Лисичка Хван Хёнджина

Лисичка, где ты? Я так устал просыпаться без тебя… без твоих рук и ног на мне… без твоего тепла и ласкового шёпота каждое утро… Каждое утро в течении пяти лет невыносимое, прям так и хочется к тебе, обнять своего лисёнка и можно не просыпаться. Но сейчас я этого сделать не могу, наш сыночек выходит замуж за любимого альфу, и я безумно рад за них, надеюсь, как и ты. Я ненавижу весну, ведь она забрала тебя у меня и навеки оставило шрамы на сердце. В тот день ты шёл за подарком мне на день рождения… а на улице был ливень, и водитель не справился с управлением, и ты попал под колеса. Не стало тебя уже на операционном столе, когда врачи боролись за твою жизнь, но были повреждены жизненно важные органы. Я понимаю, что ты хотел, как лучше, порадовать меня… но я ненавижу то чувство, что испытываю изо дня в день на протяжении пяти лет. Господи, как я скучаю по твоим веснушкам, которые хочу зацеловать… я хочу ещё раз услышать твой голос, насладиться им… да и тобой сполна хочу насладиться, Лисичка моя. Ты так смущался, когда я придумал это прозвище, ведь тогда ты внезапно появился у меня дома с огненно-рыжей шевелюрой и набросился с поцелуями. Это было так давно, что я начал забывать вкус твоих губ, и мне, из-за этого, так стыдно, Ликси. Я вижу твои фото каждый день, но не хватает тебя настоящего, не на фотобумаге, а в реальности, из плоти и крови. Такого тёплого и родного… Такого, чтобы будил с утра поцелуйчиками и лез ко мне в душ, обнимая со спины, чтобы рычал на других омег, которые подходят ко мне… чтобы я отталкивал от тебя странных альф, что возомнили себя павлинами и лезли бы к тебе… Знаешь, так много времени прошло, а я до сих пор не смогу спать спокойно и брызгаю твои любимые духи на нашу постель, изводя себя этим ещё больше. А когда совсем не в моготу, я оставляю твой запах на своей рабочей одежде, внюхиваясь в пиджак как какой-то наркоман. Я знал, когда мы поженились, что мои чувства сильны, но я не думал, что настолько сильно… Мне уже тридцать восемь, тебе было бы тридцать четыре… но ты не выглядел на эти года, словно, тебе всегда двадцать… прости, не «словно»… тебе теперь в буквальном смысле всегда двадцать девять. Господи, я хочу кричать от боли и тоски по тебе, Хван Феликс. По твоему запаху, губам. По всему тебе… Хочу вернуться назад, в то время, когда мы подростками бегали по твоему дому в Австралии или когда я рисовал тебя на перемене, ведь в университете мы не могли видеться на парах, в нашем распоряжении были только те короткие отрывки времени. А ещё я хочу снова посмотреть на тебя на трибунах, когда меня силой заставили играть в баскетбол, ведь мой рост давал выигрышное положение команде. Ты так смущался, но кричал моё имя… Наши фотографии расставлены везде в доме, а наши самые радостные моменты в жизни стоят у меня на рабочем столе на работе, и, глядя на них, я улыбаюсь. Потому что все годы, что мы прожили вместе были не зря, что мы были счастливы, не смотря ни на что… Лисёнок, наш сыночек на днях выходит замуж, я буду вести его к алтарю к альфе, которого он очень сильно любит. Его избранник тоже души ни чает в будущем муже, поэтому, я уверен, что они будут счастливы и проживут до старости вместе. Мы неделю назад ходили за свадебным костюмом, и я расплакался… он такой красивый, изящный, а что самое главное, счастливый. Чонгук звонил на примерке и Тэхён просто светился любовью, выбирая молочный костюм и бело-фиолетовый букетик цветочков. Кстати говоря, Чон исполнил давнюю мечту нашего малыша – научил ездить на мотоцикле и сейчас он сдаёт экзамены, чтобы получить права. В день свадьбы я не удержался и приехал к тебе на могилу, со слезами на глазах смотря на холодный мрамор, на котором выбито твоё счастливое лицо… там даже отчётливо видны веснушки… Я всегда приносил тебе розы, которыми твой отец в наше первое знакомство чуть не убил, ведь тебе не было тогда восемнадцати, а сейчас я принёс фиалки, которые ты очень любил в молодости, и лепестки которой лежат у тебя в коробке. Для меня ты всегда молодой, лисичка, не смотря на возраст и на года, поверь мне. Я поглаживал твоё выбитое лицо до вечера, уезжая в слезах домой, потому что терпеть это не выносимо, я не понимаю почему ты там… почему тебя забрали?... Дома я никогда не отходил от тебя дальше, чем на пару метров, а ты иногда кричал на меня, ведь я мешал готовить, когда обнимал, хотя тебе это очень нравилось. Нравились мои руки на талии, а губы на шее или на твоих губах, не так ли? Ты наполнял эту квартиру живостью, уютом, своим запахом и любовью от чего идти куда-то вообще никуда не хотелось. Нужно было тебя держать крепче в своих руках и никуда не отпускать, да? Из-за работы я не смог пойти с тобой и очень жалею, что не наплевал на неё, ведь работа никогда не заменит тебя, лисичка. Никто никогда этого сделать не сможет, ты это прекрасно знаешь. Я такой слабак, не могу выбросить или убрать твои вещи из нашего шкафа, потому что это кощунство. У меня забрали мой лучик света, почему я должен убирать их? Они давно не пахнут тобой, просто обновляют воспоминания в голове, не давая забывать их… Белую футболку ты забрал у меня, когда я её поносил где-то пару дней и говорил, что так приятней, ведь она пахнет мной. С того момента я часто давал тебе свои вещи, поэтому они и ставали твоими. Ты вообще предпочитал дома мои вещи и готов был не вылазить из них днями и ночами, лисёнок, Господи, на здоровье, мне это нравилось, и я стал покупать те вещи, которые ты бы смог одевать либо на учёбу, либо на работу. Когда у нас появился Тэхён мы, словно, начали заново жить – между нами было ещё больше любви, нежности и понимания. Я был чертовски рад быть отцом омеги и отгонять от него назойливых альф, что с каждым годом липли всё больше и больше. Да и от тебя их часто пришлось отгонять, ведь некоторых не смущало ни кольцо на пальце, ни моя метка на твоей шее возле сонной артерии, и даже ребёнок их не смущал. Все убегали, когда видели, как я злюсь и встаю на защиту самого дорогого что у меня было и есть сейчас, а ты только благодарно целовал меня в губы при всех, тем самым отгоняя омег от меня, ведь ты ещё тот ревнивец. Я до сих пор хожу с кольцом на пальце, ведь на нём выбито твоё имя… Лисичка, я схожу с ума? Мне так тебя не хватает, что я не знаю, что делать, хоть волком вой. Наша квартира такая пустая и с каждым годом всё более и более неуютная, чувствуется, что омеги нет, что поддерживал бы семейный очаг. Нет, Ликси, о другом парне и речи быть не может, никогда я не смогу полюбить другого, ведь они – не ты… Они не дадут то тепло, что давал мне ты, не дадут любви и поддержки. Лисичка, мы же у алтаря клялись в любви друг другу не смотря ни на что и я не нарушу эту клятву. Я уже довольно стар для того, чтобы менять партнёров, а ты, мой мальчик, незаменим… Слёзы катятся из моих глаз и остановить их я не в силах, потому что это слёзы горя и утраты, их ничто не сможет остановить. Так хочется тебя поцеловать, снова ощутить вкус твоих губ и обнять… И больше я тебя тогда никуда не отпущу, лисенок, буду хвостиком ходить и держать твои вечно холодные ручки и греть. Наверное, я ещё не скоро научусь жить без тебя, да и я не особо-то и хочу… Ликси, я устал. Каждое утро одно и тоже: умывание, приготовление завтрака, работа, а уже вечером, когда прихожу с работы домой нужно приготовить ужин и хоть что-то сделал по дому. Уборку мы всегда делали вместе и это проходило быстро и весело, а после мы заваливались на нашу кровать и смотрели фильмы или новые мультфильмы, поедая попкорн или что-то похожее. А мне одному очень скучно убирать, потому что это не то… не те ощущения, и я часто нахожу что-то, что связано с тобой. Каждая эта вещичка очень дорога сердцу и я не могу её выбросить, а бережно складываю в нашу коробочку. Точнее коробочки. Их много, и они лежат у нас в шкафу, все с различными воспоминаниями: одна с наших студентских лет, одна со свадьбы, ещё есть из роддома и семейной жизни. Каждый раз я как умалишённый открываю их и вспоминаю всё: от нашего знакомства до твоей… смерти… Я отлично помню когда ты воробушком влетел в мою аудиторию и сел на колени, утыкаясь носом в шею и шептал о ком-то, кто посмел тебя обидеть. Я, как твой альфа, разобрался с теми задирами, относя тебя на руках в нашу машину. Даже за рулём ты сидел на моих коленях, а дома лёг на меня и уснул. Лисичка, я был так рад тогда защищать тебя, не было всё равно на двойку по тому предмету, ведь я ушёл посреди пары, мне был важен ты. А помнишь, когда ты мне принёс тест на беременность? Я – да, потому что ты так же влетел в мой кабинет, только уже на работе и сорвал собрание, говоря на ухо, что я скоро буду отцом. Господи, даже сейчас наворачиваются на глаза слёзы… Нас тогда поздравлял весь отдел и опустил меня в тот день с работы, чтобы провести день с мужем. В скором времени все сотрудники привыкли к тебе на работе, что ты ворвёшься в зал для собеседований, все ведь понимали, что ты в положении и вам нужно внимание альфы. Уже в роддоме я чуть не оторвал из-за нервов себе волосы, что тебе так нравились, ведь ты кричал и плакал, а врачи туда-сюда ходили из родильного кабинета к другим врачам. Спустя восемь часов я смог услышать крик нашего малыша и заплакал, ведь с вами всё хорошо. Доктор подтвердил это и разрешил зайти к вам спустя какое-то время, я уже и не помню, что делал, хотелось побыстрее к вам зайти и обнять. Когда я увидел нашего сыночка то начали трястись руки, ведь он так был похож на тебя. Наш ТэТэ сразу укусил меня за палец, а ты хихикнул с этого, ведь я стоял со слезами на глазах, а на руках был наш сыночек, что забавно булькал и цеплял меня за пальцы. Лисичка, ты переживал, что будешь плохим папой, ведь мы оба были без опыта и учились на своих же ошибках, но ты стал прекрасным папочкой и смог правильно воспитать омежку. Первый месяц я был дома с тобой, помогал пеленать, менять подгузники и укачивать ребёнка ночью, когда он начинал кричать. Ликси, ты очень сильно уставал, так что ночью я помогал тебе как мог, ведь днём наше чудо любило хорошо поспать. У нас в коробке лежат ещё первые пинеточки Тэхёни, они немного выцвели, но я так люблю их… Когда-то мы думали полететь в Венецию, чтобы посмотреть все достопримечательности, помнишь? Очень жаль, что не успели ничего сделать… Я сам поехал туда и со слезами на глазах смотрел на всё то, что мы так хотели увидеть, я фотографировал и положил в твою коробочку, так, словно твоя мечта исполнилась. Прохожие смотрели на меня как на идиота, что в таком прекрасном городе я реву, слёзы не проходили и не высыхали, я просто задыхался в наших воспоминаниях. Лисичка… я даже спустя пять лет не понимаю почему именно ты. Ведь мы так хорошо жили, душа в душу, да? Никогда бы не подумал, что заберут такого прекрасного мальчика как ты… Но правильно говорят, что Бог забирает лучших людей в нашей жизни. Я так привык что ты со мной всегда, что поддерживал при родителях, ведь те не обращали внимания на мою страсть к отчётам, счетам и всему тому, что связано с экономикой в бизнесе. Ликси, ты помогал мне, когда был защитный проект, принося кушать или кофе, ведь в кратчайшие сроки нужно было написать, сдать его и защитить. Ты всегда меня поддерживал, был моим успокоительным и Домом. Я рад, что мы не стеснялись проявлять чувства на людях, открыто держа пальцы в замочке. Твои руки всегда были мягкими и шелковистыми, целовать их было одно удовольствие, особенно в место рядом с обручальным кольцом, ведь на нём было моё имя… Ты был особенно ревнив, когда ко мне пытались клеится различные девушки или парни, я любил, когда ты меня целуешь у всех на виду, запрыгивая мне на руки, обвивая талию ногами, а шею руками. Мне так нравилось всё в наших отношениях – от мелких бытовых проблем до жарких примирений ночью, мы были едины во всём, да? В твоем доме в Сиднее, ты любил смотреть на звёзды, а я на твои веснушки, ведь это маленькие поцелуйчики солнышка, только ему можно было целовать тебя, кроме меня. Твои родители принимали меня как родного сына и хихикали, когда ты злился или смущался на их комментарии по поводу наших отношений. Они были рады, что их сын находиться как за каменной стеной и твой отец извинился за тот случай с розами и мы выпили по баночке пива за разговорами. Вы, омеги, цокали и говорили, что мы спелись, ведь в первое время я был не очень желанным гостем Господина Ли, а потом, когда я напился и рассказал ему всё как есть о своих чувствах к его сыну и намерениях, он меня принял в семью и каждый наш приезд мы выпивали по пиву, делясь альфьими заморочками. Твой отец так же ревновал своего мужа к любому столбу, потому что твой папа в прошлом работал моделью и его лицо узнают многие. Господин Ли, мне так же рассказывал о твоём детстве и отношении ко мне, спустя года ему всё ещё было стыдно за те удары розами по альфе своего сына. Я с ними созваниваюсь почти каждый день, ведь я даже не знаю, как это – пережить своего ребёнка, увидеть его смерть и надгробную плиту. На похоронах мы вместе с твоим отцом придерживали твоего папу, его сердце разрывалось, как и наши. Тэхён поддерживал дедушку, просто задыхаясь в рыданиях, ведь он так любил тебя и у него не было секретов от тебя, всё рассказывал. Даже то, что у нашего сына появился альфа сказал мне ты, ведь он боялся того, что я буду кричать. Глупыш… Я рад, что у него есть Чонгук, на которого он может положиться и не бояться никого, ведь с таким мужем не пропадёшь. Теперь я пью пиво с ним, а он рассказывает о своём детстве, как познакомился с Тэ и как добивался его. Лисичка, у Чона о тебе только хорошие воспоминания, он рад, что ты папа его любимого человека. Кстати, Тэхён переехал к альфе года три или четыре назад, я был не против, ведь видел всё, что происходило с ними и их чувствами. Я даже видел, как Чонгук, когда у нашего малыша была течка, залез в окно и принёс вкусняшек, ведь Тэ было плохо. Он просто был рядом, обнимал и облегчал течку своим присутствием, на что я ему очень благодарен. Почему-то мне вспомнилось, как я бегал в твою комнату на первом курсе университета, чтобы полежать рядом, прижать к себе и так и уснуть, но через час, а в лучшем случае два, мне приходилось уходить, чтобы без проблем пойти на занятия. А после первого курса мы переехали в свою квартиру, которую нам подарили мои родители, чтобы мы не жили в общежитии, а могли полноценно спать вместе. Помнишь, первое время я тебя вообще не отпускал, потому что хотел насладиться твоим запахом, который приелся на столько, что друзья в шутку закрывали носы. Они видели всё, жаль, что с появлением двойняшек в их семье мы не могли посидеть с ними, ведь альфочки не давали покоя ни отцу, ни папе. Вот же вредины. Ты хихикал, когда смотрел на них, а Тэ, что был старше чем двойняшки, любил смотреть как те спят, ведь так тихо тогда было. Нет, мы любили это шумное семейство, просто нашему малышу иногда было непривычно, что так много людей в доме. Кстати, эти проказники уже нашли себе омег и уже во всю пытаются уговорить их на брак. Малыш, с каждым годом я ценю наши воспоминание сильнее и сильнее, ведь это всё, что осталось от тебя. Твои духи уже не помогают, да я не думаю, что уже смогут помочь залатать дыру в сердце, но с помощью них я ощущаю твоё эфемерное присутствие со мной. Словно ты сидишь рядом и гладишь меня по голове, вздыхая, когда у меня в очередной раз начинают опускаться руки. Я готов исполнить всё что угодно, чтобы снова ощутить радость твоего присутствия у нас дома, будто и не было пяти лет разлуки. Я понимаю, что этого уже никогда не будет, что мне нужно находить в себе силы каждый раз, чтобы жить дальше одному. Ликси, я не знаю, есть ли загробная жизнь, что происходит после смерти, но даже если её нет, и просто я окажусь в холодной земле, пусть и не далеко физически от тебя, мыслями – я всегда рядом. Возможно, в следующей жизни, когда я снова тебя найду и буду рядом, никуда не отпущу на подсознательном уровне, чтобы ещё раз так не потерять… А пока я буду жить с тёплыми воспоминаниями о тебе... Ты навсегда в моём сердце, Хван Феликс.