Дети моря

      Харука обвиняюще посмотрел на Макото. Он думал, что этот день они проведут вдвоем, но судьба распорядилась иначе. И теперь он вопросительно приподнял брови, ожидая объяснений своего парня.       – Родители сказали взять их с собой. Я пытался их переубедить, но не получилось. – В голосе Макото звучало искреннее сожаление.       Хару вновь перевел взгляд на одиннадцатилетних Рена и Ран, родных детей приемных родителей Макото, мертвой хваткой вцепившихся в их любимого старшего братика. На мгновение Харуку кольнула ревность. Но вариантов не было и ему пришлось смириться, надеясь, что больше ничего непредвиденного не произойдет.       ***       Рин сидел на кровати, раздумывая над сегодняшним сном. Он начал видеть их с той последней встречи, и сейчас они начали заходить все дальше и дальше…       …Рин целует Хару. И этот поцелуй похож на какой-то абсолютно нереальный по своей природе танец, танец двух душ. Рин обнимает любимого за талию, его же ладони лежат на плечах самого Рина. И чья-то рука касается его собственного тела. Дыхание этого человека задевает чувствительную кожу за ухом, заставляя сбиться дыхание. Он отстраняется от Хару и поворачивает голову, ничуть не сомневаясь в личности третьего. Рин протягивает руку, невесомо касаясь кончиками пальцев лица Макото. Тот улыбается в ответ, накрывая своей рукой руку Рина, и его зеленые глаза светятся от радости. Рин тоже улыбается, и через мгновение их губы встречаются в поцелуе… … От размышлений Рина отвлек звук пришедшего сообщения. Он несколько удивленно посмотрел на текст, пришедший с чудом не стертого из телефонной книжки номера.       /Привет, Рин-кун. Узнал?       /У меня еще сохранился твой номер, Каэде-кун.       /Неужели? Не ожидал.       /Сам удивляюсь. Что хотел?       /Мы можем встретиться с тобой сегодня? Надо кое о чем поговорить.       /По телефону никак?       /Нет.       /Ладно. Где?       /Знаешь новый парк? Его сегодня открывают. Там будет полно народу, но никому не будет до нас дела.       /Хорошо. Где именно и во сколько?       /В полпервого у главного входа. И еще. Запомни имя: Фуками Сэнго.       /А это еще зачем?       /Просто запомни. Там поймешь.       /Уговорил. Но что-то ты темнишь.       /При встрече узнаешь.       Рин тяжело вздохнул. Он хотел встретиться с другом, но чувствовал, что разговор будет не самым приятным. С такими мыслями он пошел собираться.       ***       Хару с некоторой злостью смотрел на идущего впереди Макото. Рен и Ран крепко схватили его за руки, не давая Хару ни малейшего шанса к нему приблизиться. Он предпринял новую попытку хоть ненадолго остаться наедине со своим парнем:       – Рен-чан, Ран-чан, не хотите покататься на карусели?       Дети переглянулись и посмотрели на брата.       – Нии-чан, поедешь с нами?       – Боюсь, меня не пустят. Но мы обязательно пойдем вместе на что-нибудь другое.       – Обещаешь? – Синхронно.       – Конечно. – Макото улыбнулся брату и сестре.       Дети пошли на карусель, а Хару мгновенно вцепился в Макото. Тот ласково и максимально незаметно коснулся губами его волос.       – Ревнуешь?       – Немного.       – Не надо. Мы просто давно не проводили время вместе.       – Мы же каждую неделю ходим к твоим родителям на ужин.       – Им этого мало. «А ты, оказывается, еще больший собственник чем я думал».       Смущенный Хару уткнулся лицом в плечо Макото, вызывая у него улыбку.       Макото и Хару молча постояли так некоторое время, пока дети не прибежали с карусели. Они с радостными криками обняли брата, оттесняя от него Хару, который опять бросил на них сердитый взгляд.       – Ну что, идем дальше?       – Да!       Пытаясь угодить всем троим, следующие аттракционы выбирал Макото. Он специально искал те, на которые им бы пришлось идти вместе, и это принесло свои результаты: примерно через час они вчетвером шли державшись за руки, и никто не на кого и не думал обижаться.       – Они-чан, – Ран тряхнула своими хвостиками. – Я есть хочу.       – И я! Я тоже хочу! – Поддержал ее брат. Макото бросил взгляд на часы.       – И правда уже обед. Хм... Если я правильно помню, кафе в той стороне...       – В той. Идемте, я тоже проголодался.       Вся компания счастливо пошла по парковой улице.       ***       Рин устало смотрел на входящую в парк толпу. Влюбленные парочки, родители с детьми, щебечущие о чем-то подружки – все это начинало его постепенно раздражать. Он уже собирался звонить другу, но его отвлек чей-то голос.       – Рин-кун? Извини за опоздание.       Рин удивленно осмотрел говорившую. Изящная, но слабовыраженная фигура, миловидное личико, обрамленное темными волосами, которые доходили ей до пояса, радостный взгляд карих глаз... И запах. Скрываемый за духами, но все равно узнаваемый.       – К... Каэде!?       Девушка дернулась, быстро зажимая ему рот.       – Ну зачем ты так кричишь, а? Прям как твоя сестра...       Рин убрал чужую руку от лица и продолжил уже нормальным голосом.       – Так ты поэтому не хотел разговаривать по телефону? Ну и как это прикажешь понимать?       – Не только. И рассказывать долго и нет необходимости делать это прямо сейчас, поэтому... Рин-кун, ты же сводишь девушку в кафе? – Лицо как у кицуне*.       – Конечно, Сэнго-чан. – Рин улыбнулся, временно принимая правила игры, и они пошли в парк.       Рин уже был готов свернуть на одну из тропинок, но Сэнго неожиданно повела его в другую строну. Парень удивленно посмотрел на спутницу, не понимая ее планов.       – В чем дело?       – Сейчас увидишь.       Их целью оказался небольшой ларек, где продавалось множество детских украшений, которые, впрочем, покупали и достаточно взрослые девушки.       Сенго начала тут же рассматривать товары, ища что-то ведомое только ей. Рин печально вздохнул, ожидая, что процесс затянется надолго.       К его удивлению девушка окликнула его всего через пару минут, вынуждая подойти поближе. И не успел он задать вопрос о причинах, как девушка надела на него ободок.       Рин удивленно уставился на еще более радостную Сэнго.       – Зачем?       – Во-первых, тебе явно мешают твои отросшие волосы, а стричься ты похоже не собираешься. – Губы Рина непроизвольно расплылись в улыбке. – А во-вторых, я вспомнила тебя в детстве. Ты тогда был таким милым!       Рин густо покраснел, вызывая смех подруги. Та отсмеялась и взяла с прилавка зеркало, помогая другу разглядеть себя.       – Хм… А почему именно желтый?       – У тебя тогда такой был. Да и к твоим волосам он подходит.       Рин еще раз с сомнением посмотрел на широкий ободок, придерживающий его непослушные волосы. Удивительно, но такая мелочь вызывала множество воспоминаний из детства, когда друзья беззаботно играли вместе.       Рин ностальгически улыбнулся своим мыслям.       – Что ж, значит, я просто обязан его взять.       – Ага! И давай посмотрим тебе еще парочку, на всякий случай.       – Как скажешь.       Следующие полчаса двое друзей выбирали ободки. Рин испуганно смотрел на подругу, которая разошлась не на шутку и предлагала самые разнообразные варианты. В ее список кроме простых одноцветных различной ширины попали также различные узорчатые, откровенно детские с мультяшными фигурками, совсем девичьи и даже чудом не раскупленные некомими**.       И самым смущающим был тот факт, что Сенго не иначе как чудом успевала фотографировать Рина в каждом из них. Она клятвенно заверяла, что не покажет эти снимки никому, но Рин ей не верил.       Наконец, после долгих споров и взаимных шуток, пара сделала свой выбор, и они теперь уже точно направились в кафе.       *Кицуне – лиса-оборотень.       **Некомими – кошачьи ушки на ободке.