Help Me Hold Onto You/Помоги мне держаться за тебя

Песня мягко затихает, и их осторожные шаги останавливаются. Алекс еще немного держится за Келли, прижимая их лбы друг к другу. Она наслаждается этим редким моментом покоя. Посреди всего, что происходит, Келли — ее безопасное место. Келли нежно сжимает ее бедра и притягивает Алекс немного ближе. – Спасибо всем, за все, что вы сделали для фантастического вида отсюда! Танец пары окончен, а теперь, не могли бы одинокие люди снова присоединиться к танцполу, пожалуйста? – из динамиков доносится голос ди-джея. Алекс слышит, как несколько женщин аплодируют, и когда она поднимает глаза, то видит, что танцпол сразу заполняется. Во время предыдущей песни было всего несколько пар. Келли улыбается ей и целует в висок. – Хочешь пойти в бар, пока нас здесь не раздавили? Алекс кивает и улыбается в ответ. Едва они ушли с танцпола, как начинает играть зажигательная песня, и под нее начинают двигаться тела нескольких десятков женщин. Она наблюдает за ними на мгновение. Ходить в бары, чтобы потанцевать, никогда не было ее делом, за исключением того короткого периода в ее жизни, когда она пыталась танцевать свою боль. Сейчас она предпочитает компанейские выпивки с друзьями и хорошие беседы. Именно Келли убедила ее пойти в L-Night, чтобы сделать что-то немного другое. И она хорошо проводит время, если она честна. При этом Алекс, вероятно, пошла бы куда угодно в пятницу вечером, если бы это было с Келли. Ее девушка замечает два пустых табурета у барной стойки и тащит ее за руку, отрывая взгляд Алекс от танцующей толпы. Она бегло осматривает людей, сидящих в баре. Фигура женщины, сидящей в одиночестве, выделяется, и когда ее взгляд останавливается на ней, Алекс останавливается так резко, что Келли теряет хватку за руку. Келли тут же оборачивается, на ее лице тревожное выражение. — Все в порядке, детка? Алекс не может ответить. Она может только смотреть. Она не может поверить в то, что видит. Вернее, с кем она встречается. Келли оборачивается, чтобы проследить за безмолвным взглядом Алекс. Она делает двойное впечатление, когда видит то, что Алекс видела мгновением ранее. Но Алекс уже снова пришла в движение, и на этот раз Келли тянет за собой именно она. – Лена? Что ты здесь делаешь? Кара так беспокоится о тебе! Алекс останавливается перед женщиной, которая сидит в баре. Лена пьет красное вино, на ней обтягивающее платье с глубоким декольте и оттенок помады, которого Алекс никогда раньше не видела на ней. Женщина сначала осматривает Алекс с ног до головы, затем Келли. Ее стоическое выражение меняется на удивленное, когда она поднимает бровь. – Не Лена, но я могу понять путаницу. Алекс сужает глаза. Женщина перед ней определенно Лена Лютор. Хотя… голос у нее тот же, но акцент незнакомый. И это…? Алекс замечает татуировку на ее запястье. У Лены Лютор нет татуировок. По крайней мере, не из тех, о каких бы знала Алекс. Она пытается вспомнить, сколько ей пришлось выпить, но приходит к выводу, что этого недостаточно, чтобы видеть всякие вещи. Перед ней женщина, которая одновременно является и не является бывшей лучшей подругой ее сестры. – Объясни, – твердый голос Келли прорезает напряжение. Женщина делает глоток вина и долгим взглядом смотрит на стоящую перед ней пару. — Я ее близнец. Алекс давится воздухом, и даже Келли ошеломлена. — Она, что!? – она говорит это громче, чем предполагалось, и это привлекает внимание бармена. – Две маргариты, пожалуйста, — без колебаний заказывает Келли, пользуясь случаем. –У Лены Лютор нет сестры-близнеца, — заявляет Алекс более тихим голосом, несмотря на то, что доказательства перед ней говорят об обратном. – Кто ты? Странная женщина усмехается и протягивает руку. – Саския де Мериндоль. Менее известная сестра-близнец Лены Лютор. Когда Алекс только смотрит на нее, она убирает руку, но улыбка остается на ее лице. — А кто всё-таки вы? Бармен ставит коктейли на стойку, и Келли молча передает один Алекс, прежде чем сделать глоток. Ее глаза не отрываются от странной женщины. Саския. – Алекс. Алекс Дэнверс. Это моя девушка – Келли Олсен, – Алекс указывает на Келли, которая растерянно, но добродушно улыбается Саскии. – Итак, Алекс Дэнверс, откуда вы знаете мою любимую, но отчужденную сестру-близнеца, генерального директора L-Corp, и, очевидно, не из тех, кого можно ожидать в баре недалеко от ее офиса в пятницу вечером? Алекс делает глоток из своего напитка, прежде чем она обдумывает вопрос. – Почему Лена должна быть здесь сегодня в L-Night? Кроме того, она всегда работает допоздна, и я бы не стала отрицать, что она все еще находится в своем кабинете или работает в лаборатории одна. Саския наклоняет голову. — А, я вижу, ничего не изменилось. Не мое дело комментировать ее потенциальное присутствие во время сегодняшней темы, но я спрошу вас еще раз: откуда вы ее знаете? Она не совсем известна тем, что принимает большое количество друзей и знакомых, как я уверена, вы знаете об этом. – Она лучшая подруга моей сестры, — говорит Алекс после удара сердца. – И я тоже иногда работаю с ней. — Кара? — прямо спрашивает Саския. Алекс делает резкий вдох. — Откуда ты знаешь мою сестру? Она инстинктивно делает шаг назад, но рука Келли на ее пояснице останавливает ее. – Детка, ты сказала, что Кара беспокоится о ней, когда ты подошла к Саскии, думая, что это Лена, — мягко говорит Келли. Алекс подходит ближе к Келли, прикосновение ее руки успокаивает ее нервы, но в то же время ее глаза расширяются. – Она права, – Саския снова ухмыляется и кивает Келли. Алекс ничего не говорит. Она ясно видит сходство между Саскией и Леной. То, как она насмешливо поднимает бровь, внимательность, то, как выражение ее лица не выдает ничего из того, о чем она думает, придавая ей своего рода неприступную ауру. Тем не менее, есть и разница. Это неуловимо, как тень под молочной поверхностью. Алекс пока не может до конца разглядеть ее, но знает, что она там. — Итак, откуда Лена знает Кару? — спрашивает Саския. Ухмылка все еще на ее лице, но в голосе чувствуется неподдельный интерес. Как будто она впервые слышит о Каре и хочет заглянуть в жизнь своей сестры. Алекс бросает взгляд на Келли, не зная, сколько подробностей она может рассказать этой практичной незнакомке. Она вдруг чувствует себя не в своей тарелке. В своей работе ей так часто приходится иметь дело с людьми и нечеловеческими существами, гораздо более пугающими, чем незнакомая женщина со знакомым лицом, которая сидит перед ней. Однако это кажется другим, и это нервирует ее. – Кара — репортер. Время от времени она пишет статьи о технологиях Лены, так что с годами они сблизились, — вмешивается Келли. Она успокаивающе проводит большим пальцем по спине Алекс. Это самый минимум информации, и Алекс ценит, что Келли не упоминает CatCo или номинацию Кары на Пулитцеровскую премию. Имя Кары, кажется, ничего не говорит Саскии. Это заставляет Алекс задаться вопросом, из Соединенных Штатов ли эта женщина в конце концов, или из страны, где средства массовой информации меньше освещали события, произошедшие в Нэшнл-Сити всего две недели назад? – Интересно. И вы двое тоже ее друзья? Саския делает еще один глоток вина, но ее глаза не отрываются от Алекс и Келли. Каким-то образом, несмотря на ее дискомфорт, Алекс чувствует облегчение от того, что природа взгляда Саскии заключается не в том, что она с Келли, а в более глубоком, незнакомом любопытстве. – Да, это так. Друзья Кары — наши друзья тоже. — говорит Алекс, избегая взгляда Саскии. – Как бы то ни было, я рада за Лену. В последний раз, когда я видела ее, у нее не было друзей, и она жила в тени своего брата. Кажется, Нэшнл-Сити подходит ей. Комментарий вызывает интерес Алекса. – Как долго… откуда ты? – Она не знает, какой из вопросов задать первым, и внутренне ругает себя за то, что так неловко ответила на них. Саския хихикает. – В последний раз я видела Лену, может быть, года три назад? Пока ее брат не сошел с ума и все такое безумное дерьмо, вы, наверное, знаете об этом больше, чем я. Алекс сглатывает. Саския продолжает, ее взгляд блуждает по другим людям в баре, как будто она пытается заглянуть в прошлое. – Я предполагаю, что освещение в СМИ в Австралии было ничто по сравнению с Метрополисом или США в целом. Когда Лена основала L-Corp здесь, в Нэшнл-Сити, я услышала об этом в новостях как побочный комментарий. Я не могу сказать, что виню ее, пытаясь уйти от ее сумасшедшей приемной семьи. Она делает все возможное из карт, которые ей сдали. В голове Алекс крутится так много вопросов, что она не знает, с чего начать. Келли делает большой глоток своего коктейля, чтобы не смотреть на женщину перед ними. Саския оглядывается на них, как будто только что поняла, что разговаривает именно с ними. Она кладет руку на стойку, пытаясь слезть с барного стула. — Я больше не буду вас утомлять. Я должна... – Стоп! – Алекс поднимает руку, и Саския замолкает. — Ты из Австралии? Саския снова садится и смеется. – Да. Келли тихо спрашивает. – Ты редко видишься с Леной? – Нет. Это отлично. Мы не в жизни друг друга. Мы не в плохих отношениях, но так было всегда. Лена даже своим близким друзьям, кажется, не рассказывает о моем существовании. По крайней мере, мои друзья знают о ней и беспокоились за нее, когда Лекс попал в тюрьму. Она снова смотрит на толпу людей. – А теперь, если вы меня извините, мне нужно немного никотина и свежего воздуха, и поговорить с лесбиянкой, которая сегодня вечером одинока, если вы понимаете, о чем я. Саския встает и берет с прилавка свой бокал с вином. Алекс уверена, что услышала в ее голосе грусть, как бы Саския ни пыталась от нее отвлечься. Она пытается представить себе мир, в котором может видеть Кару только раз в пару лет, не делясь всем в их жизни. Это заставляет ее вздрогнуть. Сестра — один из самых важных людей в ее жизни. Она задается вопросом, почему Саския приехала в Нэшнл-Сити, и знает ли Лена, что она здесь? Прежде чем повернуться и смешаться с толпой, Саския еще раз взглянула на Алекс и Келли. Она кусает губу. — Если это возможно, я бы хотела, чтобы вы не упоминали о моем существовании при твоей сестре. Сначала я попытаюсь наладить отношения со своей сестрой, и я не хочу быть причиной того, что одна из ее редких друзей потерпит неудачу. Вы понимаете? Келли и Алекс еще мгновение смотрят на ее удаляющуюся фигуру. Келли прочищает горло. – Это было... – Непредвиденно? Сюрреалистично? Нервно? Возможно, катастрофично? Келли хрипло смеется. – Да. Им не нужно говорить о последствиях этой встречи. Чего Саския не знает, о чем они забыли упомянуть, так это о том, что Кара и Лена не разговаривали две недели. После поражения Лекса Лена, как обычно, пришла на вечер игр, принеся вино и объединившись с Карой для мелочей. С тех пор все попытки Кары связаться с Леной были тщетны. Кара подозревает, что Лена каким-то образом узнала о ее личности. Однако нет никакого способа об этом узнать. Лена полностью закрыла всех в своей группе друзей. – Похоже, не только у Кары был большой секрет, — размышляет Келли. Алекс закрывает глаза. – Почему сейчас? Почему эта женщина появляется сразу после того, как Лена якобы узнает секрет Кары, показывая, что у самой все это время был свой секрет? Келли нежно касается руки Алекс. – Детка, что ты имеешь в виду? Она здесь, чтобы наладить отношения со своей сестрой-близнецом по какой-то причине. Время выбрано случайно, хотя и немного неудобно. Саския не знала, что друзья Лены вообще не знают о ее существовании. – Я знаю, знаю, – Алекс наклоняется к прикосновению Келли. – Я просто ошеломлена. Я просто… мы можем пойти домой? – Конечно, детка, – Келли целует ее и проводит большим пальцем по ее щеке. – Позволь мне закрыть наш счёт. – Спасибо, детка. Алекс чувствует себя измотанной и усталой. Она не уверена, что и думать. Когда она согласилась на свидание с Келли, она представляла танцы и выпивку, а не встречу, которая потрясла бы ее до глубины души. Она испытывает сострадание к странной женщине и, соответственно, к Лене из-за их явно сложных отношений. Тем не менее, она задается вопросом о времени всего этого. Она задается вопросом о намерениях Саскии и причинах, по которым Лена держит ее в секрете. Она не может не чувствовать, что вся эта новая информация слишком велика, слишком ошеломляет, окружая ее изнутри. Когда они выходят на свежий воздух раннего лета и обнимаются на заднем сиденье такси, Алекс приходит в голову, что Лена, должно быть, так же относится к секрету Кары.