nemusíš se doslova klanět

      Найтмер был настолько же ошеломлённым, насколько Кросс был разъярённым.       Он знал, что этот разговор не пройдет гладко, но видеть, как Найтмер откровенно игнорирует проблему? Инстинкты Кросса кричали: так не поступает хороший лидер, так нельзя заботиться о своих подчинённых. Он не стал ничего говорить, потому что, что бы ни делал Кошмар, он был выше Кросса по статусу, и его уважение так просто не подорвать.       – Он не ребёнок, – сказал Найт, пожимая плечами. Он почти не отрывал глаз от нового документа по Феллсвапу, таймлайн #71, но, несомненно, он чувствовал эмоции Кросса, как бы они ни были различны. – Я не могу запретить ему делать всё, что он хочет, вне миссии.       Крест внезапно захотел иметь волосы, чтобы вырвать их. Он хотел вогнать своё оружие в стол, только чтобы Кошмар обратил на него внимание. Он хотел накричать на него, потому что мог! В этом был весь смысл; он был их грёбаным лидером, он мог приказать им делать всё, что захочет!       Но Икс не сделал ничего подобного. Он был обученным стражником, ему не подобало терять самообладание.       – Нет, можете, босс, – сказал он так спокойно, как только мог. – Он полезнее живым, не так ли?       – Не верю, что ты думаешь, будто я позволю ему умереть, – категорично ответил тёмный скелет. Его ручка скользила по бумаге с тихим звуком, монотонным и раздражающим.       Монохромному пришлось сделать пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.       – Я говорю не о вас, босс. Я говорю, что однажды он зайдёт слишком далеко, и всё, что от него останется – это чёртова куча скелетов с таким же именем.       Наконец, Ночной поднял голову, отложив ручку. Его взгляд был тяжёлым, он изогнул свои надбровные дуги.       – Ещё раз, Кросс. С чего ты взял, что я позволю ему умереть?       – Такими темпами, это будет уже не в вашей власти.       – Всё в этом замке в моей власти. Почему бы тебе не спросить его самого, знает ли он, что делает?       Крест должен был удивиться, что у них будут посетители, но, честно говоря, он не очень удивился. Он повернул череп и увидел, как Даст входит в кабинет, когда дверь открылась. Он выглядел более спокойным, и Кросс подавил в себе множество мыслей о том, как именно он достиг такого результата.       – Вы звали? – спросил Пыль, на его лице появилась лёгкая ухмылка, которая всегда была с ноткой ехидства.       – Даст, как ты справляешься со своим LV?       Пыльный разразился смехом, его плечи тряслись, пока он засовывал руки в карманы и смотрел на Кросса. Что-то было в его зрачках, но он не мог определить, что именно.       – Как всегда.       Кросс бросил на него Взгляд. С большой буквы В.       – У тебя сломаны шейные позвонки. Я слышал, как ты плакал двумя крыльями ниже.       Даст пожал плечами и перевёл ухмылку на Кошмара.       – Вкусно, не так ли? – спросил он с таким видом, будто уже знал ответ.              Найтмер одарил их обоих редкой усмешкой.       – Безусловно.       Ухмылка шизофреника стала шире. Он выглядел почти... Гордым? Икс потрясённо молчал, наблюдая, как тот поправляет шарф и бормочет что-то непонятное. Он знал, что Хранитель питается негативными эмоциями – чёрт, Кросс и сам сейчас, наверное, был для него шикарной закуской – но чтобы Пыль специально делал себя несчастным, чтобы накормить его, когда для этого существует целая мультивселенная? Он не видел в этом смысла.       – Даст, – произнёс он, молча гордясь тем, что его голос не дрогнул. Он был уверен, что уже переступил полдюжины границ в разговоре с Найтом. Он не знал, какую свободу действий позволяет ему статус заместителя командира группы, но что такое ещё один проступок, когда у него их уже так много? В его голове промелькнула бесконечная белизна, насколько хватало глаз, но он загнал эту картинку подальше, на задворки сознания, где ей и место. – Встретимся на тренировочной площадке.       Пыльный наклонил череп, а затем снова усмехнулся.       – Что? Собираешься показать мне, как хорошо ты владеешь ножами? Я могу позвать и Киллера, пусть это будет небольшая обучающая тусовка.       Кросс с трудом удержал свои руки неподвижными.       – Один, Даст. Босс, разрешите уйти?       Кошмар посмотрел на него с интересом, в комнате раздалась мягкая насмешка.       – Вперёд.       Получив разрешение, Кросс вышел из кабинета и пошёл по коридорам. Эта прогулка дала ему время успокоиться. Он был в шоке от самого себя. Если бы Андайн была здесь, она бы уже поставила его на место за то, что он вышел из себя и переступил черту. Хуже того, он представил, как Гастер сделал бы то же самое, бросив на него разочарованный взгляд, словно Кросс совершил нечто настолько недостойное его ожиданий, что не стоил и слова. Он тряхнул головой, чтобы прогнать эти мысли. Ни того, ни другого здесь не было, и теперь он был за главного.       И он будет выполнять свои обязанности.       Как и ожидалось, когда он прибыл на территорию, Даст уже был там. Это был лишь кусок леса, окружавшего замок, выровненный, чтобы не было укрытия для честных сражений. Прежде чем Пыльный успел что-то сказать, Кросс скрестил руки на груди.       – Призови десять бластеров.       Ухмылка Даста сменилась хмурым выражением лица, его замешательство было почти осязаемым. Кросс постучал ногой.       – Не заставляй меня ждать, Даст.       Повинуясь, десять бластеров возникли позади Даста, потрескивая заряженной магией и покачиваясь в парящем состоянии, такие непохожие на своего хозяина.       – Хорошо. Давай по пять с каждой стороны, напротив друг друга.       Бластеры разделились и расположились между ними, в то время как скелеты стояли лицом друг к другу. Икс не упустил из виду, что Пыль слегка выпрямился, когда его похвалили. Это имело смысл, учитывая обстоятельства, и это намного облегчило бы дело. Кросс придал своему выражению лица нейтральный вид и постарался сохранить его таким.       – Огонь.       По команде все бластеры выстрелили, их лучи встретились на полпути. Ударная волна от взрывов сотрясла землю и вызвала сильный воздушный поток, от которого одежда Кросса дико развевалась. Он проигнорировал его.       – Удерживай выстрелы, – приказал он, с трудом разглядев лицо Даста за фиолетовой магией. Его зрачки светились тем же светом.       Крест размышлял о чертах ДУШИ напарника. Он знал, что такое решительность, даже очень, но было интересно, что вместо терпения Даста она заменила его врождённую справедливость. Лично Кросс думал, что всё было наоборот, потому что никогда не видел, чтобы этот монстр проявлял хоть каплю терпения.       Даже сейчас оно иссякло, его лицо исказилось в оскале, направленном на один из бластеров. Или, может быть, за его спину, трудно было сказать. Все бластеры были равны по силе, и их бой закончится только тогда, когда они выдохнутся. А вместе с ними и Пыль.       – Направь в них больше энергии, – приказал ему Кросс, и сдвиг стал заметен; ему пришлось упереться пятками в землю, чтобы удержаться на месте.       На черепе Даста выступили мелкие бисеринки пота, блестящие в сиянии магии. Пожалуй, это было самое ясное лицо Даста, которое он когда-либо видел, и то, что оно проступало сквозь слой фиолетового цвета, говорило о многом. Тёмные круги под глазницами были настолько заметны, что Икс сомневался, спал ли тот вообще за последние несколько дней.       Но он не мог не поражаться. Он мысленно отсчитал уже четыре минуты, а бластеры всё ещё не ослабли. Он никогда не пробовал держать даже один с долгим выстрелом, но знал, что не справится и с половиной этого времени, а тем более с десятью одновременно.       Четыре с половиной.       – Продолжай в том же духе, – сказал Кросс, его голос был едва слышен за визгом магии. Все внутри, вероятно, могли их слышать, но Кросс чувствовал, что если кто-то и придёт, то только для того, чтобы посмотреть, а не мешать.       Пять минут.       Шесть минут.       Даст чуть изменил позу, пот катился по скулам.       Шесть с половиной.       Семь минут.       Бластеры слегка опустились, сияние выстрелов потускнело. Кросс покачал головой.       – Продолжай. Больше энергии.       Пыльный оскалил зубы, его гримаса не выражала ничего определённого.       Восемь минут.       Девять минут.       На девяти минутах и восемнадцати секундах колени Даста подкосились, и он упал на землю, бластеры исчезли в потоке фиолетовых осколков.       Кросс подошёл к нему, когда тот, задыхаясь, едва держался на руках и коленях. Он опустился на корточки и подождал, пока Даст восстановит дыхание.       – Ты держал десять бластеров в течение девяти минут и восемнадцати секунд. Это похвально. Хорошая работа.       Даст задрал голову, чтобы посмотреть на него, застыв между замешательством и той искрой, которую он почувствовал, когда босс похвалил его.       – Как ты себя чувствуешь?       Пыль насмешливо хмыкнул, перекатился на спину и растянулся прямо на земле. Он застонал, прикрывая глазницы.       – Дерьмово.       – А в магическом плане?       – ...дерьмово, – повторил он.       Зубы Кросса обнажились.       – Хорошо. С этого момента, если Найтмер не скажет тебе обратное, ты будешь приходить ко мне, когда твоя магия будет накапливаться. Понял?       Наступила пауза, и Крест засомневался, Даст отключился или просто не обратил на него внимания. Но он приоткрыл глазницу, чтобы посмотреть на него. Попытка его обычной ухмылки была в лучшем случае смехотворной, но Кросс решил не говорить ему об этом.       – Это значит, что ты меня трахнешь?       Монохромный обдумывал свой ответ. Чем дольше они смотрели друг на друга, тем больше он видел, как нервничает партнёр: плечи ссутулились, подошвы вмялись в грязь. Складка между его надбровными дугами стала глубже.       – Если ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, это будет на моих условиях, – сказал он наконец.       Даст ответил язвительным смешком, одна из его рук дёрнулась.       – Кросси. Я, блять, не могу двигаться. Ты можешь делать со мной всё, что захочешь.              – Я знаю.              Крест подвинулся, сел рядом с Дастом и притянул его к себе. Пыльный был податлив и позволил взять себя в руки, словно куклу. Кросс усадил его к себе на колени, спиной к груди, и спустил его шорты.       Даст издал высокий звук, откинув голову назад на плечо Икса, когда тот провёл фалангой пальца по облаку сиреневой магии, собравшейся в его тазовом отверстии.       – Я установлю пару правил,– сказал он так близко к ушному отверстию Даста, что почувствовал дрожь, охватившую его. – Ты скажешь мне, как только тебе будет больно. Мне всё равно, нравится тебе это или нет, ты скажешь мне, когда почувствуешь хоть малейшую боль. Если не скажешь, я отнесу тебя в твою комнату и уйду.       Пыль простонал, его бёдра начали выгибаться навстречу прикосновениям Кросса, но он специально сдерживался.       – Даст, ты понял?       – Агх... Да, – пробормотал Пыль.       Крест задумчиво хмыкнул, а затем решил проверить всё на практике, откинув в сторону алый шарф и капюшон, чтобы наклониться к шее Пыльного. Он впился зубами в кость, и Даст порывисто выдохнул, напрягшись.       – Больно, – сказал он, хотя в его голосе было слышно удовольствие.       Удовлетворённый, Кросс отпустил кость и слизал несколько капель магии, выступивших на поверхности.       – Хорошо. Видишь, каким хорошим ты можешь быть, когда захочешь. Но как только ты промолчишь в нужный момент, я уйду. Имей это в виду.       – Ладно, – пробурчал Даст. Облако магии становилось всё горячее и горячее, и когда Кросс отдёрнул руку, орган появился на положенном месте, немного тусклее, чем в тот день.       – И скажи мне, когда захочешь остановиться. Условия те же.       – Ладно, – повторил Пыль, теперь слегка дрожа.       У монохромного было неприятное чувство, что тот скажет «ладно» практически на всё, что он скажет. Вместо того, чтобы продолжать эту мысль, он просто обхватил член рукой, проводя фалангами пальцев по его длине медленными, длинными движениями. Он был влажным, кончик сильно сочился, и это делало скольжение плавным и лёгким.       Кросс не сбавлял темпа, время от времени проводя ладонью по головке и размазывая предсемя. Рот Даста безвольно раскрылся, вздохи и придушенные стоны вырывались из него непрерывным потоком. Кросс обнаружил, что тому нравится, когда он проводит пальцем прямо под головкой, и ещё больше, когда он прижимает его к маленькой щёлке, вытягивая всё больше и больше скользкой жидкости.       – Ч-что ты делаешь? – выдавил из себя Даст, выгибаясь от нежных прикосновений. Его движения были вялыми, в нём явно читалась усталость, но Кросс только хмыкнул.       – Дрочу тебе, а на что это похоже?       Пыльный зарычал, хотя это больше походило на скулёж.       – Почему?       Кросс повернул запястье во время следующего движения вниз и вытянул из того прекрасный стон. Маленькое тело дрожало в его руках, приходилось даже придерживать второй рукой Даста за бедро, чтобы он не упал.       – Что значит "почему"? Ты ведь хотел, чтобы тебя трахнули, так?       Руки шизофреника никак не могли найти себе место: он хватался то за рукава Кросса, то за свою толстовку, пальцы путались в ткани.       – Я... Я думал... Ах... Думал, что ты просто сразу отымеешь меня...       Он отчаянно пытался двигать бёдрами, но Крест сохранял лёгкие прикосновения и неторопливый темп.       – А разве я делаю что-то другое? В прошлый раз ты не запинался.       Даст снова попытался зарычать на него, но вместо этого издал стон. Он попытался вывернуться из хватки, в которой его держал Кросс, но безуспешно.       – Блять... Быстрее...       – Нет смысла торопиться, – бесстрастно сказал Кросс. Он снова повернул запястье, и Даст издал резкий звук, повернув череп, чтобы спрятать лицо в капюшоне Икса. – Ты хочешь остановиться?       Пыль тряхнул головой так сильно, что почти ударил Кросса по подбородку.       – Нет-нет! Не останавливайся, чёрт возьми.       Кросс скользнул другой рукой от бедра Пыльный к его лону, пальцы провели по влажным складочкам. Он был весь мокрый и сжимался на воздухе. Но монохромный не надавливал, а просто продолжал скользить вверх-вниз по щели, нежно проводя по пухлым губкам.       – Сукаблять... – выругался Даст, одновременно пытаясь съёжиться и выгнуться от двойственных ощущений, но не преуспел ни в том, ни в другом. – Кросс... Сука...       Стражник дразнил его отверстие маленькими круговыми движениями, не погружая внутрь даже кончики фаланг, а другой рукой проводил по головке члена.       – Я же сказал тебе предупреждать, если будет больно, – укорил Кросс, надавливая одним пальцем на щель Пыльного. Его руки были покрыты пурпурной скользкой жидкостью, издающей скользящие звуки при движении.       – Мне... Не больно... – тяжело дышал Даст. Крест не был уверен, на самом ли деле его слова звучали растерянно, или ему это только показалось.       Он проводил по члену длинными движениями, немного ослабляя хватку, когда доходил до основания. Плечи Пыли затряслись, а его задыхание всё больше напоминало всхлипы.       – Можешь кончить, Даст, – сказал ему Кросс, успокаивая плачущего скелета поцелуем в шею, поверх неглубокого укуса, который он оставил ранее. – Ты слушал меня и хорошо справился. Ты заслужил награду.       Позвоночкик Даста выгнулся дугой, тело судорожно задёргалось. Кросс даже не чувствовал себя виноватым в том, что использовал нечестную тактику, только надрачивая Дасту, когда тот покрыл его руку и землю фиолетовыми брызгами. Его магия потрескивала под языком Икса, в его рту был привкус статического электричества.       Даст скулил, хватаясь за руку Кросса, когда это стало для него слишком. Монохромный взял её, учитывая, что Пыль, похоже, в данный момент был не в состоянии говорить, и отстранился. Меньший скелет прижался к нему, дёргаясь и тяжело дыша. Его грудная клетка поднималась и опускалась так быстро, что Кросс почти забеспокоился.       – Ч-что ты со мной сделал? – спросил Даст, его голос хрипел, словно он кричал весь день. Он не мог заставить свои конечности слушаться, они просто беспомощно тряслись.       – Только не говори, что тебе никогда раньше не дрочили, – усмехнулся Крест. Он натянул шорты Пыльного, когда его эктотело исчезло, хотя для этого пришлось немного поманеврировать.       – Это... Это была не дрочка! – закричал тот. Слёзы всё ещё текли по его черепу ручьями, и он вцепился в рукава Кросса с силой, достаточной, чтобы повредить суставы между костяшек пальцев. – Какого хрена...? Какого хрена ты со мной сделал?       – С тобой всё будет в порядке, – заверил Кросс, просунув руку под колени Даста и приподняв его. – Только без магии. Давай уложим тебя в кровать.       У Пыли расширились глазницы, когда он посмотрел на Кросса, держась за него изо всех сил. Хотя он не протестовал, не издавал ни единого писка, его страх был ощутимым.       – Спать, – добавил он, поморщившись. Для того, кто хвастался, что его используют, когда он без сознания, эта идея сейчас, похоже, его не привлекала. Может, монохромному стоит присмотреть за ним, пока он спит? Просто на всякий случай.       Даст дрожал на нём, очевидно, всё ещё не оправившись от оргазма. Или, может быть, это из-за энергии, которую он выплеснул за один раз. Кросс не был уверен. А может, это вообще было неважно.       – Я отнесу тебя в твою комнату, – сказал он. Пыльный ничего не ответил, казалось, он даже не слышал его, пока Кросс телепортировал их обратно в замок.       Он не ожидал, что Кошмар окажется в комнате Даста, сидя на краю кровати и с отвращением глядя на разбросанную одежду. Его лазурный морской взгляд метнулся к ним, вроде даже светясь в темноте.       – Если не считать паники, сейчас он самый довольный из всех, кого я когда-либо видел, – сказал Кошмар, хотя, вероятно, он имел в виду слово «чувствовал». Хватка Кросса на Пыли мгновенно ослабла, прежде чем он положил его на кровать, укутав в смятое одеяло.              Он уже был в отключке, даже если его пальцы продолжали подёргиваться. Кросс повернулся лицом к Кошмару, изо всех сил стараясь не показаться неучтивым, даже когда стоял на своём.       – Это помогло ему.       – Я в этом не сомневаюсь.       – Вы не злитесь?              – Нет, – просто ответил Кошмар. Его выражение лица было нечитаемым, и Кроссу показалось несправедливым, что Кошмар точно знает, что чувствует он сам. – Ты правильно поступил. И я... Рад. Это сработало лучше, чем всё, о чем он когда-либо просил. Как ты узнал, что это сработает?       Кросс сглотнул от внезапной сухости во рту.       – Андерфелл, таймлайн #327, – сказал он. – От Санса.       Кошмар хмыкнул, будто о чём-то задумался. Кросс словно заледенел, когда тёмный скелет оглядел его с ног до головы, как будто мог видеть до самой его сути, и разглядывал его, не отрывая зрачка.       В конце концов, он встал.       – Хорошая работа. Я знал, что принял правильное решение, когда привёл тебя сюда.       Вспышка облегчения взорвалась в душе Креста. Ему не должно было быть так приятно от признания Кошмара, но, тем не менее, это было так.       – Продолжай в том же духе, Кросс, – сказал он ему, и второй кивнул, не в силах отвести взгляд, когда Найт оставил его в комнате с Дастом, закрыв дверь щупальцем.       Всё прошло гораздо лучше, чем он предполагал, но ему ещё предстояло поговорить с Киллером и Хоррором о... Ну, о Дасте.       Впрочем, это может и подождать. А пока он поклялся проследить за тем, чтобы скелету удалось выспаться.