Wisteria

С той поездки прошло несколько дней. Учебные будни не давали Джисону слишком далеко уходить в воспоминания. Однако и неприятный, скользкий осадок все же терзал душу. Слова Минхо никак не выходили из головы Хана, крутясь бесконечным шумным хороводом, разрезая светлые мысли.

❀ ❀ ✿ ❀ ❀

Пузырящаяся теплая вода щекотала кожу. Разноцветные огни играли на стеклянных стенах и потолке, отбрасывая переливающиеся тени. Минхо сидел на краю джакузи, погрузив ноги в воду. Возле него расположились Феликс и Хенджин, о чем-то плавно разговаривая, то и дело бросая беглые взгляды на остальных, стараясь влить в свою беседу, но так и не получали должного отклика. Джисон тихо дремал, позволяя теплой воде и зажженным ароматическим свечам расслабить организм. На близ стоящем столике виднелись бокалы с алкогольными напитками, ловившие разноцветные огни ламп и гирлянд. На ночном небе светили серебряные звезды, окружая жемчужную полную луну. Минхо пассивно слушал разговор двух влюбленных, подмечая изменения в их голосах, улавливая то, что должно было остаться только между ними двумя. На спокойном лице появилась слабая улыбка. Минхо взял со столика очередной бокал и размешал трубочкой его содержимое, наблюдая за образовавшимся водоворотом. Тихое сопение Хана перемешивалось с лопающимися пузырями, массировавших щиколотки старшего. В груди зародилось небольшое тепло. – Что-то я устал, – потянувшись, произнес Хенджин, любовно поглядывая на Феликса. – Перестань драматизировать и притворяться, просто идите уже, – усмехнулся Минхо, заставляя зрачки Феликса расшириться, а щеки запунцоветь. – Давайте быстрей, пока я не передумал играть в ваши игры, – шлепнув Хвана по попе, посмеялся Ли. – Удачи, – шепотом, чтобы не побеспокоить сон Хана, пропел Минхо, подмигнув другу. Закрывшаяся за двумя людьми дверь погрузила стеклянный купол-пристройку в приятную тишину. Минхо мельком посмотрел на Джисона, замечая его приоткрытые блестящие от воды губы, и улыбнулся искренне, тепло, открыто. Взмокшие кудрявые волосы вновь светились золотом, порой переливаясь синим, красным и желтым. Несколько прядей прилипли к лицу, нависая на глаза и путаясь в длинных ресницах. Старший аккуратно вытащил ноги из воды и подошел к месту, где видел сны Хан. Расположившись рядом, он облокотил голову Джисона на свои ноги так, чтобы она не норовила опуститься под воду, как делала несколько минут назад. Размеренное дыхание опаляло открытые участки кожи, посылая слабый наэлектризованный заряд, от которого в груди что-то щелкало, вновь мерно разрушаясь и оседая на ногах невесомой пылью. Почувствовав приятное тепло под щекой, Хан ластился, словно довольный кот, стараясь перенять как можно больше. Минхо провел пальцами по влажным огненно-золотым волосам, зачесывая их назад. От легкого массажа Джисон протяжно, сладко замычал, ловя каждое движение чужих пальцев. – Как же приятно, – сквозь сон произнес парень. Язык немного заплетался, путаясь в буквах и звуках, однако слова все же приняли свое истинное очертание. – Малыш, спи дальше, – старший сделал небольшой глоток обжигающей жидкости и продолжил зачесывать волосы Хана. Джисон глубоко вдохнул, наполняя легкие сладким ароматом свечек и принадлежащим только телу Минхо запахом. Глаза слегка приоткрылись, образуя щелочки. – Ты снял маску? – сонный голос обволакивал сердце, будто липкая патока. – Могу надеть обратно. – Нет, не нужно. Мне нравится такой Минхо – искренний и осторожный, – пояснил младший, проведя щекой по оголенному бедру. – Хотя нет, ты мне нравишься любым. – Так все же нравлюсь? – усмехнулся старший, переставая зачесывать огненные волосы и опуская пальцы на виски, продолжая массировать. С губ Хана слетел утробный довольный стон. – Не придирайся к словам, – довольный голос продолжал нежно касаться ушей. – Стоп, а где Хван и Феликс! – резко раскрыв глаза, воскликнул Джисон, поднимаясь на ноги и лишая себя уже ставшего родным тепла. – Сиди спокойно и наслаждайся тишиной и звездным небом, – Минхо закинул одну ногу на другую и оперся ладонями о края джакузи. – Но если ты так жаждешь помешать им, то вперед. Но знай, спасать тебя я не стану. Пойдешь ко дну в гордом одиночестве. – О чем ты… оу, – столкнувшись с насмешливой ухмылкой, младший замер. – Только не говори, что… – Я молчу. Это твой мозг подкидывает тебе варианты событий. И уж поверь, проверять их я бы не советовал. Вдруг окажутся правдой, – кончик языка очертил край бокала, слизывая капли алкогольного напитка. Медово-карие глаза с вызовом глядели на стоявшего посреди джакузи Хана, будто стараясь предугадать следующий шаг, хотя на самом деле уже давно знали его. – И что ты предлагаешь? – Поболтать? Например, – Минхо протяжно промычал, поднимая взгляд вверх, и вытянул губы дудочкой, – почему ты так стараешься найти своего соулмейта? – Ты же сейчас издеваешься? – нахмурившись, спросил Хан. – Нет, – обыденно ответил Минхо, стоя уже возле столика с напитками, выбирая новый. Пустой бокал мерцал яркими огнями, концентрируя на себе помутневшее внимание Джисона. – Это же буквально означает: найти человека, с которым тебе будет комфортно, с которым ты будешь разделять радость и горе, чувствуя поддержку и безграничную любовь. – По твоему описанию подходит Феликс, однако сам знаешь, – воспользовавшись небольшой паузой, проговорил Минхо, делая первый уверенный глоток. Приятная горечь обожгла стенки горла, а кончик языка защипало. – Не обязательно чувствовать себя в безопасности или, как многие любят говорить, «целым», – Ли поиграл кавычками в воздухе, – только в присутствии родственной души. Все, что ты успел перечислить, можно получить и от близких, друзей, семьи. А для нахождения любви всей своей жизни не нужно сломя голову расхаживать среди флоры целого мира, а то еще ненароком сделаешь себе хуже. – Минхо… – А вдруг у твоего соулмейта аллергия, и он избегает всех растений, – расслабленная улыбка украсила взмокшее, блестевшее лицо. – Это не смешно, – сложив руки на груди и подходя ближе, сказал Джисон. – А я и не смеюсь, – заверил Минхо, вновь опуская ноги в воду. – Я более чем серьезен. Я ни в коем случае не осуждаю людей за их стремления. Тем более нас пичкают этой идеей о нахождении родственной души с рождения. От этого никуда не деться. Она отпечатывается на подкорке, течет по венам, горит в сердце. Вот только есть небольшая загвоздка. – И какая же? – Хан погрузился обратно в воду, располагаясь между ног Минхо, затылком укладываясь на левое бедро. Ли сделал очередной глоток и, отставив в сторону бокал, опустил ладони на макушку младшего, начиная водить по волосам. – На нашей планете восемь миллиардов людей. В Корее проживает больше пятидесяти миллионов. Так какова вероятность, что твой соулмейт один из них, что он живет с тобой в одной стране, или в одном городе? А про улицу или хотя бы ветку метро я вообще молчу, – по-доброму усмехнулся Минхо. – Люди, повстречавшие своих соулмейтов, действительно счастливчики, ведь вероятность практически равна нулю. Легче несколько раз подряд выиграть в лотерее, в которой невозможно одержать победу, чем найти одного единственного человека среди многомиллиардного населения. А если, к примеру, он умер или еще не родился? Мы ведь этого и не узнаем никогда, однако всю жизнь будем корить себя за то, что у нас не вышло. Это похоже на путы, в которые мы сами же себя и заковываем, выбрасывая ключ так далеко, что он навеки исчезает из поля видения. – Ты меня пугаешь. – Это жестокая реальность. Но людям свойственно смотреть на вещи через призму очков разных оттенков розового. – Значит ты у нас реалист? – А ты, смею предположить, оптимист, – ровным голосом ответил Минхо, после бегло добавляя, на мгновение скривив лицо: – Не лучшее сочетание. – Но все же сочетание, – пожал плечами Джисон и еле касаемо провел мокрыми пальцами по бедру, наблюдая, как на коже остается мерцающая яркими огнями дорожка. Тень грустной улыбки промелькнула на губах Минхо, такая же, как у Джисона.

❀ ❀ ✿ ❀ ❀

– Неужели для него это действительно ничего не значит? – тихо, сам себе задавал вопрос Джисон, порой почесывая затылок. Очередное домашнее задание, вновь головная боль, а прилетавшие в чатах сообщения не давали покоя, постоянно переключая на себя все внимание первокурсника. Одногруппники обсуждали очередного преподавателя и его критерии оценивания, находили на форуме информацию о нем и подсказки к тестам. С одной стороны, полезная тема, но Хану так осточертело любое общение, что хотелось выключить все источники связи, завернуться в теплое одеяло и отключиться, провалиться в глубокий и долгий сон. Феликс все чаще оставался в университетском общежитии с Хенджином, порой даже забывая написать и предупредить. Благо Джисон давно уже это понял и принял. В просторной квартире было слишком пусто и одиноко, вот только сейчас это было лишь на руку. Но тоска по теплой улыбке и веснушчатому лицу все же жалобно скулила в груди. Джисону не хватало Феликса. Не хватало его смеха и тепла, его поддерживающих и согревающих слов, его пушистой макушки. Парень скучал по шелесту манг, что сейчас без дела медленно пылились в комнате младшего. На фоне нигде не играл очередной фильм или аниме. Феликс плавно покидал привычную Джисону жизнь, становясь частой переменной, которой Хан придает особое значение. – Хани? Погрузившись в свои мысли, Джисон и не заметил, как пальцы нажали на вызов. – Джисон? – голос стал серьезным. Хан готов поспорить, что человек на том конце нахмурился, сильней сжимая в руке телефон. – А? Да, привет, – Джисон поджал губы, зажимая телефон между щекой и плечом. Глаза слепил яркий экран, от которого уже скопилась первая влага. – Ты… ты очень занят? – тихий голос парня растворился в воздухе, постепенно затухая. – Что-то случилось? – на фоне послышалось странное копошение. – Нет, все в порядке. Просто, Феликса нет дома, а я… Мне… – Буду минут через тридцать, может, сорок, – на фоне вновь послышалось шуршание и чьи-то тихие голоса. Шепот резал уши и сердце, оставляя тонкие красные полосы, из которых проступило несколько алых капель. – Если ты занят, то не нужно. Все в порядке. Спасибо, что ответил и извини, если я тебя побеспокоил. – Если бы я был занят, то так бы и сказал, – серьезный тон тяжелым грузом ударил в грудную клетку. – Скоро буду, Хани, – заверил Минхо, сразу прерывая вызов, не давая младшему и шанса на ответ. Джисон еще долго смотрел на яркий экран, будто стараясь воссоздать все, что только что услышал, заглянуть по ту сторону и увидеть тех, кто остался лишь фоновым шумом. Дверной звонок оказался таким внезапным, что Джисон вскрикнул, дергаясь и подпрыгивая со стула. Сердце участило свои удары, громко отбивая в груди и голове. Мелкая пульсация покрыла тело, утяжеляя виски. Зрачки расширились. Прошло почти тридцать минут и все это время Хан неотрывно смотрел на экран телефона, погружаясь в самодельный транс, пропуская сквозь пальцы минуты, будто горячий песок на морском пляже. Джисон вышел в коридор, быстро шаркая ногами, отчего те норовили запинаться друг о друга. Тяжелые плечи давили вниз, а голова раскалывалась. Кончики пальцев дрожали, когда те обхватывали ручку двери. Посмотрев в глазок, Хан заметил нежно-фиолетовые волосы, выглядывавшие из-под черной шапки. Половина лица скрыта под маской, однако блеск обеспокоенных глаз не перекрыть ничем. Черный полуспортивный костюм сливался с темнотой на улице, оставляя лишь легкое очертание. – Привет, – тихо поприветствовал Хан, открывая дверь и позволяя Минхо зайти внутрь. – Привет, – мягко повторил Ли, снимая шапку и маску. – Тапочки? – Да, сейчас, – вздрогнул младший, озираясь по сторонам. Достав гостевые тапочки из одного из ящиков, Хан тихо выдохнул. Слабая улыбка коснулась губ Ли. Минхо быстро сменил белые кроссовки на удобную обувь и прошел в гостиную. Комната встретила парня своим молчанием и погруженной в вечернюю темноту аурой – спокойной и таинственной. – Чем занимался все это время? – внезапный вопрос повис в воздухе, кружась над головами двух студентов. Джисон поправил соскользнувшие на носу очки и кепку, натянутую козырьком назад. – Зачем тебе кепка? – вдруг поинтересовался старший, повернувшись вполоборота. – Чтобы волосы не мешали, – серым голосом ответил Хан, хотя в груди все кричало и пело. Минхо все же пришел. Он рядом. – Так чем ты занимался? – повторил вопрос Ли, убирая руки в карманы спортивных штанов. – Делал очередной доклад, но постоянно отвлекался на чаты и уходил в свои мысли, – честно признался Джисон, подходя ближе к старшему. От него исходил терпкий запах алкоголя и сладкой маракуйевой дымки. – Где ты был? – по-собственнически спросил Джисон, втягивая витавшую в воздухе смесь ароматов. – В баре с друзьями, – без задней мысли ответил Минхо, пожимая плечами и делая шаг навстречу Хану. Блестящие медовые глаза сверкали в темноте, Джисона тянуло к ним, словно мотылька к испепеляющему огню, несущему погибель. Но опасность меркла перед тем, с какой нежностью и добротой те глядели на него в ответ. – Минхо, – томно прошептал Джисон, чувствуя на своих губах чужое дыхание. Сердце громко билось в груди, вот-вот грозясь выскочить наружу. – Нет, – твердо ответил старший, отступая на полшага назад и сразу направляясь в единственную комнату, где горел свет. Джисон почувствовал сильный холод, боковым зрением провожая старшего. Минхо отступил – неожиданно и резко. Но в этот раз что-то было не так. Высокие стены не дрогнули, даже не шелохнулись, став сильней и прочней. Не было тихого хруста или звуков рассыпающегося на кусочки камня. Запутанный лабиринт сгустился над головой, постепенно сжимаясь, заставляя вжаться в землю. Не сегодня. Не сейчас… Джисон зашел в комнату вслед за старшим, наполовину оставаясь в дверном проеме. Теплый свет от настольной лампы залил комнату приятным заревом, окрашивая стены в оранжево-желтый. На лице Минхо заиграли тени, рисуя причудливые узоры. Губы дрогнули в полуулыбке, показывая кончики верхних зубов. Хан незаметно выдохнул, окончательно пересекая порог комнаты, и вернулся за стол. – Где мне сесть? – облокотившись на единственный находившийся в комнате стул, спросил Минхо. – На кровати будет не особо удобно проверять написанное, если ноутбук будет здесь. – Он заряжен, так что можем сесть на кровать, – постарался взять себя в руки Джисон. Колкая обида и неудовлетворенность по-прежнему шипели в груди, образуя противный плотный ком в горле, искажая голос. Минхо, недолго думая, забрался на постель, доползая до самой стены, и терпеливо ждал младшего, соединив пальцы в замок. Светлые глаза скользили по мебели и другой атрибутике, мысленно ставя какие-то заметки. На губах по-прежнему виднелась тень улыбки, от которой на душе, почему-то, скребли кошки. Взлохмаченные волосы торчали в разные стороны, но Ли быстро это исправил, зачесав их пальцами назад. Минхо обвел всю комнату, замирая взглядом на Джисоне. Каштановые волосы вновь горели ярким пламенем. Желтая рубашка походила на яркое летнее солнце, распространяя тепло, от которого недавний зимний холод, что господствует за окном, исчезал. Свободные светло-голубые джинсы натянулись на бедрах из-за странной позы, очерчивая мышцы. Джисон снял кепку и положил на стол. Легкие кудри медленно опустились, создавая небольшой одуванчик. Круглые очки то и дело скатывались на носу, и Хан недовольно поправлял их пальцем, поджимая губы в тонкую линию. – Ты идешь? – вздернутая бровь и ни на грамм не потемневшие глаза вызвали у Хана мелкую щекочущую дрожь. Подпусти меня… Джисон включил лампу на потолке, положил все бумаги и книги к ногам старшего, отсоединил ноутбук от зарядки и залез на кровать, подсаживаясь к Минхо, сохраняя между ними небольшое расстояние. Ли бросил беглый взгляд на тонкую прорезь между их телами и посмотрел на экран. – Я быстро прочитаю, что ты уже успел подготовить, а ты пока займись поиском новых источников. Судя по твоему списку, тут явно не хватает еще около семи пунктов. – Хорошо, – согласился Хан, игнорируя исходивший от чужого тела жар. Поначалу работа двигалась неспешно. Каждый вдумчиво размышлял над своей частью, порой перекидываясь мыслями и взглядами. Минхо делал пометки в тексте, создавая сноски или оставляя комментарии. Порой самостоятельно исправлял, перефразировал, менял местами. Или же и вовсе находил что-то полезное и добавлял в текст. Джисон бегло читал статьи в телефоне или печатные издания, на отдельном листке отмечая страницы и строки, чтобы потом вернуться и посмотреть на них под другим углом, в контексте разбираемой темы. За незаметно прошедшие несколько часов расстояние между ними исчезло. Голова Хана покоилась на широком плече старшего. Правая рука Минхо лежала на бедре Джисона, то и дело играясь пальцами с джинсой. Сердца бились в унисон, а наэлектризованный воздух разделялся пополам. Огненные волосы Хана щекотали нежную кожу Минхо, посылая мурашки и вызывая легкую улыбку. – Минхо, – позвал Джисон, поворачивая голову к Ли, по-прежнему лежа на его плече. Старший облизнул губы и, закончив читать очередное исправленное предложение, посмотрел в ответ. – Я закончил. Приняв протянутые листы, Минхо тихо хмыкнул и переложил ноутбук на ноги Хана. – Сейчас посмотрю, дай мне пять минут. Джисон кивнул, обращая взгляд на напечатанный текст. – Неплохо. Это можно использовать в первой части, а это в третьей. Останется только грамотно преподнести и написать небольшой анализ. И на этом можно закончить. Сделаешь мне кофе? А я пока доделаю все, – плавный мягкий голос, будто патока, ласкал уши. – Я могу все сам сделать, отдыхай. Ты сделал даже больше, чем… – Просто сделай то, что я попросил, Хани, – перебил старший, потрепав парня по волосам, задевая подушечками пальцев уши. Джисон прикусил изнутри щеку и кивнул. Отложив в сторону ноутбук, парень быстро слез с кровати и направился на кухню. Звук щелчка чайника разлетелся по тихой квартире, отражаясь от стен. Запах молотого кофе наполнил кухню, оседая невесомой пыльцой на кончике носа. Бодрость внезапно наполнила мышцы Джисона, прогоняя усталость и сонливость. Хан улыбнулся, наблюдая, как в стеклянном чайнике с фиолетовой подсветкой бурлила вода, кружа множество пузырьков разных размеров. Аромат кофе усилился, распространяясь тонкими струйками по квартире. Крепкий шлейф обвился вокруг шеи Хана, превращаясь в теплый шарф, грея не только снаружи, но и изнутри. – Я добавил ложку сахара, – произнес Джисон, заходя в комнату. – А говорил, что не наблюдал за мной, – довольно протянул старший, ускоряя темп печатания. – Сейчас заберу. Осталось два предложения, – дополнил Минхо, мельком взглянув на Джисона. – Не хочешь после прогуляться? Я на машине, так что сможем даже съездить куда-нибудь, а после я подвезу тебя обратно. – Если ты не устал, то почему бы и нет, – передав горячую кружку, ответил Хан. Минхо аккуратно, чтобы не обжечься, взялся за ушко и посмотрел на плавающие на поверхности мелкие частички кофе. – Я закончил твой доклад и, к счастью, сейчас бодр, как никогда, – парень сделал первый глоток, хмурясь от внезапной крепости и моментально наступившей легкой сладости. – Тем более именно я это предложил, Хани. Джисон коротко кивнул, прикусывая щеку и хмыкнул, соглашаясь. Прогулка явно не будет лишней. Голова по-прежнему гудела от долгой, непрерывной, монотонной работы. Организм ослаб и требовал чего-то свежего и наполненного новым и необычным. Возможно, сон бы прекрасно со всем справился, однако провести время с Минхо казалось куда более захватывающим и интригующим. Джисон быстро сменил тонкую рубашку на утепленную кофту и поспешил в коридор. Будучи уже готовым и полностью одетым, он с наигранным недовольством наблюдал, как Минхо медленно перебирал ногами, явно издеваясь над Ханом. Тапочки шаркали по поверхности пола, разнося резкие звуки по квартире. – Надень шапку, там действительно холодно, – мягким голосом произнес Минхо, пока зашнуровывал кроссовки. – И прихвати шарф. – У меня куртка с горлом, – запротестовал младший, успев натянуть шапку. Руки все же потянулись к полке с красным, вязанным шарфом, который пару лет назад подарила ему мама. – Я надену, – пояснил Минхо, забирая из ладоней Хана мягкую вещь, и сразу обернул ее вокруг шеи. Выйдя на улицу, Джисон сразу заметил незнакомую черную машину, припаркованную возле подъезда. Брови нахмурились, образуя несколько складочек, а нижняя губа чуть вытянулась вперед. Минхо без запинок подошел к автомобилю и, не доставая рук из кармана куртки, нажал на брелок, о котором все это время умалчивал. – Это твоя? – удивленно воскликнул Джисон, утыкаясь порозовевшим носом в куртку. – То, что я не сую всем в глаза свои права, не значит, что у меня нет машины. – Не передразнивай, – шикнул Хан, прищурившись. – Залезай лучше. – Ты же пил, – не двигаясь с места произнес Джисона, вдруг вспомнив недавний шлейф ароматов. – Да, но все же я к тебе приехал, – закатив глаза, ответил Минхо. Хан прикусил нижнюю губу, но с места так и не сдвинулся. Ли стоял возле пассажирского места с открытой дверью, терпеливо дожидаясь, когда младший залезет внутрь. Но тот словно к промерзшей насквозь земле прилип. – Ладно, – протяжно и недовольно сказал Минхо, залезая на пассажирское. Темное окно слегка опустилось, образуя тонкую щель. – Давай быстрей, мне холодно! – командный голос прозвучал с усмешкой, слишком весело и необычно. Губы Хана растянулись в довольной улыбке. – Я за рулем? – А ты любишь задавать очевидные вопросы? – ответил вопросом на вопрос Минхо, наблюдая, как дверь с водительской стороны раскрылась, запуская очередную волну холода. – Живей, – похлопал по сиденью старший. Через несколько мгновений Хан уже настраивал кресло под себя, стараясь не обращать внимание на прожигающий до самых костей взгляд медовых глаз. – Поехали к горе Намсан. Хочу подняться на самый верх, – Минхо пристегнул ремень безопасности и, сложив руки на груди, откинулся на спинку, закрывая глаза. Звук мотора взбудоражил Хана, посылая непослушный табун мурашек. Кожаный руль приятно лежал в ладонях. Яркий запах клюквы, перемешанный с уличной прохладой, освежил сознание. По радио играла неизвестная мелодия, от которой на душе стало теплей и спокойней. Плавная поездка проходила в относительном спокойствии. Минхо так и не открыл глаза, предпочитая ехать в собственно созданной темноте. Джисон мельком поглядывал на старшего, восхищаясь его естественной красотой: румяные щеки походили на нежно-розовые лепестки роз, смольные длинные ресницы подрагивали, чистая кожа блестела в свете лампы. Каждая частичка старшего показывала, как он расслаблен. Доверял. Пустынные дороги несказанно радовали Хана. Поездка прошла гладко и довольно быстро. Оставив машину на парковке, Минхо неспешно шел вперед, зная, что Хан совсем рядом, чуть позади, но в зоне досягаемости руки. Медленный подъем, нескончаемые тропинки и ступеньки, холодный ветер. Если бы не все перечисленное, возможно, Джисон и насладился прогулкой. Вот только сил становилось все меньше и меньше. Минхо ненадолго остановился, устремляя взгляд куда-то вдаль. Город сверкал яркими разноцветными огнями, отбрасывая в небо блики. Холодные звезды светили им в ответ также, как и неполная луна. Парень обхватил длинными пальцами горячее запястье Хана и убрал его руку в свой карман куртки, опускаясь к ладони. Дыхание внезапно сперло. Жар чужой ладони согревал и будоражил. Непроницаемое лицо Минхо так и осталось неизменно расслабленным, не выражающим ничего, кроме спокойствия. Молчаливая прогулка ничуть не давила на плечи, а скорее мерно расслабляла. Свежий прохладный воздух, увеличивая амплитуду, поддувал в спину, подгоняя. Огни города становились все ярче и красочней. Некоторые заснеженные кроны деревьев, расположенные ближе к проезжей части, подсвечивались серебром. Уличные фонари создавали длинный коридор, по которому также прогулочным шагом ходило несколько человек, с большой высоты походившие на маленьких разноцветных муравьев. Джисон выдохнул струю белесого пара, устремляя ее к своим ногам, но та, покинув рот, сразу оказалась подхваченной ветром. На глазах появилась небольшая влага, застилающая обзор. Щеки жгло. С неба внезапно начал падать пушистый крупный снег, опускаясь на куртку и путаясь в длинных ресницах. Оставшийся путь пролетел незаметно. Ступеньки и тропинки уже не казались такими длинными и бесконечными. Напряжение в мышцах исчезло, а дыхание выровнялось. С Минхо было легко и тепло, даже уютно. Парень молча заряжал своей энергией, передавая ту через пальцы, крепко сжимавшие джисонову руку в кармане куртки. В нескольких метрах от них уже сверкала небольшая смотровая площадка, увешанная пестрыми замками разных размеров. В центре сияло три больших сердца, возле которых фотографировалась одна пара – единственная в данный момент. Девушка ярко улыбалась, пока молодой человек крепко прижимал ту за талию, утыкаясь носом в щеку. Милые слова, перемешанные с тихим смехом, касались лишь их ушей, оставаясь неизвестными за завесой прохладного ветра, служившим сейчас защитным барьером. Минхо остановился на пару мгновений, выпуская руку Хана из своей. Взгляд блестящих глаз с невиданным ранее возбуждением метался по ограждению. Звонкие звуки бившихся маленьких, легких замков о более крупные разносились по округе. Ли протяжно вдохнул свежий воздух, охлаждая легкие, и зашел на смотровую площадку. Он неспешно проходил вдоль замков и касался их, чувствуя обжигающий холод от шероховатой поверхности. На лице появилась яркая улыбка, но та так и осталась незамеченной Джисоном. Хан продолжал стоять на месте, внимательно наблюдая за старшим, который будто погрузился в собственные мысли, воспаряя высоко над замерзшей землей. Влюбленная пара, делавшая фото, незаметно исчезла, оставляя двух парней наедине друг с другом. Джисон сократил разделяющее их расстояние, становясь за спиной Ли. Глаза следили за длинными пальцами, пока рука повторяла движения. – Я выгляжу странно? – внезапно спросил Минхо, останавливаясь также неожиданно. Джисон замер в паре сантиметрах от него. – Нет, совсем нет. – Мне не все равно на своего соулмейта. Никогда не было, – старший направился к самому краю и оперся на него локтями. Джисон встал рядом, вновь повторяя позу. – Порой я прихожу сюда, наблюдаю за тем, как появляются новые замки, кричащие о найденной любви, пророчащей долгое и счастливое будущее. Иногда даже удается увидеть, как кто-то их вешает. Вот только не всегда все оборачивается счастливым концом. Иногда людям не суждено отыскать друг друга. Или они ошибаются, а может и вовсе понимают, что родственная душа не залог всего самого лучшего. – Но почему ты..? – Не сейчас. Спроси в другой раз, – осторожно перебил Минхо, поймав взгляд Хана. – Хочу насладиться видом и… твоей компанией. Сердце в груди Джисона забилось быстрей. Минхо смотрел в самую глубь, прожигая сердце. В блестящих в ночи глазах отражалось яркое очертание скульптуры. Джисон резко выдохнул, приблизившись к Ли. Теплое дыхание опалило розовые губы. – Хан, – предупреждающе произнес Минхо, не отрывая взгляда от карих глаз, наполненных невинным желанием. – Прошу, не отталкивай меня, – прошептал Джисон, слегка касаясь чужих губ своими. – Прости, – печально ответил Минхо, отстранившись в тот самый момент, когда Хан хотел соединить их губы. Холод обжег лицо Джисона, оставляя невидимый глубокий порез, проникая под кожу и вонзаясь наточенным кинжалом в трепещущее сердце. Минхо спустился со смотровой площадки, молча дожидаясь младшего, смотря куда-то вдаль. Джисон опустил голову, вздыхая, и на пару минут отвернулся к ограждению, с силой сжимая то в ладонях и стискивая зубы. Скопившаяся от холода влага сорвалась с уголков глаз, обжигая леденящей кожу дорожкой. В горле застрял противный ком. Минхо чувствовал, как напрягся младший, как по его телу распространялась вязкая обида и внезапно появившаяся кислая неловкость. Да и у самого на душе было неспокойно. Сам же подпустил, дал надежду, а в итоге все оборвал, оставляя темные обрубки, что сгниют в скором времени. Минхо хотел ответить. Хотел поцеловать. Вот только он не может. Не в силах разрушить мечты младшего о счастливой жизни, которая у него обязательно наступит. Вот только не с ним. Глаза медленно переметнулись к напряженной фигуре. Плечи слегка подрагивали – но от холода ли? Точно нет. Минхо хотелось вернуться, заключить в объятия Джисона, крепко прижать к груди. Хотелось утереть слезы, что тот так отчаянно скрывал все это время. Хотелось услышать его веселый голос и звонкий смех. Хотелось почувствовать тепло, которое даровал лишь он один. Но Минхо стоял неподвижно, сжимая в карманах куртки кулаки, оставляя на ладонях красные полумесяцы. А в голове крутилась лишь одна мысль, которая давно терзала язык, но никогда не соскользнет с губ: Ты всегда будешь прекрасен в моих глазах.