Поживём - увидим...

Антон бежит, когда вновь видит красный свет в далеке. Вампиры... Громкие звуки могут привлечь их внимание, но они не учли, что Антон их тоже слышит... Очередной дом за этот век горит, опять придется прятаться и бежать. За 800 лет Антон приноровился, Антон привык, Антон устал... Вообще, если быть точным, за 818, но тут не играют роли какие-то 18 лет. - Ёбтвоюмать, Ирина! - Шастун кричит подруге, но её нет в поле зрения. Жопа, очередная жопа - подумал Антон. Но жопа только начиналась. Заря. Ёбанный рассвет! У них нет дома, он потерял Ирину и за ними охотятся. Вдруг резкое жжение в груди. Антон падает. Звенит в ушах. Он бы боялся умереть, но он бессмертный и уже привык к своему проклятию. Открыл глаза Антон на каком-то складе. Ирина рядом и мазала йодовую сеточку себе на ладонь, где красовался неглубокий порез, который почему-то не заживал. - Железо? - коротко сказал Антон, больше утверждая, чем спрашивая. - Да. Не все тут такие бессмертные, как ты, красавчик. - Ирина улыбнулась и отбросила свои блондинистые локоны назад. - Лучше бы я умер. Может хоть тогда бы отдохнул. - устало сказал Шастун. Девушка вздрогнула. Она слышит это не первый раз, её прелестный партнёр по жизни говорит подобное по 5 раз на дню. - Это уже не новости, что ты не можешь, но хочешь... Умереть. Антон лишь слегка улыбнулся такой деликатности. - Сама знаешь, я очень хочу умереть. Жаль, что это не так просто, как у всех вампиров. Сложно признать, но девушка ревновала... Она ревновала любимого к Смерти... Уж настолько он её ждёт, что любой смертный бы позавидовал. - Ты заслужил покой, у тебя было слишком много испытаний. - Ирина хотела сказать ещё что-то, но это было лишнее. Антон поцеловал девушку и обнял. Она была ему как сестра. По правилам племени она и была его сестра, но только потому, что их обратил один вампир. - Что делать будем? Фигово будет, если мы тут останемся. - А хрен знает. Годы идут, а цивилизация всё неизменна... Чтоб их всех! - слегка разозлился вампир. Девушка снимает шёлковый платочек с плеч и наматывает себе на руку, где была рана. - Не волнуйся, щеночек, со мной всё хорошо. - Ирина ласково улыбнулась и опять легла в объятия парня. Твёрдая, холодная грудь девушки не вздымалась давно, с тех самых пор как их обратили. Они не знали друг друга при жизни. Ирина при жизни была счастливой 20 летней танцовщицей в клубе. Вертеться вокруг столба было её жизнью. И ей нравилось. Мягкий нежный шёлк на плечах и модная одежка. Ей нравилась роскошная жизнь и то, что она кому-то нужна. Но оказалось, что нужна она была не только мужчинам из борделя. В один вечер она просто шла домой, эхо от стука каблуков, мягкий свет фонарей... От неё веяло юностью и превосходством, жаждой жизнью... Эммануэль* подкрался и яростно укусил девушку, прошептал на ушко, что та будет вечно жить своей красотой.