Второй шанс, чтобы полюбить тебя снова, Миледи

Лучи весеннего солнца бесстыдно врываются в светлую просторную комнату девушки, напоминая о начале нового дня, и, кажется, никакая мягкая подушка не поможет спрятаться от участи в виде пробуждения. Пару минут Маринетт сопротивляется, всё больше зарываясь лицом в подушку, но затем попросту сдаётся, прекрасно понимая, что ни погода, ни работа просто не дадут ей нежиться в объятиях такой уютной постели. Рука тянется к слегка нагретому от солнца смартфону, лежащему на прикроватной тумбочке. 7:12 Что же, не всё так плохо, как она себе представляла. «Опоздание на пару минут глобальную катастрофу не создаст», — первое, что мелькает в её голове после тяжёлого пробуждения. Собравшись силами она встаёт с кровати и направляется в ванную комнату для совершения утренних рутин. Тёплый душ помогает избавится от навязчивой сонливости и почувствовать себя бодрой на ближайший час, пока мысли снова не начнут путаться и вливаться воедино, а сама девушка не начнёт зевать по истечении каждой пары минут. Зелёные патчи, приклеенные под глаза, кажется, вовсе не помогают в создании счастливой иллюзии, потому нередко приходится прибегать к помощи консилера, старательно скрывающего все последствия бессонной ночи. Когда дело доходит до её одежды, чаще всего Маринетт выбирает то, что считает комфортным для себя, не думая о том, как будет выглядеть на фото скрытных папарацци. Например, сегодня её образ состоял из простой бежевой рубашки с характерными рисунками бабочек и широких брюк, всего на пару оттенков темнее верха. Закончив сборы, девушка смотрит на часы в своём смартфоне: 8:25 Мысли заносят её на улицы Парижа, где наверняка уже ходят сотни людей, которые спешат на работу, допивая недопитый за завтраком кофе. Похоже, что Маринетт теперь была готова пополнить ряды отчаянных трудоголиков, стоило ей взять кофе из ближайшей кофейни рядом с домом. Погода казалась куда более приветливее, чем прошлым утром, однако девушку это совсем не радует. Вместо этого она продолжает давиться своим чересчур сахарным напитком, представляя, как отреагируют на её опоздание родители. Привычно строгий отчёт за «слишком свободную жизнь» и вечное напоминание о золотом кольце, что покоилось на безымянном пальце левой руки. А вот и первый звонок, и похоже, что отчёт начнётся даже не в офисе. — Слушаю… — голос звучал слишком спокойно, будто Маринетт и вправду была готова выслушивать внеплановую лекцию прямо посреди улицы. — Ты где? — в трубке прозвучал голос молодого парня, явно обеспокоенный долгим отсутствием девушки. — Иду в офис, — этих слов было бы более чем достаточно, но Маринетт всё казалось иначе: — А что, родители уже на тебя с расспросами кидаются? Или они только готовятся вытрясти из тебя душу? — В моём случае второй вариант подходит намного больше. — Прекрасно! Тогда я ещё успею спасти твою задницу от жестокого нападения, — радостно проговаривает она, — потому что я уже здесь. Перед глазами мелькает многоэтажное здание офиса с вывеской «D.C. Art». — Буду благодарен за своё спасение, принцесса, — разговор плавно уходил в флирт. Даже не видя парня, она представляет его подмигивающим ей в ответ. — Напоминаю, мы женаты для остальных, поэтому при личном общении, где нас никто не слышит, мы не переходим границы, но сейчас нам придётся играть роль любящей парочки перед коллегами. — То есть, мне тебя поцеловать? — спрашивает он, словно ребёнок. — Разве не очевидно? — И ты не будешь против того, что я буду часто приобнимать тебя за талию? — Шэн… — девушка мысленно закатывает глаза. — Что? Вдруг ты сегодня не в настроении для этого? Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя не комфортно, — от его слов веет заботой и теплом, которое он всегда проявляет по отношению к своей жене. — Хорошо. Я не против всех твоих действий по отношению ко мне. Такое заявление тебя устроит? — Я тебя понял, — по ту сторону слышится постукивание каблуков. — До встречи, милая Звонок сбрасывают, прежде чем она успевает среагировать. «Похоже, Шэн останется без головы, если я прямо сейчас не приду к нему в кабинет». Недопитый латте падает в урну, а сама девушка быстрым шагом заходит в здание. — Доброе утро, Мадам Ли. Улыбка на лице нового сотрудника, казалось, словно намертво пришита к ней. Брючный костюм чёрного цвета, белая футболка и гладкий светлый хвостик на голове лишь дополняли этот кукольный образ. — Здравствуй, Ханна. Шэн у себя? — также приветливо отвечает она. — Да, Месье Ли ушёл в кабинет буквально пятнадцать минут назад. — Хорошо, спасибо. Фигура в бежевой рубашке быстро скрывается за одним из поворотов, оказываясь прямиком у двери Шэна. Постучав и услышав знакомое: — Войдите. Она опускает ручку двери и входит в кабинет. — Ты не занят? — спрашивает она, всё ещё не решаясь переступить порог. — Уже нет, — ручка с руки Шэна падает на стол, встречаясь с его стеклянной поверхностью, а сам парень выходит из своего рабочего места при этом продолжая: — Они ушли, несколько минут назад. — Правда? Обычно они задерживаются на добрых двадцать минут, — подобное заявление шокирует девушку не меньше, чем если бы сейчас она увидела Агреста в дверном проёме этого кабинета. — Сам был удивлён не меньше тебя, — уголки губ дёргаются вверх, создавая подобие улыбки. Наконец Маринетт проходит в кабинет, закрывая за собой дверь, но перед этим: проверяет коридор на наличие лишних пар ушей. — И о чём же вы говорили? — левая бровь была приподнята вверх. — Мы должны присутствовать на завтрашнем вечере, организованном в честь успеха нашей компании, в качестве одних из главных её фигур, а также в качестве примерной семейной пары. Как ты знаешь, такие мероприятия в Париже никогда не пропускают, так что людей будет много. В том числе и журналистов, — слово за слово, расстояние между ними существенно сокращается. — Хорошо, прекрасная возможность показать «D.C. Art» с наилучшей стороны и зарекомендовать себя как отличную архитектурную компанию, — её лицо резко приобретает черты серьёзности, скрывая за собой всю беззаботность. — Да, кхм… ты права, — соглашается он, опешив от такой резкой смены эмоций, но затем опомнившись, задаёт вопрос: — Подожди, ты не расстроена? — Чем? Я давно научилась находить в работе радостные моменты, пусть я и работаю не совсем тем дизайнером, о котором я мечтала ещё с подростковых времён. Так что, в целом, меня не расстраивает тот факт, что завтра нам придётся играть роль примерной семьи весь день, включая вечер, — в конце своих слов она лишь пожимает плечами, всё с тем же лицом, как бы подчеркивая своё безразличие. — Кстати, советую привыкнуть и тебе. А теперь прости, aşkım, мне пора. Оставив невесомый поцелуй на его щеке, она удаляется в свой кабинет, молясь не встретить по пути одного из своих начальников. Кабинет встречает её в своей привычной обстановке: куча бумаг, ожидающие, когда кто-то примется за них, и невыносимая жара, сопровождающая помещение ещё с самого начала дня. «Включу вентилятор — бумаги сдует к чертям собачим. Какого хрена я вообще оставила столько бумаг, даже не просмотрев их содержание?» — Маринетт злилась на саму себя за свою несобранность. Кому понравится столько работы, когда на ногах стоишь от силы час? Девушка устало массирует виски, выдыхая весь запас кислорода в лёгких. «Справлюсь. В следующий раз буду знать, что брать столько проектов на свои плечи — плохая идея». Она садится на своё кресло, откинувшись на его широкую спинку, пока ноутбук шипит своим процессором, пытаясь начать работу. В руки попадается одна из бумаг с начатой планировкой детской комнаты, а рядом — стикер с пожеланиями клиента, с которым Маринетт беседовала ещё вчера. — Пожалуй, с неё я и начну… — проговаривает она про себя. Наконец, вместо чёрного экрана появляется совместная фотография с семьёй Ляиф с одной из совместных прогулок. Алья радостно обнимает подругу за плечи, пока та, в свою очередь, держит камеру, а Нино улыбается, крепко удерживая маленького мальчишку, сидевшего у него на шее. «Чёрт, как же я соскучилась по этой семейке. Нужно будет как-нибудь договориться о встрече», — Маринетт улыбается. Они намертво засели в её сердце, помогая ей не забывать, что она всё ещё человек, а не робот с программой «безостановочная работа», о чём ни раз твердила сама Мадам Ляиф. Работа над дизайном затянулась на целый день: подборка цветовой гаммы, мебели, зарисовка всей сложившейся в голове картины, сравнение итогов с желаемым результатом клиента, переделка. Время незамедлительно проскальзывало вперёд, заставляя и без того напряжённую Ли едва ли не поддаться панике. «Значит, сегодня, я тоже сплю не больше четырёх часов», — эта мысль в голове даёт прекрасное пониманием того, что вечерние планы снова отложены на неопределённый срок, как и планы, составленные на два дня вперёд. Ворох появившихся на уме мыслей развеивает трель телефона, осведомляющая хозяйку о новом сообщении. 8:27 PM. Алья Ляиф Мари…

8:28 PM. Маринетт Ли Да?

8:28 PM. Алья Ляиф Ты случайно не открывала ленту новостей?

8:28 PM. Маринетт Ли Нет. Есть повод?

8:29 PM. .Алья Ляиф *Ссылка* Маринетт переходит по ссылке, натыкаясь на очень интересную статью:

«Адриан Агрест вернулся в Париж после долгого пребывания в Лондоне. Как мировая модель отреагировал на новый статус своей бывшей девушки?»

Один только кричащий заголовок заставил Маринетт закрыть статью, возвращаясь к диалогу с подругой.

8:33 PM. Маринетт Ли Чёрт, почему я вечно влипаю в какое-то дерьмо? Зачем вообще ворошить прошлое?

8:35 PM. Алья Ляиф Хотела бы я знать, детка. Я пыталась сделать всё, что могла, чтобы эту проклятую статью никто не выпускал, но ты ведь знаешь, я здесь не решаю.

8:38 PM. Маринетт Ли Знаю, Алья. Я искренне благодарна тебе за попытки предотвратить этот ад. Запомни, я перед тобой в долгу.

8:40 PM. Алья Ляиф В таком случае, может, сходим куда-нибудь? Мы не виделись слишком давно и это надо исправить!

8:40 PM. Маринетт Ли Я бы с радостью, но, думаю, ты уже осведомлена о завтрашнем мероприятии.

8:42 PM. Алья Ляиф Ещё бы не знала. Девочка, ты забываешь, что твоя подруга — лучший Парижский журналист. Да и сложно будет не знать, когда вся редакция буквально жужжит из-за этого с самого утра, но сейчас не об этом. Ты ведь понимаешь — чтобы произвести хорошее впечатление, отдых тоже немало важен. Особенно если ты занимаешь одну из главных должностей в этой компании. Маринетт смотрит на экран, стараясь взвесить все «за» и «против» за долю секунды. «Алья права. Когда я в последний раз отдыхала? Две недели назад? Мне и вправду нужно взять перерыв, хотя бы на пару часов».

8:46 PM. Маринетт Ли Умеешь уговаривать, Ляиф. Куда пойдём?

8:46 PM. Алья Ляиф Туда же, куда и обычно?

8:47 PM. Маринетт Ли Хорошо. Встреча в девять тебя устроит?

8:47 PM. Алья Ляиф Вполне. Тогда, после того как отвезу Грегори в сад, сразу лечу к тебе.

8:48 PM. Маринетт Ли Хорошо. Передавай привет от меня)

8:48 PM. Алья Ляиф Конечно передам. Всё, мальчики приехали, так что отключаюсь. Целую тебя! До встречи.

8:49 PM. Маринетт Ли До завтра

Маринетт откладывает телефон на край стола, повернув голову в сторону панорамных окон, где теперь видно только своё отражение и очертания белых стен кабинета в свете тусклого освещения от лампы. — Тук-тук. Могу войти? — дверь приоткрывается с тихим скрипом — Да, входи, — не отрывая взгляд от окна, говорит она. — Всё ещё сидишь за работой? — Я не могу иначе, — девушка поворачивается к парню, стоявшему в паре шагов от неё. — Тебе нужно отдохнуть, — он подходит к ней сзади, опуская руки на её хрупки плечи. — Может, поедем домой? Его голос чарующим шёпотом доносится до её уха, заставляя всё больше мечтать о холодной домашней постели. — А как же клиенты? — Ты устала. Думаешь, сможешь что-то чертить и моделировать в таком состоянии? Последний вопрос заставляет девушку сжалиться над своим состоянием и согласиться с его предложением. — Хорошо, поехали. Она собирает свои вещи, а затем они вместе покидают офисное здание, оставив его двум охранникам, работавшим в ночную смену. Вскоре она наконец окажется дома. Примет душ, а затем ляжет на кровать, погрузившись в сон почти через секунду. Шэн ляжет рядом, заправит упавшую на лицо синеватую прядь, любуясь её умиротворённым во сне лицом, а затем произнесёт, одними губами: — Я люблю тебя… Накроет её одеялом, чтобы она не почувствовала холодный ветер, вошедший в комнату через открытое окно, и выключит свет, нехотя поворачиваясь к ней спиной. — Только ты об этом не узнаешь…