A Twisted game/ Запутанная игра

От переводчика: пусть вас не останавливает предупреждение ниже, там все прилично и очень жарко. Приятного прочтения! _____________ Предупреждение для этой главы: Игры с отчаянием, контроль над мочевым пузырем, очень легкий кинк на мочеиспускание, однако с настоящей мочой играть не будем. Я знаю, что эта тема не всем по душе, поэтому мы пока просто прощупываем почву (мне очень жаль, я просто не смогла удержаться). Кроме того, легкая игра с болью/пытка для яичек в конце. Краткое изложение в конце главы. ______ Гарри проснулся рано утром во вторник. Он чувствовал себя наиболее отдохнувшим, чем за все прошедшее время. Приятное томное возбуждение наполняло его конечности и согревало живот. Парень инстинктивно потянулся к своему члену, обнял ладонью сквозь штаны, которые одевал в постель, и тут же смутился, обнаружив мягкий ствол, пока его разум не сообразил, что происходит. Испуг и смирение расцвели у него в груди и Гарри быстро отдернул руку. Он тут же вспомнил об опасности, которой прямо сейчас мог легко подвергнуть своих соседей по комнате, если бы Снейп не наложил данное заклинание на его член, чтобы тот не твердел. Было бы нелегко избежать прикосновений к себе, но теперь это не важно. Гарри сделает все, что в его силах, чтобы защитить людей, которые ему небезразличны. Почему подобные вещи всегда случаются с ним? Если Снейп был прав (а он, похоже, был прав), Гарри ждали бы тяжелые несколько недель, поскольку он постоянно боролся с инстинктом все время дрочить. Гарри собирался отвлечься, сосредоточиться на чем угодно, кроме секса. Он понял, что это будет для него испытанием. И хотя парень знал, что эта нужда приведет его на опасную дорогу, у Поттера все еще было сильное желание прямо сейчас взять Папочку, наложить заглушающее заклинание и провести полчаса с членом, наполняющим его рот, точно так же, как Снейп наполнял его прошлой ночью… Гарри резко остановил этот поток мыслей. Вчера вечером профессор Снейп был готов провести несколько часов своего времени, выясняя, что не так с парнем, несмотря на собственный дискомфорт и их взаимную неприязнь. Черт возьми, мужчина старался изо всех сил, чтобы сварить для него индивидуальное Зелье, а Гарри даже не мог сделать так, как просил профессор, и отвлечься от секса хотя бы на две секунды. Гриффиндорец виновато переместил руку выше талии, перекатился на спину и глубоко вздохнул. Солнечный свет только начал пробиваться сквозь окна башни, выходящие на восток, но Гарри знал, что этим утром ему больше не уснуть. Смирившись, он выскользнул из постели, накинул рубашку в дополнение к пижамным штанам и спустился по каменной лестнице в гостиную. К его удивлению, Гермиона уже была там, сжимая кружку чая и толстую книгу. Она подняла уставшие глаза, когда парень приблизился, хотя и натянула улыбку. — Не мог уснуть? — спросила она. Гарри кивнул головой. — Ты тоже? — Я просто очень волновалась, — ответила девушка — Тебя не было два часа . Гарри пожал плечами. — Значит, плохие новости? — мягко спросила Гермиона, хотя все ее тело было напряжено. — Я… не здесь, — сказал Гарри, оглядываясь. Она закатила глаза, наложила заглушающее заклинание и выжидающе посмотрела на друга. Поттер открыл рот, потом закрыл, но слов не было. Их произношение сделало бы все реальным . Он беспомощно уставился на Гермиону, в растерянности, чувствуя, как его глаза пощипывают от слез. Она встала, закрыв книгу, потом помедлила. — Хочешь, обниму? — тихо спросила она. Гарри кивнул почти незаметно. Гермиона рванулась вперед, обхватив его руками, и парень растаял. Он даже не понял, что его трясет. Затем ему в голову пришла ужасная мысль - Снейп сказал, что его феромоны могут передаваться через контакт с кожей. Поттер резко дернулся назад, едва не потеряв равновесие. Грейнджер тут же отстранилась, хотя в ее глазах читалась боль. Она сделала успокаивающий вдох. — Хочешь пояснить мне свою реакцию? спросила девушка. — Это может быть заразно, — выдавил Гарри. Когда до нее дошел смысл его слов, Гермиона густо покраснела. Она осторожно заняла свое место на диване, поманив его сесть рядом с собой, хотя между ними оставалось достаточно места. — Тогда значит, это не зелье или заклинание, — пробормотала она. — Это вирус? Но профессор Снейп никогда бы не отправил тебя обратно в комнату общежития, если бы ты рисковали заразить других студентов. Гермиона посмотрела на него прямо, румянец все еще заливал ее щеки. — Что об этом думают профессора Дамблдор и Снейп, Гарри? — Я… — гриффиндорец сделал паузу и глубоко вздохнул. — Во мне есть кровь инкуба. Гермиона моргнула. — Но я никогда не слышал об инкубах, во всяком случае, в волшебном мире. — По всей видимости, они из Азии и они не являются подходящей темой для изучения в школе для детей, — ответил Гарри. — Снейп слышал о них, потому что у него есть степень Мастера защиты. Они своего рода Темные существа, которые питаются сексом, видимо, им это нужно, чтобы выжить. Ее лицо стало вишнево-красным, и она сглотнула. — Это имеет некоторый смысл, учитывая недавнюю реакцию твоего тела, — осторожно проговорила она, — но почему это заразно? — Я думаю, они охотятся в основном на волшебников, — пояснил парень, — и у них есть эти… эм- феромоны , которые действуют как вампирское принуждение, но они не могут их контролировать? Воздействие делает людей по-настоящему внушаемыми и нетерпеливыми, — его голос понизился от стыда, — даже если они с самого начала ничего не хотели делать. Гермиона прижала руку ко рту, широко распахнув глаза. — Это ужасно! — воскликнула она. — Но если ты бесконтрольно вырабатываешь эти феромоны, ты никогда не сможешь сказать, действительно ли кто-то согласен на секс с тобой… о, Гарри! Тот тяжело сглотнул. — Это не конец света, — сказал он, заставляя свой голос звучать беспечно. — Очевидно, люди действительно в опасности только в том случае, если они подвержены моему… — он прочистил горло, — тому, что исходит от моего… ты знаешь. В любом случае, Снейп думает, что у него есть способ подавить это с помощью зелий, чтобы я снова стал нормальным. Однако разработка займет несколько недель. Гермиона взяла его ладонь и сжала в знак поддержки. — Это правда ужасно и мне жаль, что тебе приходится проходить через это прямо сейчас. По крайней мере, это не то, что бесконтрольно изменит твою жизнь навсегда, даже если тебе придется какое-то время продолжать принимать зелья. Но Гарри… — она замялась, — ты же знаешь, что дело не только в «ненормальности», верно? Парень нервно рассмеялся, но не стал спорить с ней по этому поводу. У них уже был этот разговор. В Гарри не было ничего особенного, и Гермиона просто не могла понять, почему он не хотел ничего, кроме как иногда отходить в тень, просто быть там, где люди бы не выделяли его только из-за того, кем он был. Ближе всего к подобной ситуации он подошел в первые три года в Хогвартсе, если не считать фиаско с парселтангом на втором курсе. В основном он был обычным учеником, и это было прекрасное чувство. Гермиона, напротив, всегда выделялась тем, что была исключительно умной. Над ней издевались за это, и за годы в Хогвартсе она научилась использовать свой интеллект как щит, гордо противостоя своим недоброжелателям. В этот момент она, вероятно, не могла представить себе другую жизнь. Гарри не думал, что этот подход сработает в его случае, потому что он не был таким выдающимся. Почувствовав направление его мыслей, Гермиона переключила разговор на книгу, которую читала. Оказалось, что это их текст по Чарам, который Поттер еще не открывал, несмотря на то, что занятия были уже этим утром. Парень устроился поудобнее на диване, когда Гермиона пошла за кружкой чая из своей спальни, и они затеяли непринужденную дискуссию о чтении. Гарри позволил Гермионе от души поругать его за то, что он не выполнил работу раньше, и изо всех сил старался сосредоточиться на том, что она говорила. Через некоторое время другие студенты начали стекаться в гостиную, и Гарри пошел одеться и собрать свои книги с расписанием для следующего дня занятий. По крайней мере, сегодня ему не придется беспокоиться о постоянной эрекции. *** К середине утра Гарри уже успокоился. После объяснений Гермионы стало намного легче понимать лекцию по Чарам, и хотя член и яйца Гарри были чувствительными, он не беспокоился о том, что станет твердым. Всякий раз, когда парень ловил себя на том, что неосознанно делает маленькие круги бедрами, а задница трется о спинку сиденья, он мысленно шлепал себя по запястью и удваивал усилия, чтобы оставаться неподвижным и внимательно следить за уроком. Это было тяжело, но Поттер смог это сделать. Он был довольно горд собой за свою сдержанность к концу занятия, даже когда еще одна физиологическая потребность дала о себе знать. Гарри вернулся в общежитие прошлой ночью очень поздно и в то время ему не нужно было в туалет. Никакого желания не возникло, когда он проснулся сегодня рано утром, но гриффиндорец выпил перед уроками две большие кружки чая и полный стакан воды, и давление на его мочевой пузырь стало давать о себе знать. После лекции парень нырнул в ванную и освободил свой член, подойдя к писсуару, но пока он стоял там, раскачиваясь на носочках взад-вперед, ничего не выходило. Гарри нервно встряхнул его, пытаясь игнорировать удовольствие, которое получал от того, что взял себя в руки, и попытался снова. Все еще ничего. Гарри вспотел, его член напрягся. Его мочевой пузырь был переполнен до предела, но он не мог выдавить ни малейшей капли жидкости. Как будто что-то блокировало его член. Гарри застонал. Конечно, заклинание Снейпа! Мужчина, вероятно, не осознавал, что заблокируется вообще все от попадания в член. Эта деталь определенно ускользнула от их внимания в то время. Напряжение в мочевом пузыре, казалось, возросло, и Гарри потер живот, пытаясь уменьшить дискомфорт. Давление на чувствительную область вызвало еще более теплые волны возбуждения, покалывающие все тело, и он задохнулся, сбитый с толку и странно возбужденный, хотя тревога только возросла. Поттер не мог оставаться в таком состоянии, возможно, это было опасно каким-нибудь образом. Снейп наверняка прямо сейчас вел занятия, и если бы Гарри заявился, профессор был бы недоволен. Парень мог бы продержаться еще немного, но только до обеденного перерыва. В полдень Снейп всегда был в Большом зале, и Гарри просто нужно будет как-то связаться с ним. Поттер понял, что его рука все еще была на члене, теперь рассеянно поглаживая его, и отдернул ладонь, переводя дыхание, пытаясь игнорировать мягкое, перекатывающееся тепло возбуждения. Он осторожно убрал свой член и снова застегнул брюки. Теперь Гарри прекрасно осознавал, насколько неудобно туго они давят на мочевой пузырь, и попытался уместить все таки образом, чтобы стало более удобно. Ему это не особо удалось. Когда гриффиндорец вымыл руки и вышел наружу к Гермионе, он решил как можно больше думать о другом. До обеденного перерыва оставалось всего полтора часа – что плохого могло случиться? *** Через час и десять минут Гарри глубоко сожалел, что задал себе этот вопрос. Боль в мочевом пузыре ненадолго утихла, когда Гермиона отвлекла друга, потащив его в библиотеку, чтобы начать домашнее задание по Зельям. Вскоре, однако, Гарри не мог не ерзать на месте, брюки давили во внутрь, а напряжение в нижней части живота очень медленно нарастало. К этому моменту Гарри вспотел, сжимая кулаки, страстно желая прижать ладонь к набухшему мочевому пузырю, пока его яйца дразняще болели. Он был таким полным. Гермиона явно заметила, что что-то не так, но по ее взгляду она, вероятно, решила, что у Гарри проблемы по той же причине, что и вчера. Девушка продолжала бросать на него обеспокоенные взгляды, даже когда яростно заставляла одноклассника выполнять задание. Последние десять минут ползли с черепашьей скоростью, секунды тикали одна за другой, пока часовая стрелка наконец не достигла верхнего края часов, тихий звон возвестил об обеденном перерыве. Гарри вскочил со своего места, запихивая домашнюю работу в сумку. Гермиона откашлялась, избегая прямого взгляда. — Возможно, тебе стоит пойти к профессору Снейпу прямо сейчас, — многозначительно сказала она. Гарри отрывисто кивнул и быстрым шагом вышел из библиотеки, не обращая внимания на острый взгляд мадам Пинс, когда он неловко промчался мимо ее стола. Он едва мог здраво мыслить. Не в силах сопротивляться, Гарри нырнул в ближайшую нишу, сильно надавив на свой напряженный мочевой пузырь, и резко зашипел от острого удовольствия на грани, охватившего его чувства. Его все еще мягкий член покалывало, а яйца дергались. Парень больше не мог этого выносить. Расстегнув штаны так быстро, как только мог, наслаждаясь желанным ощущением того, что давление хоть чуть-чуть ослабевает, он уставился на свой живот. Возможно, это было только воображение, но его нижняя часть тела казалась вздутой, мочевой пузырь и жидкость внутри были видны снаружи, особенно на худощавом теле Гарри. Тяжело дыша, он попытался поправить штаны, решительно игнорируя свой член и яйца, хотя и не мог удержаться от того, чтобы снова прижаться к твердому бугру, торчащему спереди. Не существовало возможности застегнуть штаны так, чтобы было удобно. Гарри решил оставить пуговицы расстегнутыми и разошедшимися, удерживая брюки только поясом, который он носил свободнее, чем обычно. К счастью, одетые сегодня штаны были черными, так что он надеялся, что V-образная открытая ткань спереди не будет слишком бросаться в глаза. В конце концов, это будет только до тех пор, пока Снейп не поможет ему. *** Северус осторожно откусывал маленькие кусочки, растягивая свой обед. Поттер прибыл в Большой Зал уже раскрасневшийся и беспокойно переминался с ноги на ногу. Мужчина с большим удовольствием избегал непристойных попыток мальчика установить зрительный контакт и просто ждал, якобы вовлеченный в дружескую болтовню с Минервой по поводу факультетских команд по квиддичу. (В Хогвартсе не было квиддича уже больше года из-за Турнира Трех Волшебников. Младшие ученики отчаянно пытались проявить себя, надеясь, что у них есть шанс попасть в команду своих факультетов. Это был год самых больших изменений в составах команд по квиддичу почти за десятилетие, и на этом этапе было неясно, какие из команд выйдут на первое место.) Северус случайно взглянул на стол Гриффиндора и был приятно удивлен, увидев, что Грейнджер явно предлагает Поттеру выпить воды. Решительный отказ мальчика рисовал прекрасную картину, и Северус лениво моргнул — единственный внешний признак собственного удовольствия, который он мог себе позволить. Он отвел глаза прежде, чем Поттер смог встретиться с ним взглядом, и снова сосредоточился на очень медленном пережевывании пищи. Мальчик, несомненно, уже был в отчаянии, неловко корчась, когда его переполненный мочевой пузырь давил, не в силах опорожниться. Северус задавался вопросом, когда парень осознал свое затруднительное положение. Проснулся ли он глубокой ночью с напряженным мочевым пузырем и списал свою неспособность на сонное состояние? Ходил ли он на занятиях с увеличивающейся нуждой, медленно осознавая физиологическую потребности своего тела? Может быть, он заскочил в ванную, освободил свой член и впал в отчаяние, когда из него не вышло ни одной капли? Парень, должно быть, связал свою неспособность справить нужду с заклинанием Снейпа, что, конечно же, объясняло, почему он так отчаянно хотел встретиться взглядом с профессором. До начала занятий оставалось всего двадцать минут и Северус встал, готовый выйти из Большого зала. Он почувствовал , как мальчик начинает по-настоящему паниковать, и сжалился, позволив своему взгляду окинуть зал, прежде чем остановиться на мальчике. Темные глаза встретились с умоляюще-зелеными, и Северус, несмотря ни на что, пробежался по самому краю его мыслей. Мужчина был потрясен тем, что Поттер ещё не был в слезах. Он уловил сильное отчаяние, глубокую потребность в освобождении мочевого пузыря, но также… О, это было просто идеально. Мальчик был безудержно, беспомощно возбужден, хотя это никак не проявлялось в его бесполезном, вялом члене. Северус изогнул бровь и мальчик Поттер стал умолять его глазами, почти вибрируя. Профессор кивнул головой в сторону двери Большого зала и студент вскочил на ноги, не теряя времени, чтобы выбраться из толпы. Сам маг неторопливо вышел из служебной двери, а затем быстрыми шагами направился в соседний коридор, уже предвкушая появление парня вблизи. Он был восхитителен в своей изящности — Северусу просто нужно было продолжать подталкивать его еще немного . *** Сердце Гарри колотилось. Он ерзал, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь избавиться от своего ужасного дискомфорта, стиснув руки по бокам, решительно не касаясь себя . К счастью, в коридоре перед Большим залом никого кроме него не было, большинство студентов все еще доедали обед. Он не знал, сможет ли выдержать намного дольше. Снейпу лучше поскорее прийти сюда. Профессор был так поглощен беседой в Большом зале, что Гарри не мог поймать его взгляд, пока трапеза не закончилась более чем наполовину. Он был вынужден сидеть там, извиваясь на скамейке, подергивая ногой, по пояснице стекал пот, теряя сознание от дискомфорта, даже когда искры покалывающего удовольствия пробегали вверх по его позвоночнику, глубоко в его задницу, вниз по члену. Эта двойственность сводила с ума. Было почти больно, настолько интенсивными были противоборствующие ощущения. Гарри не мог даже думать о еде и ситуация только ухудшилась, когда Гермиона подвинула в его сторону кубок, полный прозрачной воды, которая мягко плескалась о стенки стакана при движении. — Тебе надо это выпить , — сказала она. — Знаешь, так сильно потеть вредно для здоровья, и ты должен избегать обезвоживания. Гарри грубо огрызнулся на нее, его лицо напряглось от интенсивности сдерживаемых ощущений. Ее глаза расширились и она просто отвернулась, сжав губы, чтобы возобновить разговор с Роном. Таким образом у Гарри не было ничего, что хоть немного занимало бы его до конца трапезы, кроме мыслей о своих страданиях. Каждый глоток воды студентами вокруг него вызывал у парня желание всхлипнуть, отчаянная нужда пописать была непреодолимой, как и необходимость взять член в руку и поласкать его, пока оттуда вытекает широкая струя жидкости. Поттер смотрел на Снейпа так часто, как только мог, все еще помня о том, как это могло бы выглядеть, если бы он постоянно смотрел на человека. Когда профессор в конце концов встал, чтобы уйти, Гарри чуть не потерял голову. Его взгляд просверлил в человеке дыру, и когда он, наконец, поймал взгляд Снейпа, то сделал все возможное, чтобы передать свое горе, хотя был уверен, что все было написано на его лице. Надеясь, что зельевар получил сообщение. По узкому коридору раздались резкие быстрые шаги, возвещающие о прибытии Снейпа. Мужчина взглянул налево, затем направо, прежде чем пробормотать заклинание, которое заглушило слабые звуки, доносившиеся из Большого Зала. Затем он повернулся, чтобы сосредоточиться на Гарри. — Это должно быть срочно, Поттер, — коротко сказал он. — Так и есть! — отрезал Гарри. Брови Снейпа угрожающе приподнялись, и Гарри тяжело сглотнул, пытаясь объяснить. — Я… заклинание? Это блокирует меня. — Оно для этого и предназначено, — ответил Снейп, слова "ты идиот" не были произнесены, но все же ясно читались. — Однако оно блокирует все, — сказал Гарри, продвигаясь вперед. Снейп нахмурился. — Я думал, что мне удалось убедить вас в важности этого заклинания, мистер Поттер. Мы просто не можем рисковать, подвергая студентов воздействию ваших феромонов. Я понимаю, что для вас может быть странным и неудобным быть временным импотентом, но я думаю, вы согласитесь, что безопасность студенческого сообщества намного перевешивает… — Я не могу пописать! — вскрикнул Гарри, отчаяние взяло верх над смущением. Его слова, казалось, эхом отдавались в пустом коридоре. Слава Мерлину , Снейп наложил заглушающее заклинание. — Понятно, — сказал Снейп после паузы. — Должно быть, это неприятно. Гарри стоял там, дрожа. — Пожалуйста. Мне нужно торопиться. Я- я не могу этого вынести. Пожалуйста, помогите! Его дыхание снова стало быстрым и поверхностным, пока Поттер посмотрел на мужчину, а необходимость теперь достигла пика, когда он наконец озвучил проблему. Боль в мочевом пузыре была непреодолимой и в этот момент он просто больше не мог сдерживаться. Повинуясь чистому инстинкту, Гарри резко потер выступ внизу живота, все еще глядя на Снейпа. Давление на его набухший мочевой пузырь было восхитительным и настолько приятным, что Гарри не мог удержаться от того, чтобы его другая рука скользнула ниже, сжимая вялый член через штаны, нежно массируя и перекатывая его. *** Возбуждение Северуса, которое медленно нарастало все утро, становилось восхитительно неудобным под его мантией. Член мальчика не работал, но даже сейчас он не мог перестать трогать себя, тем более в общественном коридоре. Мужчине очень хотелось оставить его в этом состоянии еще на три-четыре часа, со связанными руками, борющимся, умоляющим и кричащим об облегчении, которого не было. Будь его воля, Снейп связал бы Поттеру руки и оставил заклинание до тех пор, пока мальчик не начал бы бездумно рыдать, беспомощно потираясь об пол, о стену, о что угодно, чтобы уменьшить ужасное давление в мочевом пузыре, крайний дискомфорт мальчика только раздувал бы возбуждение его беспомощного тела. К сожалению, сегодня требовалось немного сдержанности. Мальчик еще не настолько далеко ушел, чтобы принять обращение, как к настоящей шлюхе, еще нет. Нет, Северус достаточно поддразнил Поттера на сегодня и больше не мог правдоподобно отрицать его очевидные страдания. — Следуйте за мной, — сказал он, — и постарайтесь не прикасаться к себе в коридоре. С этими словами Северус направился к ближайшему туалету. — Ку- куда мы идем? — спросил мальчик, заикаясь собственными словами. Северус остановился и поднял бровь. — Вы собираетесь обмочиться и намочить весь пол, когда я уберу заклинание? Устроить еще один грязный беспорядок, чтобы домовые эльфы убирали? Мальчик тяжело сглотнул, его рука все еще была прикована к члену, и он почти незаметно покачал головой. — Тогда, — мягко проговорил Северус, — предлагаю вам следовать за мной. *** Снейп, наконец, собирался снять заклинание. Окончательно. Это было все, на чем Гарри мог сосредоточиться, когда он забежал в туалет для мальчиков на первом этаже вслед за Снейпом, который быстро наложил заклинание для уединения и повернулся лицом к студенту. Может быть, это было из-за присутствия Снейпа, может быть, из-за обещанного облегчения, но все, что чувствовал Гарри, казалось преувеличенным. Сквозь штаны он остро ощущал свой член, выпуклый, хлюпающий вес мочевого пузыря давил на нижнюю часть живота. Ничто не имело значения, ничего, кроме освобождения, которое вскоре испытает Гарри. Он представил себе, как, наконец, выпускает широкий, непрерывный поток горящей жидкости, и от этой картины по его позвоночнику поднялся жар. — Достаньте свой орган, — рявкнул Снейп. Гарри поспешил подчиниться, непослушные пальцы боролись с ремнем. Широкие брюки, которые уже были расстегнуты, быстро упали по сторонам, а трусы спущены, когда Гарри достал свой мягкий, нежный член, стоя над писсуаром и целясь за него трясущимися пальцами. — Возможно, вам следует приготовиться, — пробормотал Снейп откуда-то из-за уха Гарри, кладя свою руку на стену рядом с ладонью парня прямо над его головой и распинывая его ноги в стороны, пока они не стали широко расставленным, а бедра разведены. Поза была абсолютно сексуальной. — Очень хорошо, — выдохнул Снейп, и Гарри вздрогнул. — Вы готовы? Поттер кивнул, опустив голову и закрыв глаза. Он вдохнул раз, другой, тело напряглось в предвкушении, а потом что-то глубоко внутри него освободилось и он помочился. Это было великолепно . Гарри смутно слышал пенящиеся, плещущиеся звуки жидкости, ударяющейся о фарфор, ощущал текстуру холодной каменной плитки там, где его рука была зажата над его головой, но все это меркло по сравнению с абсолютным блаженством, когда его тело извергало жидкость . Напряженные мышцы его мочевого пузыря, ослабевшие от многочасовых усилий, все разом расслабились в чудесном, нескончаемом потоке блаженного облегчения. Гарри почувствовал, как его разум, сама его душа вылилась через его член, и он застонал, долго и протяжно, бедра тряслись от напряжения. Он парил в облаке сладких ощущений, все тело было посвящено только тому, чтобы выпускать бесконечный поток горячей жидкости из собственного члена. И это все продолжалось . Непрерывный поток мочи продолжал литься больше минуты и Гарри радовался своему полному освобождению, долгому и затяжному, задыхаясь от него, пока, наконец, последние несколько струек не вытекли из его нежного, ноющего члена. Когда Поттер отдышался, тишина в ванной стала оглушающей. Гарри медленно пришел в себя и понял, как все это должно было выглядеть с точки зрения Снейпа. Как совершенно, ужасно унизительно . Глаза все еще были закрыты, как будто это могло хоть как-то уменьшить его унижение, Гарри изменил свою позу на что-то более естественное. При этом он понял, что его член быстро набухает, его нежные яйца пульсируют от желания, стремясь, наконец, выполнить свою работу. — Мистер Поттер, — раздался голос Снейпа, гораздо более низкий и хриплый, чем обычно, — я боюсь, что мы должны четко разрешить эту ситуацию. Снейп, наверное, был прав. Пытаясь задержать дыхание, Гарри повернулся лицом к своему профессору, пока его колени тряслись, а твердый член все еще свисал из штанов. Собравшись с духом, он взглянул на профессора, который был таким же непроницаемым, как всегда. — Это заклинание не похоже на то решение, которое мы искали, — произнес Снейп. — Хотя оно кажется эффективным в контроле вашего физического возбуждения, — он взглянул на Гарри в поисках подтверждения, и тот быстро кивнул, все еще красный, — было бы смехотворной тратой моего драгоценного времени, если бы вы постоянно подходили ко мне в течение дня, умоляя каждый раз, когда вам нужно опорожниться. Желудок Гарри сжался, даже несмотря на то, что вызванная картина заставила член запульсировать. — Пожалуйста, не отправляйте меня на карантин, — попросил он. Снейп задумчиво постучал пальцем по губам. — Тогда мы все еще должны найти способ устранить риск, который представляет ваше тело, — ответил он. — У меня есть другой план, хотя он может показаться вам неприятным. Гарри ухватился за эту идею. — Я могу потерпеть неприятное. — Очень хорошо, — кивнул Снейп. — Это заклинание другого типа, предназначенное для коррекции поведения. Оно подает электрический разряд, когда обнаруживается физическая реакция или поведение. В этом случае оно наносит слабый, но болезненный удар вашим яичкам, если эрекция начнет появляться. Гарри сглотнул. Это звучало ужасно. — Как я уже сказал, — сказал Снейп, глядя на выражение его лица, — неприятно. Однако на данном этапе я не могу представить себе альтернативу, которая обезопасила бы ваших однокурсников. Гарри взвесил варианты. — Как долго это должно продолжаться? — Я полагаю, в эту пятницу мы проведем повторную оценку, — ответил Снейп. — К тому времени должна быть подготовлена ​​первая доза лекарств, что может позволить нам скорректировать курс. Три дня. Это не конец света. — Я сделаю это, — сказал Гарри. Что-то мелькнуло в глазах Снейпа, слишком быстро, чтобы Гарри мог это уловить. — Очень хорошо, — просто сказал он. — Стойте неподвижно. Он вынул палочку и взмахнул ею, сделав серию резких, изогнутых движений, что-то бормоча себе под нос. Гарри почувствовал, как что-то теплое опустилось вокруг его яиц, и сразу же последовал приступ боли . Он вскрикнул, подпрыгнув, но пока смотрел, эрекция, выглядывающая из брюк, быстро увяла, а томное тепло, которое наполняло его, внезапно исчезло после всплеска боли. Гарри сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. — Карантин все еще возможен, Поттер, — сказал Снейп, но Гарри был полон решимости. Он может это сделать. Это было всего на несколько дней. Он может это сделать. *** Когда Поттер, прихрамывая, вышел из ванной, Северус изо всех сил пытался не схватить мальчишку за воротник, заставить его опуститься на колени и прижать лицом к своему пульсирующему члену. Усилия Северуса прошлой ночью принесли самые сладкие плоды: начиная от отчаянного метания мальчика и тревоги в его глазах, когда Северус не понял причину его недовольства, до выражения его лица, когда мужчина обещал ему облегчение. Но все другие реакции Поттера меркли по сравнению с видом огромного напряжения, испарившегося из тела мальчишки, когда Северус, наконец, снял заклинание с его члена, позволив облегчить набухший и ноющий мочевой пузырь. Северус все еще мог видеть линии тела Поттера, когда тот стоял, замерев, беспомощно упираясь в стену, расставив бедра, а его задница едва дрожала, просто умоляя мага спустить штаны до конца и погрузиться в тесный маленький канал одним могучим толчком, мальчик, все еще беспомощно выпускающий широкую струю жидкости… Северус применил Темпус . У него было шесть минут до начала занятий по ТРИТОНу седьмого курса, и ему потребуется четыре, чтобы добраться отсюда до класса. Времени было достаточно, но и только. Быстро пытаясь освободить свой член, Снейп резко нырнул в кабинку, опасаясь, что кто-нибудь войдет. Он был твердым и болезненным, практически пульсирующим по крайней мере в течение последних получаса. Теперь это не займет много времени. Резко дергая головку, Снейп провел другой ладонью вверх по своему толстому члену, сжимая слишком сильно только кончик. Его ноготь был достаточно длинным, чтобы восхитительно зацепиться за щель, украшающую головку, и Северус снова представил мальчика. Поттер еще не заметил, как смущение подпитывало его возбуждение. Член волшебника запульсировал при воспоминании о мальчике, покрасневшем до темно-красного цвета, когда он извивался на скамейке, на своем табурете для зелий, когда он прятал лицо на столе у Северуса, даже когда его жадная задница всасывала Снейпа, даже когда его грязный, совершенный рот взял его до самого корня… Разрядка Северуса была восхитительной, особенно после той сдержанности, которую он продемонстрировал со студентом. Поспешив прибраться и вымыть руки, не удосужившись подождать и отдышаться, Северус напомнил себе, что в этой сдержанности больше не будет необходимости. К пятнице мальчик снова будет в отчаянии. Хотя заклинание, наложенное профессором, являлось болезненным, оно было на самом низком уровне шкалы и его едва хватит, чтобы смягчить член мальчика. Если все пойдет так, как задумал Северус, полностью предотвратить его возбуждение к вечеру пятницы уже будет невозможно, так как Поттер научится поддаваться своей похоти, несмотря на боль. А может быть, даже благодаря ей. *** Выйдя из ментальной связи с Мальчиком-Который-Выжил, собственный разум был приятно насыщен и гудел, Темный Лорд Волдеморт откинулся на спинку стула. К счастью, вчерашние опрометчивые действия Северуса не были преднамеренным саботажем. Этот человек был уникален и полезен тем, чего не могли сделать многие из Пожирателей Смерти лорда Волдеморта. Северус Снейп действительно заслужил свое привилегированное положение и найти другого слугу на его место было бы… утомительно. Воспоминания, которые Северус принес с собой прошлой ночью, были просто очаровательны: от драгоценной дрожи ног Поттера, когда он изо всех сил пытался принять длинные пальцы Северуса в своей заднице, до сияния его больших зеленых глаз, когда он смотрел на Северуса снизу вверх с красными, опухшими губами, приклеенными к концу мужского члена. И, конечно же, сегодняшнее самое последнее дополнение к плотскому репертуару мальчика было просто наслаждением. После вчерашнего доклада Северуса Лорд Волдеморт решил не блокировать их связь с мальчиком со своей стороны. Он мог позволить себе посвятить одно утро более внимательному наблюдению за связью, поскольку дела военного времени шли весьма гладко и волшебник был доволен, что сделал это. Последние несколько часов, безусловно, были поучительным опытом. Возбуждение мальчика было постоянным, устойчивым жаром, даже несмотря на то, что его симпатичный маленький член стал бесполезен. Поттер был по-прежнему настолько восхитительно наивен, что даже не заметил, когда прошлой ночью передал полный контроль над своим мочевым пузырем Северусу. Наблюдая за тем, как в течение утра медленно росло его осознание, Лорд Волдеморт не мог не поаплодировать извращенной гениальности Северуса. Мастер Зелий довел мальчика до совершенства, даже не вступая в прямой контакт, позволяя страданиям Поттера медленно нарастать в течение многих долгих часов. К обеду Лорд Волдеморт постоянно отвлекался из-за отчаянной настойчивости, излучаемой по связи, враждующей с острым, сладким удовольствием. Когда Темный Лорд из любопытства погрузился в восприятие своего хоркрукса, неспособность мальчика удержаться от того, чтобы не извиваться и не ерзать, весьма развлекла его. Лучше всего было полное убеждение студента в том, что его страдания были на благо сокурсников. Вечный маленький Спаситель, именно он. Лорд Волдеморт задавался вопросом, насколько низко мальчик готов пасть, если будет уверен, что делает это для своих друзей. Это было трогательно, но так как делало мальчишку податливым, Лорд Волдеморт не собирался жаловаться. Северус хорошо справился с выявлением и использованием зияющей слабости, заключавшейся в стремлении студента защищать окружающих. Что касается Волдеморта, то Северус уже заработал свой приз. Было немного неудобно, что этот самый приз был предназначен для кое-кого другого. Темному лорду теперь придется сообщить Люциусу об изменении планов, что будет утомительно. Несомненно, волшебник может сделать вывод о снижении своего статуса в рядах Пожирателей, вывод, который потенциально может спровоцировать опасные действия. Регулярные соревнования в силе среди Пожирателей Смерти были, конечно, полезны, поскольку они держали магов в тонусе, готовыми и отчаянными, чтобы проявить себя перед своим Господином. При этом Волдеморт также был человеком слова, по крайней мере в том, что касается своих последователей, и он, по сути, отдал мальчишку в залог Люциусу. Неважно. Он обещал Люциусу мальчика только косвенно, добиваясь его участия в процессе ломки парня, а не соглашаясь с абсолютной уверенностью. Малфой был бы особенно расстроен, если бы узнал, что именно Северус первым надкусил яблоко, но блондин не стал бы слишком сильно протестовать, если бы знал, что ему повезло. Бросить вызов воле Темного Лорда никогда не способствовало здоровью и благополучию. Все, кто противостоял Волдеморту, скоро оценят эту истину, даже когда они будут наблюдать, как их драгоценный Мальчик-Который-Выжил унижается ради члена Пожирателя Смерти. Закрыв глаза, Лорд Волдеморт снова вызвал воспоминания, которые дал ему Северус, воспроизведя на своих пальцах точный момент отчаянной кульминации мальчика. Совсем скоро Поттер будет зарабатывать это чувство непосредственно от своего милостивого Повелителя. Темный Лорд долгие годы будет получать огромное удовольствие от своего питомца-хоркрукса, и когда его законное правление установится, у питомца будет свое собственное маленькое место у основания его трона. Его покажут всем, кто попросит аудиенцию, ручной маленький Спаситель Света. Мальчик был бы очаровательно красным, пока его маленький член стоит, и иностранные посланники, и работники министерства узнают его лицо. Лорд Волдеморт мог представить, как хвастается посетителям выбором аксессуаров дня и игрушками, погруженными глубоко в это податливое тело. Он будет так мило и открыто умолять о привилегии взять член Темного Лорда, не зависимо от того, как сильно он бы стеснялся своей публики, по крайней мере, вначале. Несмотря на эту привлекательную мысль, плоть Темного Лорда по-прежнему не реагировала и его раздражение усилилось. Он позволил себе резко вдохнуть, прежде чем медленно и сосредоточено выдохнуть. Волдеморт обладал огромным терпением. Влечения смертных не управляют великим магом. И с этой мыслью Темный Лорд сразу же решил сосредоточиться на своей работе. Он побаловал себя вполне достаточно для одного дня. ___________ Краткое содержание главы: Гарри рассказывает Гермионе о своем состоянии. Он понимает, что блокирующее заклинание Снейпа также мешает писать, и ему приходится умолять Снейпа позволения опорожнить мочевой пузырь. Поскольку блокирующее заклинание явно не будет работать в долгосрочной перспективе, Снейп предлагает альтернативу - заклинание, которое будет посылать боль в яйца Гарри всякий раз, когда он начинает возбуждаться. Поттеру просто нужно дожить до пятницы, когда будет готово первое зелье. В следующий раз: после собрания Ордена Северус посещает старую комнату Регулуса. Позже он кормит Гарри первым из своих зелий модификации и наслаждается результатами.