Браслетик

Эрик:       Казалось, всё было хорошо, но через какое-то время Майкл вновь стал раздражительным. Казалось, он постоянно был напряжён, что не могло не напрягать и меня. Ещё и какие-то странные люди начали приходили в дом, которых я раньше не видел, да и не мог понять, откуда они взялись, однако слуги сразу же уводили меня в комнату, поэтому я вообще не мог ничего подслушать или подсмотреть. А когда я пытался расспросить Майкла о ситуации, то он твердил о том, что всё будет хорошо и скоро всё разрешится… Ага, успокоил. Он хоть видел свои синяки под глазами? И он хочет, чтобы я успокоился?! Майкл:       Дело было плохо. Конечно, у меня было много завистников и недоброжелателей, но серьезных неприятностей мне удавалось избегать. До этих дней. Кто-то меня подставил, да ещё сделал всё идеально, что все улики указывали на меня. Меня обвинили в подделывании документов и других ценных бумаг, а потом ещё и убийство на меня повесили. Теперь мне нужно алиби, но в тот момент я был с Эриком, никто другой меня не видел. Получается, алиби нет, что значительно усложняет моё положение. Из-за вечных допросов, у меня стало меньше времени на работу. Хотя из-за обвинений продажи упали, акции упали, всё покатилось к чертям собачьим. Потом ещё и отец пришёл на мозги покапать, что, мол, он был прав, надо было его слушать, хотя как раз-таки он здесь совершенно ни к месту, от его мировоззрений толку не было бы.       Жертвой, которую убил якобы я, был Дэвид, что вполне логично, ведь наши взаимоотношения с того дня стали очень холодными. Не надо было его тогда бить и угрожать, сейчас это мне аукается, только добавляя проблем. И почему я тогда не подумал, что делаю? Но теперь меня намного больше волновал вопрос, кто мог настолько точить на меня зубы, что даже убил человека лишь для удаления меня со сцены? Слишком много людей приходит на ум, сменяя друг друга так же быстро, как мелькают лампочки на гирлянде.       Я видел обеспокоенный взгляд Эрика, но не хотел ничего ему рассказывать, а то он начнет волноваться ещё больше, а может даже и винить себя. Этого сейчас совершенно не надо.       Вследствие всей этой суматохи и стресса, я начал больше курить. Сейчас у меня уходили минимум четыре сигареты в день, тогда как раньше могла только одна в неделю. Я оправдывался тем, что это успокаивает меня. Даже сейчас, следя глазами за белым дымом, я думал, что вот эта точно последняя на сегодня, но рука потянулась за следующей и я не остановился. Эрик:       Я не очень любил, когда Майкл курил, а сейчас с этим была явная проблема. От него постоянно пахло сигаретами, от чего я неосознанно старался отстраниться от мужчины, хотя и пытался поддержать его, приобнять, но не долго… Как-то, когда Майкл закурил при мне, я попытался говорить с ним на эту тему, чтобы остановить его, но только разозлил его этим. Ох… И что мне теперь с этим делать?..       Я был решительно настроен узнать, что произошло. Мне не нравилась эта напряжённая обстановка и пропасть, которая внезапно возникла между нами. Даже если я не смогу ничем помочь, я хочу понимать ситуацию и знать, как именно мне себя следует вести, иначе я с ума сойду! Майкл:       Как бы я не хотел, чтобы Эрик узнал о моём положении, мне не удалось это скрыть. В тот момент мы сидели в библиотеке и фоном шёл телевизор. Начались новости, и в одной из рубрик оказалось моё дело. Конечно, я старался не допускать чего-то подобного на экраны, но сейчас моё влияние падало, доверие к моему издательству и ко мне в частности тоже оставляло желать лучшего. Я потянулся к пульту, но Эрик повёл себя проворнее и схватил его первым. Я удостоил его свирепым взглядом, но парень его не заметил, поглощенный эфиром. Эрик:       Мой мозг просто взрывался из-за всего услышанного. Я не мог поверить в то, что говорили по телевизору. Это не мог быть Майкл! Меня это даже начало злить… Как только новости закончились, я сам выключил телевизор и посмотрел на мужчину.       — В следующий раз не смей ничего скрывать от меня, — строго сказал я, а потом пересел на колени мужчины и крепко обнял его. — Мы справимся с этим. Я тебя очень сильно люблю. Майкл:       — Ты не должен был этого видеть, — я все еще хмурился, был недоволен, но обнял Эрика, уткнулся лицом в его волосы. Эрик:       — Да, я должен был это услышать от тебя, — я фыркнул. — Если такое повториться, то готовь свою задницу. Она будет пылать. Майкл:       — Я не собирался рассказывать тебе. Незачем тебе это знать. Эрик:       — Любимый, так не пойдёт. Я чуть с ума не сошёл из-за всего этого. И ты моя семья, поэтому я хочу быть частью твоей жизни и знать, что у тебя происходит. И вообще не честно получается… Майкл:       — Что именно не честно? Эрик:       — Ты, как мой хозяин по документам, знаешь обо мне практически всё. Я и шага не могу сделать без тебя в этом мире… Майкл:       — Но ведь это действительно не касается тебя. Ты ведь не можешь помочь мне в этом. И разве я только хозяин по документам? Твое сердечко кому-то другому принадлежит? Эрик:       — Только тебе. Но слово «хозяин» сюда не подходит. И вот только не начинай разговор про «не касается». Ещё как касается! Майкл:       Я лишь усмехнулся, покачал головой.       — Давай больше не будем об этом. Эрик:       — Хорошо. Но только говори мне о новостях, — мои глаза начали слезиться, поэтому я вернулся на своё место. Майкл:       — Ты можешь посмотреть их в телевизоре, разве нет? Эрик:       — Они меня раздражают тем, что говорят всякие гадости про тебя… Майкл:       Это по-детски сердитое замечание рассмешило меня. Впервые за последние месяца два я смеялся.       — Спасибо, милый, — сказал я, отсмеявшись, уже сам подошёл к парню и обнял его. Эрик:       — Не смешно, — я надулся, но потом всё же улыбнулся. — Как же я люблю твой смех. Майкл:       — А я люблю тебя. И больше не надо говорить, что ты обо мне ничего не знаешь. Ты знаешь меня лучше, чем кто бы то ни был. Эрик:       — Хорошо. И кури поменьше. Это плохо для здоровья. Майкл:       Я качнул головой, раздражаясь. Сам знаю, что это вредно, но решать тоже буду сам. Эрик:       — Постарайся хотя бы одну сигарету в день, любимый. Я ведь хочу спокойно обнимать тебя, целовать, прижиматься к тебе ночью. Да и здоровье побереги своё. Давай вместо этого спортом заниматься. Майкл:       — Я и так занимаюсь им. Эрик:       — Значит, будем заниматься больше. Майкл:       — Эрик, — устало вздохнул я. Эрик:       — Что «Эрик»? Если ты о себе не думаешь, то это буду делать я. Майкл:       — Тогда придумай мне другой способ успокаиваться. Эрик:       — Ты можешь приходить ко мне. Я буду тебя гладить, целовать, читать истории. Майкл:       — Попробуем, — сухо ответил я и вновь уставился в книгу. Эрик:       — И только попробуй мне закурить, — пробурчал я и тоже вернулся к книге. Майкл:       Я глянул на парня, но решил ничего не говорить. Не верю, что это поможет мне успокаиваться и не курить. Попробовать, конечно, можно, но это протянется не долго, я уверен в этом. Не знаю ни одного случая, когда человек бросил бы курить, пить или что-то другое от одной лишь ласки и без желания.       Как я и думал, этот способ не особо подействовал на меня. Если бы была какая-то альтернатива посильнее, то было бы гораздо лучше, но Эрик на что-то такое точно не пойдет — слишком он упрямый и часто гордый.       По мере того, как мои дела ухудшались, в арифметической прогрессии уменьшался мой доход и бюджет. Смотря на свои замороженные счета в банке, я гадал, когда же мне придется что-то предпринять. К тому же, у меня было плохое предчувствие.       — Что-то сегодня произойдет, — вслух отметил я и для себя, и для Эрика, который был рядом. Эрик:       — Что, любимый? — я взял мужчину за руку. Из-за его слов по моей коже побежали мурашки. — Что-то хорошее или плохое? Майкл:       — Не знаю, просто что-то произойдет, — я вздохнул, посмотрел в глаза парня. — Но не беспокойся, что бы это ни было, мы справимся, — я ободряюще улыбнулся и сжал ладошку Эрика посильнее. Эрик:       — Угу, — я кивнул. — Да, будет. Я люблю тебя, — я положил голову на плечо мужчины. Майкл:       — И я тебя, Эрик, — я прислонился щекой к макушке парня. Эрик:       — Я понимаю, что не всегда смогу быть рядом, но я буду верен тебе и буду ждать с нетерпением твоего возвращения. Я знаю, что у тебя много работы и много проблем, с чем я не могу помочь тебе, но я хочу и буду поддерживать тебя. Майкл:       Я улыбнулся, поцеловал оранжевого в макушку, а потом пересадил его на колени, чтобы крепко обнять.       — Я всё ещё поражаюсь тому, как сильно ты смог полюбить меня после всего. Спасибо тебе большое. Эрик:       — Хм… А что там было? Мы просто немного переиграли в БДСМ, — я усмехнулся. — Я уважаю тебя и люблю ещё больше за всю ту работу над ошибками, что ты сделал. Майкл:       — Немного, — проворчал я. — Я всё ещё так виноват перед тобой, поэтому буду стараться больше. Чтобы… Ну, знаешь, чтобы, — я зарылся носом в волосы Эрика и еле слышно закончил, — ты ещё больше любил меня. Эрик:       — Конечно же я буду любить тебя ещё больше, любимый. Да хоть сейчас, если бы ты хотел себе наследника, я бы не отказался. Я всё сделаю ради тебя. Майкл:       — Думаю, ближе к 40, — протянул я. — Но я бы хотел ребенка от тебя. Не сейчас. Это время я хочу провести только с тобой, не хочу делиться. Эрик:       — Хорошо, — я усмехнулся. — Мой любимый собственник. Как скажешь, так и будет. Майкл:       — Знаешь ты, что мне нравится, — я засмеялся, начал гладить Эрика по руке. Эрик:       — Конечно, — я тоже засмеялся. Больше бы так проводить времени вместе… Майкл:       Только я полностью расслабился, как в дверь постучали.       — Господин Хейз, к Вам офицер Айрон.       Я нахмурился, но разрешил войти.       — Добрый день, мистер Хейз, — офицер деловито зашёл в комнату, смотря на меня так, будто поймал с поличным. — У меня ордер на ваш арест.       Я выгнул бровь, пытаясь что-то придумать, хотя мозг выдавал только два вопроса: как и почему?       — И почему его выдали? — задал я глупый вопрос.       — Суд решил, что так будет лучше, хотя я бы сделал это намного раньше, — офицер Айрон усмехнулся, показал ордер, а потом достал наручники. — Ну что, вы идете?       Я глянул на Эрика. Подавив тяжёлый вздох, я поцеловал его в висок и поднялся, протянул руки Айрону. Интересно, сколько будет залог? Наверняка каким-то большим, им же так надо денег содрать. Надеюсь, мой адвокат хорошо работает, чтобы оправдать меня. Эрик:       Услышав слова офицера полиции, я задрожал. Неужели у нас даже шанса нет на то, чтобы Майкла оправдали? Тогда что с ним будет? Его посадят, а меня… А я… Даже думать не хочется о такой разлуке. Я не выдержу этого, а Майкл будет в ещё худшем состоянии после всего этого. Мне было страшно за него. Я не хотел спокойно наблюдать за тем, как моего любимого заковывают в наручники, как его уводят, но я ничего не мог с этим сделать… Мои действия могли ухудшить ситуацию или расстроить Майкла. Я еле сдерживал слёзы, чтобы мужчина их не увидел. Так хотелось прижать его к себе и умолять, чтобы его никуда не отпускали, но вот входная дверь закрылась перед моим носом, а потом я услышал звуки уезжающей машины. Сердце бешено билось в груди, а мозг уже перебирал различные варианты дальнейших событий, среди которых хороших концовок было не так уж и много. Неужели это всё конец?.. Я не могу понять, почему в нашем мире нет справедливости. Он ужасен и он пожирает абсолютно всех… Майкл:       Перед тем, как дверь закрыли, я оглянулся назад, чтобы увидеть Эрика. Только на этот миг я позволил себе заполнить голову тревожными мыслями о нём, потом же я думал о том, что мне нужно сделать, чтобы выбраться оттуда. Сначала надо узнать размер залога, а потом думать, как быть дальше.       Мы долго ехали в пункт назначения, чему я был рад. Знаете, не горю желанием оказаться в СИЗО. Конечно, сколько бы я ни думал, как не хочу там быть, я не мог этого избежать, поэтому спустя время перед глазами предстало мрачное кирпичное здание. Хмуро оглядывая строение, я пошёл с полицейскими, чтобы работники тюрьмы оформили меня, выдали одежду и забрали все мои вещи. Внутри, кстати, было ещё хуже. Даже не хочу представлять, как в камерах. Я это и так увижу. Нежности ждать не приходилось, и я приготовился к тому, что некоторые места будут побаливать из-за цепких рук охранников. Меня привели в камеру, где было сразу 10 человек считая меня, и меня они, если честно, напугали — слишком уж грязными и злыми они были, готовыми напасть, ограбить и убить. И точно они не моего уровня.       Но надо заметить, что мне кое-как удалось занять определенный уровень и здесь, завоевать авторитет если не главаря, то точно не слабака.       Когда мне дали позвонить, я набрал номер своего психолога. Ему я могу доверять, поэтому могу и попросить о помощи без страха. Эрик:       Несколько недель Майкла не было дома. Я не мог нормально спать, есть, все мои мысли были только о сложившейся ситуации. Мне было очень страшно, но я заставлял себя держаться ради своего любимого, ради нашего будущего, хотя глаза постоянно были на мокром месте.       Каждый день я сидел у окна и смотрел во двор, проверяя, не приехала ли какая-нибудь машина. В лучшем случае это был бы Майкл, а в худшем — люди с плохими новостями, которые должны были забрать меня. Каждый шум и движение с улицы заставляли меня вздрагивать и внимательно всматриваться в то, что происходит.       И сегодня я устроился на подоконнике после скудного завтрака, который я силой заставил впихнуть в себя, и снова начал наблюдать, ожидая хоть чего-то. И наконец-то я дождался. Во двор заехала машина, которой я раньше не видел. Она приковала мой взгляд к себе, а сердце бешено забилось. Для меня время начало идти медленнее и я как будто наблюдал всё в замедленной съёмке. И вот машина подъезжает ко входу, двери открываются и… Я ринулся к главным дверям, ни на что не обращая внимания. В висках начало стучать, а глаза вновь наполнились слезами. Наконец-то. Наконец-то я дождался! Майкл:       Домой меня привёз Билл. Меня всё мучило то, что ему пришлось отдать свои деньги за меня, поэтому я в который раз извинился и сказал, что отдам всё до единого цента, даже что с процентами могу. Билл, конечно же, знал, что я ненавижу оставаться в долгу, поэтому только улыбался и кивал.       Я услышал, как входная дверь распахнулась, посмотрел туда и увидел Эрика, который со всех ног бежал ко мне. Я широко распахнул руки и так же широко улыбнулся. Я действительно рад видеть его! Эрик:       — Майкл! — я прыгнул на мужчину и обнял его руками и ногами. Нет, я не готов его отпускать. Майкл:       Я крепко обнял парня. Билл кивнул мне, махнул рукой и сел обратно в машину. Я проводил её взглядом, потом уткнулся губами в шею Эрика и спросил:       — Сильно испугался, родной? Эрик:       — Очень, — всхлипнул я. — А ты как, любимый? Майкл:       — Было неприятно, но теперь я в порядке. Я соскучился по тебе. Эрик:       — И я соскучился. Я так люблю тебя. Не отпущу больше. Майкл:       — Ну-ну, всё, я здесь, — я похлопал Эрика по спине, совершенно не желая слушать, как он плачет. Я хочу видеть его счастливым. — Не надо. Пойдём в дом? Я проголодался. Покушаешь со мной? Эрик:       — Да, покушаю. А можно мне покормить тебя? Майкл:       — Ну что я, маленький, что ли? — я засмеялся, опустил парня на дорогу. Эрик:       — Ну, пожалуйста, — протянул я, стараясь выглядеть как можно милее. Майкл:       — Ладно, я не изверг, чтобы запрещать это, — я вздохнул, кивнул, взял Эрика за руку и повёл в дом. — Или лучше сначала душ принять? За это время только несколько раз дали сходить туда. Эрик:       — Тогда давай в душ. Мне спинку тебе потереть? — поинтересовался я. Майкл:       — Не только спинку, — глубоко кивнул я. — Ещё я надеюсь пообниматься с тобой. Эрик:       — Конечно пообнимаемся. И после еды тоже будем обниматься, — заверил я. Майкл:       — Обязательно, — я улыбнулся.       В столовой я позволил Эрику немного меня покормить. Я заметил, что дворецкий смотрит на меня со слезами на глазах — настолько расчувствовался. Хороший он мужчина, всегда так думал. В ванной, когда мы с Эриком уже стояли под дождиком, я все смотрел на его тело, любовался, водил по нему руками, радуясь нежной коже. Эрик:       Я тоже не мог оторваться от мужчины. Мы не виделись всего лишь несколько дней, а по ощущениям кажется, что намного дольше. Я ни на секунду не хотел отходить от любимого, даже отводить взгляд. Я с удовольствием прикасался к его коже, пока мыл Майкла, любовался им всем, а иногда трогал слегка отросшую бороду. Вначале она мне так не нравилась, но потом я понял, что влюбился и в эту часть мужчины.       После душа я забрал у Майкла полотенце и начал вытирать его. Нет, я не считаю его ребёнком, однако мне были необходимы эти прикосновения и забота. Сейчас он должен отдохнуть и расслабиться, пока есть время, а то не известно, что нас ждёт завтра… Майкл:       — Попробуешь подровнять мою бороду? — спросил я, когда был чист и сух. Эрик:       — Давай. Только не злись, если не получится, — я начал вытирать себя. Майкл:       — Если что, потом схожу к своему парикмахеру. Ну, или сбрею совсем, пусть сама потом растет. Эрик:       — Не надо сбривать полностью. Только не это. Я так люблю твою бороду. Майкл:       — Тогда тебе придется постараться, — я засмеялся. — Посмотри, может, как стричь надо. Эрик:       — Хорошо, — я вытерся и заглянул в телефон, который оставил в кармане штанов. Вроде бы ничего сложного, но страх, что я сделаю что-то не так, всё равно был.       Я взял триммер и начал осторожно выравнивать бороду Майкла, следя за тем, чтобы ничего не испортить и не отрезать лишнего. Лучше оставить немного, чтобы в случае чего можно было исправить. Майкл:       Я наблюдал за парнем, сдерживая улыбку, чтобы не мешать ему. Он выглядит таким сосредоточенным, поэтому таким смешным. И это умиляет меня.       — Ты такой милый, — сказал я, когда всё было закончено. Но мне страшно смотреть в зеркало. Эрик:       — Да? Почему? — удивился я. — И как тебе? Если не нравится, то так и скажи. Майкл:       — Потому что ты очень мило выглядел, — я чмокнул парня в губы и поглядел в зеркало. — Что ж, неплохо, — протянул я. — Немножко надо поправить, но хорошо. Умничка, — я тепло улыбнулся Эрику, потрепал его по волосам. Эрик:       — Спасибо, — я смутился. — Теперь пойдём в комнату? У тебя ведь никаких дел нет? Майкл:       — Какие ж у меня теперь дела могут быть? — вздохнул я, вспомнив о насущном. — Никаких. Поэтому я свободен. Просьба занять меня чем-нибудь не будет слишком эгоистичной? Эрик:       — Нет, любимый, конечно же нет, — я обнял Майкла. — Чем хочешь заняться со мной? Майкл:       — Чем угодно, — на этот раз моя улыбка вышла вялой. — С тобой так уютно обниматься. Эрик:       — Я могу почитать тебе. Или давай вместе порисуем. Мы этим так редко занимаемся, — я ещё крепче обнял Майкла. — А потом, если не устал, можем потренироваться и погулять. Майкл:       — Сделаем всё это. Но сначала порисуем. Меня это обычно успокаивает, поэтому может и сегодня помочь. Эрик:       — Хорошо. Покажешь мне какую-нибудь новую технику? — я отпустил Майкла и начал одевать его. Майкл:       — Ну, покажу, если вспомню. Я ведь не художник, чтобы много о рисовании знать. Эрик:       — Но ты ведь так классно рисуешь. Мне нравятся твои работы, — я улыбнулся, а потом пробормотал: — Кроме твоих бывших попугаев… Майкл:       Мои брови сразу насупились.       — У меня только одна такая картина. И она не была попугаем. Остальные люди с улицы. Эрик:       — Я немножко поревную и успокоюсь, — я уткнулся мужчине в грудь. Майкл:       — Не говори об этом впредь, пожалуйста. Эту картину не трогай, — я погладил парня по спине и поправил рубашку. Эрик:       — Хорошо. Прости, больше не буду. А что сейчас хочешь порисовать? Пейзажи? Майкл:       — Натюрморт. Давай соберём что-нибудь и оформим. Эрик:       — Отлично. Кажется, у меня уже есть несколько идей, — я чмокнул Майкла в щёку и повёл собирать предметы для будущего натюрморта. Я был так рад тому, что Майкл вернулся домой, что моему счастью не было ни конца, ни края. Я не упускал шанса потрогать или погладить его, а как же хотелось зацеловать! Майкл:       — Милый, может, хватит меня так трогать? — спустя час я не выдержал. — Честно, это приятно, если немного, но сейчас уже раздражает. Или давай уже просто обнимемся и будем так стоять, лежать, сидеть или что ты хочешь. Эрик:       — Прости, — я обнял мужчину. — Пять минут и вернёмся к рисованию. Я просто так рад тебя видеть. И я соскучился… Майкл:       — Хорошо, иди ко мне на коленки, — я сел на стул и протянул парню руки. Эрик:       — Угу, — я сел лицом к мужчине и уткнулся в его шею. — Майкл, мой дорогой и любимый Майкл. Майкл:       — Ты так редко называешь меня по имени, что это даже непривычно, — я засмеялся, прижимая парня к себе. Эрик:       — Мне стоит чаще так делать. Хотя и «любимый» ничего так. Майкл:       — Да, нормально. Но имя у меня тоже ничего так, не правда ли? Эрик:       — Очень красивое. Моё самое любимое, — я поднял голову и уткнулся в бороду мужчины. Майкл:       — Льстец, — я усмехнулся. — И хитрец. Эрик:       — Но я действительно так думаю. Посмотри, как хорошо звучит. Например, король Майкл, Его Величество Майкл, господин Майкл, хозяин Майкл, любимый Майкл, милый Майкл, мой Майкл. Идеально же! Майкл:       — Я же говорю, что кто-то слишком хитрый, — я потянул Эрика за щеку, потом поцеловал её. — Хотя было бы неплохо называться королём. Эрик:       — Я могу иногда так тебя называть, — предложил я. Майкл:       — Нет, спасибо. Лучше любимым, милым и твоим. Ну, и ты помнишь, когда хозяином. Эрик:       — Очень хорошо помню, — я поднялся немножко выше и мягко укусил мужчину за нижнюю губу. Майкл:       — Нет-нет, мы ещё не дорисовали, — я улыбнулся, хотя и не отстранил Эрика. Эрик:       — А вечером можно, м? — я просяще посмотрел на Майкла. Майкл:       — Смотря что ты хочешь, — я приподнял брови. Эрик:       — Тебя хочу, — я начал водить носом по щеке любимого. Майкл:       — А здесь столик есть. Если почистить, то очень даже удобно будет, — заметил я, провёл пальцами одной руки от талии к затылку парня. Эрик:       — Хм… Я совсем не против, — ответил я, подумав. — После рисования? Майкл:       — Нет, сейчас, — я мягко поцеловал любимого. Эрик:       — Но ещё недавно ты говорил о другом, — я начал водить руками по груди мужчины, заводясь. Майкл:       — У тебя получилось возбудить меня, — отмахнулся я. Мой голос стал ниже, когда я сказал: — Ты нравишься мне, очень нравишься. Эрик:       — Я люблю тебя, Майкл, — я обнял его за шею, смотря прямо в глаза. — Идём чистить столик? Майкл:       — Может, сбросим всё на пол просто? Эрик:       — Поддерживаю, — я улыбнулся. Майкл:       — Только аккуратно, чтобы обои не испачкать, — я усмехнулся, поднял парня на руки и поднялся сам. Я скинул со стола рулоны бумаги, листы и закрытые краски, а взамен положил Эрика, немного наклонился над ним. Я рассматривал его, одновременно раздумывал, что же сделать, за что взяться, что же придумать. Хотелось всего. Эрик:       Я обвил мужчину ногами и прижал к себе.       — Хозяин, сделайте мне приятно, — промурлыкал я, следя за тем, что Майкл будет делать дальше. Майкл:       — Тогда основательно возьмёмся за твоё тело, — я криво ухмыльнулся.       Мои губы ещё раз припали к губам парня, руки стягивали одежду, чтобы ласкать его кожу. Я с удовольствием вдыхал запах Эрика, касался его мягкой кожи и слушал его дыхание и стоны. Я люблю доставлять ему удовольствие, а он в ответ обязательно доставит его мне. Эрик:       Я никак не мог дождаться того момента, когда Майкл будет полностью во мне. Он стал для меня наркотиком, из-за которого спустя всего лишь нескольких дней у меня началась дикая ломка. Хотя признаюсь, что действия любимого весьма возбуждали меня. От его касаний по моей коже бежал табун мурашек, а тело стремилось к ещё большим ласкам.       Когда-то я даже и подумать не мог о том, что буду так желать и любить кого-то, но сейчас этот человек был прямо передо мной, и он отвечал мне взаимной любовью, что делало меня самым счастливым. В такие моменты я действительно радуюсь, что у меня именно оранжевый браслет.