Die sehr lange Nacht der Susan Ivanova/Очень долгая ночь Сьюзан Ивановой

Женева Столица Земного Альянса 31 декабря 2262

«Мы собрались здесь сегодня, чтобы почтить память человека, которого без сомнения можно назвать настоящим героем человечества». Сюзанна Лученко изо всех сил старалась выглядеть достойно, и хотя этот жалкий спектакль сильно раздражал Иванову, она всё же испытывала определенную симпатию к главе Земного Альянса. Возможно, это было связано с тем, что Лученко, как и она, была родом из Российского консорциума, а может быть, это было связано с той ролью, которую политик сыграла после Кларка, сначала как временный президент, а после выборов как первый законный президент после диктатуры. Она сражалась со сторонниками Кларка и Войсками Внутренней Обороны, распустила Ночной дозор, взялась за Секретную службу, военных и Пси-корпус. Добавьте к этому восстановленный Сенат, требование марсиан о независимости и внешнеполитический хаос, доставшийся галактике после ухода Теней и Ворлонов. Довольно паршивая работа. Сьюзан не хотела бы быть на её месте. «Прошло четыре года с тех пор, как мы увидели ужасные кадры взрыва Earth Force One, который — об этом тоже нужно помнить, и, к сожалению, мы делаем это слишком редко — унес гораздо больше жизней, чем жизнь президента Луиса Сантьяго. В такой день, как сегодня, самое время вспомнить пилотов, сотрудников службы безопасности, сотрудников аппарата президента, сотрудников Секретной службы и Земных сил, а также всех остальных, чьи имена должны быть такими же незабвенными, как имя Луиса Сантьяго». Да, подумала Сьюзан, никого из Пси-корпуса. Ее взгляд блуждал по заполненной людьми площади, пока на авансцене зачитывали имена жертв. Однако, на «Лианну Кеммер» Сьюзан обратила внимание. Сотрудник службы безопасности президента, с которой у Гарибальди было трудное прошлое. Официально она была причиной, по которой бывший глава службы безопасности «Вавилона 5» отказался участвовать в этом государственном мероприятии. Он сказал, что хочет отметить этот день по-другому. Похоже, он боролся с одной из своих травм: выстрелом в спину. В конце концов Сьюзан нашла черный блок пси-полицейских. По крайней мере, у их жуткой униформы было одно преимущество — они были одеты подобающе на каждой похоронной службе. Вокруг полицейских собрались несколько гражданских представителей корпуса в менее дружелюбных нарядах. Сьюзан находилась в тисках сине-серо-коричневого монолита Сил Земли, который четко выделялся из массы представителей бесчисленных групп, религий и организаций. Здесь были представители всех региональных парламентов и правительств Земли, присутствовал практически весь Сенат, а также посланники временного марсианского правительства и правительств различных колоний. Самыми непривычными для человеческого глаза были всплески цвета делегаций инопланетных послов — от блестящей белизны религиозной касты минбарцев, или униформ центавриан с их похожими на букет волосами до черно-пятнистых коричневых голов нарнов, стоявших настолько далеко от центавриан, насколько это было возможно. Невольно она задумалась, кто из присутствующих здесь узнал о смерти президента Земли лишь из новостей, кто оплакивал его на самом деле — и как много из присутствующих знают больше, чем готовы признаться. В толпе пришельцев она заметила затылок, который заставил ее подняться и обратить внимание. Капитан Шеридан. Нет, президент Шеридан. Глава нового Межзвездного Альянса. И как гость инопланетного государства, он, совсем недавно являясь частью земных вооруженных сил, был помещен в группу послов. Кто бы мог подумать, что однажды он станет политиком? Возможно, лучшим, что был у человечества и всей галактики — по её скромному мнению. Они не разговаривали целый год, с тех пор как Сьюзан поспешно уехала после трагической смерти Маркуса. Рейнджера, который пожертвовал своей жизнью ради нее. Она сама стала капитаном звездолета, почти год занималась только испытательными полетами. И вернулась на Землю как раз вовремя для этой постановки. Она ничего не имела против несчастного Сантьяго, но, тем не менее, чувствовала себя здесь, как на похоронах царя. Они даже назвали новый крейсер в честь убитого политика! По какой-то причине Сьюзан спонтанно задалась вопросом, присутствует ли здесь Папа Римский. «Все мы не забыли ни трудные годы, которые остались позади, ни ужасные разоблачения, положившие конец господству насилия». В Сенате какой-нибудь ярый сторонник Кларка сейчас бы начал кричать и обсуждать законность введения военного положения. В этой ситуации двусмысленное молчание было наилучшей тактикой. «Мы также получили доказательства того, что смерть Луиса Сантьяго и взрыв Earth Force One были не случайностью, а результатом заговора, который остается нераскрытым по сей день. Никто так и не был осужден за это злодеяние — и я могу и должна назвать это позором, который отягощает и мою душу. Памяти всех жертв, а также всему человечеству мы обязаны тем, чтобы это преступление наконец-то было раскрыто. Именно благодаря этому убеждению я добилась выделения дополнительных ресурсов для комиссии, которая почти год расследует эти события, и создания нового постоянного следственного органа для преследования незаконных действий, имевших место в период тирании». Да, Сьюзан нравилась эта женщина. Однако она также понимала, что ей лучше как можно скорее покинуть Землю, если она не хотела, чтобы в ближайшее время ее вызвали в суд в качестве свидетеля. За годы работы на «Вавилоне 5» она видела и слышала слишком много, чтобы не заинтересовать этим новую комиссию. Она ненавидела допросы и особенно неизбежное участие в них телепатов. В конце поминальной службы были отмечены жизнь и деятельность Сантьяго — должно быть, было очень трудно найти для этого фотографии, на которых не было бы вице-президента Кларка. Сьюзан почувствовала легкое, но неприятное давление в животе от того, что мертвый диктатор был вырезан, как гнойный прыщ на семейных фотографиях, прошедших пост-обработку. Разве для фальсификации истории есть оправдание, даже если этим занимается демократия?