Сексуально обязанный.

«Мой хозяин — та ещё псина»

Солнечные лучи уже нежно коснулись золотистых волос юноши, лежащего на диване под белоснежным пледом. Рядом, уткнувшись в плечо блондина, лежал Саске, который тихо-мирно спал. Наконец-то пробудившись ото сна Наруто раскрыл свои глаза, сразу почувствовав лёгкий дискомфорт, а всё вокруг было окрашено в красный. Зажмурившись и протерев свои глазки, он вновь раскрыл их и всё пришло в норму. Быстро оглядевшись, блондин вздохнул с облегчением и легонько улыбнулся: перед ним вновь лежал беззащитный юноша, который успел настрадаться. — Я тебя никому не отдам, — тихо прошептал Наруто и тихонько прислонившись, чмокнул Учиху в лобик. — А ночью ты был более активным, — ухмыльнулся Саске, притворяясь спящим. — Ночью? — слова Учихи удивили юношу. Он точно помнил, что ночью крепко-крепко спал. Издёвка? Возможно, но в глубине души, чувствовался подвох. — Да, — замурчал Саске, потянувшись и поцеловав блондина. — Это было великолепно. Наруто уже хотел ответить, но отвлёкся на окно. Там сидела жаба, болотного цвета и пристально смотрела на Узумаки. — Прости меня, — вырвалось из уст блондина, он вновь наклонился и поцеловал в носик Учихи, а после быстро встал и оделся. — Помни, я тебя никому не отдам, моя луна. Но… Но сейчас мне надо идти! Я потом всё объясню, прости. Когда Ирука вошёл в комнату, то заметил лишь удивлённого Учиху, который лежал на диване полуголым, смотря в открытое окно. — Уже ускакал? — Угу, — тихонько согласился Саске, кивая своей головой. — Чтоб его, — недовольно ругнулся Ирука, увидев грязный след ботинка на подоконнике. — Главное, чтоб кобелиной не вырос, тьфу.

***

И вновь очередное вручение «раба» в руки нового хозяина. Саске испуганно огляделся, но так и не заметил любимых глаз и волос. Наруто не было на процедуре передачи. Учиху поставили на колени, стянули рубашку и заметили следы укусов, засосов на шее, плечах, ключице, на боку и животе. Хокаге удивлённо приподняла бровь, перекинув свой взгляд в сторону Умино. Ирука раскрыл глаза от удивления, а после широко заулыбался, почёсывая свой затылок. Открыв свой список, Цунаде прошлась по нему глазами, а после остановилась и громко произнесла. — Инузука Киба. В толпе раздался весёлый возглас — это была часть клана Инузука. Они начали выть, рычать и смеяться. Из толпы вышел Киба, на голове которого сидел белого цвета щенок, ушки которого были окрашены коричневым цветом. Он, с диковатой ухмылкой, смотрел на угрюмое лицо Учихи. — «Я всё выдержу», — пронеслось в голове у Саске. — «Ради него, я вытерплю и закончу этот кошмар!» Процедура прошла без всяких происшествий. Цунаде широко улыбнулась, а после подошла к Учихе и наклонившись, прошептала ему на ушко. — Уже через полгода, ты жить не сможешь без секса, без насилия над твоим телом. Уже совсем скоро, ты станешь шлюхой, и я посмотрю, как Орочимару захочет вернуть себе желанное тело. — Я, — хотел уже крикнуть Саске, но вовремя остановился. Нельзя. Из-за его непослушания, может пострадать один, единственный и важный человек в его жизни. Брюнет не хотел, чтобы Наруто попал в опасность или огласку. Ему и правда хватило всего того дерьма, что случилось в детстве. Он послушно выполнил команду Кибы, встал с колен и направился за бывшим одноклассником. Тот с ухмылкой шёл через людей, его окрикивали соклановцы, но парень даже не обращал на них внимание. Акамару весело вилял своим хвостиком, порой тяфкал, а Учиха шёл склонив голову, постоянно бормоча себе под нос. — Ради него, ради него, ради него, ради него… Бормотание не прекращалось, оно лишь усиливалось, отдавалось эхом вокруг брюнета. Киба, который имел при себе острый слух, лишь недовольно фыркал, дожидаясь, когда они уже наконец-то выберутся подальше от любопытных глаз. Кибе Саске никогда не нравился, неизвестно — сильнее чем Наруто, а может одинаково. Любовь он точно не питал ни к тому, ни к этому. Всё из-за тёплых, романтических чувств к Хинате, которая безответна была влюблена в блондина, не замечая ухаживаний Инузука.

***

Вечер, серые облака затянули небеса и жестокий ветер, завывал в пустых улицах Конохи. Время было уже неподходящим для прогулок, и граждане сидели по домам. Команда Куренай находилась у большого озера, которое было за первым внешним кольцом Конохи. — Помните, чтобы держаться на воде, необходимо распределять чакру в стопы ног плавно, — объясняла Куренай. — Словно вы испускаете волны из своих стоп. Куренай прошлась по воде и широко улыбнулась, продолжая объяснять новую тему для своих учеников. Шино всё также молча стоял и слушал, а Киба отпросился отойти на пару минут. Его слух нельзя было обмануть, нельзя было скрыться от него. Юноша быстро направился в сторону ближайших кустов и увидел, как уткнувшись в дерево, плакала Хината. — Что-то случилось? — тихо произнёс он. Девочка вздрогнула, а после быстро вытерев слёзы, ответила. — Нет, что ты, ничего не случилось. — Не обманывай меня, Хината, — сурово произнёс Киба, он сжал кулаки от злости, от ненависти к самому себе. Он ничего не мог поделать, не мог заставить. — Снова он? — Нет, — улыбнулась Хьюга. — Видишь, всё нормально? Пошли, — улыбнулась она и побежала к наставнице, оставив Кибу стоять на том самом месте. Внутри были смешанные чувства: было больно, было гневно. Подойдя ближе к дереву, Киба заметил скомканный листок бумаги, который видимо оставила Хината. Взяв и раскрыв скомканный лист, по его щеке протекла слеза. Признание чувств к Наруто, которое он так и не прочитал, просто оставив на месте. Забыл, даже не взял. А ведь Киба чувствовал запах, исходящий от этого маленького комочка, запах свежей ежевики, немного неуверенности и много искренности. Кулак сжался сам собой и быстрым движением руки, устремился в кору дерева. — Почему…Ты не замечаешь, что не нужна ему? — грустно прошептал Инузука. — Зачем тебе этот дурак? Зачем тебе тот, кто даже не обращает на тебя внимание? Зачем тебе тот, кто не ценит твоё существование? Столько вопросов, столько проблем, а ответов не наблюдалось. Когда Наруто попал в больницу, то Хината с самого утра уже была там и расспрашивала медсестёр, из-за стеснения не могла передать сама, но передавала через них супы, приготовленные ею. Когда в больницу попала сама Хината, Киба сильно злился, ведь он рассказал об этом Наруто, но блондин лишь посочувствовал, даже не пришёл проведать. Киба один бегал постоянно, не стесняясь заходя в палату и сидя возле принцессы клана всю ночь, словно пёс… — Пойми, что он не достоин тебя, твоего внимания! Как же я хочу обнять тебя, хочу зацеловать, хочу, чтоб улыбалась ты всегда. Хочу, чтоб поняла ты, что ты солнце для меня, мой воздух, моя жизнь… Пойми, что я люблю тебя, но сердце болит от любви, услышь меня, помоги… Хотел сказать Киба, но вновь проглотил слова. Печально, но у собак лишь один недостаток — они верят людям.

***

Киба наконец-то вышел из своих воспоминаний о прошлом, вернувшись в реальный мир. Они уже так далеко ушли от центра города, находились за первым внешним кольцом Конохи. Колец всего было три. Первое внешнее, отделяло три главных района города, от природной части. Так называемые внутренние леса столицы. Второе внешнее кольцо ограждало те самые леса от небольших деревушек, которые находились поблизости во внутреннем третьем кольце. Третье же кольцо являлось некой преградой и стеной для окружающего мира. Любой путник, странник или незнакомец, который захотел бы впервые посетить Коноху, встретил бы именно третье кольцо, где и находится пропускной пункт. Чтобы попасть в столицу, надо пройти все три пункта, находящиеся в кольцах. Естественно, всё это регулярно охраняется и патрулируется. — Мы пришли, — грубо произнёс Киба и посмотрел на озеро, оно в этот день было спокойным. — Встань на четвереньки, — отдал приказ Инузука и печать на теле Учихи вспыхнула синим цветом. Руки невольно задрожали и каждый мускул на теле напрягся, приняв позу питомца, встав на четвереньки. — Саске, я не питаю к тебе особой ненависти, — честно признался он. — Но я не могу отказаться от такого подарка судьбы, взять, отнять и поиздеваться над тем, что любит Наруто. — Ты о чём? — удивлённо воскликнул Саске, он потихоньку начинал злиться, ведь чувствовал потаённую угрозу к своему любимому. — Понимаешь, есть та, которая в Наруто и души не чает. Старается, из кожи вон лезет, — костяшки пальцев хрустнули, и юноша продолжил. — А этот мелкий дебил, не понимает, не видит её стараний! Не ценит… Она слепо продолжает тянуться за ним, словно хвостик, страдая от такой любви. Страдает от такой любви не только она. Поэтому, узнав, что Наруто любит тебя, я не мог не воспользоваться такой возможностью и надругаться над его любовью, как он надругался над моей. Юноша был решительным, в нём скопилось много злости и ненависти к происходящему. Всё это, судьба позволила выместить на новом козле отпущения — Учихе Саске. Киба поджал нижнюю губу, а после рявкнул. — Не можешь? — ухмыльнулся брюнет. — Не могу, — признался он. — Не могу сделать это в таком состоянии, поэтому извини за излишнюю грубость, — с этими словами, он достал небольшой свёрток, с чёрными шариками. Взяв два шарика размером с таблетку, он быстро их проглотил. Зрачки сузились, тело задрожало, а клыки стали более отчётливыми, ногти начали деформироваться и увеличиваться. Мощный удар кулаком прилетел в правую щёку брюнета и тот упал на землю, не успев опомниться, на колени упал и Киба, стянув с себя штаны и вытаскивая набухший от возбуждения член. — Что он принял?! — прошептал Учиха, но долго пустовать его рот не стал. Грубыми движениями, Инузука подтянул голову брюнета и губы упёрлись в розоватую головку полового органа. Рот раскрылся от давления пальцев на щёки, член проник внутрь и прошёл по самые гланды. Саске начал давиться, но Кибе словно без разницы. Он продолжал двигать бёдрами, не смотря на то, как со рта брюнета текли слюни, а с глаз — слёзы. Приподняв кимоно, в которое одели Саске после церемонии, он оголил его пятую точку. Мощный хлопок ладонью, пульсирующая боль прошлась по всему телу и злостный взгляд направился в сторону наглого юноши. — Активнее! — рявкнул Киба и печать вспыхнула на теле брюнета. Саске взялся за член поудобнее и начал вылизывать его вдоль и поперёк, проводя языком от мошонки до кончика, носиком упираясь о ствол полового органа. — «Всё вытерплю, ради него, всё!» — продолжал повторять себе Саске. Шаловливый средний палец Инузука потянулся ближе к пятой точке брюнета, массируя розовое кольцо. Учиха немного покраснел от смущения, его бёдра заёрзали и посасывания стали интенсивнее. Фаланга среднего пальца вошла внутрь, анус начал жадно его поглощать и Киба не выдержав, скинул Саске на спину, прижав того своими руками. Членик Учихи уже набух и встал, он был значительно меньше чем у Кибы или Наруто. Учиха прикусил нижнюю губу, в ожидании предстоящего. Головка напряжённого члена упёрлась в попку и через пару мгновений, сладкое местечко объяло половой орган Кибы, принимая в себе и словно массируя его. Брюнет ахнул, зажмурив глаза и прикусив нижнюю губу. Юноша не мог сдерживать всю энергию, которая скопилась внутри него. Вцепившись руками в ладони Саске, он прижал его как можно сильнее, делая интенсивные движения своими бёдрами. Учиха застонал, а Киба лишь наращивал темп, делая более грубые движения вперёд, от чего мошонка брюнета подскакивала вместе с членом. Член Инузука проникал глубже по прямой кишке, а розовое колечко сжимало ствол, массируя его. Киба начал покусывать шею Учихи и проводить языком по месту укусов, а руки брюнета обвили его спину. На мгновение, закрыв глаза, Саске видел не Кибу, а Наруто, который резкими движениями приносил столько тёплых эмоций и ощущений, всё прекратилось с момента резкого крика Кибы, который выкинул очередную чёрную пилюлю в сторону. Её съел маленький пёсик, Акамару. Щенок тявкнул, прыгнул и налету поймал пилюли, быстро проглотив их. Его глаза наполнились кровью, и пёсик стал немного увеличиваться. — Давай Акамару! — не прекращая трахать Саске, рявкнул Киба. — Облик зверя! — с этими словами, Инузука сложил ручную печать, и щенок покрылся дымкой. Громкий рык и рёв, испугал Учиху, от чего тот выпал из своих влажных фантазий о блондине. Вновь вернувшись в суровую реальность. Щенок явился из дыма зверем, размером с большую собаку, оскал который так и сверкал под лучами солнца. Кровавые глаза были направлены на Учиху, а Киба лишь улыбнулся, быстро вытащив своего змея из пещерки брюнета и поставив того раком, сунул член в рот юноши, да поглубже. Подтянувшись и хлопнув ладошками о розоватые булочки. Шлепок был звонким, а на мягких тканях появились красноватые следы ладоней Инузука. Сжав булочки, словно свежие после выпечки, Киба их широко раздвинул, очко пульсировало и манило Акамару. Пёс быстро подбежал и своими лапами обхватился о талию Учихи, попутно царапая своими когтями его нежные бока. Кончик собачьего хера, так и вилял вокруг ануса, но через четыре попытки, кончик всё же достиг своей заветной цели и Учиха взвыл с членом во рту. Акамару довольно заскулил, начиная неаккуратно дёргаться и глубоко входить в брюнета по самые, собачьи яйца. Каждое движение отдавалось жаром во всём теле, было что-то необычное и неоднозначное. Саске было противно, однозначно факт, но в то же время он получал удовольствие. Собачий член щекотал его простату, а крупные яйца бились о мошонку брюнета. Движения усилились, стали интенсивнее. Саске приподнял ногу в сторону, чтобы псу было легче двигаться и попутно сосал член Инузука. Активнее, активнее, чтобы добраться до заветного конца, своего приза. Киба уже закатил свои глаза от удовольствие и прикусив нижнюю губу, схватился за волосы брюнета, прижав голову к своему лобку так, чтобы нос упирался в волосы на лобке. Член был по самые гланды и Киба кончал, заливая горло Учихи спермой. Акамару всё пыхтел, шлепки о попку Учихи были слышны и слышны были его стоны, но вскоре и пёс прижался максимально плотно к заветному юноше и залил своей спермой его попку. — А я гляжу, ты был и не против, — улыбнулся Киба.

***

Тёмное помещение, которое освещалось исключительно с помощью парочки свечей, выглядело мрачно. Пиала, в которой находилась странная жидкость, ожидала своего применения. — Ты уверен? — Да, я уверен!