Пора домой

- Вам холодно? - настороженно интересуется голос. Я бы мог принести вам тот полушубок, если изволите. Он мне очень уж приглянулся. Комнату заполняет горький смех и, отталкиваясь от хрустальных стен, летит дальше по многочисленным коридорам. О веселье здесь речи не идет. Только острая боль и немного фальши. Тяжкий вздох тонет где-то под потолком, стремясь вырваться скорее на свет, но отсюда нет выхода, и кажется, что не было никогда. Попасть сюда можно только с помощью пиро стихии, да и то, как только лёд растает, есть несколько секунд, чтобы пройти внутрь, и мороз снова воздвигнет стену этой тюрьмы, которую построил Он вокруг себя. Ни окон, ни дверей, поместье будто не дышит вовсе, но ни один из присутствующих не чувствует ничего кроме колючего холода, сжимающего еле бьющиеся сердца. - Они сказали, что это лучшее, что могло с вам произойти, - робкий голос контрастировал с тем, как ловко чужие ботинки отстукивали каблуками какой-то причудливый ритм. Будто обладатель лишь притворялся боязливым. - У нас очень много дел, а вы все не встаете. Солнце взошло, и господин Одиннадцатый Предвестник велел мне привести вас. За стеной раздался громкий уверенный стук. Кто-то, видимо, очень хотел войти. - Можете ли вы вырезать здесь дверь, господин? - человек низко поклонился и указал куда-то за спину. По полу пробежали сотни ледяных искр от центра зала до чужих ног, стена на миг заискрилась и в помещение ворвалась луч света. Аякс ловко зашел, намереваясь закрыть за собой дверь, как вдруг та исчезла сама по себе. Раздались хлопки. - Мое ты солнце, теперь тебе даже не нужно направлять энергию рукой, я поздравляю тебя, стихия повинуется одной лишь мысли, - Предвестник присвистнул. - Только ты иногда хоть шевелись, а то сидишь на своем ледяном троне, скоро буду думать, что ты умер совсем. Тарталья красноречиво взглянул на сидящего, и двое людей спешно покинули обитель через снова появившуюся дверь. - Лучше бы действительно умер, - раздается почти на выдохе, но этого уже не слышат.

***

В разных регионах Тейвата погодные условия разительно отличались - если в пустынях близ Сумеру солнце припекало так, что можно было сознания лишиться, то Снежную теплотой обделили. Однако ее жители были слишком непокорны, чтобы отдавать свою жизнь морозу, поэтому была придумана сотня способов борьбы с холодом, куда включалось посещение бань каждый третий день и распитие горячительных напитков - пристрастие жителей страны Лютого Мороза к алкоголю давно известно за ее приделами, более того, их огненная вода может по популярности сравниться с вином из одуванчиков из Монштадта. Туристы эту страну практически не посещают, потому что к незнакомцам погода слишком сурова.       Однажды группа путешественников из Ли Юэ замерзла насмерть близ границы со Снежной, после чего земли Гео Архонта строго-настрого запретили въезд в страну Вечных Льдов, да и никто не горел желанием, ведь все те, кто возвращались, точно не хотели бы совершать повторных визитов. Гильдия предупреждала об аномальном холоде, но люди азартны, а потому неуязвимы, по крайней мере они сами так думали, бросая вызов морозу - считалось, что между жарой и холодом нужно выбирать последнее, так как если ты испепелен солнцем, охладиться бывает проблематично и часто ненадолго - любой лед тает, вода нагревается и испаряется, а песок будто расплавленный даже в тени, когда тебе холодно - ты надеваешь шубу, но когда тебе жарко - все, что остается - снять кожу. Поговаривают, что в Снежной жители могут распахивать одежды и при этом не чувствовать дискомфорта - кто-то считает, что у них в крови течет огненная вода, другие же утверждают, что их изнутри греет гнев и ярость, подпитывающиеся другими народами. К людям Холодных Земель относятся в большинстве случаев предвзято, с надменностью, иногда откровенно сторонятся из боязни ли или из нежелания иметь с ними дело. Та самая известная на весь континент организация - Фатуи - у всех на устах. Ее участники проворачивают свои дела, не обращая внимания на то, как на все это смотрят другие люди - их ненавидят, их избегают, но они все еще свято верят, что Царица щедро наградит любого, кто страдает во имя любви к ней.

***

- И какой же у нас план? - Джинн и Венти вышли из палаты, старались быстрее покинуть это пропитанное болью место. На улице дышалось легче, хоть и запах лекарств перебивал все вокруг - в том крыле жила смерть, она просто тихо сидела на краю кровати и ждала, когда парнишка скажет то, что должен. Пройти площадь, аккуратно, не задеть никого, спуститься вниз на несколько ступеней, кивнуть миллелитам на прощание, спокойно выдохнуть. Ли Юэ жил мирно, город, казалось бы не волновали мелкие потери, человеческие заботы, дома с длинными лестницами и огромным количеством этажей стояли крепко, символизировали стабильность земель Гео Архонта . - Сначала найти Дилюка, - магистр оглянулась и вспыхнула, - где он? У нас очень мало времени, зачем надо было убегать, еще и женщину чуть не.. - Она вздохнула и зажмурилась. Кто она такая, чтобы осуждать своего друга за такую реакцию. В конце концов он с Кэйей имел более тесную связь, пускай и Джинн с ним работала, но отношения в формате “Начальник-Подчиненный” не предполагали настолько крепкой дружбы.       В детстве, когда они втроем обучались вместе, готовясь к поступлению в Ордо Фавониус, общение было непринужденным, всегда находились общие дела и интересные занятия. Но увы, по мере взросления каждый начинал понимать, что ценности меняются, как и цели, поэтому постепенно крепкая дружба сошла на нет. Ну почти. Они больше не встречались вместе где-нибудь за стенами города, не собирали цветов и не устраивали пикников - Джинн поглотила рутина управления Ордо Фавониус с тех пор, как Варка отправился в экспедицию, а Дилюк после смерти отца и вовсе разочаровался в рыцарстве и покинул Мондштадт на долгое время. Они честно старались наладить связь, встречались в таверне, но эта неловкость никуда не девалась - единственным звеном, объединяющим их, был Кэйа. В спину подул ветер, принося с собой запах жжёной травы и соли. Венти вдохнул полной грудью и взял под руку Джинн: - Идем. Бегать девушке было не привыкать, но угнаться за бардом, который мог спрыгнуть с лестницы и перелететь почти двадцать ступеней, было невозможно. Она вцепилась в чужой локоть и старалась довериться ветру, который будто удерживал ее. Венти обернулся, и его озорной взгляд прошелся по испуганному лицу: - Не переживай, со мной ты точно не споткнешься, пристань близко, потерпи. По гавани сновали моряки, их смех раздавался в унисон с голосами торговцев, зазывающих к себе покупателей, а те в свою очередь толпами разглядывали товар и громко перешептывались. Где-то мужчина возмущался резко выросшим ценам, которые были неоправданно высокими, потому что качество товара не изменилось, а владелец лавки пытался оправдаться темными временами, рассказывая что-то о семье. С образом оживленной улочки контрастировала мрачная сгорбившаяся фигура. Дилюк стоял спиной, вцепившись в перила, и разглядывал появляющиеся круги на воде - где-то ближе к берегу дети пускали блинчики, соревновались, кто же дальше забросит булыжник. Ни на оклик, ни на прикосновение к плечу парень не отреагировал. Между пальцами все так же был зажат глаз бога, тускло поблескивающий на солнце. Когда-то он содержал в себе энергию крио элемента, а теперь от былого остался лишь холод обрамляющего стекло металла. Джинн сочувствующе гладила Дилюка по плечу, а Венти в это время пытался заглянуть ему в глаза: - В чем дело? - Бард выставил руку вперед, прося отдать ему глаз бога, однако увидел, как чужие пальцы сжимаются все крепче. - Думаешь, это пренадлежало Кэйе? С чего бы? - Нужно было с чего-то начинать говорить о том, что им передал Итэр. Дилюк шумно выдохнул и процедил: - Принадлежит. Не надо говорить так, будто его больше нет. Венти прекрасно понимал, что не подразумевал ничего такого, но спорить с человеком в таком состоянии значит ранить его еще сильнее. Ну да, глаз бога принадлежал, потому что сейчас очевидно у Кэйи такового не имеется, но это не означает, что того нет в живых. Дилюк всегда тяжело переносил любые потери, хоть и пытался казаться безразличным. Хотя был ли в этом какой-то смысл, если боль была в любом случае. Говорят, что беда переносится легче, если разделить ее с друзьями, но кто-то предпочитал переживать все в одиночку. Несколько лет назад, когда весь Мондштадт потрясла новость о гибели Крепуса Рагнвиндра, многие жители потянулись к винокурне, желая выразить соболезнования осиротевшему юноше. Тот из дома практически не выходил, не показывался в Доле Ангелов, лишь сидел в комнате, отказываясь даже обедать. Аделинда, видя его состояние, отгоняла всех приходящих, говорила, что мальчика это задевает еще больше, лишний раз напоминая о том, что все это реальность, а не кошмарный сон. Сами горничные не знали, как подступиться к молодому господину - он ничего не ел, практически не спал, только сидел неподвижно и периодически проваливался в сон от усталости, но быстро просыпался. Служанки хотели было позвать его близких друзей, но в ночь, когда была запланирована с ними встреча, Дилюк сбежал. Дилюк всегда бежит. - Однажды Кэйа пришел ко мне в таверну практически под закрытие, полчаса, может, оставалось, - красная макушка встрепенулась. - Он был пьян до чертиков, практически не стоял на ногах. Я отел выпереть его подальше, но он вдруг начал что-то мне рассказывать, мямлил под нос, а потом почти рухнул. Пришлось вести его на второй этаж, не знаю, зачем я вообще начал с ним заниматься. - Дилюк развернулся лицом к друзьям и продолжил. - Налил ему горячего супа, хорошо тогда Аделинда передала мне его - я не успевал пообедать, а она всегда приносит мне что-то вкусное к вечеру. Альбериха трясло так, что мне становилось страшно, накрыл его своим плащом, а Кэйа возьми да разрыдайся, - парень повел плечами, воспоминание стояло перед глазами слишком четко. - Никогда не замечал за собой этой его стороны. Альберих всегда смеется, спорит, шутит и слишком много пьет. Но чтобы слезы. В таверне? Я понятия не имел, что вообще происходило, когда он вдруг снял с себя глаз бога и протянул мне:” Видишь его? Дарованная мне сила, как и у всех в Мондштадте, - его палец очертил металлические перья. - Всего две пары, в то время как у всех, даже у тебя - их три, - всхлипы вдруг сменились смехом. - Сам Барбатос не принимает меня.” Венти взглянул на стекляшку - боже, действительно два. Дилюк сжал стекляшку так сильно, что острые края окантовки впились в кожу, и продолжил: - Я тогда шутливо отметил, что действительно это божественный намек о том, что ему здесь не место. Сам город еще раз подчеркивает то, что сам он фальшивый. Фальшивый мондштадтец. Думал, что сейчас начнется перепалка, Кэйа в своей шутовской манере скажет, что это несправедливо, посмеется и разговор кончится. А он лишь вернул глаз Бога на место, встал и вышел - даже не пошатнулся. Тогда меня это удивило, но сейчас я проигрываю в голове этот момент и думаю, что мне нужно было бы помолчать. Как мог я ожидать такой серьезности от несерьезного человека. Действительно ли он был такой. Если честно, разобрать, что из всего ложь и фальшь, а что правда, становится все сложнее. - А что после, - Джинн выглядела готовой отругать Дилюка, но понимала, что это ничего не изменит, сделает лишь хуже. Кто из них способен просчитать, насколько сильно фраза может повлиять на чужое настроение. - А после все было как обычно - выпивки - шутки - улыбки - смех, будто не было никакого вечера слез, потому я и подумал, что придал этому значения больше, чем сам Кэйа. - Все это очень забавно, - Венти впервые подал голос. - Но у меня есть этому объяснение. - Дилюк перевел взгляд на барда, как и Джинн. - Дело как раз-таки в самом Альберихе. Да-да, видя ваши недоуменные лица, поясняю. Человек получает глаз Бога за определенные заслуги, намерения, черты характера. Но это влияет не только на само его содержание, то есть стихию, но и на то, как выглядит этот артефакт. Да, обрамляющая его металлическая часть говорит о принадлежности тому или иному месту. Причем неважно, откуда ты родом. Важно лишь место, которое ты считаешь своим домом. Все здесь, - бард ткнул указательным пальцем в лоб Дилюка. - Кэйа сам не признавал Мондштадт своей родиной. Хотя тут все сложнее, думаю. Его скорее всего все это время преследовала мысль о том, что он чужак. Именно она и отразилась в этом замысловатом дизайне, потому как Глаз Бога все-таки с крылышками. - Получается, что это не Барбатос не принял Альбериха? - Рагнвиндра вдруг осенило. - Да-да, получается, он сам себя не принял. Только вот не знал, что это может привести к такому, - Глаз Бога, будто подтверждая слова Архонта, блеснул на мгновение и снова погас. - Меня винить тут не в чем. Врата города Свободы всегда готовы принять всех нуждающихся, и люди здесь более открытые и радушные, чем где бы то ни было, поверьте мне, я много путешествовал. Характер жителей Ли Юэ заточен под поиск выгоды, потому что жизнь этих людей состоит сплошь из контрактов - даже самых незначительных, а в Инадзуме никто никому не доверяет, они серьезны и собраны, можно сказать, даже немного заносчивы. Мы же свободны и ничего не ждем взамен на нашу доброту. Так что у меня не хватит силы вот так вот издеваться над тем, кто этого точно не заслуживает. Если человек хочет исправиться, я всегда даю ему шанс, но раз самого его гложат демоны, это уже не в моей власти. Дилюк тяжело вздохнул и отвернулся. Ему не было известно о подобных тонкостях, а на тот момент он знал единственного, кто мог бы это растолковать, как барда и пьяницу. Хотя будь они знакомы ближе тогда, может и была бы возможность все и сразу объяснить. Тем не менее, что случилось, то случилось. Ничего из этого нельзя вернуть, поэтому придется собраться с силами и найти Кэйю или то, что от него осталось. Венти облокотился о перила и неспешно заговорил: - Ты зря ушел тогда из палаты, Дилюк, тот юноша поведал нам много всего интересного, и в том числе про Кэйю, - как и ожидалось, парень встрепенулся и повернулся к барду, не желая пропускать ни единой детали разговора. - Он - брат нашей Люмин, что в принципе ты мог сам заметить, хоть его лицо и испещрила болезнь, общие черты легко узнаются. И Итэр же сообщил нам, что наш общий друг жив. Ну, точнее он дал тонкий намек на то, что они провели вместе какое-то время, но о дальнейшей его судьбе юноша не осведомлен. Дилюк просиял: все тело наполнилось уверенностью - они обязательно его найдут. Осталось лишь добраться до Снежной. Однако как? Куда идти? - Мальчик сообщил, где его искать? Как он? При каких обстоятельсвах встретились и как у него оказался его Глаз Бога? - Поток фраз не смогла остановить даже вытянутая ладонь Венти. - Терпение, мой друг. Если вникать в подробности, то в Снежной сейчас проводятся какие-то опыты, если я правильно понял, по воскрешению Архонта, - Венти перевел взгляд на Джинн, которая уставилась в одну точку. - А с тобой что? Девушка вздрогнула и прошелестела: - Я видела этот шрам у него на груди, он так сшит аккуратно - когда-то Лиза накладывала и мне подобные швы, когда я в одном из походов вспорола ногу, зрелище было жуткое. Тогда я не смогла сообразить, а сейчас понимаю, что выглядит это все слишком знакомо - обычно же как рана зашивается: берутся нитки и одна сторона прокалывается сверху, а вторая снизу - затянуть потуже и готово: хоть и видно, что операция проводилась, зато ничего не порвется. А у этого парня на груди будто две половины срослись: потайному шву обучают только в Сумерской Академии на любом курсе: Лиза рассказывала, как у них были какие-то курсы по медицине на начальном этапе обучения. Или как он назывался? Внутрикожный? Я не уверена, в таких техниках не разбираюсь. Рагнвиндр почесал затылок. - Хочешь сказать, что это был выпускник Академии? Джинн пожала плечами. - Понятия не имею, просто отметила странность. Венти кивнул, отмечая про себя эту деталь. Перед глазами вдруг предстал Кэйа с вспоротой грудью, и мурашки табуном пробежали вдоль позвоночника. Решено - они должны отправиться в Страну Лютых Морозов. Вопрос - как? Дилюк заговорил первым - более воодушевленно, чем несколько минут назад: - Мы обязаны его найти. Тем более, если ты говоришь, что он еще жив, - головой он осознавал, что мог приехать и увидеть труп, но сердце оживало даже при мысли, что Кэйю еще можно обнять. Ну если он сам того захочет. Джинн робко предложила: - Может попросим госпожу Нин Гуан оказать нам помощь? Она в худшем случае хотя бы скажет, где искать того, что нас отвезет, а в лучшем сама направит, кто знает. В ее интересах разобраться с этой ситуацией, потому как массовый отлов трупов волнует горожан. Разве правители не должны стремиться поднять авторитет в людских глазах? А для этого необходимо активное участие в таких катастрофах, - девушка помассировала виски. - Нам стоит попытаться. Венти только собирался уйти с пристани, как вдруг присвистнул, указывая куда-то вперед. Дилюк и Джинн синхронно обернулись, увидев, как правительница спускается в сопровождении Бэй Доу. Обеспокоенность не сходила с лица, а чем ближе они подходили, тем четче слышался отборный мат капитанши. Со стороны было видно, как тяжело Нин Гуан сохранять спокойствие - сейчас остро стоял вопрос об этом деле с нескончаемым потоком тел. Было бы глупо разделять их на жителей Ли Юэ и всех остальных - эта беда общая, да и кто знает, может это еще не конец. Нужно было что-то предпринимать и срочно, иначе ситуация может обостриться. Благоразумнее было бы направить отряд миллелитов и команду Бэй Доу на разведку, а еще лучше организовать визит, отправить торговый корабль, и лучше с подстраховкой, если вдруг основную массу задержат на границе и задержат с проверкой. Венти помахал девушкам, а Нин Гуан, жестом попросившая Бэй Доу замолчать, ускорила шаг, и вскоре пятеро стояли возле пристани, обдумывая каждый свое. Капитанша нетерпеливо переступала с ноги на ногу, ее раздражало всеобщее молчание, но нарушить тишину она не решалась. Оставалось лишь метать гневные взгляды на разглядывающих компанию прохожих, которые иногда останавливались и затихали, стараясь ненароком услышать, о чем же говорили. Но простояв с минуту и поняв, что никто не перешептывается, недовольно уходили восвояси, но все еще оглядывались. - Может, спустимся к моему кораблю? Тут много лишних глаз и ушей, - но никто не ответил, и Бэй Доу скрестила руки на груди и невозмутимо посмотрела на Нин Гуан, которая все еще что-то обдумывала. В своих плаваниях капитанша повидала слишком много людей, и каждого привыкла оценивать по внешности - можно было многое сказать при первом взгляде на человека. Глаза, к примеру.. Чем уже они расположены относительно переносицы, тем человек должен быть несмышленнее - слово “глупость” не подошло бы, но они абсолютно точно больше подвержены чужому влиянию - личная беседа в любом случает расставляет все по местам, иначе бы все убеждения Бэй Доу на этот счет были бы голословны. Зато она помнит старого управляющего портом Рито, мужчину экзотической внешности - его глаза были слишком далеко посажены относительно друг друга, - капитанша тогда пошутила, что между ними бы влезло еще два таких же. Но юмора никто не оценил. Брови у него сползли вниз, что тоже могло красноречиво охарактеризовать человека как спокойного и угрюмого, может быть, даже замкнутого. Но вот черты лица госпожи..Как же она была красива.. Ее прекрасные глаза излучали внутренне спокойствие и уверенность в себе, а так же самодовольство, которое было напускным, но это скорее издержки профессии. Нин Гуан практически не хмурила бровей, когда задумывалась о чем- то - она опускала взгляд вниз, куда-то в одну точку, и не отрывалась, пока не придет к чему-то в мыслях. Лицо было таким же гладким и непроницаемым как корляпис - Бэй Доу сама удивилась этому сравнению - прочитать эмоции было невозможно, однако, если знать ее чуть лучше, можно отследить легкое движение желваков, когда она была раздражена или рассержена, а так же уголки губ слегка поднимались, когда госпожа думала о чем-то приятном. Но глаза - это определенно зеркало ее души. Когда она одержима какой-нибудь идеей, лучше не попадаться ей и не отвлекать - откуда-то из глубин покажется красный блеск и тут же исчезнет, но этого мгновения будет достаточно, чтобы испугаться - так горят глаза лишь у хищников, которые загнали свою жертву в ловушку, а теперь наслаждаются ее беспомощностью и упиваются собственным превосходством. А сейчас она такая...на удивление собранная, и при этом грациозная, словно тигрица - беспокойство сквозило в движениях чуть более резких, но посторонний глаз не заметит разницы. Эта катастрофа ее подкосила - Бэй Доу это знала. А потому мягко коснулась плеча и восхищенно вдохнула - Нин Гуан даже не дрогнула, выныривая из своих мыслей. - Я знаю, о чем ты думаешь, Бэй Доу. - "Со мной все в порядке" - читалось во взгляде. - Я даю добро на твое плавание к берегам Снежной. Цель нашего визита - сбор выживших. Вы должны найти всех, кто может доказать, что Предвестники Фатуи или их приспешники проводят опыты над людьми. Всех, кого привезете, мы допросим, все зафиксируем, и отправим на родину. Останется только после всего нанести визит другим Архонтам. - Вы хотите развязать войну против Снежной? - Джинн испуганно отнатнулась, а вопрос остался без ответа. - Так же я хочу, чтобы команда твоя была малочисленной, но проверенной, - Нин Гуан повернулась к Бэй Доу. - Толпа нам ни к чему, однако, потребуется опыт, чтобы провернуть нашу миссию так, чтобы никто ни о чем не догадался, - девушка взглянула на тихо проплывающие облака. - Завтра утром отплытие, и, благослови нас, Гео Архонт, вы прибудете ближе к ночи. Я лично проконтролирую, чтобы корабль забили только первоклассным товаром, при этом на судне должно поместиться более сотни ящиков - чем больше, тем дольше сотрудники порта будут все это проверять. Венти, все это время прикидывающий детали поездки, вдруг перебил: - А еще нужно место для того, чтобы спрятаться нам троим. - Нет нужды, - Нин Гуан покачала головой. - Если они раскусят обман, операция завершится сразу же. Мы должны придумать что-нибудь другое. Бэй Доу внезапно сгребла Венти в объятия, прижав его голову к груди. - А кто знает, кто действительно является членом моей команды, а кто нет. Приоденем их слегка, никто ничего не поймет. Зато не будет проблем с передвижением по городу - моряки захотели прогуляться, разве можно им это запретить? Дилюк горько усмехнулся: - Может мы решим исследовать местные бары на наличие огненной воды. Венти хихикнул и обернулся, а капитанша присвистнула: - Точно. Капитан с компанией решили угоститься. - Значит, решено, - Нин Гуан не потребовалось повышать голос, чтобы все замолчали. - Завтра с утра вы отплываете. А сейчас позвольте мне объяснить моим помощницам, как организовать погрузку товара. Заплачу морякам сверх меры за ночную погрузку, а вы вернитесь в Нефритовый Дворец. Вам предоставят лучшие комнаты. Встречаемся здесь в 4 часа. Тогда же и обсудим все более детально, я дам вам четкие указания, а сейчас попрошу меня извинить, - с этими словами госпожа немедленно удалилась.