Не родной, но любимый

POV Benjamin: Этим утром я проснулся с чувством… Что сегодня меня ждёт что-то особенное. Почему-то, первое, что я вспомнил, что сегодня должен был быть первый учебный день. Но так как последний день каникул выпал на пятницу, мы с Пико сегодня дома. Какое счастье! А заглянув в календарь, я увидел, что сегодня ведь первое апреля. Мой День рождения! — День Рождения! Как я мог забыть? Мне сегодня уже пятнадцать! У меня юбилей! Я быстро заправил кровать, усадив на неë Зайчика. А потом оделся. В серую рубашку, поверх белой футболки, синие брюки, причесал волосы. По-моему… Стильно. Подождите… Кажется… Я подрос! Точно, я подрос! Я стал выше! А день становится лучше! Чуть ли не вприпрыжку я спустился на первый этаж. А на кухне уже сидели родители и Пико. Они что-то обсуждали. — В-всем доброе утро! Пико аж подскочил, честное слово! И обернулся ко мне. И какой же он… Красивый! В зелёном полосатом свитере, из-под которого выглядывает воротник чëрной рубашки. Без маски, закрывающей его лицо. Я подбежал к нему и обнял. — А, Бен… — я слышал улыбку в голосе Пико. — Доброе утро. — и он тоже обнял меня. Как-то… Неловко обнял, что ли? — Ты... Такой красивый сегодня. — Спасибо! Ты тоже! Тебе идëт этот свитер. — в ответ на это Пико покрылся румянцем. — Доброе утро, сынок. — улыбнулся папа. Мама молча кивнула. — А вы… Помните, какой сегодня день? — спросил я, отпуская брата. Я, если честно, надеялся услышать поздравления. — А какой? — мама подняла бровь. — Вроде, суббота. — сказал Пико. Стоп! Они не помнят? — В-вы… Вы забыли? — Хм… — папа приложил два пальца к подбородку. — Точно! Спасибо, что напомнил, сынок! — неужели? — Мне нужно закончить отчёт по работе! — и сразу убежал на второй этаж. Они… Они правда забыли? Они забыли про мой День рождения?! Я почувствовал комок в горле. Почему…? На моë плечо легла братская рука: — Бе-е-ендж? Не хочешь пойти погулять? — Извини, но… У меня нет настроения. — Ну-у-у… Так я его тебе щас подыму! — сказал он, щëлкнув пальцами. И не успел я возразить, как рыжий схватил меня за руку и потащил к двери. И на улице потащил… Куда-то. И как-то машинально я выдернул своë запастье из его руки. Мне было так… Обидно! Больно! Я так надеялся! — Ты серьёзно?! То есть, ты…! Вы даже не помните, что сегодня у меня День рождения, и теперь ты зовëшь меня гулять?! Ты серьёзно?! Зачем меня тогда вообще спрашивали, что мне подарить, и как хочу отпраздновать?! — я через силу сдерживал слезы, и чувствовал, как дрожала моя губа. Пико смотрел на меня как-то ошарашено… Или виновато? — Извини… — тихо сказал он. И, кажется, он правда раскаивался. Но мне всё ещё было обидно. — Я думал, вы помните… — слезинка пробежала по моей щеке. — Это же мой… Первый День рождения с вами. Я думал, это хоть что-то для вас значит! — Бен, ну правда! Прости! — Пико взял меня за руки. — Мне очень жаль, правда! Я не знаю, как это произошло! — Я тоже не знаю… — я снова вырвал свои ладони из его хватки. — Пожалуйста, пойдëм погуляем… — его тон и взгляд стал умоляющим. Я подметил, как подрагивали его брови, как будто он нервничал. Я выдохнул: — Ладно… — сказал я, хотя и понимал: День рождения уже испорчен. Я убрал руки в карманы джинсов, и мы продолжили путь. На улице была, без преувеличений, прекрасная погода. Тепло, безветренно, ярко светило апрельское солнышко. Полная противоположность моему настроению. Угадайте, куда мы пришли? У больницы нас уже ждали друзья. Нене, увидев нам с братом, тут же накинулась на меня с обнимашками. — Бе-е-ендж! Привет! — воскликнула она. — С Днём рождения, дружище! — С Днюхой тебя, Бендж! — Дарнелл чуть ли не выхватил меня из объятий подруги и начал трепать мои волосы, обнимая за шею. Я же только расчесался! Но… Мне было приятно, что кто-то помнит про мой праздник. — Прости-и-и… Подарить тебе нечего! — чуть ли не простонала Нене. — Мы чëт ничего не придумали. — Дарнелл почесал затылок. — Но! Мы можем купить тебе мороженое! — Или шоколадку! — Нет-нет! Всё хорошо! Спасибо, ребята. И тут Оливер (у которого за спиной был чехол с гитарой) подошёл и дал мне подзатыльник! Он был совсем лëгким и мне вообще не было больно. Но всё же: что это было! И за что?! — За что? — Твой первый подзатыльник! — сказал Оливер гордо. — Со взрослением, малой. — он усмехнулся. Знал бы он, что этот подзатыльник для меня далеко не первый. Ну ладно. Сейчас не об этом. — Эм… Спа-асибо, Оливер…? — протянул я, хоть это был и самый странный подарок в моей жизни. Дарнелл с Нене тихонько смеялись. — Ты, бл*ть, серьёзно, Оливье? — Пико скрестил руки на груди и нахмурился. А Оливер подошёл к нему и крепко ударил его по затылку. Уже по-настоящему, как будто Пико правда в чëм-то провинился. И Дарнелл странно смотрел на моего брата… Хмурился. А сам Пико виновато опустил глаза. Чего это они? Неужели, из-за того, что Пико забыл про мой День рождения? Хотя, нет! Как они могли узнать? — Так! А мы гулять-то идëм? Или будем хандрить, м? — спросила Нене, обнимая меня одной рукой. Все дружно согласились с ней. Мы какое-то время провели у здания. Гуляли вокруг него, по нему, рисовали граффити (куда же Пико без них?) снаружи и внутри. Даже поиграли в прятки. Моë настроение ненадолго поднялось, пока я не вспомнил про Грейс. Точно! Грейс! Она никогда не забывала про мой День рождения! Я достал телефон и зашёл в мессенджер. В последний раз мы переписывались два дня назад и… Она ничего не написала! Хотя в сети сегодня была. Это странно, потому что в этот день она всегда писала мне первой! Только не говорите мне… Нет-нет! Она точно не забыла! Она не могла забыть! Правда же? Наверняка, она забыла мне написать — может, у неë дела? Попробую написать ей первым. Я написал — «Привет, Грейс☺» — и спустя пару минут она зашла в сеть! Но… Она не то, чтобы не ответила — она даже не прочитала! Просто… Проигнорировала?! У меня снова встал колючий комок в горле от мысли, что все дорогие мне люди забыли о таком важном для меня дне! От обиды я сжал телефон в руке так сильно, что пальцы заболели. В какой-то момент я подумал, что швырну его в ближайшее окно, но я только резко убрал его в карман. В груди защемило. Я подскочил, услышав голос Нене: — Бен? Ты чего плачешь? Я поднял голову. Она стояла передо мной, выглядя обеспокоенной. Я быстро вытер слëзы: — Д-да так… Ничего. Извини. — Ну скажи! — не унималась девушка. — Что у тебя стряслось? — она немного наклонилась ко мне. — С Пико, что ли поругались? — А… — я отступил на шаг. — С-с чего ты так решила? И тут я подскочил, услышав голос Дарнелл: — Ты, с тех пор, как вы пришли, почти с ним не разговаривал. Я обернулся и увидел самого Дарнелла, который поднимался по лестнице (Нене и я стояли на втором этаже здания). — Невольно подслушал вас. — он пожал плечами. — Это на вас двоих совсем не похоже. — закончил он. — Вот-вот. — покивала Нене. — Вы обычно друг от друга не отходите. По их взглядам я сразу понял: они не успокоятся, пока не получат ответ. — Все забыли про мой День рождения… — я опустил голову. — Пико, мама с папой… Видимо, даже Грейс! А ведь это мой… Мой первый День рождения здесь… — Ну да, ну да. Пошли мы нах*р. На мою макушку легла ладонь Дарнелла. — Ты про нас-то не забыл? — сказал он, приподняв бровь. — А ещё я заметил, что ты подрос. — Правда? Ты заметил? — Я тоже заметила! — сказала брюнетка. — Скоро одного роста будем. — она тоже потрепала меня по голове и подмигнула. Я искренне наделялся на то, что сказанное ею сбудется. А ещё мне стало немного легче: — Спасибо, ребята. — Хочешь, мы твоему брательнику по голове настучим? — спросил Дарнелл, приподняв бровь. Нене эта идея явно понравилась. А мне нет: — Нет-нет-нет! Не надо. Давайте лучше найдëм Пико и Оливера и… Пойдëм куда-нибудь. — Желание именинника — закон! С этими словами Нене взяла меня за плечо и мы втроëм направились к лестнице. На первом этаже, в тëмном углу, стояли рыжеволосые и о чëм-то шептались. И, кажется, Оливер был недоволен. Я попытался прислушаться. — Он тебя за такое по голове не погладит. — буркнул Оливер. — Да не ссы ты. Всё идёт как надо! — ответил Пико. Что они там замышляют? Но дальше, к сожалению, послушать не удалось, потому что Дарнелл прервал их: — Ку-ку! Мы тут! Кузены резко обернулись и выглядели так, как будто их поймали с поличным. Точно что-то задумали! Но что? — Ребят, давайте пойдëм отсюда? — спросила Нене. — Где-нибудь ещё погуляем. — А… Д-да! Почему бы нет? — Пико сделал вид, что ничего не было а Оливер… Попытался. Мы вышли на улицу и пошли, как говорится, куда глаза глядят. Я вдыхал тëплый весенний воздух и щурился от яркого солнышка, которое, как будто, улыбалось нам с неба. Буквально всё — от солнечного тепла, до почек на ветках — напоминало, что лето уже не за горами. В какой-то момент я заметил, что Пико и Дарнелл отстали. Обернувшись, я увидел, как они чëм-то говорят. Очень тихо. А заметив, что я смотрю, и вовсе замолкли и ускорили темп. Я даже подумать не успел, что замышляет мой старший брат, потому что меня отвлекла Нене: — Ну, именинник! Куда хотел бы пойти? Я начал думать. И из всех вариантов выбрал… — Парк? — банально, знаю. Но именно туда мне очень хотелось. Тем более, насколько я знаю, фонтан начал работать. — Тогда все в парк! — сказал Пико, и как капитан отряда, повëл нас всех по дороге. Мы гуляли по городу около трёх часов. Я оказался прав — фонтан в парке действительно работал и мы здорово пофотографировались на его фоне. Дарнеллу с Нене явно очень нравилось фотографировать нас вместе с Пико. Да что скрывать, мне тоже это нравилось! Наверное… Мы правда хорошо смотримся вместе. А нам нравилось фотографировать Оливера с Нене. Они такие милые! А потом Крепыш купил мне шоколадку и мой любимый сок. В качестве извинения, как он сказал. Я всё ещё был немного в обиде, но поблагодарил. Да и, кажется, он правда раскаивался. И мне показалось, что он какой-то… Нервный? Я несколько раз замечал, как Пико проверял телефон и кому-то писал. В какой-то момент я смог незаметно заглянуть ему через плечо и… Он писал Грейс! Правда, я не разглядел, что именно. Во-первых, из-за солнца. А во-вторых, Пико быстро меня заметил и убрал телефон. Я уверен: эти двое что-то затеяли! И не только они: Дарнелл и Оливер с Нене тоже учавствуют в этом. Я точно уверен! И это как-то связано со мной! А может… Они готовят мне сюрприз? Что, если… Пико и не забыл про мой День рождения? Может, это какой-то план? Но, если они готовят что-то для меня — то что? Да и точно ли это какой-то сюрприз для меня? Возможно, я вообще из-за обиды всё придумал, чтобы себя утешить? И, как я уже говорил, так прошло три часа. — Ребя-я-ят! Ай-да к нам! — внезапно крикнул Пико. Я услышал, как Нене что-то шепнула ему. Он утвердительно кивнул. А затем рыжий подошёл ко мне: — Бен? Позовëм ребят к нам в гости? Не против? — Д-да нет. Когда это я был против? — улыбнулся я. — Да и я немного подустал, если честно. — Пошли тогда! — крикнул Оливер, уже направляясь в сторону нашего дома. По пути у меня были странные чувства. С одной стороны, мне не слишком хотелось идти домой — всё ещё была обида на родителей. А с другой — было очень любопытно, потому что теперь я был точно уверен: меня что-то ждëт. Когда для того, чтобы добраться до дома, нам осталось буквально завернуть за угол, Пико попросил меня закрыть глаза. Сердце пропустило удар, у меня была куча вопросов. Да и Пико выглядел взволнованным. Но глаза я закрыл. Как только я это сделал, мою ладонь перехватила тëплая рука в беспалой перчатке и меня повели куда-то. Было немного страшно, но глаза я не открывал. Сердце так и хотело выпрыгнуть из грудной клетки, когда я поднялся на крыльцо и услышал щелчок замка. — Осторожно. — прошептал хриплый, мягкий голос, когда я запнулся, кажется, о порог. Но я не упал, потому что меня держали сильные руки в перчатках без пальцев. Я слышал шëпот из нескольких голосов. — Бен. Насчёт «три» открывай глаза. — сказал голос Пико, и мои руки отпустили. — Хорошо? — Хорошо. Он сделал несколько шагов куда-то вперëд. — Раз… Я почувствовал дрожь в теле. — Два… Голоса затихли. — Три! Я открыл глаза. — Сюрприз! И… Не поверил. Я стоял в гостиной. А передо мной: мама с пирогом в руках, папа, Пико, Оливер, Нене, Дарнелл и… Грейс! Да-да! Грейс! Она стояла передо мной, в светло-красном платье на бретельках и с короткими волосами. Она подстриглась? А ребята что-то держали в руках. Какую-то картину? И, кажется, на ней был я! Я просто стоял, разинув рот, пока они все пели: — С Днём рождения тебя! С Днём рождения тебя! С Днём рождения, наш Бенджами-ин! С Днём рождения тебя! — а Оливер играл на гитаре. Я был готов разрыдаться от счастья! Прямо здесь и сейчас! Все мои близкие сейчас стоят здесь, в мой День рождения! И поют мне! Они не забыли! — Бенджи-и-и! — и как только песня закончилась, моя подруга детства обняла меня. И я заметил на ней кулончик в виде половинки сердца. — От души душевно в душу поздравляю с Днём рождения! — Грейс! — я тоже обнял еë. У меня внутри всë тряслось от счастья. — Ты здесь! Боже…! Как я рад тебя видеть! И… — мы отстранились, продолжая держаться за руки. — Ты подстриглась! Грейс широко улыбнулась: — Ага! Нравится? — Очень! Тебе так идëт! Подруга засмеялась и снова обняла меня. Я почувствовал, как слëзы побежали по щекам. Как же я по ней соскучился. Грейс обнимала меня так крепко, как будто я мог в любой момент исчезнуть. И я тоже крепко прижимал еë к себе. Мне так не хотелось отпускать еë. — Значит… Родители таки разрешили тебе? — Ну… Как видишь, да! — ответила Грейс, улыбнувшись. — Твои опеку… Р-родители очень помогли. Я посмотрел через плечо Грейс и мама с папой улыбнулись мне, кивая. Я всё понял без слов и только тихо сказал им: — Спасибо. — едва сдерживая новый поток слëз. Пико с ребятами отошли куда-то. — А ещё я принесла тебе подарок! — сказала радостно подруга, и взяла с дивана небольшую бумажную сумку. — С Днём рождения, Бенджи! Когда я брал еë, мои руки, почему-то, дрожали. Я достал подарок и… И это оказался коллаж! Коллаж из наших с Грейс общих фотографий! Я до сих пор помню все эти фотки, я помню, когда они были сделаны. Например, наш первый поход в парк в честь шестилетия Грейс — на этой фотографии мы ели сладкую вату, и на фотке была надпись «Сладкие облачка». А вот фотография на первое сентября — Грейс и я впервые идëм в школу. Там были и самые простые селфи, фото в каких-то разных местах. И все они были так красиво оформлены. Не только я не сдержал восхищение — остальным тоже очень понравилось. Даже Оливер похвалил. Нене сказала, что это безумно мило. — Грейс… Боже… — я обнял лучшую подругу так крепко, как только мог. — Спасибо тебе! Спасибо! Это так… Так… Трогательно! И красиво! Спасибо! Грейс обняла меня в ответ: — На самом деле… Я делала это не совсем сама… Мне Свен немного помогал. — она разомкнула объятия, всё ещё держа меня за руки. — Он ведь увлекается фотографией, помнишь? — я кивнул. — И он разбирается в этом получше. Вот и помог мне. — Грейс хихикнула, пожав плечами. — Я просто хотела сделать что-то особенное для тебя… Мы ведь так давно не виделись. Я снова обнял еë: — Грейс, твой приезд — уже нечто особенное! Я счастлив, что ты здесь, правда! И… Спасибо за этот подарок. — я шмыгнул носом. Ну вот, опять я плачу. — Свену передай спасибо. Грейс кивнула и погладила меня по спине. — Кстати. — вдруг шепнула она. — Мы начали встречаться. — и указала на кулончик. Вот это новость! Я аж прикрыл рот ладонью, чтобы не запищать от радости! — Поздравляю! — тихо сказал я подруге. — Хей, Бендж. Нас прервал голос Пико у меня за спиной. И как только я обернулся, меня подняли на руки и начали кружить под всеобщий смех! — С Днëм Рождения, Софти! Я тоже смеялся, стараясь держаться за Пико. От нервов или от радости? Да я и сам не знаю, если честно! Хотя, одно другому не мешает. И… Я конечно, давно понял, что Пико сильный. Но не настолько же, чтобы кружить меня на руках! Потом он наконец-то меня опустил. У меня кружилась голова и я кое-как пытался удержаться на ногах. А Пико? А ему хоть бы хны, кажется! Как будто он каждый день такое проворачивает. Хотя… Учитывая, какое детство у него было, для него подобное...Обычное дело, наверное? — И с Первым апреля тебя, Бен! — громко сказал Пико, когда я немного оклемался. Но смысл сказанного до меня дошëл не сразу: — А-а? — Мы тебя немного разыграли, чувак. — сказал Дарнелл, кладя руку на моë плечо. — Солнышко, никто не забывал про твой День рождения. — сказала мама. — Это была… Часть сюрприза. — Ха-ха! Да уж, вы очень смешно пошутили! — я похлопал в ладоши. В этот момент меня обняла сзади Грейс: — Ну прости, Бенджи! Иначе ты бы разгадал наш сюрприз! Я посмеялся, похлопав Грейс по ладони. А потом повернулся к ребятам: — Получается, и вы знали? — Ага — кивнул Оливер. Он держал в руках большой лист бумаги. — Извини, малой. — Нашей задачей было показать, что не все забыли про твою днюху. — сказала Нене. — Чтобы ты не так сильно грустил. И я опять рассмеялся. Рассмеялся от души! Внутри меня было столько эмоций, чувств, что я просто не мог выразить их словами! Поэтому я просто смеялся. А потом смех подхватили и все остальные, по очереди. Я почувствовал, как меня нежно тыкают пальцем в плечо. Это был Пико: — Хей, Софти. — он держал лист бумаги, который, видимо, взял из рук Оливера. И, видимо, тот самый, что он держал с друзьями, когда они пели песню. И держал его белой стороной ко мне. — Прими теперь мой подарок. — тихо сказал он, и начал поворачивать ко мне. Почему у меня дрожат коленки? — С Днём рождения, Бен! И наконец я смог разглядеть его! Это был мой портрет на большом листе бумаги! Точнее, это был не совсем портрет… Скорее, это была абстракция. Весь лист бумаги покрывали линии, пятна разных цветов, форм, размеров, и просто отлично сочетались! Но среди всего этого фейерверка я чëтко видел себя. Свои голубые волосы, красный беретик, бледный овал лица и мою любимую толстовку. Идеально. Это было великолепно, прекрасно, ярко! Идеально. — Пико… — резко, словно я передо мной разрушилась стена, я подбежал к нему и крепко обнял. — Спасибо! Спасибо! Это очень красиво! Великолепно! Мне нравится! Спасибо, Крепыш! А он нежно обнял меня в ответ, поглаживая по волосам: — Я… Я старался, Софти. Я слышал, как остальные умилялись с нас. Но не особо обращал внимания. Мне хотелось подольше насладиться моментом. Я прижимался к груди своего… Возлюбленного, слушая стук его сердца. А он прижимал меня к себе своими тëплыми и умелыми руками. Я бы мог так стоять вечно, будь моя воля. Но мои объятия опять прервали! — Так, а теперь дайте папе и маме слово! — громко и даже в каком-то приказном тоне сказал отец. Все моментально замолчали. — Бен, мы с папой от всей души поздравляем тебя с Днём рождения. — нежно сказала мама. — Мы знаем, что этот день для тебя очень важный. Пятнадцать лет — важный возраст в жизни любого человека. Да и это твой первый День рождения с нами, сынок. — сказал папа мягко, кладя ладонь на моë плечо. — И мы… Мы безмерно счастливы, что ты появился в нашей жизни. В нашей семье. Я смотрел на папу, и мне казалось, что он сейчас заплачет. — И поскольку ты у нас стремишься стать художником… — мама, зелëные глаза которой тоже блестели от слëз, достала небольшую коробку. Я почувствовал, как подрагивают мои плечи. — Та-да! Это была пастель! И специальная бумага, чтобы рисовать ей! — А-а-а! Мама, папа! Спасибо огромное! — я обнял их обоих по очереди. Моей благодарности не было предела. Я ещё никогда не пробовал рисовать пастелью. Что-то новенькое! — Не за что, солнышко. — мама погладила меня по голове. — С Днём рождения. — Как говорится: рисуй, твори, наслаждайся! Ха-ха! — громко сказал папа, похлопывая меня по спине. — Бендж! А будешь мне давать порисовать? — спросил Пико, обнимая меня со спины. Так приятно. — Конечно! Вместе будем рисовать! — Вот и славненько! — мама хлопнула в ладоши. — А теперь все за стол! И как по команде все побежали к праздничному столу! Мы принялись за пирог, и другие вкусности. В пироге были две свечки в виде цифры 15. Я сидел во главе стола, в окружении близких родных и людей. Хоть мы и знакомы не так много времени (за исключением Грейс), но я уже успел их искренне полюбить (даже Оливера). Они все стали моей семьëй. — Боже мой. Знаете, наверное… Это был самый лучший розыгрыш в моей жизни! Ха-ха-ха! — я вытер слезу. — Спасибо вам. Спасибо за этот сюрприз! За этот праздник! Я безумно счастлив! И под аплодисменты я задул свечки. А папа внезапно скомандовал: — Так! Ровняйсь! Смирно! — поднял телефон. — Сегодня особенный день! Поэтому, делаем общую фотографию! Мне понравилась идея. — Оливер! Улыбнись! — Тëтя Алисия, я итак улыбаюсь! Грейс подняла руку: — Все говорим: Бенджамин! По гостиной пробежал смешок, который тут же затих после команды папы: — Внимание! Все вместе..! Буквально за долю секунды Пико положил свою ладонь на мою, а я не стал возражать. — Бенджами-ин! Щелчок. Теперь у нас есть памятное фото памятного события. Надеюсь, Пико и я хорошо на нëм получились. И весь день мы веселились и развлекались. Я знакомил Грейс со своими родителями, старался помочь ей перестать стесняться. А мама с папой… Вели себя как обычно: мило и вежливо. Папа рассказывал нам шутки и истории с армии. А мама смешные истории из университета. От истории, как глупо на спалилась со шпаргалками на экзамене (они просто выпали из-под еë пиджака!) мы все чуть со стульев не попадали от смеха! Кажется, в какой-то момент Грейс перестала стесняться. Она задавала родителям вопросы, рассказывала про себя. Даже комплименты им стала делать! Кстати, родителях. Моя подруга позвонила своим родителям по видео, и они были очень рады видеть меня. Да чего таить? Я тоже был безумно рад! Они горячо поздравляли меня (даже Дэбби присоединился!) и мы около получаса разговаривали. Я не даром сказал «мы», потому что не только я с ними разговаривал. Все очень хотели познакомиться с мистером Ричардом и миссис Мерси. Но они, кажется, были и не против. Даже наоборот: они явно были очень рады познакомиться с моей семьëй и друзьями (мне даже показалось, что мама нашла общий язык с миссис Мирест). Это не могло не вызвать у меня улыбку. А потом Грейс предложила попеть. Спеть дуэтом, как в старые добрые времена. Она даже магнитофон с собой принесла! — Обещаю, мы повеселимся! — сказала Грейс, беря меня за руки. Ребята, естественно, начали меня подначивать. Даже родители подключились! Ну, а я… — Да, хорошо! — я очень соскучился по Грейс и по нашим песням. Поэтому был не против. Она выглядела такой счастливой. Невольно мой взгляд упал на Пико. Он смотрел на меня, улыбаясь во все зубы. А когда мы встретились глазами, рыжий показал мне большой палец вверх. Я ответил ему той же широкой улыбкой. Да! Я спою! — Готов, Бенджи? — Д-да… Да! — Тогда…! — Пико поднял руку вверх. — Три! Два! Один! Поехали! — Снимаю! — громко сказала Нене, поднимая телефон. И мы с Грейс начали петь. Эта песня довольно старая, мы слушали и пели еë ещё в детстве. Она называлась «PlayDate», и была о двух людях, которые знают друг друга с самого детства. Они очень близки и в итоге оказалось, что они всю жизнь любили друг друга. Почти, как мы с Грейс, да? Я правда люблю еë. Но, очевидно, что как подругу, или сестрëнку. Наши друзья и мои родители хлопали в ладоши в такт музыке, поддерживая нас. Грейс пела, принимая красивые, изысканные позы. Иногда я поглядывал на Пико, который сидел в самом центре и… Кажется, он любовался. А может, я снова надумываю? В любом случае, мне было приятно и я не хотел, чтобы это кончалось. Но всë-таки песня кончилась. От ребят и родителей последовали радостные возгласы и аплодисменты. Грейс и я красиво поклонились, как и полагается артистам. — Бенджи, ты отлично справился! — подруга захлопала в ладоши. — Красава, Бендж! — громко сказал Дарнелл. Нене просто радостно хлопала и хихикала. Оливер покивал: — Неплохо, малой. — Молодец, Софти! — воскликнул Пико, улыбаясь во весь рот. Я улыбнулся тоже и снова поклонился. — Ты всегда был лучше в пении… — Грейс отвела взгляд, потирая шею. — Оу, Грейс! Не говори так! Ты очень хорошо поëшь! — По-моему, вы оба отлично спели. — сказала мама. — Вы очень хороший дуэт, как по мне. — добавил папа. Грейс смущëнно улыбнулась, а я похлопал еë по плечу. — Ну, Бенджамин… Второй раунд? — спросила она, отходя в сторону. Подруга была настроена решительно. — Второй раунд! Мы спели ещё одну песню. Она была уже более грустная. Она была о том, как парню нужно было уехать далеко-далеко, а его возлюбленная очень просит его остаться. Грейс всегда нравились подобные песни. А потом спели ещё одну. Она была о не взаимной любви и сложных отношениях, и, вроде, о разлуке (по крайней мере, мне так показалось), но сюжет я не совсем понял. Но она тоже была очень грустная. Мне весь раунд казалось, что Грейс вот-вот заплачет. Да и мне было эмоционально сложно петь. В какой-то момент я даже заволновался за Грейс, но после песни она утверждала, что всё в порядке. А дальше мы все сражались в песенном баттле. По очереди. Даже родители в какой-то момент согласились спеть! И они пели какую-то довольно старую песню (кажется, из 90-х или 80-х годов), названия которой я не знал. Но она им явно нравилась, и мама с папой пели еë с удовольствием. Не спорю, это выглядело очень мило. — А есть ещё порох в пороховницах! — сказал отец. Мама очаровательно улыбалась, влюблëнно смотря на него. — Сказать мистеру Джону, что он СОВСЕМ не попадал в ноты? — шепнула мне Грейс. — Только, бл*ть, попробуй. — процедил Пико сквозь зубастую улыбку. Даже кулаком ей пригрозил! И Грейс пришлось замолчать. Это было грубо на самом деле, но отчасти Пико прав: портить папе с мамой малину не стоит. Оливер с Нене тоже согласились спеть. Хотя, Оливера нам пришлось уговаривать, и согласился он только после уговоров Нене. Они пели какой-то рок-н-ролл (кто бы сомневался?). Если честно, я не вслушивался в саму песню — потому что я не очень люблю рок — но звучали они хорошо. Хотя, Нене иногда теряла последние ноты, но это не так страшно. Они тоже довольно неплохой дуэт. Дарнелл, кстати, их заснял. Обещал нам скинуть. А знаете, что самое забавное? Что ребята чаще всего хотели батлиться со мной! Я не шучу — я с каждым пел по два раза, по-моему! Кроме Пико. С ним я спел только один раз и только один раунд. Мы спели Starcrossed. По факту, это самая первая песня, которую мы спели вместе. Может, именно поэтому она занимает особое место в моëм сердце? Кстати, они с Грейс меня спасли от боли в горле, сказав, что силы у меня не бесконечные. Спасибо им за это. А ещё я узнал, что Дарнелл очень даже неплохо поëт. В какой-то момент я подумал, что он победит. Но нет — как бы нескромно это ни звучало, но я ни разу не проиграл. Я не считал, как долго мы пели, но родители через некоторое время ушли. Сказали мол: «Шумно тут у вас». Я мог их понять — сам шумные места и компании не очень люблю. Мы начали думать, чем ещё могли бы заняться, но внезапно Пико встал с дивана и протянул мне руку. — Бен… Не хочешь в последний раз спеть? — спросил он. Кажется он был… Смущëн? — Кхм! Если хочешь… Звучало, почему-то, заманчиво. — Да, хорошо! — я взял Пико за руку и встал. Мы вышли в центр комнаты. Кажется, Пико нервничал ещё сильнее, чем я: тëр ладони об одежду, прятал их в карманы, и как будто… Стеснялся смотреть на меня. И его волнение и стеснение как будто передавались мне, я серьёзно! Потому что я чувствовал, как пылают мои щëки. — Пико, Бенджамин? Вы готовы? — спросила Грейс. — Е-если конечно, я знаю эту песню. — ответил я. Пико ухмыльнулся: — Знаешь. Не боись. — он выдохнул. — Грейс! Дай бит! — Три! Два! Один! Давайте! Заиграла музыка и… Я узнал еë сразу же. Stars Aligned — новая песня Friday Night Funkin. Мне стыдно признаваться, но я эту песню прослушивал на повторе… Примерно столько же, сколько Starcrossed (особенно год назад)! Пико, вроде, она тоже нравится. Мы начали петь. Песня была о двух влюблëнных, которые долгое время не замечали чувств друг друга. Они прошли длинный путь и в конце поняли, что любят друг друга. Их звëзды сошлись. По крайней мере, так я понял еë примерный сюжет — на самом деле, эта песня полна символизма, метафор. Поэтому еë можно понять как угодно. Интересно, почему Пико выбрал именно эту песню? Кстати о нëм… Я не упомянул это раньше, но Пико стал петь гораздо лучше! Я невольно подумал, что он репетировал эту песню! Он пел так хорошо… Его мягкий, хриплый голос просто создан для этой песни! Или… Наоборот…? ВОТ БЛИН! Да — я определëнно заслушивался и… Откровенно им любовался. И, кажется, Пико тоже. Я не мог игнорировать его взгляд и покрытые румянцем щëки. И мне это нравилось! Мне нравилось петь с ним, мне нравилось слушать его, любоваться им! Мне нравилось, что Пико поëт со мной, слушает меня! Что он, возможно, тоже любуется мной! Я люблю это. Я люблю его. Я допел последнюю ноту, прикрыв глаза, и наступила тишина. Ни аплодисментов, ни даже шëпота. Я чувствовал только взгляд серых глаз на себе. А потом я услышал Дарнелла, Нене и Грейс — всех по очереди: — Это… — Было… — ПОТРЯСАЮЩЕ! Я аж вздрогнул, открыв глаза. Ребята громко аплодировали, а Нене даже на ноги вскочила. А я был так ошарашен, что совсем забыл про поклон. Я посмотрел на Пико, а он — на меня. И мы оба усмехнулись, понимая, как забавно мы выглядим. — Пико, ты… Отлично пел! — сказал я ему, хлопая в ладоши. Он покраснел до самых ушей, почëсывая шею: — Ох, правда? С-спасибо. Ты тоже. — Малой дело говорит! — крикнул Оливер. — Молодец, Пик! Пико и я наконец поклонились и на этом песни закончились. Весь оставшийся день мы занимались разным: фильмы смотрели, болтали. Ну и, доедали вкусняшки. Дарнелл и Грейс, кажется, подружились. Хотя, Грейс давно говорила, что с ним ей нравится общаться. Был ли я рад? Безусловно. Мы так не хотели расходиться, но, к сожалению, нам пришлось. Ближе к девяти вечера ребята стали собираться домой. Все, кроме Грейс. Оказывается, родители разрешили ей остаться с ночëвкой — она даже пижаму свою принесла. Я был удивлëн, но очень рад. Нене с Дарнеллом обняли меня перед уходом. Я протянул руку Оливеру, чтобы обменяться рукопожатиями. Но вместо этого, рыжеволосый молча обнял меня. Я аж в ступор впал ненадолго. — С Днëм рождения, Бен. — тихо сказал Оливер. Я пришёл в себя и обнял его. — Спасибо. Оливер хлопнул меня по спине и ушёл с друзьями. Я заметил, как он взял Нене за руку. Родители постелили Грейс на диване и мы решили немного задержаться. Вернее, Грейс предложила посмотреть ещё один фильм, перед сном. Я не отказался — я давно еë не видел, очень соскучился и был только рад провести с ней лишний час-другой. Пико тоже согласился и принëс ноутбук. Грейс хотела показать нам одно аниме, которое ей очень понравилось. Пико был не в восторге, но согласился. С условием, что потом я выберу нам фильм. — А почему я? — А кто именинник? — ответил Пико вопросом на мой вопрос. Грейс была с ним согласна и я решил не спорить. Аниме, кстати, оказалось очень даже годным. Сюжет был простенький, но интересный. Мне понравилась главная героиня. Грейс знает толк в хорошем аниме. И Пико, кажется, тоже нравится! — Впервые вижу, что гэгэ в аниме умеют ДУМАТЬ! — сказал он. — Могу тебе посоветовать ещё аниме. — Грейс подмигнула. — Где, как ты сказал, главная героиня умеет думать. Рыжий кивнул: — Давай. С тебя хотя бы три. — Пять тебе дам. — сказала Грейс. — И чтоб все посмотрел! Я только улыбнулся, смотря на них. Потом уже я выбрал нам фильм. Он был про бедного мальчика, которому посчастливилось отправиться на экскурсию по самой скрытной и загадочной шоколадной фабрике. Шоколадье, кстати, интересный персонаж, харизматичный. Но, как выразился Пико, «мутный тип». Отчасти я с ним согласен. — Аввв, чувак. Она заснула. — прошептал Пико, как только начались титры. Я повернул голову и увидел спящую Грейс. — Аввв… — я поправил Грейс подушку и одеяло, погладив по голове напоследок. Даже грустно, что уже завтра она уедет. — Спокойной ночи, Грейс. Пико забрал ноутбук и мы тихонько поднялись на второй этаж. Попутно я забрал все подарки — до этого не было времени отнести их в комнату. — Бендж. Не хочешь ещё посидеть? — внезапно спросил Крепыш. — Спать совсем не хочется. — он пригладил волосы. Мне спать тоже не хотелось. А вот побыть наедине с Пико… — Да, конечно. — кивнул я, улыбнувшись. Пико ответил мне улыбкой и мы вошли в комнату. Я оставил подарки на столе (кстати, пастелью мы сегодня уже рисовали) и решил, что картину Пико повешу завтра. Тем более, что я уже приметил местечко для неë. Мы сели на мою кровать, поставив ноутбук на стул и Пико выбрал. Романтику?! — Р-романтика? — сегодня прям день неожиданностей какой-то! — Нене этот фильм очень расхваливала, вот мне и интересно. — ответил веснушчатый. — Да и Дарнеллу он понравился. А ты знаешь, он шарит за хорошие фильмы. — Это да. Мы включили фильм и он оказался действительно интересным. Про любовь актрисы кино и еë режиссёра. Но там не только любовная линия — кто-то, как будто намеренно постоянно срывает съемки, и параллельно пытается убить главную героиню! Но еë отношения с режиссёром мне нравятся. Они идеально подходят друг другу. — Неужели, я наткнулся на романтический фильм, где у главных героев есть мозги? — воскликнул Пико. — Ха-ха! Сегодня твой счастливый день! — Кстати, об этом… — он повернулся ко мне. — Как тебе, эм… Вечеринка? В ответ я только обнял Пико: — Это был… Мой самый лучший День рождения. И… Самый лучший подарок. — я поднял голову, чтобы посмотреть в его глаза. — Спасибо тебе. Рыжик улыбнулся мне и тоже обнял, погладив по волосам. — Ты, это… Прости за то, что мы устроили утром. — он отстранился от меня и положил руку на сердце. — Обещаю, впредь не буду устраивать подобные розыгрыши! — Хи-хи-хи! Я запомню твои слова. — сказал я и снова обнял Пико. — И я прощаю тебя. — и получил обнимашки в ответ. Мы продолжили смотреть кино. Пико всё ещё прижимал меня к себе. Так нежно. Я думал о нëм, смотрел на героев в фильме. Думал о наших отношениях. О братских, и не очень. О Пико и Оливере. Я помню, как на фестивале спросил Пико, почему у нас не такая братская любовь, как у них с Оливером. И Пико тогда ничего не ответил. Сначала я подумал, что это из-за того, что как ни крути, Оливер и я — разные люди. И естественно, к разным людям у Пико разное отношение. Но в последнее время время я сильно сомневаюсь, что причина только в этом, особенно, вспоминая его поведение. Уже давно я хочу кое-что его спросить, но я никак не решался. Но… Сейчас мы одни, все спят. Может, это подходящий момент? Может, это шанс…? — Пико? А можно задать один вопрос? — Да хоть десять. — я не видел его ухмылку, но слышал еë. Я вдохнул и выдохнул: — Хорошо… — я медленно отстранился от Пико. — Ты… Ты не замечал, что мы давно ведëм себя… Не как братья? Я увидел, как дрогнули его плечи. Ненадолго повисла пауза. Только кино, которое уже медленно подходило к концу, нарушало тишину. Пико смотрел куда угодно, только не на меня. Я же смотрел на него, как будто… Наверное, я пытался заглянуть в душу Пико? Найти ответ там? Я решил ещё раз спросить: — П-понимаешь, о чëм я? Наконец, Пико выдохнул: — Не как братья, говоришь? — ответил он вопросом. — Да. Я-я уверен, что и ты заметил. И снова пауза. И эта была уже дольше предыдущей. Чем дольше она длилась, тем сильнее билось моë сердце. Постепенно я даже уже начинал жалеть, что вообще завëл этот разговор. А может, я вообще ошибся в своих догадках? Может, Пико сейчас вообще не понимает, о чëм я? А если понимает, но не испытывает тех же чувств, и что тогда? Нет, я не мог ошибиться! Или мог…? — Тогда, кто мы друг для друга по-твоему, Бенджамин? Меня словно окатили ледяной водой. Теперь Пико неотрывно смотрел на меня, а я — на него. Нечасто он называет меня полным именем. Мы оба смотрели прямо в глаза друг другу, и я чувствовал, как моë сердце пропустило несколько ударов. Это было… Так странно. Я смотрел в его серые глаза, и мне казалось, будто Пико уже знает ответ и ждëт, когда я скажу его вслух. Возможно, мне просто так казалось. Но я… Уже давно знал ответ. Я сглотнул слюну и глубоко вдохнул: — Пико… Мы знакомы уже… Довольно давно. И за это время ты стал мне очень близок… — невольно я начал мять ладони, у меня внутри всё сжалось. А опустив взгляд, я увидел, как руки Пико потрясываются. — И… — я выдохнул, стараясь успокоиться. От этих слов вся моя жизнь может измениться. Либо я стану счастливым человеком на земле. Либо… Моë сердце снова будет разбито. — И-и-и? — нетерпеливо протянул Пико. — Пико, я понимаю, как это может прозвучать, но… — я закрыл глаза, не в силах дальше смотреть на него. — Я люблю тебя! Но не как брата! А как… Как того, кого хочу рисовать постоянно! Того, с кем бы я хотел провести всю жизнь! Не могу поверить. Я действительно сказал это! Усилием воли я поднял голову, чтобы посмотреть на свою любовь. А Пико… Он смотрел на меня, то ли ошарашенно. То ли… Как будто он наконец дождался того, чего долго ждал. Он покраснел до самых ушей, даже его веснушки были почти не видны. Я чувствовал, как и мои щëки тоже пылают не хуже его. Наконец Пико произнëс почти одними губами: — Бен… Ты же… Не шутишь…? — при этом как-то нервно улыбаясь. — Нет. — только и сказал я. И мы снова замолкли. Пико смотрел то на меня, то на часы на компьютере. Я тоже глянул туда. На часах было двеннадцать часов, двадцать три минуты ночи. Второе апреля. И кажется, Пико понял, что я был серьёзен. Его глаза заблестели, а губы расплылись в улыбке, которой я заразился. — Софти… — его руки медленно потянулись к моим. — Я… Я люблю тебя тоже! — его голос прервал смех. — Никогда не думал, что услышу это от тебя! — Я-я тоже! — мои глаза наполнились слезами. — Я-я… Я так боялся, что ты меня возненавидишь, если… Узнаешь о моих чувствах. Я едва мог говорить от слëз и облегчения. Мои догадки оказались правдой, а страхи — всего лишь страхами. Тот, кого я люблю всём сердцем только что ответил мне взаимностью. А теперь прижимает меня к своей груди, гладя по волосам. — Ну, Софти. Ты чего? — Я-я… Я счастлив! Я очень-очень счастлив! — Я тоже. — голос Пико звучал дрожаще, и одновременно так мягко. Совсем как его руки. — Я счастлив, что ты появился в моей жизни, Софти. И я счастлив что слышу эти слова от тебя. — он говорил тихо, почти шëпотом. Я не устану повторять, насколько же его голос мягкий и успокаивающий. Какое-то время мы сидели молча. Фильм к тому времени уже закончился и играли титры. Я прижимался к Пико, слушая стук его сердца. Оно колотилось так быстро и сильно. И, слушая это, я почему-то чувствовал тепло. Но тут Пико прошептал: — Софти? — Да? — Могу теперь я задать тебе вопрос? — Д-да, конечно! Рыжий выдохнул: — С чего ты решил, что я буду тебя ненавидеть? Он мягко отстранился, его серые глаза смотрели на меня тепло и нежно. Как и всегда. — Потому что… Это неправильно…? Мы же с тобой братья…? Н-но при этом, я люблю тебя, как парня. — на самом деле, сейчас я не был так уверен в своих словах. Тогда я думал так из-за страха. Неизвестности. Но теперь, когда даже родители смогли принять мою любовь… — И поэтому, ты сейчас признаëшься мне в этих "неправильных" чувствах? — спросил Пико с ухмылкой, приподнимая бровь. Он что, мысли мои прочитал?! И прежде, чем я успел хотя бы подумать над ответом, он продолжил: — Брось! Мы с тобой даже не кровные родственники. Вот будь мы кровными — был бы другой разговор. Как сказала мама. Я хихикнул, понимая, что Пико прав. И мама тоже — это ведь еë слова. — А мама...? — Да-да... Оказывается, они с батей знают о моих чувствах. — перебил меня Крепыш. — Недавно был с мамой разговор на эту тему. Я был немного удивлëн: — А... У меня был такой разговор с отцом... И тут мы оба застыли. По одному только выражению лица Пико я понял — мы думаем об одном и том же. О том, что даже наши родители давно заметили наши чувства друг к другу — а мы долгое время не могли их разглядеть! И от этого мне стало смешно! Да и не только мне. — Вот это поворот...! — проговорил Пико сквозь смех. — Интересно... Это мы такие слепые, или родители такие глазастые? — Пф-ха-ха...! Одно другому не мешает. — сказал я. И тут Пико нежно взял меня за руки. — Но я очень рад этому. Правда рад. — прошептал он, улыбаясь. — А ты? Я ответил ему улыбкой: — Очень. Мы мягко зажимали ладони друг друга смотря друг другу в глаза. Было темно — если не считать слабенький свет от экрана ноутбука — и тихо. Я чувствовал, что ладони Пико слегка подрагивают, а глядя в его серые очи, я понял, чего он желает. Да чего скрывать — я тоже этого хотел. Давно хотел. Но я ждал, когда он скажет это. — Бен? — Да, Пико? — я аж подскочил на месте. Пико выдохнул: — Ты... Ты можешь отказаться, если не хочешь, но... — он замолчал на пару секунд, отведя взгляд. Его лицо было похоже на спелое красное яблоко. Потом снова посмотрел на меня. — Ничего, если я тебя поцелую? Услышав это, моя улыбка расширилась, а сердце ускорило темп. Но в то же время по моему телу пробежали мурашки. Неужели это правда происходит? Я же не сплю? Пико тем временем остановился в паре сантиметров от моего лица, накрыв щëку своей ладонью. Сердце было готово выскочить из груди. Я аккуратно положил свои руки на его шею и закрыл глаза. И мои на губы легли чужие. Вечно обкусанные, шершавые, но такие желанные губы. Они были... То ли горьковатые, то ли солëные, потому что Пико недавно ел солëный попкорн. Его губы так осторожно массировали мои. Я старался отвечать ему, но... Я даже не знал, что делать! Это был мой... Мой первый поцелуй. И я разделяю его с самым лучшим человеком на земле. У меня сердце чуть из груди не выпрыгнуло, когда Пико явно захотел углубить поцелуй, когда смог добраться до моих зубов. Он остановился, как будто ожидая моих действий. И я позволил ему. Наши языки чуть ли не завязывались в узлы, мурашки бегали даже не по коже. А как будто по всему моему телу, по всем органам. Я обнимал шею Пико, а он держал меня за талию, играя с моими волосами. Это всё было похоже на прекрасный сон. Сначала Грейс приехала ко мне на День рождения, потом Крепыш ответил мне взаимной любовью. А теперь я разделяю с ним свой первый поцелуй. Если это прекрасный сон — я не хочу просыпаться. Но к сожалению, мы оба начали задыхаться, и отпрянули друг от друга, жадно глотая воздух. Мы смотрели в глаза друг друга, лицо Пико было красным до самых ушей. Как и моё, наверняка. Было очень жарко, хотя окно в комнате было открыто. — Т-ты трясëшься. — выдохнул Пико, с которым мы продолжали сидеть в обнимку. — Х-хах... Т-ты тоже. — ответил я. Он тихо посмеялся, и я чувствовал, как Пико наматывает прядь моих волос на палец. От этого было немного щекотно. — Может... Пойдëм спать? — предложил рыжик, медленно отстраняясь. Я потëр шею: — А-а... А ты не хочешь...? — Лечь... С тобой? Я пискнул от неожиданности и мысли, что Пико и я думаем об одном и том же. И покивал в ответ. Пико одарил меня мягкой улыбкой, закрыл ноутбук и отодвинул стул. Я понял его ответ и улыбнулся тоже. — Спокойной ночи. — прошептал рыжеволосый, ложась рядом со мной и обнимая. Я прижался к нему: — Я люблю тебя, Крепыш. — Я тоже тебя люблю, Софии. И я заснул. В тëплых объятиях, самыми счастливым человеком на свете.