Когда звезды явно не сошлись...

      Чувствую, как утрачиваю себя. Особенно, когда говорю отцу, что справлюсь сам с тем, что он хотел поручить кому-то из своих слуг. Теперь большая часть пыток предателей и пленников переходит в мои обязанности. Пригодились знания, хотя учил только на всякий случай. Смертей после свидания со мной стало больше. Точнее… Я тайком, в облике информатора, умудряюсь впихивать в обреченных на «свидание» со мной в пыточной особый травяной отвар, после которого те выглядят и ощущаются на все проверки как трупы. Иногда это варево, иногда печати, а порой и просто игла в определенной точке. После этого я, в облике второго господина Вэнь, с хищной самодовольной усмешкой приказываю выкинуть тела недалеко от линии фронта. Или же где-то в лесу. Где их и подбирают то я, то союзники. И приводя в чувство, возвращают в строй или же в тыл. Хотя меня и подозревали в том, что я специально убиваю тех, кого допрашиваю, то после косвенных улик визита незнакомца в карцер... В общем, ко мне на свидание доставили стражу в полном составе. В общем, гибель заклинателей продолжалась, а отец бесился.       Но увы, несмотря на все мои усилия, есть и те кого никто —ни я, ни Вэнь Цин (что осталась шпионить за моим отцом) не могли спасти. Эти смерти тяжёлым грузом ложились на мою душу и сердце. Порой хочется сбежать, устроить саботаж, особенно когда вижу глаза «обреченных», что с тоской и отчаянием смотрят на товарищей, которые стали их товарищами по несчастью. И это мне необходимо пережить. Вся война сейчас для меня слилась в один калейдоскоп крови, боли и равнодушия к своей жизни и судьбе.       Но нет худа без добра. Часть Вэней (боковую ветвь и тех из главной, которые ещё нормальные люди) удалось эвакуировать. Остальные заклинатели из других орденов знали, кто им помогает. Они видели как, порой сбиваясь с ног, подопечные Вэнь Цин выхаживают раненых, как вытаскивают почти из Диюя пострадавших и им за это были благодарны. Пока что. Но я все же надеюсь, что смогу выжить и со стороны посмотреть на то, какие события будут происходить после войны. Хотя, не думаю, что будет так, как было в дунхуа и новелле. Хотя бы потому, что я кое-что изменил и что-то поменялось практически без моего участия. И эти изменения... На мой скромный взгляд, были положительными.       Самое, пожалуй, большое из изменений было связано с самым коварным персонажем. Мэн Яо. Который был приглашенным учеником в Гусу Лань. Павлин… Простите, Цзинь Цзысюань был рад увидеть брата. Увидел он его в обход отца, с моей помощью (в облике информатора), так что, Мэн Яо с лестницы не спускали. За новости о Второй госпоже Мо и брата Яо тот позволил мне пролезть в его свиту, пока собирались в лагере, после объявления войны. Кстати, мать Мэн Яо, госпожу Мэн и ее подруг мы тоже выкупили. Госпожа Цзинь не слишком радушно их приняла, но многого и не требовалось. По уговору, женщины помогали сбежавшей ветви Вэнь: детей и подростков мы вывели из-под удара, как и стариков, но кто им поможет? Вторая госпожа Мо решила помогать госпоже Цзинь. Так что все были при деле и довольны.       А! Я забыл сказать, зачем влез еще и под личиной к кампании Аннигиляции Солнца. Так все просто: я свел Мэн Яо с Вэй Ином и Цзян Ченом. Усянь решил устроить дружеский спарринг. Каюсь, моя идея. Как и моих рук дело, что в кратчайшие сроки вокруг сражающихся Вэй Ина и Мэн Яо собрались адепты. Видевшие, что их секретарь, оказывается, не слабак, адепты ордена Не перестали сплетничать и с презрением и снисходительностью смотреть на него. Забавно получилось, когда один не знающий о спарринге адепт из небольшого ордена решил наехать на Мэн Яо. В присутствии одного из адептов Не. Крайне глупый поступок. Ему так личико разукрасили, что я не поверил, что это один и тот же человек, если бы процесс не видел.       Вэй Ин ступил на кривую дорожку. Его быстро нашли (но да, не так быстро, как хотелось бы) и вывели с горы, но он уже стал тёмным. Но в этой жизни... Семья встала на его сторону. Цзян Чен и, как ни странно, Юй Цзыюань коршунами бросались на тех, кто мог сказать плохое про члена их семьи. Да, женщина не умеет показывать свою заботу и внимание, но парни, после нескольких писем, смогли увидеть сквозь маску отчуждения ее эмоции. Та же, в свою очередь, после некоторых полунамеков смогла присмотреться к окружению и ситуациям. Да и на действия свои посмотреть со стороны. Кажется, что все у этой семьи стало более-менее налаживаться. И я бесконечно этому рад! Но Боже упаси снова мне попасть под суровый взор этой женщины!       А еще… Я видел очень забавное и милое на линии фронта. Точнее, в лагере, где выхаживали раненых. Несгибаемая и суровая в вопросах лечения Вэнь Цин сумела сбежать на время с документами в госпиталь и в приказном порядке загоняла грозного и отпирающегося главу Не на исцеление. После этого она не раз появлялась в лагере после моих диверсий и можно было видеть восхищенный взгляд всегда хмурого Не Минцзюэ, направленный на девушку. Я молчал, не желая сглазить. Кажется, что возможно, только возможно... У части Вэней будет хорошая поддержка. Да простит меня за такие мысли глава Не!       Лишь такие моменты давали держаться дальше, когда мои руки оказывались по локоть в крови. Когда я искажал донесения и сбивал график поставок. Выбивал сведения. И просто убивал.       При завершении одной из передач сведений, случилось то, чего я боялся. Главы начали давить на меня:       —Ты все так же не хочешь раскрывать свою личность? — хмуро проговорил Не Минцзюэ.       Я устало улыбнулся, сидя недалеко от лагеря и с лисьим прищуром смотря на собравшихся.       —Нет. — лаконичный ответ.       —Но почему?! Мы должны знать, кого адепты не должны при атаках задеть! — вспылила Юй Цзыюань, которая была на совете.       —Этого не нужно. Я — Вэньский пес. — с небольшой долей сарказма произнес в ответ.       —Ну-ка прекращай! — сверкнул глазами глава Не, а я удивился этому.       Надо же... Он смирился с моим существованием, что ли?       —Хм! Я в любом случае уже труп. И хватит об этом. — устало прикрыл глаза, отводя взгляд в даль.       —Мы не закончили с этим вопросом! — пригрозил Глава Не. Многие молча согласились с ним.       —Даже и не надеялся. — печально вздохнул я.       А спустя несколько дней… Случилось то, чего я боялся и ждал одновременно. На закате рядом с надзорным пунктом, который Вэнь Чао тайно посетил, начала плакать и кричать дидзы. Вэй Ин. Слышать это вживую было… Жутко. Но несмотря ни на что, мое решение было твердым — не хотел, чтобы кто-нибудь знал, что я — информатор. Да, Главы поняли бы меня, но не желал и не желаю, чтобы другие рисковали жизнями спасая того, кто предал свою семью. Да и... Сбежать, спрятаться и жить тихо и мирно не выйдет, если хоть кто-нибудь из них прознает про то, что я жив и кем являюсь. Не хочу представлять этот ужас!       Хорошо, что я был в темнице в момент нападения Вэй Усяня. Быстро осмотревшись, никого из стражников не заметил. Печати для отпугивания нечисти легли на двери. Ведь неизвестно, какой приказ у мертвых, а от гостей никто сбежать не сможет. После нехитрой процедуры у меня не осталось ни одного талисмана. Хотя… Всех порядочных заклинателей отсюда уже отослал. Быстро поднимаюсь и иду в главный зал. Думаю, что там меня уже ждут долгожданные гости.