Когда звезды явно не сошлись...

      Цзян Чен с удивлением смотрел на небольшой, но толстый дневник. Было странно то, что этот довольно осторожный заклинатель отдал такую ценную вещь ему. К тому же пролистав дневник, можно было многое узнать о том, что происходило в ордене Вэнь. И невольно почувствовать холодок, который пробежал по спине.       —Больные люди... — только и пробормотал он, прочитав несколько записей о главной ветви Вэней.        Усевшись поудобнее и взяв в руки кисточку немного замер, пытаясь сформулировать мысль. А после резким, но аккуратным почерком он вывел следующее:

Запись 135.

Друга без изъяна не бывает; если будешь искать изъян — останешься без друга.

      Этот информатор был странным. И подозрительным. Однажды мой брат высказал одну идею, которая на мой взгляд тогда была крайне далека от истины. Вэй Усянь, бледный после горы Луаньцзан, заявил, что порой информатор напоминает ему одного человека, с которым он общался не так долго. А именно — Вэнь Чао. Я тогда отвесил ему подзатыльник. Однако, после следующей нашей встречи, я начал приглядываться к нему. Он был странным. Практически в одиночку противостоять своему ордену — сложно и глупо. Однако, тот ни в какую не хотел получать помощь от нас. Или, как я сейчас понимаю, он не хотел чтобы его раскрыли.       Этот человек меня бесил. Он постоянно критиковал меня и мои действия. Ядовито, с сарказмом. Порой мы с ним сражались не только словесно не на жизнь, а насмерть. Иногда от большой усталости мы крайне сильно друг друга старались задеть. Я наблюдал за ним. Но как бы не задевали друг друга, я был уверен в одном — этот парень в случае необходимости прикроет мою спину так же надежно, как и мой шисюн, Вэй Усянь.       Однажды его, бледного до синевы информатора, я нашел в одной пещере. Даже платок не скрывал его плачевного вида. Глубокая рана на боку, истощение и большая кровопотеря. У меня не очень часто тряслись руки. Но в тот момент я понял, что эта дрожь сейчас мне мешает остановить кровь. С большим трудом взяв себя в руки, начал оказывать помощь этому странному и глупо-самоотверженному заклинателю. А после... Что-то изменилось. Мы все так же цапались. Язвили и ругались. Только злобы не было. Но теперь я ловил себя на мысли, что отношусь к нему, как к еще одному Вэй Усяню. Такому же отчаянному и непоседливому человеку.       —Куда?! — рычу в очередной раз, отбрасывая нападающего. — Держись рядом, а то затопчут, не заметив!       —Ха?! — возмутился информатор, убив своего противника. — На что это вы намекаете, Наследник Цзян?!       —Да я уже прямо говорю: сгинь с дороги! — заорал на него, почти пинком отправляя в сторону, а в место, где информатор стоял до этого, вонзилось около дюжины стрел.       —Нет, я искренне не понимаю, что ж вы ко мне цепляетесь?! — возмутился информатор и отбил меч, что летел мне в спину.       Короткая стычка закончилась нашей победой. Несмотря на то, сколько прошло времени с начала войны, я все так же болезненно относился к потерям. И смотря на пятнадцать заклинателей, что мы потеряли, я сжал зубы. Вэй Усянь был на другом участке фронта, и я как никогда ощущал то, что мне его не хватает. Все уже ушли вперед, оставив меня со своими мыслями. Все, кроме него.       —Когда мы все составляли план этой стычки, твой отец и мать знали, что вернуться из боя не все. И потому я пошел с вами, чтобы увеличить шанс на победу. Пошел не потому, что ты умелый боец и Наследник Цзян. Я увидел пока еще молодого и неопытного, но будущего Главу Ордена, который узнал, что такое ответственность. – он пристально посмотрел на меня и вдруг рявкнул: – А теперь подбери сопли, будущий Глава! Потерял пятнадцать человек и опустил руки? Что на меня злобно смотришь?! О, знаю! Ты придумал, что всесильный и всемогущий Наследник ордена Юньмэн Цзян, способный победить в войне без потерь? Кончай мучиться угрызениями совести, оставь их для неопытных заклинателей, которые сейчас только становятся взрослыми! Иначе я на тренировочном поединке так хорошо тебя цзебянем отхожу, чтобы впредь не мог возомнить себя небожителем! Приди в себя и займись наконец делом!       В тот момент, когда я смотрел ему в глаза и слыша эту тираду, мог смутно уловить горечь и боль в его словах. Наверное после этого случая я спросил матушку не только о том, как помочь Вэй Усяню не потерять себя, но и как оказать помощь еще одному, упертому Вэню...