What could have been

«Ты можешь быть уверен, что я никогда не буду любить другого». «Герой нашего времени»

Это могла бы быть прекрасная жизнь. Так думал Геллерт Грин-де-Вальд, глядя на бушующее под ногами море из окна древнего замка. Если бы волшебники не прятались от маглов, как кролики при виде змеи. Если бы они не скрывали своего могущества, а пользовались им. В любой момент, в любой точке земного шара. Мир был бы иным. Таким, каким его стремился сделать Грин-де-Вальд. Он каждый вечер представлял картину идеального мира, задаваясь вопросом, как сотворить такое будущее. И каждый раз, когда Геллерт приближался к ответу, он от него ускользал. До этого момента. Геллерт услышал стук в дверь и молча открыл ее, не оборачиваясь. Ему не хотелось отрывать взгляд от моря, над которым сгустились фиолетовые тучи. Сверкали серебряные молнии, заставляя тяжелые волны пузыриться, словно варево в огромном котле. Две стихии боролись — ветер и море, верхний и нижний мир. Но без борьбы не получится объединения обоих миров, когда буря пройдет, и выглянет солнце. — Сэр, отойти бы вам от окна, простудитесь еще, — раздался хриплый голос. Только его обладателю Геллерт не сломает мизинец за подобный совет. Грин-де-Вальд установил в рядах своих последователей такой порядок, что никто не имел права указывать ему, где и как стоять. — Вы нашли Книгу? — спросил Геллерт, не оборачиваясь. — Мы не одного волшебника пытали, чтобы ее отыскать. Грин-де-Вальд явственно услышал насмешку в голосе собеседника и повел пальцами левой руки, не сводя глаз с моря. Сзади послышался отчаянный хрип. — Я, кажется, ясно дал понять, что магам мы вреда не причиняем, — ледяным голосом сказал он, — за исключением мракоборцев, но вряд ли ты имел в виду их. — Они… никак не желали… — со свистом выдавливал слова собеседник, — раскрывать, где… где… Геллерт расслабил пальцы и услышал звуки человека, жадно хватающего ртом воздух. Сверкнула молния, и небо сотрясли громовые раскаты. Грин-де-Вальд медленно обернулся. Льющийся из окна ночной свет упал на испещренное шрамами лицо, уродливый след от ожога, охвативший подбородок и левую часть шеи, черные жесткие волосы и темно-синие глаза. Стоящий перед Геллертом человек со шрамом был облачен в красно-черный плащ с капюшоном и высокие сапоги с серебряными пряжками. Невероятно, но красный цвет еще ни разу не помешал ему незаметно подкрасться к врагу. — Роше, — сказал Геллерт, проводя большим пальцем по его щеке и грубо стирая корку запекшейся крови, — я послал тебя, потому что никто больше не смог справиться с этим заданием. И я надеялся, что ты сделаешь все наилучшим образом. — Но мы нашли книгу… — начал Роше. — Тшшш, — Геллерт приложил палец к его губам. — Те маги, которых вы пытали, живы? Роше чуть побледнел. — Нет, сэр, — ответил он. — Мы убили их и избавились от тел. Грин-де-Вальд кивнул. — Когда пытаешь, это самый верный исход, — произнес он, обхватив кончиками пальцев ворот своей рубашки. Он всегда так делал, когда задумывался. — Что ж, Роше, урок ты усвоил, а я еще свое не получил. Скажи мне, где Книга. Роше направился к столу, на котором лежала пожелтевшая карта. Фонарь зажегся синим пламенем при его приближении. — Книга Мира находится на Утесе Прощения в Северном море, — Роше ткнул тонким пальцем в точку на карте. — На самой вершине Утеса стоит черный замок, в недрах которого и заключена Книга. Геллерт нахмурился. Молния полыхнула за его спиной. — Рядом нет никаких островов, — произнес он. — Одинокий утес посреди моря. И, конечно, защищен от трансгресси. — Добраться туда можно лишь на корабле, — кивнул Роше. — Но нашему предводителю такое дело по зубам. Геллерт поглядел на ухмылку своего ассасина. Они с Роше прошли через огонь и воду, и Грин-де-Вальд не мечтал найти более верного соратника. Роше уже дважды спас ему жизнь, заработав уродливый шрам на шее. Однако, обжегшись единожды о более страшное пламя, Геллерт считал за правило никого не подпускать к себе слишком близко. Потому он время от времени напоминал Роше, кто является хозяином положения и кого предавать опаснее, чем совать голову в пасть разъяренного дракона. — Ты прав, — сказал Гел, решив, что уже достаточно продемонстрировал свою власть. Можно и поговорить с Роше, на миг вообразив — он действительно преданный друг, и от него точно можно не ждать кинжала в спину. — Но даже самому могущественному предводителю порой требуется помощь. Роше рассмеялся и хлопнул Геллерта по плечу. Он позволял себе такие панибратские жесты, безошибочно угадывая, когда это сойдет с рук, а когда лучше остановиться. — Снова в путь? Дай хоть сапоги высушу, — усмехнулся Роше. — Медлить нельзя, — возразил Грин-де-Вальд. — Мракоборцев с каждым днем становится все больше. А события в Корнуолле… — То была не твоя вина, — резко прервал Роше. — Нет, моя, — отчеканил Геллерт. — Все наши ошибки и все успехи являются моей ответственностью. Я недооценил… Пауза длиною в похороненное пять лет назад лето. … его. — Если бы только он был на нашей стороне, — осторожно сказал Роше. Он всегда подбирал слова, когда речь заходила о… об этом. Потому Геллерт и ценил ассасина, потому относился к нему практически по-дружески. Он чувствовал людей, возможно, в таком даре и заключался успех его работы. Обвести вокруг пальца и выведать информацию для него ничего не стоило. Ровно как и промолчать в нужную минуту. — Скоро так и будет, — жестко произнес Грин-де-Вальд, поворачиваясь к бушующему морю. — Он либо присоединится к нам, либо падет. Но даже сейчас, когда удача на стороне его драгоценных мракоборцев, когда мое войско терпит поражение за поражением, он должен понимать — с ним или без него я спалю их мир дотла. И он будет страдать так же, как страдаю я. — Что ж, тогда оденьтесь теплее, сэр, — посоветовал Роше. — Не в рубашке же вы отправитесь покорять Северное море? Геллерт не слышал его. В голове упорно вспыхивали воспоминания, которые он столько лет пытался подавлять. — Бросьте привычку теребить ворот, — добавил Роше с хриплым смешком. — Вам бы кулон какой на шею повесить. С кровью врагов, например. Если коснетесь цепочки, ей ничего не будет. — С кровью врагов, — хмыкнул Геллерт, заставив себя очнуться. — Отличная идея. Скоро, Роше, скоро. Скоро я надену кулон с кровью Альбуса Дамблдора.