Капкан

      — Коллеги, доброе утро. Сегодня мы получили ССП, которую ждали целый месяц.       Во Тау обвел подчиненных взглядом. Многие из них едва не засыпали после ночного дежурства, но он обязан был сейчас рассказать им о том, что в будущем принесет огромные деньги.        — Напомню, что ССП — это система, созданная для того, чтобы облегчить нашу работу, — Тау нажал кнопку на пульте, — прошу обратить внимание.        На экране за спиной директора открылся яркий рекламный слайд. Круглый аппарат с подключенными к нему разноцветными датчиками стоит на белоснежной прикроватной тумбе, а на экране прибора красными буквами напечатано: «Система. Сознание. Путь. Выбирайте правильное направление!».       — Это реклама навигатора? — справа от Лиз сидит темнокожий мужчина. Они прежде никогда не виделись, значит, работают в разных отделениях центра.        — Не, больше похоже на завуалированное продвижение Библии…        — Или агентство экстрасенсов потеряло своих клиентов, решили завлечь обратно.        Гул голосов становится громче, никто из присутствующих не вспомнил, как месяц назад центру пообещали прислать новую уникальную игрушку. Каждый занимался своей работой честно и добросовестно, потому Тау не злился на них. Им попросту некогда фантазировать о том, что они видели только на картинке.        — Друзья! Понимаю, система пока вам совсем неизвестна, но поверьте, не пройдет и года, прежде чем мы убедимся в ее пользе!        — Босс, напомни им, почему наш центр так ждал ССП, — Лиз решилась выступить, потому что, казалось, только она и Тау вникли в суть дела.        Тау кивнул, но на Лиз не посмотрел, а затем выключил проектор. В зале разом стало темнее и тише.       Через час специалисты центра встали с кресел, застегнули пиджаки и халаты, пригладили волосы и покинули зал для конференций, восторженно обсуждая собрание, Систему и перспективы.       — Я уже поручил разместить ССП в твоем кабинете, пользуйся на здоровье. — Во Тау и Элизабет Сайк остались в зале вдвоем, и теперь могли отбросить формальности.        Лиз уже доводилось применять ССП на ранних этапах разработки. Как лучшую студентку курса, профессор приглашал ее в лабораторию, и они вместе наблюдали за показателями добровольцев, которые рискнули опробовать Систему. Однажды, когда желающие закончились, Сайк предложила свою кандидатуру. Профессор не отказал.        Надо сказать, эксперимент прошел удачно, и Лиз не терпелось воспользоваться ССП самостоятельно. Душа ее ликовала при мысли о возобновлении работы, но девушка разумно предпочла скрыть восторг под маской профессионализма.        — Спасибо, Во, я уже запланировала первый сеанс.        — Все пройдет как надо? — он смерил Лиз пристальным взглядом, дольше рассматривая ее ноги, чем искренне интересуясь делом.       — Можешь не сомневаться.        — Знал, что на тебя можно положиться.       Тау усмехнулся. Они пришли в центр вместе, но в разные отделения. Спустя пять лет, Во стал технологическим директором и лишь иногда практиковал, а Лиз осталась там же.       — Мне нужен подробный отчет о каждом сеансе, не забывай, — Тау сжал плечо Сайк чуть дольше, чем следовало и вышел из зала, не дожидаясь ответа.       — Хорошо, босс.        Наблюдение, фиксирование, отчеты. Конечно он поручил это ей. Лиз дольше всех карабкается по карьерной лестнице, нужно же как-то ускорить процесс.        Она подняла жалюзи, выключила кондиционер, поправила юбку и отправилась в свой кабинет.

*   *   *

      В просторной светлой комнате пахло свежими рубашками, кофе и детской жевательной резинкой. У правой стены стоял небольшой диван для коротких перерывов, когда можно было вздремнуть. На подоконнике лежали пожелтевшие папки со старыми медицинскими картами, анкеты, большие опросники и банка с мелочью. Лиз любила свой кабинет, как маленькая девчонка кукольный домик и также по-детски, трепетно относилась ко всем деталям внутри.        Она повесила халат на плечики в шкафу и подошла к рабочему столу. ССП дожидалась ее, мигая кнопками и буквами. Рядом с системой лежали шприцы с прозрачными иглами, ампулы, наполненные специальным раствором и датчики. На ощупь они напоминали патчи под глаза с экстрактом улитки. Лиз оставалось правильно подключить аппарат, внутренне настроиться и сделать работу хорошо. То есть так, как она умеет.        Сайк попыталась вспомнить неудачные случаи в своей практике. Пришлось напрячь мозг и вернуться к студенческим годам, а затем плавно перебрать встречу за встречей, человека за человеком. Иногда, конечно, только внешняя оболочка выглядела по-человечески, а внутри скрывался настоящий зверь. Но Лиз справлялась всегда и выкладывалась на полную.        Ей множество раз предлагали места в других организациях, но Лиз отказывала всем, потому что не хотела менять коллектив и кабинет каждые полгода. Она была твердо уверена в том, что нигде не будет также комфортно, как здесь. Сайк поставила перед собой цель: получить повышение любой ценой. Заслуженное продвижение. Новые горизонты.        Однако Элизабет Сайк была никудышным фотографом, и потому горизонт заваливался. Пока.        Когда часы пробили дважды, Лиз допила кофе, схватила весь комплект ССП, накинула халат на плечи и вышла из кабинета.

*   *   *

      Баки затаил дыхание, прислушался. Вокруг по-прежнему не раздалось ни звука, медленно поднялся на ноги. Колени хрустнули. Он скорее интуитивно это понял, чем почувствовал физическую боль. Ни стен, которых можно было бы коснуться, ни света.       — Я знаю, что вы здесь. Пришли посмотреть?        Что, если он здесь один? Что, если ему померещилось? Барнс мучился от звона в ушах после многочисленных взрывов и выстрелов. Утомленное сознание способно выдавать галлюцинации. Он же сумасшедший. Никто в здравом уме не станет убивать людей. А Баки убивал.       Он сел лицом к предполагаемому источнику звука. Стал ждать. Баки положил ладони на колени, но не почувствовал тяжести собственных рук. Сейчас возможны два варианта событий: его накачали чем-то и притащили сюда или ударили по голове и тоже притащили сюда.

*   *   * 

      Лиз Сайк внимательно осмотрелась. Бункерные стены, темный каменный пол с черной засохшей грязью в швах между плитами. Лиз поежилась. По ощущениям здесь также как в морозильной камере для мяса. Или холодильнике для трупов. Разжечь бы печь для кремации…        Баки не увидел девушку. Это стало понятно по тому, как его взгляд метался из стороны в сторону, но Лиз в белом халате, с планшетом и табуреткой в руках так и не заметил. Что ж, им еще предстоит поработать на этим. Она внесла несколько заметок.        — Добрый день, мистер Барнс.        Баки подавил желание вздрогнуть.       — День? Не вижу солнца.        — Да, мистер Барнс. На моих часах пол третьего.        — Получается, завтрак я уже пропустил. Тогда что-нибудь типа обеда будет?        — А вы голодны?        Баки прислушался к желудку и ощущениям внутри.       — Нет.       — Хорошо, значит, с обедом повременим.       Лиз вновь внесла данные в программу.         — Мистер Барнс, меня зовут Элизабет Сайк, расскажите, как вы себя чувствуете? Что-то помимо обеда вас беспокоит?       — Серьезно? Хотите поговорить об этом? — Барнс отметил, что уже Сайк знает его имя. Он рассчитывал нанести первый удар, но пока проигрывал.        — Да, мистер Барнс. Хочу узнать о вашем самочувствии.        — Я чувствую себя больной коровой, которую привели на убой.        Лиз кивнула, но вспомнила, что он все равное не видит ее реакции и продолжила:       — Мистер Барнс, вы помните…       — Зовите меня Баки.        — Хорошо, Баки. Помните ли вы, как и кто вас сюда привел?        Носы крыс в запекшейся крови. Вдалеке играет мелодия из парка аттракционов. Кот машет лапкой.       Барнс проигнорировал вопрос, ему необходимо взять ситуацию под свой контроль. Спросил:       — Могу я называть вас по имени?        — Да, я не против.       — Хорошо, Элизабет, расскажите, как вы себя чувствуете?        — Я в порядке, Баки, спасибо, что спросили. Предлагаю превратить наш разговор в интервью. Я спрашиваю, а вы отвечаете, можете рассказать мне о чем угодно. И никуда не торопитесь.        — Ага, понятно. То есть, выпускать вы меня не планируете?       — Это не от меня зависит, — Лиз напечатала в планшете: «уклоняется от ответов, меняет темы».       Баки рассмеялся, размял шею. Голос не дрожал, когда Барнс ответил Лиз:       — Тогда засуньте свое интервью в задницу и идите к черту.        Сайк поджала губы, но не стала спорить. Ей удалось получить первичную информацию, этого хватит, чтобы сделать кое-какие выводы и написать мелкий отчет для Во. Лиз обрадует начальника и даст Барнсу прийти в норму, привыкнуть к окружению, подумать, наконец. Давить незачем. Всему свое время.        — Хорошо, Баки. Увидимся позже.        И снова тишина. Барнс проверил, нет ли берушей в ушах, но там было пусто. И вокруг тоже. Его будто похоронили заживо или залили в бетонный колодец. Он сжал виски, снова и снова прокручивая диалог с Элизабет. Какая-то деталь не давала покоя. Вопрос, зацепивший сильнее, чем все остальные. Он лег на пол, почувствовал влажное желе вокруг напряженных мышц. Складка между бровями разгладилась, и прежде чем провалиться в беспокойный сон, Барнс понял.        «Помните ли вы, как и кто вас сюда привел?»       Баки не помнил.