Ох, глупая упрямость!

      Лиза медленно приоткрыла один глаз, проснувшись из-за неудобной позы и впоследствии затёкшей спины. Было непривычно тепло, можно сказать даже жарко, а кожу щекотала какая-то посторонняя ткань. Звонко трещали дрова, где-то рядом скрипело перо и шелестела бумага. Часы неожиданно пробили полночь, нарушив покой и едва не заставив Лизу подскочить на месте. Она старалась практически не шевелиться, дабы не помешать работе человека, сидящего совсем рядом.       — Опять не спишь? — расстроенно выдыхает Лиза, в конце концов не выдержав гложащую тоску и беспокойство. Джинн молча кивнула, будучи вырванной из своих мечтаний. — Тогда позволь мне помочь, — не дождавшись ответа, она отобрала половину стопки и схватила второе, запасное перо. Ясный взгляд свободно плыл вдоль строк, а спустя некоторое время в правом нижнем углу появилась точная копия подписи магистра.       — Не стоит брать на себя мои обязанности, про... — Джинн присмотрелась к только что подписанному документу и удивлённо вскинула бровь.       — Мне иногда приходилось втайне помогать тебе, — хитрый шёпот сквозь улыбку опередил вопрос. — Я ведь тебя знаю, милая. И очень сильно беспокоюсь.       — Спасибо, но я сама смогу со всем справиться, правда! — заупрямилась Джинн и отвернулась к бумагам.       — Я ведь люблю тебя, помнишь? Мне больно смотреть, как ты сама себя истязаешь. И я сейчас не только о работе. — трепетно сжимает тонкие запястья Лиза, пытаясь приблизиться, не отпугнувши.       Она боялась холода, боялась потерять связь с той, которая и так долго убегала, скрываясь от своих же собственных чувств. Но для Джинн раскрытие своего нутра, увы, даётся очень трудно, и Лиза это понимала. Не смотря на это, всё равно что-то приносило колющую где-то в груди боль каждый раз, когда рыцарские кулаки покрывались всё новыми шрамами от глухих ударов о стену, вместо произнесённых вслух горьких слов и слёз. Мудрая не по годам ведьма в душе знала ответы на свои же вопросы о причине молчания любимой, но все равно продолжала без толку задавать их себе снова и снова.       — Пожалуйста, поговори со мной хоть раз, прошу! — тихий голос уже практически сорвался на полный печали крик, а руки машинально притянули Джинн чуть ближе. И она в ответ безвольно, устало качнулась и медленно моргнула в попытке собрать куда-то разбегающиеся, как стадо овец мысли.       — Я очень хочу полностью доверять тебе, но, — Джинн нервно взглотнула, — но меня все ещё терзают сомнения и страхи. Знаешь, я мечтаю проводить с тобой больше времени — мне больно видеть тебя одинокой, и это всё моя вина, понимаешь? Замечая твою заботу и любовь, я ещё сильнее желаю делать тебе приятно в ответ! Но я обязана брать ответственность на себя, я не могу, просто не могу подвести Варку, маму, весь Мондшдадт. Но больше всего, я боюсь разочаровать тебя. Ты очень важна для меня, и я не хочу тебя терять. Я устала, Лиза. И прости меня, пожалуйста. Наверное, я сейчас кажусь такой глупой...       — Я не скажу, что мне никогда не было больно из-за этого. Но я понимаю как тебе сейчас тяжело, и мне становится горько, когда ты вредишь себе, и не только морально. Тебе попросту необходима помощь и ты её заслуживаешь. Позволь мне хоть иногда быть рядом, позволь успокоить тебя. — Лиза горячо обняла смущённую Джинн, и она прижалась к груди в ответ.       — Это не будет бременем для тебя? — подняла голову Джинн, вдохнувши сладковатый запах духов, чем-то напоминающий лилию Калла. К слову, и то и другое имели одинаковый успокоительный эффект.       — Нет-нет, милашка! Я буду только рада, если ты начнёшь спать нормально, а не пару часов в несколько суток, — с налётом грусти усмехнулась Лиза, — И вот ещё — пожалуйста, разговаривай со мной почаще, если можешь и тебе это нравится.       — Я... чувствую себя легче после этого. Хотя и было очень сложно, но спасибо за всё. Я тебя люблю, — тянется и нежно целует скулу Джинн, и тут же её аккуратно приподнимают вместе с собой.       — Тебе нужен отдых. Пойдем домой? — на удивление, это предложение Лизы не было встречено протестом о незаконченной работе. К сожалению, Джинн понимала, что вот-вот потеряет последние силы, которые едва пробудил кофе пару часов назад. Лиза, присмотревшись к смыкающимся векам что-то недовольно бурчала про глупую упрямость, закидывая чужую руку на своё худое плечо, дабы облегчить дальнейший путь. Благодарно улыбаясь, Джинн прижалась к своей спасительнице, стараясь не упасть.       Но она всё равно знала, что её никогда не отпустили бы.