертов, эта – для мяса, эта – для рыбы и так далее. Ты опять всё перепутала. Если бы не твоя бабушка, вылетела бы отсюда давно, а так ты наказана! Десять, нет, двадцать ударов плетью! — орала на меня пожилая седовласая монашка. — Н..но! — Никаких "но", иди и достойно понеси наказание. Сестрица Аманда, иди, проучи маленькую засранку! — Конечно, сестрица Жозефина. Пошли, Викториана. — я обречёно поплелась за уже более молодой женщиной, ожидая предстоящей участи. Руки и ноги дрожали, дыхание сбилось. Опять я провалилась на уроке этикета... Ненавижу его!       Меня поставили на колени посреди двора, созывая других учениц. Чтобы у них появился больший стимул хорошо учиться, все наказания проводились на публику. — Ха-ха-ха, Викториану снова наказывают. — Говорят, она даже с простейшими азами этикета не справилась! — Какой стыд и позор. — Она — ничтожество! Но всё равно храбрится и пытается что-то из себя вообразить. — Ей эта храбрость никак не поможет. Всё равно сейчас расплачется и убежит.       Вокруг меня собиралась толпа из сотен учениц. Я слышала, как эти змеи шепчутся и плохо отзываются обо мне. Слёзы душили меня от такой несправедливости в жизни. Почему у всех детей есть семья, любящие родители, друзья?! Почему многие другие девочки ходят в обычные школы, а я должна постоянно слушать упрёки и насмешки в свою сторону?! Что за несправедливость! Я ненавижу эту жизнь. Церковь... служение Богу... Где же тогда его милость?! Почему тогда он позволяет такое издевательство! Сердце разрывалось, я словно задыхалась... я ненавижу ни себя, ни эту никчёмную жизнь...       Когда многие уже собрались, я почувствовала удар, пришедший на мою спину. За одним ударом последовал другой, затем третий и так далее. Старые раны, которые не успели зажить, открывались. Кровь текла по моим плечам, спине хаотичными струйками, с каждым ударом набирая объём и скорость. Больно, очень больно... Кто-нибудь, спасите меня, помогите мне. Наконец-таки прозвучала долгожданная цифра "двадцать", и я смогла выдохнуть. — Теперь ты осознала свою ошибку? Готова ли ты встать на путь истинный? — ко мне подошла Жозефина с присущей ей надменностью. Она смотрела на меня с презрением, отвращением. Я собрала всю силу в кулак и плюнула ей прямо в лицо, потом громко рассмеялась. Все вокруг опешили от моей дерзости, а Жозефина была в ярости. Кажется, если бы мы были с ней один на один, она бы разорвала меня. — Хахаха, вы служите богу, не смешите меня! Ваш разум объят выдумкой, которой, собственно, вы и поклоняетесь. Вы все будете гореть в аду, если таков существует, в адском пламене. А это пламя устрою вам лично я. Вы будете просить меня о пощаде, как когда-то это делала я, но, взявши пример с вас, сделаю лишь больнее. Буду наблюдать за тем, как вы кричите и стонете от боли, как корчите гримасу отчаяния и безысходности, как будете сжиматься и пытаться найти укромное местечко, где боль утихнет. Но я вам этого не позволю. Вы все сдохните! И последнее, что вы увидите – это будут стены этого гадюшника. Именно я, Викториана Макклейн, стану вашим сущим кошмаром! — все ученицы и служители церкви были шокированы и не на шутку напуганы, а я, выплюнув им эти слова, потеряла сознание.       Очухалась я уже дома, где возле моей кровати сидела моя сумасшедшая бабка, которая явно была не в духе. Заметив, что я открыла глаза, она сразу же начала меня отчитывать: — Викториана Макклейн, что же ты устроила в школе?! Ты нарушила святой покой церкви и начала говорить дикие, для этого места, вещи! — бабушка была в ярости, но пыталась держать себя в руках. — Тебя, действительно, только это интересует? Ты видела, что они делали со мной на протяжении ПЯТИ лет: как издевались, как гнобили, как бесчеловечно обходились?! Тебе на это всё равно? — Викториана, это всё для того, чтобы... — Я стала идеальной! Я слышу это уже много-много лет! Никто не идеален: ни ты, ни я, ни те монашки! Не существует идеального мира! — Не существует?! Вот увидишь, он есть. Мне не нужны другие, мне нужно, чтобы именно ты была идеальной во всём! Мне было всего десять лет... "       Пелена воспоминаний застелила глаза. На меня с волнением смотрела Мери, Артур и... даже воровка. Я устало потёрла лицо, возвращая себе непринуждённый вид. — Г-госпожа, Вы хорошо себя чувствуете? Вы резко побледнели и перестали на что-либо реагировать. — Простите, что навела беспокойство, просто сегодня плохо спала. Вот и задумалась что-то. Племянница, пошли в мой кабинет раз уж ты уже закончила с завтраком, надо кое-что обсудить.       Я встала из-за стола, поблагодарив Мери за завтрак, и направилась в сторону своего кабинета. Следом за мной встала воровка, и через пару секунд мы оказались в "моём логове". Я села в офисное кресло, положив локти на стол и опустив подбородок на сплетённые пальцы. Блондинка села на кожаный диван, стоящий возле стены. — Кто ты и откуда? Кто тебя послал ко мне? Я сохранила тебе жизнь, так что будь добра, не заставляй меня жалеть об этом. Я же много не прошу: просто ответь на мои вопросы и всё. — Я... Агнесс Райтон... — практически пропищала белобрысая. Было слышно, как она боится меня. Голос её сдавал с потрохами – он дрожал. Она вся съёжилась на диване под моим пристальным взглядом. Её голос был очень мягким и нежным...в отличие от моего прокуренного, низкого и хриплого. Я взяла сигару и закурила. Обжигающий дым окутал лёгкие, давая возможность разуму и телу обмякнуть. Серая дымка окутала небольшое помещение, отчего принцесска закашлялась. — Я задала тебе три вопроса, но ты ответила только на один. Принцесса, я же не давлю на тебя, даю возможность ответить самостоятельно, без применения помощи. Ведь, поверь мне, такая тётечка, как я, может заставить людей говорить совсем по-другому. — Вы считаете, что Вы не давите? Вы заблуждаетесь, госпожа... — Викториана Макклейн. — дополнила её фразу и улыбнулась, желая услышать продолжение. Давно меня не пытались усмирить, особенно такие красавицы. — Да, госпожа Викториана, Ваше давление на людей мешает Вам наладить с ними взаимоотношения! — Вот как... значит, мешает мне наладить взаимоотношения с людьми. — я артистично вскинула брови в вопросе, слегка улыбаясь. — И это говорит мне воровка, что проникла в мой дом, дабы совершить злодеяние. —Я не воровка! — выкрикнула блондинка, вскакивая с места, но, осознав, что чересчур бурно отреагировала, села обратно. — Тогда: кто ты и как оказалась в моём доме, где стоит защита? — Смысл? Если я расскажу Вам правду, вы всё равно мне не поверите. — Ты в этом так уверена? — Более чем. — Давай ты сначала объяснишься, а потом я решу: верить мне или нет? — я улыбнулась, сев в кресле поудобнее, ожидая оправдание, которому, по её словам, должна не поверить. — Я не из этого мира. Я телепортировалась из королевства Блаш, что граничит с четырьмя другими королевствами: Амур, Мельсон, Ригон и Эспер. — я пустила смешок. — Ты действительно думаешь, что я в это поверю? Абсурд. — Я вас предупреждала. — нахмурилась воровка. — Допустим, если ты из другого мира, то как ты оказалась в нашем мире и в моём доме? — Я сама точно не знаю, но тут сто процентов замешана магия и тёмные колдуны. Я спокойно обдумывала свои дальнейшие планы, пока не почувствовала резкий холод; а обернувшись, я увидела... — Синий сгусток энергии, напоминающий портал, который в итоге тебя засосал, и ты оказалась в моём доме. — нагло перебила я, пересказывая сон. — В-верно... — девушка стушевалась.       Я серьёзно задумалась. Про сон я никому не рассказывала, следовательно, теорию о том, что она подслушала и решила прикрыться этой безумной историей — вычёркивается. Не верю... Такого не бывает. Реинкарнация и перемещение по мирам – это выдумка создателей фильмов. Нет. Абсурд. Такого не может быть... Но как бы это бредово не звучало, многое складывается. Её одежда, внешность в целом и взгляд. — Я верю тебе. — заявила я. — Я так и знала, что вы мне не пове... стоп, что? Мне не послышалось? — Нет, я говорю, что верю тебе. НО это не значит, что я как-то доверяю тебе или что-то наподобие. Ты остаёшься для меня чем-то подозрительным и странным. А мне надо будет вписать в свой план поход к психиатру, чтобы точно убедиться, что я не шизик и что ты настоящая, а не плод моего воображения. И да, пока ты находишься в моём мире, будь добра, играй роль моей любимой племянницы, не хочу, чтобы нас обеих в психушку забрали. — Агнесс коротко кивнула. — Иди пока что в свою комнату, мне надо переварить информацию. Жди, покуда я тебя не позову и не дам наставление в дальнейших наших действий. — Я хочу домой... — едва слышно проговорила девушка. Меня как холодной водой окатило. Всё это время она находилась в незнакомом ей месте. Мало того, что стрессанула из-за портала, так ещё и я с пистолетом и угрозами навалилась на неё. Да уж... представляю, как выгляжу в её глазах... — Пф, не хочу ничего обещать, но я попытаюсь найти какое-нибудь решение. — эти слова вылетели сами собой, что я сама даже не ожидала. Ввязываться в какую-то тёмную историю, имея сотни таких же за спиной в режиме реального времени, серьёзно?! Викториана, кажись, ты из ума выжила. У меня дел выше крыши, а я собираюсь помогать девке, что появилась буквально из ниоткуда. Но в глазах Агнесс засветился огонёк надежды. Она надеется на меня... Почему на душе потеплело?.. Хах, будет что-то интересное; уверена, в скором времени я об этом пожалею.