Дети моря

От автора: Извиняюсь за задержку, были проблемы с бетой, но сейчас все в порядке. Спасибо за ожидание.       Рин внимательно посмотрел на сидящую перед ним девушку. Она сделала маленький глоток принесенного ей кофе и бросила ответный взгляд на Рина.       – Значит, любишь европейские сладости? – Рин кивнул на пирожное. – Не замечал за тобой такого.       – Люди меняются и их вкусы тоже. – Сэнго с улыбкой отставила чашку. – Но я хотела поговорить с тобой о другом.       – Да? И чем? О твоей внешности?       Девушка чуть поморщилась.       – Нет, и не об этом. О тебе.       – В смысле? О чем именно ты хочешь поговорить?       – О твоем отношении к Харуке-куну и Макото-куну. – Рин сделал попытку уйти. – Сидеть! Я не разрешала тебе уходить.       Рин злобно посмотрел на Сэнго.       – А что именно тебе там не понятно? И какое тебе вообще до этого дело?       Девушка вздохнула: разговор обещал быть долгим.       – Мы не виделись шесть лет, но ты все еще мой друг. Так же как и Харука-кун и Макото-кун. И я хочу понять, что между вами происходит. – Сэнго бросила прожигающий взгляд на Рина. – Точнее… Точнее я хочу понять, что происходит с тобой.       – И ты туда же. – Рин горько усмехнулся. – Все вы пытаетесь залезть мне в голову…       – Коу-чан? Она тоже пыталась с тобой разговаривать?       – А как же? Решила, что может что-то сделать…       – А ты думаешь, что нет? Может, дашь тогда мне шанс?       Рин некоторое время помолчал, раздумывая над ответом, а потом тяжело вздохнул, видимо, на что-то решившись.       – Ну попробуй. Может, хоть тогда отстанете…       – Ладно. Тогда без предисловий: что ты чувствуешь к Харуке-куну и Макото-куну?       Брови Рина взлетели вверх, а сам он непроизвольно отшатнулся.       – О чем ты?       – Не притворяйся, что не понял. Хотя я могу и переформулировать. – Девушка усмехнулась. – Ты их любишь?       Рин как будто застыл. Откуда?..       – Я слышала ваш разговор за магазином. – Оказывается, последний вопрос Рин задал вслух.       И теперь он трясся от злости.       – О! Замечательно. Просто замечательно.       – Что именно? – Спокойное любопытство.       – Ты и сама все знаешь. Ну же, давай, смейся, издевайся надо мной. Ты же этого хотела, верно?       Рин то и дело вздрагивал, кажется, готовясь впасть в истерику. Сэнго помолчала и вернула на стол взятую было чашку.       – Нет, я даже не думала об этом.       – Да? Неужели?       – Да. Я действительно хочу помочь вам троим. Поэтому я тебя и спрашиваю: ты любил их тогда, но любишь ли ты их сейчас?       Рин нервно сжал кулаки. Рассказать? Промолчать? Послать куда подальше, чтоб не лезла? Похоже эта девушка не отстанет, пока не услышит правду.       – Да. Я люблю их и сейчас. – Рин сам не заметил, как на глазах выступили слезы.       На плачущего парня было жалко смотреть, и девушка протянула ему платок.       – Тогда почему ты бежишь от них?       – Я… Я боюсь…       – Всего-то? – Рин дернулся, собираясь возразить. – Тихо. Сначала послушай, потом спрашивать будешь. Я не говорю, что ты должен прямо сейчас пойти к ним и вновь признаться в любви. Просто не отталкивай их, когда они сами придут к тебе.       – Просто? Легко сказать. – Рин прикрыл глаза рукой. – Я боюсь даже смотреть им в глаза…       – Я это понимаю. Так же как и понимаю то, что на это нужно время. И я вовсе не собираюсь тебя торопить. – Девушка отхлебнула уже прилично остывший кофе.       – Спасибо… – Все еще слабо подрагивающими руками Рин взял пододвинутую к нему кружку зеленого чая.       Следующие несколько минут пара сидела в тишине, просто наслаждаясь своими заказами и компанией друг друга. Наконец Рин отставил пустую кружку, чтобы задать вопрос интересующий уже его.       – А теперь можешь ты мне объяснить, почему ты в таком виде?       Его друг нервно замер, по всей видимости, он надеялся не услышать этого вопроса.       – Я хочу играть в театре Кабуки*, и это что-то вроде практики.       – Это единственная причина?       – А? Да.       Теперь настала очередь Рина добиваться правды.       – Врешь.       – Что? С чего ты взял?       – Я мог бы соврать, что это моя интуиция или тебя выдали твои глаза. – Рин усмехнулся. – Но у тебя браслет Посвященного и я могу сказать честно: тебя выдало твое сердце.       – Вот как… – Грустная улыбка. – Значит, ты слышишь, как оно бьется, верно?       – Верно. Ну что, ответишь мне правду?       – Ты… Ты уверен, что хочешь знать?       – Абсолютно. Ведь ты все еще мой друг.       – Действительно. – Пауза, чтобы собраться с мыслями, нервно сжатые руки. – Ты слышал о гендерной дисфории?       – М? Что-то связанное с медициной и с полом?       – Скорее с психологией. Это психологическое расстройство, когда человек не удовлетворен своим физическим полом.       Рин удивленно посмотрел на друга.       – Так значит, ты хочешь быть девушкой?       – Да. И эта «игра» позволяет мне чувствовать себя хоть немного лучше.       – Кто-нибудь еще знает об этом?       – Когда об этом узнала мама, она отправила меня к отцу. И я не хочу, чтобы он знал об этом.       – Ты тоже боишься. Боишься, что он узнает и прогонит тебя.       Кивок в ответ.       – Да. А еще об этом знает твоя сестра: мы с ней случайно встретились на улице, и она узнала меня по запаху.       – Знаешь, мне сложно понять такое. У нас, живущих близко к суше, более гибкая психика и не такие жесткие правила как у глубинных племен. – Рин ненадолго замолчал, вспоминая человеческую мораль. – Я догадываюсь, с каким осуждением со стороны ты можешь столкнуться… Но знай: я на твоей стороне. Ты помогаешь мне, а я буду помогать тебе. Все ясно?       – А? Да, спасибо. – Первая искренняя улыбка с начала их разговора.       – Вот и отлично. А теперь скажи, почему Кабуки?       – Как минимум будет шанс честно изображать девушку хотя бы на сцене. Как максимум… Как максимум – заработать достаточно денег на операцию.       – Молодец, что не опускаешь руки.       – Приходится.       Рин собрался снова позвать официанта, но ему помешал телефонный звонок.       – Слушаю. – Пауза. – Что? Какое собрание? Тч… Какие тренировки?.. Ясно, скоро буду.       Рин положил трубку.       – В чем дело?       – Какое-то срочное собрание по поводу тренировок. Менеджер просит срочно приехать.       – Тогда иди, я расплачусь.       – Не стоит. Нет, все-таки частично придется: мелочь кончилась. – Парень еще раз пересчитал деньги, убеждаясь, что их не хватит, а крупные разменивать не особо хотелось.       – Конечно. Официант! Принесите, пожалуйста, счет!       *Кабуки – традиционный японский театр, где все роли исполняют мужчины.       ***       Сэнго неспешно шла по парку: Рин давно убежал в академию, а она решила еще немного прогуляться. Она никуда не торопилась и поэтому заметила стоявших около киоска с мороженым Макото и Харуку, а в детях рядом с ними с трудом узнала подросших Рена и Ран. Она улыбнулась этой идиллической картине и пошла дальше, но через несколько шагов кто-то осторожно коснулся ее плеча.       – А? – Девушка повернулась к другу. – Добрый день, Харука-кун. Гуляете, как я вижу.       – Да. Зачем… Зачем ты разговаривал с Рином, Каэде-кун?       – Хотела вам хоть немного помочь. Не знаю только, получилось или нет… И не Каэде, а Сэнго – в этом облике у меня такое имя.       – Как скажешь. А разговор… Кто-то должен был это сделать. И вряд ли бы он доверился кому-то другому. – Тут он заметил влажно блестящие глаза девушки и ее легкую улыбку. – А? В чем дело?       – Ты даже не стал спрашивать меня о причинах.       – Я могу видеть не только будущее, но и прошлое и настоящее. Тебе нет необходимости говорить нам о своих причинах.       – Вам? Значит Макото-кун тоже в курсе?       – Он сказал, что ты достаточно громко думал об этом, когда договаривался о встрече с Коу-чан.       Сэнго рассмеялась такому ответу.       – Спасибо, что не выдаете. И что не отталкиваете тоже.       – И не собирались. – Почти незаметная ободряющая улыбка.       – Знаешь, а вы мило смотритесь вместе. Совсем как женатая пара с детьми. Практикуетесь?       – Что? – Хару посмотрел не нее с легким непониманием.       – Ну вы же наверняка рано или поздно захотите усыновить ребенка. Или… – Тон девушки сменился на заговорческий, – у вас могут быть родные?       Хару резко побледнел и отшатнулся, когда до него дошел смысл этих слов.       – Кхм… У нас анатомия, конечно, отличается от вашей, но не до такой степени…       Девушка прыснула в кулак.       – Да ладно тебе, Харука-кун, я просто пошутила. В качестве извинения могу показать вот это. Сэнго достала телефон и открыла сегодняшние снимки Рина. – Как тебе?       Хару молча взял телефон и начал листать изображения. Примерно на десятом он поднял на девушку искрящиеся глаза, и она убедилась, что потратила время не зря.