Проект «Ганнибал»

      — Уилл, я не думаю, что он вообще способен на социализацию.       — Мы не узнаем, если не попробуем.       — Он опасен и совершенно неуправляем.       — Ганнибал не какое-нибудь животное.       — Но и до человека ему далеко.       — Вы создали его таким и теперь наказываете?!       — Уилл, он за последние пару месяцев убил троих человек. Троих!       — Да потому что они обращались с ним, как с каким-то.. диким зверем!       — Окей, согласен. Может, они и были немного грубоваты, но… Что ты вообще предлагаешь?       — Просто дай мне поработать с ним в спокойной домашней обстановке. Всего неделю, Джек! Я уверен, что смогу достучаться до него.       — Ладно, чёрт с тобой. Даю двое суток. Но только под твою ответственность! Если не получится наладить с ним контакт, придётся его утилизировать.       — Знаю. Спасибо…       Солнце медленно уходило за горизонт, погружая всё вокруг в оранжевое марево. Мимо пробегали голые деревья и невысокие домики, всё реже встречающиеся на пути к Вулф Трап. Уилл вёл машину, изредка поглядывая на Ганнибала, сидящего рядом. Тот флегматично рассматривал осенний пейзаж за окном, будто каждый день наблюдал его и совершенно не был впечатлён.       Ганнибал молчал. Долгое время с ним возились учёные разных категорий и радовались невероятным результатам своего подопечного в интеллектуальном и физическом развитии. Однако обучить его человеческой речи так и не удалось. Ганнибал являлся сверхсекретной разработкой подведомства АИЛ, но Уилл не мог заставить себя смотреть на него, как на бесчувственную машину для убийств. Универсальный солдат. Без прошлого и будущего. Без сожалений и собственной воли. Идеальное пушечное мясо. Таким его хотели сделать? Уилл же видел лишь уставшего от бесконечных экспериментов мужчину тридцати лет, хотя на самом деле ему было не больше года.       Вспомнилась их первая встреча в лаборатории. Ганнибала держали в просторной комнате со стеклянными стенами. Никакого уединения. Едва Уилл переступил порог, как дверь бесшумно закрылась за ним. Ганнибал даже ухом не повёл — усердно рисовал что-то простым карандашом на листе бумаги. Уилл подошёл к столу и взглянул на рисунок.       — Собор святого Петра? Очень красиво, — реакции не последовало, но Уилл почувствовал, что его внимательно слушают. — Говорят, там можно услышать бога.       Ганнибал наконец-то поднял голову и посмотрел на Уилла снизу вверх любопытным взглядом. Его глубокие карие глаза отливали янтарём. Грациозным движением он встряхнул лист и протянул Уиллу.       — О, это мне? Спасибо!       Детализация рисунка поражала. Хоть Ганнибал ни разу и не выходил за пределы лаборатории, но быстро учился и запоминал всё с компьютерной точностью. Судя по тому времени, что Уилл провёл с ним, Ганнибалу нравилась эпоха Возрождения: её музыка, искусство, архитектура и прочее. А ещё Уилл. Только с ним Ганнибал вёл себя спокойно, позволял в его присутствии проводить умственные, психологические и физические тесты, которые так не любил. Алану, штатного психолога, он ещё как-то терпел, а вот остальную братию учёных во главе с Джеком Кроуфордом люто ненавидел. Уилл не мог винить Ганнибала, ведь те постоянно тыкали в него иголками, мучали изнуряющими тренировками, да и в целом относились исключительно как к объекту эксперимента, лишённому человеческой души. Но что есть душа? Вопрос философский.       Подъехав к дому, Уилл быстро вышел из машины. Собирался открыть дверь перед Ганнибалом, но тот сумел самостоятельно разобраться в механизме. Покинув салон автомобиля, он с невозмутимым видом осматривался по сторонам. Даже в форменном комбинезоне умудрялся выглядеть уверенно и достойно, словно в жилах его текла голубая кровь. Возможно, так и было — мало ли какой материал использовали генные инженеры для построения ДНК.       — Да, я люблю уединение, — сказал Уилл, проследив за его взглядом к простирающемуся вокруг дома лесу. Открыв входную дверь, он выпустил собак на лужайку, и те с лаем-визгом принялись обнюхивать ошарашенного гостя. — Ганнибал, знакомься, это — стая. Стая, это — Ганнибал. Не бойтесь, он не укусит.       Ганнибал на удивление легко справился со своим первым негласным заданием. Он повторял за Уиллом: присел на корточки, дал собакам обнюхать себя и погладил каждую по голове. Бастер лизнул Ганнибала в щёку, и он впервые улыбнулся. В сердце что-то дрогнуло при виде данной картины. Так по-человечески!       — Добро пожаловать домой, — проговорил Уилл, пуская его на порог.       Ганнибал внимательно осмотрел каждую комнату. Потрогал и понюхал всё, что можно и нельзя. Особый интерес вызвали рыболовные приманки с крючками. Ганнибал даже проверил остроту одного из них, за что сразу был наказан — на подушечке большого пальца выступила капелька крови. Он нахмурился и возмущённо поднёс палец к лицу Уилла.       — Ах, да. Такое бывает. Извини, забыл предупредить, — улыбнулся он. Взяв Ганнибала за руку, он слизнул кровь и продемонстрировал чистый палец. — Вот смотри — больше ничего нет! Так лучше?       Ганнибал вскинул бесцветные брови и уставился на него с приоткрытым ртом. Ранка больше не кровоточила.       — Ну что, давай для начала переоденем тебя в нормальную одежду, а потом приготовим что-нибудь поесть.       Хоть Ганнибал и был немного крупнее, но одежда Уилла пришлась ему впору. Боже, храни оверсайз! В чёрной футболке Ramones и растянутых трениках он выглядел так по-домашнему уютно, что Уилл не смог сдержать довольную усмешку.       — Слушай, а тебе идёт!       По хмурому виду Ганнибала стало ясно, что вкусы в одежде у них не совпадают.       Накормив собак, они вместе принялись готовить рыбу в духовке и овощной гарнир. Было страшно давать нож в руки Ганнибала, но он выглядел так умиротворённо, нарезая овощи на идеально ровные кусочки, что вскоре Уилл расслабился и совсем перестал нервничать.       — Слушай, да у тебя талант! — восхитился он, разглядывая нарезанный лук. — Даже обидно, что у тебя получается лучше, чем у меня.       Ганнибал поднял на него слезящиеся глаза и самодовольно улыбнулся. Неужели он всё понял? Конечно, Уилл знал, что учёные наворотили что-то с его мозгом, но никто не мог сказать с уверенностью, понимает ли Ганнибал человеческую речь. Это как с кошками — никогда до конца не ясно, они намеренно игнорируют тебя или просто не слышат. Потому-то Уилл и любил собак — с ними просто, и ты всегда знаешь, чего они хотят.       Вкусно поужинав, они долго бродили по лесу, заодно выгуливая шумную стаю, и непринуждённо беседовали. Вернее, Уилл вёл монолог, а Ганнибал оставался тем же преданным молчаливым слушателем. Так много и охотно Уилл ещё ни с кем не разговаривал. Возможно, потому что люди только и ждут своей очереди заговорить. А возможно, потому что с Ганнибалом ему было на редкость спокойно, и казалось, что он понимает гораздо больше, чем показывает.       Ночь была удивительно светлой. Полная луна освещала всё вокруг серебристым светом. Уилл не считал свою жизнь увлекательной, но Ганнибал с таким интересом слушал его, что слова лились сами собой.       — Мама ушла, когда мне было пять. Я плохо помню её, — поделился он. Они стояли у реки и наблюдали за её размеренным течением, пока собаки носились по берегу и плескались в воде. — Нам с отцом и вдвоём было неплохо. Он учил меня рыбачить и мастерить приманки, а позже я стал помогать ему с лодочными моторами. В школу не ходил, учился на дому. Терпеть не мог всех этих вышколенных надменных учителей, что приходили к нам каждый божий день! Больше всего меня раздражал мистер Роджерс. Его взгляд… Будто пробирался в мозг и пытался найти что-то неправильное. Так я пришёл к выводу, что ненавижу психологов, — Ганнибал удивлённо приподнял брови. — Да, он оказался психологом! Я понял это, как только мистер Роджерс начал задавать странные вопросы. Позже отец признался, что сам вызвал его. Видите ли, я казался ему немного странным. Выяснилось, что у меня повышенная децентрация, и я склонен к эмпатическому расстройству. Так что я тебя понимаю, Ганнибал. Понимаю, почему ты убил тех людей. Они для тебя не более чем просто свиньи.       Ганнибал повернулся к Уиллу, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное, глубинное. То, что нельзя было описать словами, но отчего сердце на секунду ухнуло вниз и забилось чаще. Уилл заставил себя отвести глаза и посмотрел на небо.       — Знаешь, кровь кажется чёрной в свете луны. По крайней мере, в моих снах.       Замолкнув, Уилл с опозданием подумал, что говорить такое тому, кого он учит быть человеком, неправильно, но и вещать лекцию на тему «убивать — плохо» не собирался. Ведь Ганнибала создали как раз, чтобы уничтожать врагов. Нужно было вернуться к изначальному плану — завоевать его доверие и социализировать, сделать управляемым, готовым к исполнению команд. По сути это мало чем отличалось от дрессировки, а Уилл был опытным военным кинологом. Раньше он служил лейтенантом в Корпусе морской пехоты США, но ослушался приказа командира и был уволен. Джек Кроуфорд был старым другом отца и предложил ему должность кинолога в ВС. Каково же было удивление Уилла, когда месяц назад его отправили к Джеку внештатным консультантом по особо секретному проекту. Этим проектом и оказался Ганнибал.       Джек устроил ему экскурсию по своему Научно-исследовательскому центру и рассказал об экспериментах в области генной инженерии. Они планировали создать армию универсальных солдат с повышенными способностями: больше силы, больше выносливости, ускоренная реакция и быстрая обучаемость. Согласно плану солдаты должны быть хладнокровными и стрессоустойчивыми воинами, способными выполнять сложные задания. Однако вылезли побочные эффекты — жестокость и неуправляемость. Ганнибал был первым детищем Джека. В искусственных условиях его смогли вырастить до взрослой особи всего за три с лишним года. Это стало настоящим прорывом. Для Джека и правительства США. Уилл же считал эту идею поистине ужасающей. Что может быть хуже армии бесчувственных клонов, беспрекословно выполняющих любые, даже самые жестокие приказы? И всё же в Ганнибале он видел надежду.       Вернувшись в дом, Уилл принялся мыть лапы собакам, краем глаза следя за своим необычным гостем. Ганнибал стоял у каминной полки и не спеша рассматривал корешки книг. Выбрав одну, он устроился в кресле и начал читать с важным видом. Уголки губ Уилла невольно растянулись в улыбке. Книга была перевёрнута вверх тормашками, но он дипломатично промолчал.       Закончив с шерстяной гавкающей оравой, Уилл встал и потянулся. Оставалось разобраться с ещё одним питомцем.       — Пошли, Ганнибал, я покажу тебе ванную.       Ганнибал поднял на него вопросительный взгляд. Чуть помедлив, отложил книгу на столик и пошёл вслед за Уиллом на второй этаж.       — Держи полотенце. Там на полке в душе ты найдёшь новую мочалку, мыло и шампунь, — сказал он и покосился на Ганнибала. Тот с интересом изучал ванну. — Хочешь полежать в воде? Ну хорошо, раздевайся. Я всё подготовлю.       Уилл включил кран и отрегулировал температуру воды. Ганнибал же до сих пор стоял на месте и, кажется, не понимал, что от него требуется.       — Да уж, — вздохнул Уилл и почесал голову, — стоило предварительно почитать Спока. Давай-ка избавим тебя от одежды.       Под внимательным взглядом карих глаз Уилл осторожно, не касаясь кожи, потянул футболку наверх, и Ганнибал послушно вскинул руки, помогая снять её. Взору открылись налитые силой мускулы. Мощная грудь, покрытая тёмными и седыми волосками, спускающимися к низу подтянутого живота. Уилл никогда не был ценителем мужской красоты, но тут у него спёрло дыхание. Обуяло дикое желание прикоснуться к Ганнибалу, почувствовать его тепло, впиться пальцами в бицепсы и проверить, насколько они крепкие. Но Уилл, конечно, этого не сделал.       Он опустился перед Ганнибалом на колени и принялся снимать с него обувь. Ганнибал с любопытством смотрел сверху вниз, чуть склонив голову набок. Спустив штаны вместе с бельём, Уилл невольно уставился на болтающийся перед его носом член. «Боже, они и здесь нахимичили!» — подумалось ему. Внушительного размера, со вздутыми венками и крупной головкой, выступающей через тонкую крайнюю плоть, — идеально ровный член с массивной мошонкой. От судорожного вздоха волоски на лобке Ганнибала всколыхнулись, и член заметно дёрнулся. Словно очнувшись, Уилл нервно вскочил на ноги и выключил воду. Ванна была готова.       — Ну всё, залезай, — бросил он, стараясь не смотреть Ганнибалу в глаза или ещё куда-нибудь.       Уши жгло от смущения и досады. Совершенно непрофессиональное поведение! Во-первых, он на службе. Во-вторых, он не гей. В-третьих, зачем солдатам такой агрегат? Пугать противников и подрывать их веру в себя? Ой, ладно, к чёрту! Надо заняться делом.       Послышался всплеск — Ганнибал улёгся в ванну и довольно замычал. В лаборатории его наверняка просто поливали из шланга и тёрли жёсткими мочалками.       — Знал, что тебе понравится, — улыбнулся Уилл. — Дальше сам справишься?       Вместо ответа Ганнибал ушёл под воду с головой, а затем вынырнул и начал по-собачьи отряхиваться так, что замочил всего Уилла.       — Хэй, прекрати! — прикрылся он руками и захохотал. Ганнибал казался до ужаса довольным собой. — Вы с Бастером — два сапога пара! Боже, я теперь весь мокрый…       Решив, что хуже не будет, он аккуратно вымыл Ганнибалу волосы, отчего тот едва ли не заурчал. Показал, как пользоваться губкой, и сидел в ожидании на унитазе, пока он не закончил. Спустив воду в ванне, хорошенько сполоснул пену с его тела и тщательно вытер.       — Готово! — ради забавы Уилл укутал Ганнибала с головой махровым полотенцем и по-доброму усмехнулся. Тот выглядел таким чистеньким и милым с блестящими незамутнёнными глазами, что совершенно не был похож на хладнокровного убийцу. — Теперь ты — новый член стаи.       Ганнибал обдал его тёплым взглядом и вылез из ванны.       Спальня была подготовлена заранее. Постельное бельё пахло свежестью, и Ганнибал расслабленно вздохнул, упав на кровать. У него определённо имелся пунктик на чистоту.       — Спокойной ночи, — пожелал Уилл и выключил свет. Обернувшись, он вздрогнул — из темноты на него взирала пара светящихся глаз.       «Ну да, конечно, — вздохнул он. — Дядюшка Джек усовершенствовал заодно и ночное зрение. Умно! И чертовски жутко.» Уилл поёжился и закрыл за собой дверь.       Перед сном он проверил сигнализацию и GPS-навигатор в мобильном приложении. Там красной точкой был отмечен Ганнибал. Согласно разработке Джимми Прайса вживлённый под кожу объекта чип должен был послать Уиллу уведомление при отдалении больше чем на двадцать метров. В случае побега можно активировать электрический заряд, парализующий объект, так что причин для беспокойства не было. Уилл надеялся, что ему не придётся воспользоваться этой функцией.       В голове крутились разные варианты развития событий, и ни один ему не нравился. При любом раскладе Ганнибала не ждало ничего хорошего. «Главное не воспринимать слишком близко к сердцу», — твердил он себе.       Сон подступил незаметно, рисуя перед глазами картины прошлого и настоящего, перетасовывая их между собой. Он видел Ганнибала в ёмкости с биологической жидкостью и присоединёнными к телу трубками. Чувствовал боль, когда санитары били его током. Чувствовал отвращение и ненависть. Он смотрел на мир глазами Ганнибала, был им. Бесшумно подкравшись, накинулся на одного из санитаров, сворачивая шею. Другого отбросил в стену, словно тряпичную куклу, откусил ему губу и с невыразимым удовольствием проглотил. Бил кулаками, пока не превратил голову в кровавое месиво из костей, зубов и мозгов. Вскоре на него налетели охранники, и он принялся с рёвом раскидывать их в разные стороны.       Уилл проснулся от жуткого грохота. Перепуганный, вскочил с кровати и хотел было метнуться наверх к Ганнибалу, как комнату осветила молния. Вслед за ней раздался гром. Теперь стало понятно, что его разбудило. Впрочем, подозрительный шум на втором этаже тут же развеял эти мысли. Сердце тревожно сжалось.       — Ганнибал! — с криком ворвался он в спальню.       В кровати было пусто. Осмотрев комнату, он выглянул в окно и облегчённо вздохнул. На крыше виднелся знакомый силуэт. Уилл пролез в окно и осторожно подошёл, боясь поскользнуться.       — Ганнибал, что ты здесь делаешь?       Шёл сильный дождь. Холодный ветер хлестал по телу, заставляя беспомощно дрожать, разносил по округе опавшие листья и взметал их ввысь. На лице Ганнибала отражалось полнейшее упоение. Грудь его часто вздымалась, а руки были расправлены ладонями вверх, как у Христа-Искупителя.       — Это ли не прекрасно, Уилл? — послышался хрипловатый голос.       Ошеломлённо уставившись на Ганнибала, Уилл пытался понять, галлюцинация это или нет. Теперь его трясло не столько от холода, сколько от шока и переполняющих эмоций. Посмотрев на него, Ганнибал мягко улыбнулся. Его лицо озарила ещё одна вспышка света, и по небу пошли раскаты грома. Природа бушевала, великолепная в своей неистовой силе. Казалось, начался Апокалипсис.       Переведя взгляд на раздираемый в клочья небосвод, Уилл с наслаждением подставил лицо под капли дождя и проговорил:       — Да, это прекрасно…