Наступая на ошибки прошлого

      Яркий солнечный луч скользнул в комнату сквозь неплотно зашторенное окно и упал Эмили на лицо. Недовольно поморщившись, девушка потянулась и открыла глаза, уставившись в потолок. В первые мгновения в голове было пусто, а на душе спокойно, но потом память стала постепенно возвращаться к ней. Разговор с Реттом, ее ладонь в его теплой руке, кольцо на пальце, горячее прикосновение губ, бабочки, танцующие в душе, острая головная боль, взволнованное лицо Батлера и расплывающиеся очертания мира. Эмили резко села на постели. Телевизор, светильники, кондиционер, плотные шторы от потолка до пола, закрывающие панорамное окно. Это была ее комната. Эмили подскочила, и «Унесенные ветром» с глухим стуком упали на пол. Сердце колотилось в груди. Нет. Нет. Нет! Она схватила книгу и принялась читать строчку за строчкой, но ничего не происходило. Эмили все так же сидела на огромной кровати в ворохе белых одеял в любимой пижаме с «Бэмби». Сказка оказалась сном. Она провела ладонью по лицу, стирая слезы, и вздрогнула, ощутив прикосновение прохладного металла. Переведя взгляд на руку, увидела кольцо. То самое. Из белого золота. Со сверкающим бриллиантом. — Как это возможно, твою мать? — всхлипнула Эмили, дрожащим пальцем погладив камень. Волшебный мир растворился и исчез, оставив только крошечное напоминание ценой в целое состояние. Телефон звякнул. Прошло три дня со встречи с Томом, и накопилось семьдесят пропущенных звонков. Эмили отшвырнула телефон в сторону.

***

      Эмили остановилась перед зеркалом. Прошла уже неделя. Она никуда не выходила, ни с кем не говорила. Ей хотелось быть одной, в теплом уютном коконе одеяла и с кофе. Она бы начала курить, но сигарет не было, а от одной мысли, что нужно будет пойти в магазин, выворачивало. Поэтому она сидела и смотрела на огромный шумный Нью-Йорк, на бесконечный поток машин и людей-муравьев. Так она собиралась просидеть до старости или голодной смерти, но Блейк Андрес, как обычно, нарушил ее планы. — Глядите-ка! Решила взять все-таки трубку? — послышался низкий ворчливый голос. Эмили с трудом переборола желание швырнуть телефон в стену. — Чего тебе надо? — Мне чего надо?! Ты, дорогая, совсем обнаглела. Я жду тебя сегодня в Доме. У тебя три часа. — Я не поеду, — Эмили повернула голову и прислонилась лбом к прохладному окну. — А я тебя не спрашиваю. Пока работаешь на меня, будь добра делать это качественно и ответственно. До показа коллекции три месяца, а я не увидел ни одного эскиза. Или ты думаешь, мы все за день подготовим? Может тебе вообще уже не нужна компания?! Ты только скажи, я найду другого претендента, который с радостью возглавит Дом, если ты так занята, — он бросил трубку. — Черт! Коллекция! — Эмили вскочила, бросившись к шкафу. У нее не было не только эскизов, но и идей, а придумать что-то нужно было срочно.       Собравшись, она остановилась у зеркала, взглянув на себя настоящую. Твидовая юбка почти до колена и такой же укороченный пиджак. Комплект лавандового цвета был подобран специально, чтобы подчеркнуть фиалковые глаза. На мягкие пухлые губы нанесла немного розового блеска, темные длинные волосы уложила и оставила легкими волнами ниспадать на плечи. Машинально проведя кончиком пальца по кольцу, Эмили вышла из квартиры.       Водитель уже ждал внизу. Он работал на семью Андрес уже три года и справлялся неплохо. Эмили вежливо улыбнулась ему, когда он открыл перед ней дверь. — Мисс Андрес, давно не видел Вас. Как поживаете? Эмили скрипнула зубами. Никак она не поживает. Ни коллекции, ни Ретта, ни здравого ума. — Все прекрасно, спасибо. Автомобиль тронулся с места, влившись в общий поток. Гудение, музыка, голоса — все смешивалось в адскую какофонию и набатом било по ушам. Эмили прислонилась лбом к стеклу и прикрыла глаза.       Машина резко дернулась, и Эмили проснулась. Дом не изменился. Все тот же огромный особняк из светлого камня с массивными колоннами и треугольной высокой крышей. Эмили поднялась на широкое крыльцо, выложенное бежевой плиткой и оглянулась. Длинная подъездная дорога, фонтан в виде прыгающего дельфина, кусты роз и старые раскидистые деревья. С другой стороны дома располагались конюшни, сад, оранжерея, поле для гольфа и беседка, в которой Блейк Андрес любил проводить летние вечера. Дом был огромным, словно маленький город. И чем-то сейчас напомнил Тару, которая, конечно, была скромнее.       Эмили вошла в прохладный светлый холл, быстро поднялась по широкой лестнице на второй этаж. У перил стояла Лидия — новая жена Блейка. Ее светлые волосы были собраны в высокий хвост, синие глаза смотрели дружелюбно, как и всегда, а юбка-карандаш подчеркивала длину стройных ног. Она была одной из успешных моделей и познакомилась с Андресом на показе. Сначала он переманил ее в свой Модный Дом, потом надел кольцо на палец. Лидия раздражала Эмили с первого дня. Она была слишком милой, слишком доброй, слишком… Она была повсюду. Ее дух, энергия, запах… За считанные дни она пропитала дом собой. Лидия носила Блейку свежевыжатые соки и рыбу с рисом, чтобы он не ел жирную пищу, вредную для организма, ходила с ним в кино и в театр, заняла каждый уголок его жизни. И лезла к Эмили, словно курица-наседка. — Привет, дорогая! — улыбнулась Лидия, и Эмили чуть вздрогнула. На секунду ей показалось, что с ней говорит Мелани. — Ты выглядишь грустной, все хорошо? — Да, в порядке, — ответила Эмили задумчиво. Скарлетт недолюбливала Мелани за то, что та «отобрала» ее Эшли. Но им с Лидией некого было делить… Блейк всякий раз прощал все своей жене, но Эмили приходилось из кожи вон лезть, чтобы завоевать каплю его уважения. — Какой бред! — мысленно фыркнула Эмили. — Я пойду, дедушка ждет меня, — сказала она Лидии, но в голосе не прозвучало обычного раздражения. Лидия мягко улыбнулась и кивнула. — Я не какой-то ревнивый ребенок! Просто Лидия… слишком Лидия! — твердо сказала себе Эмили, не совсем веря в это. Впрочем, об этом подумать можно и завтра. Дернув плечом и поправив упавшую на лоб прядку, она постучала в дубовую дверь. Вошла, не дожидаясь ответа. Блейк поднял голову, сведя брови на переносице. Ему было почти семьдесят, но сохранился он хорошо. Не без помощи пластических хирургов, парикмахеров и стилистов, разумеется. Волосы были все такими же густыми, как на фотографиях сорокалетней давности, и черными, как смоль. Серые глаза оставались ясными, а взгляд — пронзительным. Крючковатый нос и тонкие губы добавляли ему сходства с коршуном. Блейк отложил бумагу и встал, оперевшись на трость с позолоченным набалдашником в виде скалящегося волка — символом Дома. — Вот и ты. Эскизы? — Дай мне время, я сделаю. — И сколько же времени нужно? Месяц? Год? Десять лет? — едко поинтересовался Блэйк. — Две недели, они у меня как раз есть. Блейк двинулся к выходу из кабинета, и Эмили последовала за ним. Они молча шли по светлому коридору, пока Андрес не повернулся, наконец, к внучке. — Я тебя не просто так позвал. Вечером у нас деловой ужин. Мне нужно, чтобы этот человек стал нашим партнером, это важно для компании. — Поедем в ресторан? Что за человек? — Эмили скрестила руки на груди, внимательно глядя на Блейка. — Здесь. Я как глава Дома, ты как наследница, и он в качестве потенциального партнера. Он занимается тканью, весьма неплохой. Доставляет ее из Восточных стран по приемлемым ценам. — Серьезно?! Если он не производит или не привозит мантии-невидимки, то не понимаю, в чем его ценность. У нас полно поставщиков! — Его семья владеет контрольным пакетом акций в «Dream Corporation», если заключим контракт, то наш бренд будет в их фильмах. Звезды будут носить нашу одежду и наши аксессуары. Дом выйдет на новый уровень, и акции взлетят. Теперь ты понимаешь? Эмили улыбнулась, склонив голову.       Эмили остановила свой выбор на брючном костюме и лакированных черных туфлях на высоком каблуке. Глубокий вырез на блузке открывал шею и часть груди, а пиджак и строгие брюки делали образ серьезным. Волосы Эмили собрала в конский хвост, подчеркнула глаза широкими стрелками и нанесла на губы вишневую помаду. В меру красиво, в меру сексуально, в меру строго. Длинные золотые серьги покачивались в ушах с тихим звоном. Эмили довольно улыбнулась и вышла из комнаты. Блейк ждал ее у лестницы. Он окинул ее внимательным взглядом и удовлетворенно кивнул. — Все зависит от тебя. Ты ему понравишься, и он подпишет контракт. Он тот еще повеса, любит красивых женщин. — Ты меня позвал, чтобы я вникала в дела или чтобы была «приманкой»? — почти оскорблено скривилась Эмили. — У тебя многофункциональная роль. К тому же, он богат, а тебе нужно выйти замуж. Дому такой жених подходит. — Что?! Ты сам ведь говорил… — Сложные времена, — насмешливо перебил ее Блэйк, и Эмили закатила глаза. — Я все вижу. Он стал спускаться по лестнице, не дожидаясь ее, и Эмили поджала губы. — Лучше бы за Лидией своей следил, старый маразматик, — проворчала она, не стараясь понизить голос. — Но ничего не слышу. — А вот и жаль, лучше бы было наоборот!       Небо уже стало окрашиваться в бархатно-синий. Жемчужно-белые звезды загорались одна за другой, а ветер гнал облака прочь. Черная Lamborghini заехала на парковку. Водительская дверь открылась, и из автомобиля вышел мужчина, одетый в дорогой костюм, идеально сидящий на статной фигуре. — Сам вел машину? Как странно, — подумала Эмили, чуть нахмурив брови. Он обернулся, и Андрес удивленно открыла рот. Незнакомец был смуглым, с блестящими черными волосами и такого же цвета усами, довольно высокий и стройный. Походка его была твердой и уверенной, не слишком быстрой, но и немедленной. Взгляд темных глаз почти небрежно скользнул по Блейку и остановился на Эмили. Нахальный, словно раздевающий. Мужчина был похож на кота. Или на пирата. И чертовски сильно напоминал другого… — Добрый вечер, мистер Андрес. Мисс. Я Терренс Релтаб, но для вас можно просто Терр. Благодарю за приглашение, — он протянул руку, улыбнувшись и обнажив ровные белые зубы, и Блэйк пожал ее. Терренс подошел к Эмили и галантно поцеловал тыльную сторону ее ладони. Его взгляд зацепился за кольцо, и Терр удивленно приподнял брови. — Готов поклясться, что у моей прабабушки было такое же. Прадед говорил, что сам его сделал и другого такого больше нет. Вероятно, он был не совсем честен. — Вероятно. А может просто похожее, — Эмили вежливо улыбнулась. На пути в столовую Блейк склонился к ней и спросил: — Откуда оно у тебя? Андрес лишь неопределенно пожала плечами.       Поначалу за столом шла непринужденная светская беседа о погоде, о вине, о популярных марках машин, о скачках, о гольфе, о цене на нефть и акции. Взгляд Терренса был прикован к Эмили, что начинало ее раздражать, но с лица ее не сходило радушно-равнодушное выражение. Наконец, разговор коснулся важной темы. Терр внимательно слушал плавную речь Блейка, расписывавшего все плюсы сотрудничества, однако в глазах его не загорелся огонек желания подписать договор. Нет, он не был впечатлен. — Кхм. Я знаю, что вы готовите осенний показ. Давайте поступим так. Если все пройдёт успешно, в чем я не сомневаюсь, то мы сразу же подпишем договор. Это просто подстраховка, думаю, вы понимаете. Кстати, могу я познакомиться с главным дизайнером? — спросил Терренс, вежливо улыбаясь. — Он сидит перед Вами, — не слишком довольно ответил Блэйк, показывая на Эмили. — Оу, в самом деле? Что ж, это несколько неожиданно, понимаете… La jeunesse n'est pas fiable et les femmes sont trop émotives. Il est important pour nous que la collection soit couronnée de succès, sinon le contrat ne sera pas rentable. Je ne fais confiance qu'à la logique et à l'esprit des hommes, — сказал он, теперь глядя только на Блэйка. — Вот же сукин сын! — зло подумала Эмили. Все знали, что Блейк долгое время жил во Франции и прекрасно говорит на французском, что означало лишь одно: Терренс перешел на французский, полагая, что она его не знает, чтобы она ничего не поняла и чувствовала себя униженной. — Честно говоря, я не вижу ни единой причины для того, чтобы перейти на другой язык, но если Вам угодно, то ладно. Vous me faites douter de votre professionnalisme. Où est votre logique masculine tant vantée si vous comptez sur des stéréotypes stupides? И знаете что? Я всегда занимаюсь разработкой коллекций, в этом мне нет равных. Если Вас что-то не устраивает, то Вы всегда можете поискать другой модный дом, который захочет заключить с Вами договор. В этой стране еще много продавцов тканей, — резко сказала Эмили и улыбнулась грубой, дерзкой улыбкой. Блэйк недовольно сверкнул глазами, но Терренс лишь рассмеялся. — Говорите на французском? — Я говорю на восьми языках и знаю еще два мертвых. Вы ведь не думали, что единственный образованный человек за этим столом? Блейк прищурил глаза, как делал всегда, когда у него появлялась какая-то идея. Он встал, оперевшись на трость. — Я оставлю вас ненадолго. Мне нужно позвонить, прошу простить меня. Когда он ушел, Терренс снова обратился к Эмили: — Вам, наверное, не раз говорили, что Вы поразительно красива? — Если хотите удивить меня, придумайте что-то пооригинальнее. — В таком случае, может поужинаем вместе как-нибудь? — Терр обольстительно улыбнулся. — Зовете меня на свидание? Слышала, от поклонниц у Вас отбоя нет. Так вот, у меня похожая ситуация, поэтому мне нужно свериться с расписанием, — Эмили сделала вид, что о чем-то старательно вспоминает. — Как жаль, все дни заняты на долгие годы вперед. Но если бы вы были моим деловым партнером, то для Вас я была бы всегда свободна. Увы. Терренс по-кошачьи бархатно рассмеялся, откидывая голову назад. — Это шантаж. — Это переговоры.

***

      Тема коллекции пришла быстро. Работа позволяла забыть о Ретте, о прошлом, о странном сне или не сне, а реальности… Эмили не знала, что это было, но сердце тоскливо сжималось от ностальгии при каждой мысли об этом чудесном времени. Осень была порой ярких листьев, последних солнечных дней и медленного увядания. Если рассматривать времена года как повторяющееся событие, то… Эмили придирчиво рассмотрела эскизы. Платья и костюмы в стиле девятнадцатого века с яркими деталями современности. В нарядах должна была быть пышность, элегантность и целомудрие, но в то же время яркость, удобство и уникальность. Эта коллекция должна была отразить цикличность моды и, в то же время, ее изменчивость. Из пятнадцати запланированных нарядов были готовы эскизы только восьми. Идей больше не было. — У тебя нет идей, а у работников сегодня выходной. В конюшнях очень грязно, наведи там порядок и придумай что-нибудь для коллекции, — отрезал Блэйк, оставшийся, впрочем, довольным готовыми эскизами.       Эмили устало выдохнула, закончив с предпоследним денником. Лошадь, стоявшая в соседнем, просунула морду через прутья и ткнулась бархатным носом в плечо Андрес. Эмили ласково погладила ее по короткой шерсти. — Хотел поговорить с главным дизайнером, но она, похоже, сменила профессию. Эмили обернулась, насмешливо посмотрев на Терренса. — Говорят, смена деятельности хорошо сказывается на работе мозга. Может, хотите присоединиться? — О нет, спасибо. Я воздержусь. — Напрасно, — едко фыркнула Эмили. — Увлекательное занятие. Так что Вы хотели? — Ничего серьезного или важного. Просто увидел ее и подумал о Вас. Он протянул ей круглую коробку, но Эмили показала грязные руки. Тогда Терренс сам откинул крышку. Внутри лежала симпатичная сиреневая шляпка. — Она отлично подчеркнет прекрасный цвет Ваших глаз, — сказал он. Видимо в лице Эмили что-то изменилось, потому что он слегка взволнованно нахмурил брови. — Все в порядке? — Да… Да. Она чудесная. Спасибо, — Андрес улыбнулась. — Рад, что угодил. Я передам ее кому-нибудь из прислуги, чтобы оставили в Вашей комнате. Не стану мешать Вашей смене деятельности, — он шутливо поклонился и ушел, Эмили же проводила его задумчивым взглядом.

***

      Эмили сидела в первом ряду вместе с Блейком, Терренсом и его братом Тоби. Модели изящно вышагивали по подиуму, фотографы безостановочно щелкали затворами камер, из-за чего помещение то и дело озарялось яркими белыми вспышками. Эмили нервно терла кольцо, внимательно глядя на лица присутствующих, стараясь поймать любое изменение реакций. Выдохнуть она смогла лишь после того, как показ подошел к концу и гости восхищенно зааплодировали, вставая. Вечер на этом не закончился, но вторая часть его была намного спокойнее и приятнее. Светские беседы, короткие интервью, золотистое шампанское, шипящее на языке. Это были одни из лучших моментов в работе. Эмили снова была окружена людьми. Снова в центре внимания. Она весело смеялась и улыбалась. Всего полчаса назад они подписали желанный договор, а значит через пару дней работа возобновится теперь уже над нарядами для фильма. — Эй, Терр, смотри-ка. Она с тебя глаз не сводит, — хмыкнул Тоби, смахивая светлые локон, упавший на лоб. Терренс скользнул равнодушным взглядом по симпатичной брюнетке в красном открытом платье. — Я бы хотел, чтобы глаз с меня не сводила другая, — ответил он. — Кто? — Тоби проследил за взглядом брата и присвистнул. — Эмили Андрес? Ты серьезно? Нет, Терр, я в тебе не сомневаюсь, но за ней очередь стоит из мужчин, моложе и богаче тебя. — Только вот я не просто какой-то мужчина. Я ее бизнес-партнер. Он подошел к ней, ловко уводя от толпы. Эмили улыбнулась и дернула край какого-то конверта, разрывая белую бумагу. — Черт! — Андрес поджала губы, глядя на капельку рубиново-красной крови, стекающей по пальцу. — Ну, нужно быть осторожнее, — цокнул Терренс, вытаскивая синий платок из нагрудного кармана. Сердце Эмили дрогнуло, когда она заметила вышитого льва, прижимающего лапой хвост жар-птицы. — Спасибо. Ты что-то хотел? — спросила она, вытаскивая из письма приглашение на свадьбу Кэтрин Харрис и Вильяма Бернатти — ее кузины и избранника из богатых «новых денег». Поразительно, что ее родители согласились на мезальянс. — Мы уже на «ты»? — Терренс весело вскинул бровь. — Тебя это смущает? Ну ладно, можем… — Нет-нет! Я очень счастлив. Кстати, мое предложение поужинать все еще в силе. Эмили хитро улыбнулась, откладывая письмо и принимая протянутую руку, и сказала: — Я подумаю об этом завтра.