Надежда на взаимопонимание. Взаимная тяга.

Чувство огромного груза на сердце не давало мне насытиться воздухом. Казалось, что я задыхаюсь, мне не хватало кислорода. Моё уставшее тело лежало на полу и не хотело больше двигаться. Что же мне делать? Что же мне делать? Прикрыв глаза, я искала спасение где-то в глубине своей разорванной души. Чувство ненужности. Я лежала на полу и смеялась. Мой смех разразился по всей комнате, по всему разведкорпусу, по всему миру! Ох, я не могла остановиться, мне хотелось умереть. Упасть куда-то вниз. Пожалуйста, похороните меня за плинтусом! Своими дрожащими руками схватилась за локоны волос, пытаясь вырвать их. Я ненавидела себя и свое существование! Какая я жалкая! Ненужная! Никчемная женщина, которая ничего не добилась! Захлебываясь в своих слезах и смотря в потолок, мне хотелось исчезнуть. Неужели он так поступил со мной? Как же Ривай после всех слов о любви, мог бросить меня, как ненужную вещь. Оставить здесь и уйти. В голову лезут воспоминания о тех днях, когда я чувствовала себя любимой. Возможно ли такое, что я все придумала себе? А если «нас» и не существовало никогда? Истерический смех поглощал мой внутренний мир. Он не останавливался. Но лежать вечность здесь я не могла. Прекрасно понимая, что капитан вышел специально, давая мне несколько минут на то, чтобы выйти из этого кабинета и больше не возвращаться. Пару минут и я встаю. Кружится голова. Иду. Куда? Зачем? Иду и подхожу к двери. Я слышу как стучит моё сердце, надеюсь на то, что оно не выдержит и разорвется. Зачем я вернулась? Ведь никто меня и не ждал. Открываю дверь. Передо мной стоит капитан. Увидев его лицо, я будто бы вновь рухнула вниз, заныло сердце. Ком в горле кричал об обиде. Хотелось кричать, истерить, крушить все, что видели мои глаза на этот момент. Но я всего лишь стояла. Стояла и смотрела на человека, который разрушил все мои мечты за пару минут. Наверное, хуже, чем сейчас, я никогда не выглядела. Вся рубашка промокла от слез, взъерошенные волосы, дрожащие руки и ноги. Ривай смотрел мне в глаза и ничего не говорил. Мы молчали. Его круги под глазами уже не казались такими привлекательными. Поджавшие губы выглядели совсем чужими. Щетина, которая отросла больше приличного, смотрелась неопрятно. Всегда отглаженная рубашка была мятой и казалась такой же грязной, как и ее хозяин. Ривай приоткрыл губы, захотев что-то сказать, но не найдя нужных слов, умолкнул. Нечего сказать? Шаг и он стоит рядом. Чувствую его прерывистое дыхание. Мне нечего ему сказать. Я слишком устала. Смотрю в глаза человека, которого любила всей душой, и все же не могу найти ничего родного. Пустые серые стеклянные глаза наблюдают за моими движениями. Рука, которая находилась на ручке двери, медленно направляется ко мне. Что он хочет сделать? Я прикрыла свои заплаканные глаза, пытаясь мысленно находиться не в этом моменте и не в этом месте. — Стейл. Стейл? Стейл. Где-то в комнате тихим голосом послышался голос капитана. Сердце замерло. Надежда на что-то лучшее, чем есть сейчас, не хотела покидать мою дурную голову. На что я надеюсь, господи? Я стою перед человеком, который бросил меня. И надеюсь на что-то? Разозлившись на себя, я с явной брезгливостью задеваю его плечом и выхожу из комнаты. Дойдя до своей комнаты, открываю дверь и сразу же бросаюсь на кровать. Милый пёсель увидел меня и мило запищал. Единственное, что может улучшить хоть немного моё настроение — этот маленький ребеночек, ищущий мою поддержку. Я не заметила как вырубилась лёжа на кровати, даже не переодевшись. Переутомление взяло вверх над моим моральным состоянием. Открываю глаза и понимаю, что уже раннее утро. А ведь я обещала Ханджи зайти к ней, чтобы помочь. Мда уж. Еще не посмотрев в зеркало, почувствовала по состоянию, что вся опухшая. Последние недели я чувствовала себя нехорошо, то из-за погоды часто стала болеть голова, то излишние переживания. Как только я встала с кровати, закружилась голова, напоминая мне о вчерашней ночи. Меня резко затошнило так, что я еле добежала до туалета. Что-то мне совсем нехорошо. Как только я закончила приводить себя в более менее божеский вид, сразу же поплелась к Ханджи в кабинет. Передо мной стояла дверь, в которую я постучала через пару секунд. Не услышав ответа, попробовала войти без приглашения, но дверь была заперта. Странно, обычно Ханджи не закрывает дверь. Кто-то окликнул меня сзади. — Стейли Краун, добрый день, вас ждет в палате Эрвин Смит, попросил зайти, как проснётесь, — дрожащим голос сказал парень невысокого роста. — Добрый. Да, пошлите. Мы шли в молчании, у меня не было настроя вести высокоинтеллектуальные беседы. Спустишь на первый этаж, шли по длинному коридору, где обычно лежали капитаны или майоры, которые находились на больничном. Интересно, что Смит хочет от меня? Как я знаю, он находится в тяжелом состоянии.