Нормми

Сэмми нажимает на кнопку. Он устал. Устал гоняться за демоном, что плевать хотел на него и его подношения. Устал от воспоминаний, от Генри, что только и делает, что мельтешит по всей студии, напоминая о прошлом. Он больше так не может. Лифт едет медленно, будто бы вечность. И вот останавливается. Дверь открывается, глаза режет яркий теплый свет. Такой уже привычный и до тошноты противный. Выходя, Лоуренс сразу чувствует чернильное пятно под ногой. А ведь он ещё не прошел вниз по лестнице, где стоял лишь шум прожектора. Услышав это, композитор немного успокоился. Успел. Когда он шел вниз, раздавался, до боли надоевший и режущий слух, скрип половиц. Ступил в болотистую жижу, что обволакивала ноги до колена, передвигаться стало сложнее. Подойдя достаточно близко к прожектористу, он встал на месте, в ожидании, когда его заметят. Много времени не понадобилось. Монстр было уже набросился на бывшего начальника, но поняв, что это не Генри, быстро потерял интерес и остановился. — Норман, что с тобой стало?.. — прожектор наклонился в сторону, наполняя комнату противным скрипом. — Ты прав, я не лучше. Сэм сделал шаг вперёд и протянул руку к своеобразной голове товарища, судя по реакции, тот не помнил ни Сэмануэля, ни чего-либо ещё. Лоуренс провел рукой вдоль прожектора, насколько мог дотянуться. Полк и раньше был достаточно высоким, а сейчас... Сэм громко выдыхает, под громкие капающие звуки чернил, и убирает руку, заметив, что оставил после себя пятно, на и так грязном приборе. Монстр же стоит и не двигается. Пытается понять то, чего не сможет. Сектант не решается снимать маску, просто обнимает Нормана, упирается в него картонкой, которая, казалось бы, уже приросла к нему. Если бы он мог плакать, обязательно заревел бы навзрыд. Сэмми устал.