На территории сердца

В гости к Багире Ума явилась без предупреждения. Отпуск Риты оказался неожиданностью, причем весьма неприятной — в нынешних обстоятельствах это уж точно было не к месту. И чтобы Рита вдруг в разгар происходящего решила отдохнуть, да еще и уехала куда-то за город, пустив все на самотек и не вмешиваясь в происходящее… Нет, что-то тут было не так.       — Ой, Умка, у меня же там в духовке пирог! — быстро спохватилась Рита, когда Уманова прямо поинтересовалась, из-за чего Багира так внезапно и спешно ушла в отпуск, ничего не объясняя. Но добиться ответа, похоже, шансов не было никаких — выпытать у Кошкиной то, что она желала бы скрыть, задача невыполнимая… Ума откинулась на спинку скамейки, щурясь на вечернее солнце. В воздухе пахло медом, травами, первыми яблоками; над пышными цветочными клумбами мерно гудели шмели; ветер лениво шевелил звонко шуршащую березовую листву. Все вокруг — и теплый вкусный воздух, и небольшой картиночно-уютный деревянный домик, и живописные заросли во дворе — все навевало приятное чувство умиротворения и спокойствия, даже тревожные мысли ненадолго отступили. Олеся утащила с большого блюда душистое яблоко, покрутила его в руке и вздохнула, вновь возвращаясь к невеселым мыслям. Исчезновение Соболева ее не слишком-то успокоило — если полковник оставил ее в покое на какое-то время, это еще ничего не значит, кто его знает, какую каверзу он замыслил… Невдалеке скрипнула калитка, послышались легкие уверенные шаги. Ума, выглянув из-за разросшихся кустов сирени, с недоумением узнала нового гостя — по гравийной дорожке к дому двигался Ионов.       — Кот! — крикнула Ума и, высунувшись, помахала рукой. Тот повел себя странно — сконфуженно улыбнулся, поспешно пряча руки за спину, и поздоровался как-то напряженно, будто его застали врасплох.       — Ты чего так напрягся? — хмыкнула Уманова, приближаясь к товарищу. — Как будто тебя на месте преступления поймали с поличным.       — Тебе показалось, — беззаботно ответил Кот, держась строго напротив Олеси. Окончательно заинтригованная этими загадочными маневрами сослуживца, Ума, ухитрившись, заглянула ему за спину, обнаружив, что Кот так старательно прячет от нее внушительный букет каких-то полевых цветов.       — Та-ак, — хитро прищурившись, протянула Уманова, расплываясь в понимающей усмешке, — ну и для кого цветочки? Что, уже зазнобу себе здесь нашел? Ну ты даешь! — и весело фыркнула, выражая свое отношение к неизменным любовным похождениям коллеги.       — Никого я не нашел, — неожиданно сердито буркнул Кот и, безжалостно раздраконив цветочную композицию напополам, сунул часть букета Умановой. — Придумала тоже…

***

Спонтанные посиделки как-то неожиданно переросли в самый настоящий военный совет. Не успели Кот с Умой устроиться за столом, как у ворот загудел автомобиль. Рита, на ходу вытирая руки полотенцем, сама вышла встречать гостей. Приехали Батя с Бизоном. Багира, не слушая слабых возражений Булатова, сразу же потащила их за стол.       — О, вкусненькое! — шумно обрадовался Тарасов, сходу утащив с тарелки здоровый кусок пирога, за что сразу же схлопотал от Багиры тем же полотенцем.       — Не кусочничай! И руки помой сначала!       — И как ты только ее терпишь? — шепотом пробурчал Бизон, проходя мимо Ионова.       — А ты, я смотрю, хозяйничаешь тут, — усмехнулся Булатов, устраиваясь на свободном месте и оглядывая тщательно накрытый стол. — Пироги вон печешь, варенье варишь… Рита невесело усмехнулась, присела на широкую скамейку рядом с Котом.       — Ну а что мне еще делать? Только и остается вот, — кивнула на ухоженный цветущий дворик, — цветы поливать да пирожки печь…       — Пирог, кстати, отменный, — вставил Бизон — искренне с одной стороны, желая подбодрить — с другой. Но Багира даже не улыбнулась.       — Пригов вернется — будет скандал, — сказала тихо. — Соболев молчать не станет… Ума, обведя взглядом мрачных офицеров, непонимающе нахмурилась.       — Ребят, я что-то пропустила? Вы о чем вообще? Остальные в замешательстве переглянулись. Причем с таким видом, как будто они знали нечто такое, во что посвящать Олесю были совсем не готовы. Ума, не дождавшись ответа, поспешно поднялась.       — Ладно, ребят, если это какая-то военная тайна, которую я не должна знать…       — Умка, сядь, — тихо попросила Рита. — Я тебе потом все объясню. Что-то такое прозвучало в голосе Багиры, что Уманова подчинилась.       — Я завтра лечу в Зеленогорск, где Соболев одно время служил, попробую узнать побольше о нашем… блюстителе нравов, — процедил Булатов, со стуком отставив чашку.       — Бать, я с тобой! — вскинулся Кот.       — Отставить, — отрубил Батя. — Тебе мало того, что уже есть? И вообще, твое дело сейчас курсантов натаскивать, так что лучше на неприятности не нарываться. Багира, тебя тоже касается, — предвосхитил возражения, видя, что Рита собирается что-то сказать.       — Есть, — недовольно отозвался Кот и украдкой ободряюще сжал руку Риты.       — А нам что делать? — поинтересовался Бизон, наливая себе еще чаю. Судя по невозмутимому виду Тарасова, странные недомолвки для него загадкой не были тоже. Булатов устало поморщился.       — Главное — не лезьте, — заявил строго. — Если Соболев что-то заподозрит, мало никому не покажется. Так что я уж сам. Вы и так уже, — бросил косой взгляд на Кота и Багиру, — наворотили дел…