Номер серийного преступника

NC-17
В процессе
83
Спящий укроп соавтор
Размер:
планируется Макси, написано 84 страницы, 35 614 слов, 12 частей
Описание:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
83 Нравится 40 Отзывы 14 В сборник

Предатель должен умереть

Настройки
Примечания:
      — Скучно... — Тихо ворчал Америка, сидя за столом и наблюдая за тем, как Канада в этот момент с наслаждением разделывал мясо и одновременно недовольно поглядывал на брата, чтобы тот не посмел выкинуть что-нибудь насчёт работы. Внимание обоих привлек уведомление на телефоне. — О, Швеция что-то скинул.       Подняв голубые глаза на брата, Штаты показал на экране картинку какого-то мема. — Я пойду в гостинную, тут скучно.       И не успел возмутиться канадец, как от брата и след простыл. Прошёл только один день после того допроса, а США никак не мог потратить свои выходные на отдых, а не на работу, о которой кленовый слышит чаще, чем в рабочие дни. Трудоголики – вот кого Канада не любит всей душой, а брат был одним из них, что только больше злило младшего. Вот как бороться с тем человеком, который не может просто сесть и отдохнуть? Выпить чай, пойти погулять? Почему он всегда сидит за своим ноутбуком и разбирает тонны бумаг?       — Как бы я хотел научить его просто уметь отдыхать, без этой работы. А то выматывает себя полностью, а я сиди и переживай за него. Когда-нибудь запру его в четырёх стенах, без возможности связаться с кем-то. Тогда и посмотрим, кто будет прав. — Немного раздражённо выдохнул канадец, вонзив нож в разделочную доску, и, вымыв руки, направился в комнату, где Америка уже сидел с битой в руках, читая документы на ноутбуке. — И что это такое? Ты готовишься отбиваться? Если бы ты смотрел просто мемы, то тебе бы не пришлось держаться так за биту. Признавайся лучше, что там тебе швед скинул, иначе будешь связанный на стуле сидеть и смотреть просто в стену.       Видеть напуганный взгляд и руку, которая быстро закрыла ноутбук, было довольно забавной вещью, которую канадец наблюдал из раза в раз. Словно отец застал сына за просмотром порнографии.       — Не подходи ко мне. Я правда просто листал мемы! — Восклицает недовольно США, пряча за собой ноутбук и беря биту обеими руками. — Я буду отбиваться от вредных врачей!       Канада закатил зелёные глаза и отобрал биту, смотря в голубые бесстыжие очи, которые искали за что зацепиться во всей комнате. Бежать было некуда. Над ним буквально сейчас нависают без стеснения и с уверенностью наблюдают за действиями.       — Тогда отдай мне ноутбук и мы вместе их посмотрим.       — Кан, ты вроде готовил. Я не хочу тебя отвлекать, поэтому лучше продолжи готовить. А потом я тебе покажу самые смешные. Как тебе такой уговор? — И не успел Америка опомниться, как был прижат к дивану, пока Канада смотрел документы, которые были открыты на ноутбуке. — Ну не могу я! Мне наконец отдали это дело с серийным преступником, не могу я оставить сейчас как всё есть! Нужно найти этого преступника. Он стал убивать чаще.       — Он не ускоряет свой график убийств. Я считаю дни, когда мы находим новые трупы по этому делу и знаю, что сегодня ночью должен был умереть ещё один человек... Но знаешь, я удивлён, что в этот раз это мужчина. — Задумчиво протянул патологоанатом и выключил компьютер, забрав его с собой на кухню.       — Ка-а-а-ан! — Младший повернулся, смотря в чужие глаза с ожиданием продолжения. — Отдай мне его, пожалуйста...       На просьбу старший получил полное молчание и игнорирование, отчего стало только грустнее. — Ну Канада!       — Не канадкай, я тебе его не отдам. Смирись и отдыхай.       — Но мне скучно, бра-а-а-а-ати-и-и-ик. — Протянул американец с тихим смешком и сполз с кровати, строя из себя самую страдальческую жертву, которую только мог выдавить. Он не актёр, но часто Канада не мог сдержаться от этой игры.       — Я попрошу, чтобы тебе выдали оскар, Аме, но не думай, что сможешь надавить мне на жалость. — Младший убрал на холодильник ноутбук и, вернувшись к разделки мяса, что лежало у него на разделочной доске. — Я ведь не так часто тебя о чем-то прошу, Америка. Просто расслабься. Я не хочу, чтобы ты вновь истощал себя в физическом плане из-за этой работы. Я хочу, чтобы ты умел и отдыхать, и находить прекрасное в вещах, и мог расслабиться. Вот найдёшь примерную жену, которая будет тебе давать отдых и время на работу, только тогда ты, возможно, поймёшь, что другим людям нужно твоё внимание и тепло, а не твоё уставшее, даже скорее заебавшееся лицо после работы. Они будут хотеть твоей любви, заботы. А ты им что дашь? «Вот смотрите, я устал, но я буду ещё работать. Я пришёл домой только потому что вы этого хотели, а теперь оставьте меня в покое.»       Кленовый не на порядок разошелся в собственных словах, продолжая разделывать мясо и скидывая его на горячую сковороду.       — Я не хочу, чтобы мне потом звонили с твоей работы со словами: «Ваш брат упал в обморок из-за переутомления, просим его забрать с работы.» Так дела не делаются. — Парень повернул голову в сторону двери, смотря на то, как Америка сидит на полу и слушает его, грустно кивая.       — Ты прав, Кан... Но я ничего не могу с этим поделать. Мне нужно работать. Мне нужно захватить этого преступника с поличным. У меня работа такая. Если смотря на тебя, я представляю вместо мяса какой-нибудь труп, который привезли с очередного места преступления, то свои руки я вижу, как те, что сковывают преступника наручниками. Понимаешь? — Он положил голову на колени, заглядывая прямо в зелёные глаза.       — Я понимаю, но и ты должен знать границы.       — И вообще, — Американец оживился и поднялся со своего места, садясь за стол. — С чего ты решил, что я буду в браке? Может я вообще останусь холостяком? Буду жить для себя, любить себя, и буду жить всё время с тобой. А?       — А я не намерен быть одиноким, Аме. Я уже в поиске той самой, которая заставит меня расслабиться и которая не будет видеть в курице труп. Если хочешь попробовать человечины, ты только скажи, я с работы возьму для тебя охлажденный кусочек ножки. — Клён рассмеялся, посмотрев на брата, который в него кинул кухонное полотенце.

***

      Рассматривая побитую посуду, девушка с бордовым оттенком волос направилась на кухню, где по ощущениям что-то готовилось. Среди всего бардака, она смотрела на брата, который так внимательно смотрел на рульку, которую стоило бы просто отправить в духовку.       — Ты позвал меня на ужин, чтобы показать то, что всё основное готово и нужно только правильно приготовить в духовке? — Девушка положила руки на груди и оперлась на дверной косяк.       Вокруг было множество стеклянных осколков. Дверцы шкафов из черного дерева были раскрыты настежь, показывая всю свою пустоту и мрак. Пол был покрыт различным разбитым мусором, что мог легко впиться в ноги и поранить, но хозяина квартиры, это, похоже, волновало меньше всего. Он стоял, опрокинув голову с белоснежными прядями над рулькой. Лица видно не было, но видно было как с его рук стекает кровь, и как она глухо ударялась об пол, создавая под собой лужи.       — У тебя снова был приступ? Почему ты не сказал прямо? — Она прекрасно понимала, что проявлять к нему заботу — не лучшее решение, хотя внутри неё бурлили эмоции, и она бы сейчас больше всего хотела его обнять, никуда не отпуская, и убаюкать собственным голосом.       Когда она проявила в последний раз эмоции по отношению к брату, тот окончательно взбесился и отправился в другую страну, заставив девушку передавать его преступления другим, а после и вовсе убрать эту услугу, потому что многие, кто брался за это, не могли долго продержаться. Самым опытным и уверенным был конкретно этот человек, но, к сожалению, он был её родственником и страдал от собственного непонимания. Он всегда страдал от этого. От мыслей, от самого себя. И от понимания, что он что-то забыл или не убрал вовремя улики на месте преступления. Но он словно в рубашке родился, которая не позволяла заметить другим мелкие ошибки.       Даже тот след на месте преступления и капли крови. Им повезло, что не получилось по этим уликам вообще никого найти. Если бы это получилось обработать и использовать в поиске преступника, то Шцыры пришлось бы очень плохо.       — Ватсон... Тебе стоит больше отдыхать. Ты пытаешься нагнать те заказы, которые никому уже не нужны. — Она спокойно смотрела на то, как парень зажег духовку в газовой плите, а после убрал туда рульку.       Через мгновение он закрыл духовку и посмотрел на сестру, одарив её самой яркой, детской улыбкой, и махнул рукой. Он умел отвлекать внимание других своим поведением, но обмануть девушку не так просто. Шцыры вздыхает и отправляется в соседнюю комнату. — Стой на месте, я принесу тебе тапки.       — Хорошо, сестрица. — Только и проговорил он, наблюдая за всем беспорядком вокруг. — Надеюсь, что ничего не попало в ужин... Иначе влетит мне не только за этот бардак.       Надев тапочки, парень направился за метлой, дабы убрать весь беспорядок, который он и создал во время очередного приступа истерики. Для Ватсона это не в новинку, но на вещах вокруг это сказывается очень сильно, ибо потом нужно закупать новые вещи, дабы вернуть всё на место.       — А с чего ты решил, что я буду тебя ругать? — Спросила девушка, смотря на свой маникюр, а после направив взгляд в округлившиеся красные глаза брата, который был в лёгком шоке. — Это твой дом. Твои вещи. Я не в праве тебя за них ругать, тебе же всё это покупать и ремонтировать. Я просто уже устала каждый раз этим заниматься.       Она сложила на руки подбородок, не отводя взгляда от выпрямившегося парня.       — Лучше постарайся создать себе алиби. Я не намерена разгребать это дело и прикрывать тебя. Ты уже не маленький. Пора взяться за голову. О новых заказах ты будешь узнавать от Шерлока, я больше с тобой не свяжусь. Запомни, я для тебя отныне никто. Это всё, что я сегодня хотела тебе сказать. Пора вставать на ноги, Ватсон... — Она сверкнула красными глазами на брата, а после поднялась со своего места и направилась на выход. Последнее, что услышал парень, это звон ключей, которые оставили в коридоре и захлопнувшуюся дверь. Предел. Она уже не будет злиться на него.       Свобода... Ненужная и пустая свобода... Теперь он полностью остался один. То, чего он боялся больше всего на свете – произошло. Именно в такой важный момент про него решили забыть. Отказаться. Оставить.       — А ведь ты обещала, что никогда меня не оставишь... Все люди такие одинаковые... Все хотите уничтожить то, что сами создавали красивыми и нужными словами в чужих головах. Как же я ненавижу эту жизнь. — Только прошептал парень и взял осколки стекла в ладонь, сжимая в кулак и чувствуя, как кожа разрезается под этим давлением, заставляя горячую кровь стекать по рукам. — Как бы я хотел уничтожить всех, неверных людей...       Подняв телефон, беловолосый набрал номер, который находится среди избранных.       — Алло? Рихи?       — Да, Ватсон? Что-то случилось? У тебя голос какой-то кинутый. Что успело произойти за это время?— Пронеслось с той стороны. Парень закрыл глаза, сжимая в руке осколки, да стиснул зубы.       — Запиши, пожалуйста, на меня заказ на Шцыры. — Только и смог произнести Ватсон, когда на той стороне трубки замешкались, но, похоже, осознание пришло.       — Стоп... Ватсон... Всё хорошо? Ты уверен? Это какой-то очередной прикол с твоей стороны, верно?... Прекращай с такими приколами, я ведь могу перестать воспринимать их как шутки. Тебе стоит сходить на...       — Сука, впиши её. — Ударив по столешнице, прокричал парень, наблюдая как кровь полилась сильнее. — И позвони Шерлоку, пусть приедет ко мне. Шцыры – предатель и изменщик группировки. Пришло время отказаться от неё. Ты не замечал, как она стала верна своей работе в полиции? Если она останется в живых, то всей нашей конторе конец. Ты понимаешь все риски? Она опасна. Для всех нас.       — Хорошо, я тебя понял, Ватсон... Шерлок уже едет. Дотяни до его приезда, пожалуйста.       — Постараюсь... Но не обещаю. Но даже если я умру, помни от кого надо избавиться в первую очередь.       — Помню, но ты живи, иначе мне придётся замять то дело с лилиями.       — Все риски принимаются. Заказов не так много. Откажите в конце-концов... Не думай об этом сейчас. Ограничь ей доступ ко всем нашим данным. Это заставит её задуматься. Но уже слишком поздно задумываться о дороге обратно.       — Принято.

***

      — Кан... — Америка сидел на кухне, поедая курицу, но ему словно кусок в горло не лез. — У меня плохое предчувствие... Вдруг что-то произойдёт? А если наш план не сработает? Вдруг, нас разоблачат? Что тогда?       Канада посмотрел зелёными глазами на брата, поедая мягкую картошку со свёклой и раздумывая над словами США.       — Ты думаешь, что этот план не сработает? Ты хочешь сказать, что такое возможно? Тебе стоит задуматься о том, что сейчас важнее всего, а это твоё здоровье и состояние. Прекращай думать и спокойно ешь, пожалуйста. — В голосе канадца можно было свободно услышать нотки страха, но сам он не мог что-то сказать по этому поводу, просто накармливая себя надеждой и верой в лучшее из этого плана, который может помочь им поймать преступника.       — Но как я могу есть, если вы со Швецией и Эстонией придумали такой план? Естественно мне страшно. Как всё пройдёт? Что произойдёт? Как я могу верить в твои слова, если всё же кто-то пострадает? Или ещё хуже – погибнет?       — Аме. — Голос брата стал резко твёрдым и серьёзным, вилка была оставлена на тарелке, а сам парень встал со своего места. — Сейчас забудь об этом. Важно чтобы ты был в нормальном состоянии. Расслабься. Сейчас ты должен отдыхать. Чем больше ты об этом думаешь, тем больше у меня в голове возникает самых ужасных сцен.       — Я стараюсь... Стараюсь.       — Я понимаю, что это не так просто, но нужно отвлечься от этого. Может посмотрим фильм? Думаю, это может помочь тебе расслабиться и немного отдохнуть. Пойдём.       Они быстро убрали всю еду и направились в просторную гостиную, где был прекрасный диван, который они разложили, принесли подушки и одеяло. На ноутбуке был включен фильм, а Америка улёгся на плечо Канады, смотря фильм и попивая крепкий чай из кружки с котиками, которая, по секрету, была подарена братом. Эту кружку никому не удавалось держать в руках, даже Канаде, после того, как Америка узнал о таком подарке.

***

      — Довольно необычный фильм. — Зевая, протянул Канада, ибо начались титры, но ответа не получил, что заставило заметить то, как брат его спит крепким сном. Вымотался и очень сильно расслабился.       Аккуратно взяв старшего на руки, Канада отнёс его в постель. — Очень сильно ты похудел на одном чае и кофе, братец. Стоит мне быть повнимательнее к тому, чтобы ты ел лучше.

***

      — Уверен, что это необходимо? — Смотря на темные окна дома, спросил мужчина, наблюдая за тем, как в руке его абонента лежит металлическое клеймо с изображением лилии. — Мы ведь можем её просто забрать с собой.       — Изменники должны быть наказаны... — Красные глаза с ненавистью устремились в окна второго этажа. — Мы не можем просто взять и оставить её. Нужно ей преподать самый важный урок в её жизни.       Парень усмехнулся, растягивая улыбку на губах, и размял плечи, направляясь к зданию. — Никто не является исключением. Этот мир должен знать о самых ужасных грехах этих людей.       — Да... Ты в этом прав. Итак, начинаем?       — Я буду один, как и обычно, а ты сиди и жди моего сигнала, понял?       — Понял, принял. Иди. Только будь осторожен. Всё же, это не простой дом... Никогда не знаешь, что придумают копы для защиты собственного дома. Удачи. Жду сигнала. — Грустно проговорил второй и убрал волосы назад, наблюдая за спокойной походкой красноглазого сообщника, или же босса, который делает всё самостоятельно.

***

      «Когда-то мне сказал отец, что жизнь – жестокая реальность. Невозможно найти мир, где не было бы ужаса. Невозможно оказаться в мире, где все желают друг другу только добра и заботы. Я хочу опровергнуть эти слова, поэтому для этого мне придётся начать с самого себя. Надо показать, что я могу показать себя с самой лучшей стороны. Несмотря на все собственные проблемы, я буду нести этот флаг вперед. Буду нести и вести под ним самых лучших людей, которым нужен такой же прекрасный мир, о котором я говорил отцу. Я не желаю смотреть на то, как умирают внутри самые прекрасные люди, которые достойны только любви и заботы. Тот, кто портит чужие сердца, обязан поплатиться за это жизнью. Я никогда не предавал, я всегда любил и отдавал себя полностью в свою любовь. Я должен доказать это и отцу. Должен показать, что эта жизнь будет полна только самого необыкновенного и правильного, а как только мир станет таким...

...Я покончу с собой, ведь я убивал людей ради этой красоты...»

Примечания:
83 Нравится 40 Отзывы 14 В сборник
Отзывы (12)