BAD BOY

      Солнце давным-давно взошло над Москвой. Сейчас около десяти часов утра, примерно в это время прервался сон Ники. Протерев ещё сонные глаза, девушка заметила, вернее даже вспомнила, что всю оставшуюся ночь Глеб спал у нее на груди в одном положении. Мило улыбнувшись, Ника погладила Глеба по волосам, чмокнув в макушку. Эти действия поспособствовали тому, что Глеб, не открывая глаз, улыбнулся. — Доброе утро. — сказала спросонья Ника. — Как спалось? — Спалось недурно, — Глеб поднял голову и посмотрел на Нику, — однако холод все же пробегал по спине. Ты, видимо, тоже замёрзла. — Есть такое, однако ты не дал мне особо продрогнуть.       +1 уведомление. Ника потянулась за телефоном. Пришло сообщение в direct от Насти. @anastasiaaa_love Доброго утра. Ты где? @Nika_2000 И тебе того же. Я у Глеба. @anastasiaaa_love Как бы твои истории и фотки с Голубиным не привели к неприятностям. — Кто тебе пишет? — с неподдельным интересом спросил Голубин. — Настя спрашивала, где я. — Стрельцова положила телефон обратно на тумбочку. — Знаешь, я вот тут подумала, все как-то слишком быстро развернулось. Не будут ли странными наши отношения на публике? А что же в прессе напишут? Как я вернусь в универ, за мной же по пятам ходить все будут? — Ты сильно себя накручиваешь. — Глеб опустился чуть ниже и, поджав колени под себя, прижался лицом к животу девушки, как бы успокаивая. — Я никому тебя не дам обидеть.       Ника томно вздохнула, прикрывая глаза. — Надеюсь, что так и будет.       Глеб блаженно замурчал, прикрыв глаза. Ника поднесла камеру телефона и начала снимать, продолжая поглаживать одной рукой его волосы. — Глеб, скажи что-нибудь. — Мяу. — выдал Голубин, подняв глаза на камеру и оскалился, после отвернулся.       Подняв телефон над собой, Ника направила камеру на себя и сказала фразу на английском: — «Bend if u don't want to be broken». — после Ника сразу отключила камеру.       Открыв инстаграм, Ника выложила видео в историю. — Надо вставать, — Ника вяло потянулась, — мне домой надо. — Я тебя подвезу. — Глеб выпрямился, встав с кровати, направился к кухне. — Тебе не стыдно ходить в обнаженном виде? — девушка указала на панорамное окно. — Да кто меня там увидит, мы на двадцать втором этаже? Даже если бы мы трахались возле окна, вряд ли б кто-то заметил. — улыбнулся Глеб, его взгляд застрял на Нике. — Я знаю, о чем ты подумал. Нет, я не буду заниматься этим на глазах у всех, я ж не порнозвезда.       В ответ Глеб громко рассмеялся и ушёл на кухню.

***

      С по-прежнему хорошим настроением оба сели в машину — А за сколько ты обычно добираешься до универа от Сокольников? — Меня обычно подвозит Владлен, и на дорогу уходит около получаса, иногда час-полтора из-за часа пика. А что? — Ничего, может, если хочешь, один раз могу подвезти, от меня даже ближе. — Глеб начал разворачивать «Гелендваген». — Нет, Глеб, это исключено. Тебя же увидят да и меня в покое не оставят, гнобить начнут. — Мне вот сейчас вспомнился случай, когда я ещё учился. У меня в то время ещё машины не было, ездил на метро. Я был ещё на первом курсе. Меня поджидали однокурсники и до самого кабинета шли за мной, бурча себе под нос «скр, скр, скр». Тогда я недавно выпустил клип на песню «Black Siemens».       Ника захихикала, качаясь на сиденье. — Тебе смешно, а вот мне в то время вообще не до смеха было. — Голубин уже выехал на главную дорогу. — У самой то были дебильные ситуации? — А то! Только мне несколько стыдно об этом говорить и даже вспоминать. — Расскажи. Обещаю держать язык за зубами. — рэпер дал Нике бутылку с водой. — Открой, пожалуйста. — Ну ладно. Помнишь, я говорила тебе о том, что мои одноклассники трахались в щитовой? — выполнив просьбу, Ника обратно передала обратно бутылку Глебу. — Ну, и? — сделал продолжительный глоток он. — Это были мои порнозвёзды.       От только что услышанного Глеб сразу же закашлялся. Вода попала ему на джинсы и на руль. — Тише, тише. — погладив Глеба по спине. — И ч-что? Что вы снимали? — Мне было не больше восемнадцати. Мы часто оставались после уроков с Леной и Ваней, думая, куда пойдем на этот раз. — В каких местах вы... ну... уже сняли? — по дрожащему голосу Глеба было понятно, что ему неприятно о таком спрашивать. — В разных местах: школьный туалет, школьная щитовая, спальня, кухня. — И каково тебе было как оператору. — Норм. Ничего такого, в принципе. Это было как бы мое хобби — съёмки, сценарии. — Ника сглотнула и продолжила: — Понимаю, ты услышишь сейчас не очень приятный факт обо мне, но... — Ника отвернулась, смотря в боковое окно на промелькающие мимо здания. — Мне самой хотелось уйти... ну... туда.       Глеб не сразу смог подобрать слова, дабы высказать свое мнение. Однако ему удалось выдавить: — Что? Почему? — У меня был очень трудный период в жизни. Я плохо училась, скандалы дома, в школе, страх за будущее. И вот я решила найти в этом выход. — Понимаешь, если бы тебя кто-то увидел из знакомых, то все, крышка. — Я это прекрасно понимаю, все было настолько серьезно, что я рассказала о своих намерениях родителям. — Ты ещё и родокам рассказала? И как они отреагировали? — Просто. Попсиховали, немного покричали, батя достал свой ре́мень, благо он не бил меня им, а просто повесил на дверь. Однако, несмотря на их крики и возмущения, я не отступалась от своих слов до определенного момента. — А почему ты всё-таки не пошла по этому пути? — Что-то перещелкнуло у меня в голове, чему я безумно благодарна. Этим решением я чуть не угробила свое будущее. — Ты, конечно, молодец, что не пошла по кривой дорожке. — В этой ситуации мне просто повезло, что вовремя мозги включились. — Тебя к дому подвезти? — перевел вопросом тему Глеб. — Да, пожалуй. — согласилась Ника. На душе, выговорившись, стало намного легче.