Вы меня звали? Я пришёл!

Пойми что я лишь тот, кто должен за тебя сказать всё то, что для тебя грешно.

— Мне не надо представляться, когда я вхожу, делать вид, что я вам рад и всеми вами дорожу, — качая головой, прошел в гостиную Гриффиндора Гарри. — Эй, Гарри, иди сюда, — махнула ему Гермиона. — Смотри, какое письмо прислал мне Дадли. Так, вот это не для тебя… Это тоже… — она перебрала в руках несколько альбомных листов. — Вот, здесь, в конце! — она пододвинула к севшему рядом Гарри лист, исписанный почерком его кузена. — «Думай обо мне, если я этого стою»? — округляя глаза, прочитал Поттер и отдал часть письма обратно. — Это точно Дад писал? — Правда мило? — приложила руки к щекам Гермиона. — Это самая прекрасная вещь, которую мне говорили! — Обалденно, — погладил ее по голове Гарри. — Ты, извини, что мы ничего не можем суетнуть больше, окромя писем этих. Мы думали над вариантами, но глухо пока что: мобильник не будет работать у тебя здесь, для связующего зеркала в Дадли нет магии, связные блокноты, считай, то же самое. Так что Сири метнулся к нему в школу, привез сову, чтобы вы больше не передавали свои компрометирующие почеркушки через Вернона, он, конечно, мужик порядочный, но всякое может быть, — поиграл бровями Гарри, прикуривая. — Пошляк, там ничего такого нет, — зарумянилась Гермиона, толкая его колено. — Спасибо вам, так намного быстрее. Да и меньше чем через месяц каникулы, и мы с Дадли увидимся. — Мы по-другому не умеем, — выдохнул дым Гарри, покрутив рукой в пространстве. — Правило Блэков. Семья присматривает за семьёй, понимаешь? И ты, похоже, собралась стать её частью, привыкай. — Мы всего раз виделись, — засмеялась Гермиона. — Ты не торопишься? — Дело это ваше, но я знаю своего братишку, поверь, — подмигнул Гарри. — Вангую, что он сделает тебе предложение, как только вы закончите школу. — Гарри! — окликнули его откуда-то сверху. Поттер откинулся назад, закинул руку с сигаретой на спинку дивана и вопросительно прищурился. Из спальни к нему спешили Дин, Невилл, Рон и Симус. Присев рядом с Гермионой и Гарри, Рон накинул на их компанию Заглушку. — Хули надо? — Мне отец только что написал, что Дамблдор распускает Орден Феникса, а Министерство гудит, как муравейник: там головы летят, что-то про проверки и Визенгамот. Твоих рук дело? — спросил Рон. Гарри шумно выдохнул и почесал затылок, оглядывая напряженную компанию. — Том. — Не сейчас. — Нет, блять, сейчас. Ты что, увольняешь чиновников? — Блять, Гарри, сказал же, позже! Гарри изменился в лице, и ребята встревожено переглянулись. Поттер, зло прищуриваясь, затянулся сигаретой и пожевал губы, словно сдерживая своё развитое чувство мата и шумно выдохнул дым в лица напротив. — Чёрт, прости! Прости, ладно? Я, правда, очень занят, я не могу сейчас… — Окей. — Вечером поговорим, да? — Пизда. Разорвав связь, Гарри с закрытыми глазами постучал согнутым пальцем по переносице и посмотрел на ребят, что ждали его ответа, как приговора. — Значит так, то, что я вам сейчас рассказываю не для передачи, — он увидел, как все синхронно кивнули и продолжил. — Это всё хуйня конфиденциальная, но вы доказали, что вам можно доверять, да и до Рождества всё это всё равно всплывёт, так что хуй с ним. Он выхватил палочку из рукава и, взмахнув ей, сотворил Патронуса. — Северус, надо поговорить. Часов в восемь буду. Проводил взглядом огромного серебристого оленя, он добил сигарету и заговорил. — Вы знаете, что мы с Томом вместе, соответственно, кончать я с ним не собираюсь, если представить, что был при каком-нибудь раскладе на это способен. Поэтому пару дней назад мы с ним предложили Министерству перемирие. Им деваться некуда, поэтому они согласились. Дату слушания ещё не утвердили, но скоро в Визенгамоте будет рассматриваться приемлемое для обоих сторон решение противоречий. Быстро и просто не будет, потому что одно из наших требований — пересмотр дел всех Пожирателей… — Что? — вспыхнул Невилл. — Хочешь сказать, что Пожиратели будут оправданы? — Могут быть оправданы, — с нажимом на первое слово поправил Гарри. — Слышал историю моего крестного? Во время войны волшебников без следствия кидали на пожизненное за одну только Черную Метку на руке, если не убивали при задержании. Нарцисса Малфой, Лорд и Леди Паркинсоны, Регулус Блэк, Северус Снейп не убили ни одного мага, но их всех могли казнить Поцелуем только за одну поддержку Лорда. Секунда на вдох, вся жизнь на выдохе, справедливо? — Как ты не понимаешь, Гарри? — выкрикнул Невилл, сжимая кулаки. — Мне жаль твоего крестного, то, что с ним произошло несправедливо, но Пожиратели Смерти — убийцы и душегубы все до одного! Беллатриса Лестрейндж запытала моих родителей до сумасшествия! Прошло шестнадцать лет, а они до сих пор натуральные овощи! Они даже не знают, что я их сын, а когда мы с бабушкой приходим их навестить, улыбаются нам, будто мы часть персонала. А теперь ты говоришь мне, что их убийцу, да, она убила их в тот день, оправдают? Это, блять, ебаная справедливость, вашей новой идеальной системы правосудия? Невилл замолчал, с вызовом глядя на Гарри, от которого ожидал ответной агрессии или хотя бы признания ошибок, но когда Поттер дослушал, на его лице появилась… жалость. Рядом вздохнул Рон, поворачиваясь к Невиллу и осторожно заглядывая в его влажные от накативших слез глаза. Симус, Дин и Гермиона, незнакомые с историей, молчали, ожидая разъяснений. — Нев, то, что произошло с твоими родителями, не имело к Волан-де-Морту и его… организации отношения, — медленно произнес Рон, нервно щелкая суставами пальцев. — Это была кровная месть, — сказал Гарри. — Род Лестрейнджей мстил Роду Лонгботтомов. — Да за что? — Накануне Беллатриса с мужем появились в Косом переулке: возвращаясь из банка, просто зашли в аптеку. Твои родители-авроры прибыли на вызов от жителей и попытались задержать их. Они превысили полномочия, Рудольфус не успел защитить Беллу, и она потеряла ребёнка. Гарри замолчал и опустил взгляд. Гермиона прижала ладонь ко рту, ахнув. Рон мрачно изучал ковёр на полу, обняв рукой колено. Дин и Симус шокировано распахнули глаза и переглянулись. Невилл замер и севшим голосом прохрипел: — Она была беременна? — О таком сообщают только семье, так что никто не знал, — продолжил Гарри, посмотрев на него исподлобья. — На помощь ей подоспел аптекарь, помог активировать портал домой, она едва выжила, ребенка спасти не удалось. Беллатриса всегда была с ебанцой, но после трагедии ей совсем резьбу сорвало, да и Лестрейнджи были просто в ярости. Через пару дней, они ворвались в ваш дом и… поквитались. Тебя от смерти спас Барти Крауч-младший, выкинув портключом к Леди Августе. — Но… они же не знали! Мама с папой, они не знали, что она ждет ребёнка, — схватился за голову Невилл. — Такие истории в то смутное время происходили сплошь и рядом, — положил ему руку на плечо Рон. — Это правда, нам папа рассказывал. После этого случая Пожиратели словно обезумели. — Но почему тогда бабушка мне ничего не рассказывала? — отчаянно воскликнул Невилл. — Она говорила, что Лорд разбирался со всем сильными магами, наказывала гордиться родителями… — Да разве такое расскажешь про родителей их собственному сыну? — спросил Гарри. — Намного пригляднее звучит легенда о безвинно пострадавших храбрых аврорах, что во имя света пожертвовали рассудком. Это трагическое стечение обстоятельств. Твои родители не знали о положении Беллы, Сириус рассказывал, как та боялась порчи и намеренного вреда плоду, безропотно ушла с полевых работ Пожирателей, когда Волан-де-Морт её отстранил. После потери ребенка, она стала сама не своя, дралась со светлыми на смерть, жестоко карая всех без разбора. С мужем у них отношения тоже разладились по этой же причине. Белла винила и его за то, что не защитил и не спас, он вину не отрицал и обозлился на светлых так, что вместе с братом начал вырезать их семьями. — Всё равно, это не доказывает, что Пожиратели были правы… — помотал головой бледный Невилл. — На войне не бывает правых, Нев, поэтому я и хочу её закончить, — мягко возразил Гарри. — Тогда, ещё будучи аврором, Грозный Глаз Грюм каждую неделю запрашивал Визенгамот узаконить убийство детей Пожирателей «потому что пожирательские ублюдки рано или поздно станут такими же бесчестными мразями, как их отцы». Сириус рассказывал, как во время рейдов они часто грабили мэноры, некоторые даже насиловали жён «пожирательских выродков», поджигали мэноры, и это не самые грязные поступки. Война, ребятки, это лекарство от здоровья. Так происходит всегда, когда люди забывают, за что они воюют, а они забывают и начинают просто воевать друг против друга, вырезать друг друга уже без причин, а из слепой ярости. Гермиона всхлипнула и шмыгнула носом. Сидящий рядом Дин обнял её, растирая плечи, нахмурился. Симус испуганно взял Рона за руку, и тот сжал её, повернув к нему голову. Невилл был просто убит вскрывшимися фактами, и Гарри тронул его за локоть, протянув руку через столик. — Поэтому нам нужен этот мир, этот договор. Чтобы остановить всё это, остановить вторую волну, ведь если все это не прекратить, уже нам придется идти с палочками наперевес на битву, а соперниками нашими будут наши однокурсники из Слизерина и Когтеврана. Ты готов бросить Аваду в Забини или Малфоя? Даже если ты ответишь «да», исход уже предрешен. Нас победили. Нам пиздец. И я из кожи вон лезу, чтобы надиктовать побольше отступных, сторговать побольше поблажек, понимаешь? Поэтому я готов выпустить Беллатрису, отсидевшую пятнадцать лет за своё преступление, чтобы Гермиону не посадили на цепь, а Дина не поставили на учёт, как бесправного. В этом смысле вам неебически повезло, что мы с Томом друг друга разглядели, потому что иначе я был бы уже мёртв, а вы все на пути к этому. Ты думаешь, он церемонится со всеми этими переговорами потому что ему деться некуда? Да был бы я на его месте, я бы отозвал по мэнорам всех детей аристократов, пробил бы защитку Хогвартса, запустил бы сюда войско инферналов, а потом прогулялся бы по детским трупам, добивая оставшихся. Есть такие слова — рациональность, экономия и эффективность. Всё равно историю пишут победители. А вот грешков с обоих сторон хватает, манжеты белыми ни у кого не остались. Компания друзей сидела в мрачной задумчивости, посматривая на прибитого положением вещей Невилла. Гарри, достал сигарету и закурил, ожидая вопросов или протестов, но тот молча встал и обошел диван по направлению к спальне. — Вау, Гарри, — тихо сказал он напоследок. — Вива.