Последний паладин

Одинокий собор стоит на возвышенности уже не одно десятилетие, а на карте он обозначен, как «Закат Паладинов». Столь говорящее и несколько печальное название этот храм получил благодаря своей истории и событиям, которые происходили внутри его стен. За множество лет своего существования он вырастил не одно поколение святых воинов, которые несли слово Божье по миру. Но так не могло быть всегда, одна эпоха сменяла другую, появлялись новые верования, которые собирали всё больше последователей, и наступило время, когда светлых воинов почти и не осталось на этой земле. Некому больше было защищать простых людей от темных злодеев. За собором остался следить последний Старший паладин Полинарий, другие пали в славных битвах со скверной и тьмой. Больше собор не наполнялся светлыми огнями и песнями, никто не славил и не благодарил героев-паладинов. Полинарий спокойно доживал свой век, сложив свою броню в тайник света и охранял собор по мере своих сил, занимаясь ремонтом, следя за чистотой и другими повседневными делами. О подвигах он больше и не мечтал. Как-то раз, в один из солнечных дней, на пороге собора оказался младенец. Вероятно, он был брошен родителями из-за непростых времён в Королевстве. Полинарий приютил его, вырастил и передал ему всю мудрость паладинов, которой владел сам. Он дал мальчику имя Зед. Оно не раз упоминалось в святых фолиантах. Годы летели один за другим. Полинарий слабел. Предчувствуя скорую кончину, он сообщил приёмному сыну о грядущем посвящении, окончании его обучения. Наступил новый день, и лучи солнца коснулись старых коричневых камней собора. В маленькой комнате, где был только большой книжный шкаф, кровать и стол, стало совсем светло, и Зед, привыкший просыпаться с первым светом, уже занимался зарядкой. Он был воодушевлен, ведь сегодня случится то самое посвящение. Сбудется его мечта. Застелив постель и переодевшись, парень отправился на пробежку. Сделав несколько кругов на территории собора, юноша отправился в столовую, чтобы позавтракать. Это место могло разместить в себе сотни человек, и Зеду в последнее время хотелось бы устроить праздник и пообщаться с людьми. Но сейчас он был в пустующем зале совсем один. Зед сидел за длинным деревянным столом на лавке и ел жареные грибы, которые недавно они с отцом вместе собирали в лесу. Много интересных мыслей начало посещать юношу после недавнего разговора с Полинарием. Отец говорил о величии и святости паладинов, что Зеду следует придерживаться воспитания предков, однако юноше хотелось забав и приключений. Он читал о подвигах героев прошлого в книгах и мечтал стать таким же. Отец его энтузиазма не разделял, только ворчал о молодости и горячей крови. Полинарий улыбался редко. Однако Зед навсегда запомнил те короткие моменты, когда наставник сбрасывал свою маску паладина и становился просто папой. В те радостные для него мгновения они шутили, разговаривали о простой жизни, обсуждали книги и занимались вещами, не связанными с обязанностями паладинов. Служба давалась Зеду тяжело: чтения молитв, благодарность предкам, еженедельная уборка, священные песнопения и многое другое не было интересно юноше, однако он старался быть примерным учеником в глазах наставника и усердствовал. Без происшествий тоже не обходилось. Бывало, что Полинарий отчитывал или наказывал юношу, который делал ошибки в словах, случайно ронял стойку, пачкал воском пол, забывал текст, который заучивал ночами. Так же Полинарий обучал Зеда светлой магии и боевому искусству владения молотом. В детстве получив благословение от предков, Зед стал накапливать в себе светлые силы и смог научиться пользоваться ими во благо. Магия была нужна для защиты. Зед помнил слова Полинария: «Проведение через себя светлых сил и положительный настрой могут творить чудеса, главное — в любой ситуации верить, что всё должно получится». Сегодня у Зеда был почти свободный день, наставник сообщил, что до звона колокола можно заниматься своими делами. Хотя «своих дел» у юноши было не так уж и много. Закончив с утренними процедурами и завтраком, Зед решил подмести главный двор, а после этого — почитать книгу, которую увёл из-под носа наставника совсем недавно. Полинарий хотел выбросить её. Книга называлась «Главный вопрос людского государства» и являлась политической сатирой на злобу дня. Откуда такая книга могла появиться в библиотеке собора, оставалось лишь догадываться. Зед с интересом изучал её. Он знал, что вера и государство не должны пересекаться, а подобные книги паладину были ни к чему, но любопытство своё пересилить не мог. Теплый ветерок заставлял шелестеть листву дерева, под которым умиротворенно сидел Зед и медленно листал страницы, вдумчиво следя за мыслью автора. Небо было чистым, щебетали птицы, вдалеке шумел изумрудный лес. Солнечные лучи играли на золотых куполах собора. Стены его были слегка потёртыми. Витражи слегка выцвели от времени, но были так же прекрасны. Образы святых паладинов и героев до сих пор поражали воображение. Зед любил смотреть на эти разноцветные стёклышки, искусно выполненные мастерами-магами. В целом, это был замечательный день, спокойствие которого было нарушено звоном колокола. Время пришло. Зед вздохнул полной грудью, оставил книгу у дерева и побежал к главному святилищу. Собор наполнялся золотым свечением, искры застыли в воздухе, наполняя всё вокруг. Колокола громыхали и взывали к себе. Юноша слегка вздрагивал, когда слышал новые удары. Сердце его колотилось от радостного предчувствия, смешанного с волнением. А внутри собора уже было все готово: ярко горели огни, было поднято алое знамя с золотой символикой, похожей на кружевной крест, а у центральной статуи предка-паладина стоял Полинарий в своей боевой броне, но без шлема. Головной убор одиноко лежал на тумбе вместе с позолоченной бутылочкой. — Зед, ученик мой, подойди ближе, — возвестил старческим голосом наставник. Парень вздрогнул и медленно пошел по белоснежному ковру вперед вдоль рядов пустых лавок, ему казалось, что все крылатые статуи святилища обратили свой взор на него. Их безжизненные глаза были наполнены светом в этот момент. Откуда-то сверху зазвучал хор, который напевал гимн паладинов. Это были голоса предков. — Вот и настал тот день, тот час, когда ты, мой юный ученик, наконец-то встанешь в один ряд с нами и удостоишься великого звания паладина! — как можно торжественнее сказал Полинарий. Его серые, почти выцветшие глаза лучились гордостью. Зед видел, как в них блестели слёзы. Зед и сам пытался сдерживаться. Он не мог поверить в реальность этого момента. Хотелось, чтобы он длился дольше. И как было жаль, что никто, кроме предков, не видел его сейчас. Зал был пуст. — Прими дар и стань тем, кем должен был, лишь ступив на порог собора, — прохрипел Полинарий и не выдержав, упал на пол с тихим стуком. Хор резко затих, свет задрожал и начал боязливо покидать стены собора. Зед больше не сдерживал слёз. Он побежал к своему учителю: — Наставник! Полинарий! Папа! — бежал вперед юноша, крича. Оказавшись рядом, он аккуратно поднял голову старца и посмотрел ему в глаза. На седой бороде старика виднелись капли крови, а серые глаза судорожно бегали. — Зед, послушай, — прошептал Полинарий. — Надень шлем и окропи его святой водой из золотой бутылки. Запомни главное: ты единственный, кто может восстановить род паладинов, создай гильдию, отряд, это неважно, главное, чтобы новое поколение было под нашей защитой. Найди писание предка-паладина, там будут ключи и подсказки, найди наш Грааль, любой артефакт поможет тебе в твоем нелегком деле. Я был рад обучить тебя и передать свою мудрость, сын мой, а теперь мне пора… Полинарий сказал, что хотел, на это ушли последние силы, он покинул этот мир. Его глаза потускнели, а тело обмякло. Рыдающий юнец положил тело отца на пол, а после, сжав волю в кулак, надел тугой золотой шлем с крыльями по бокам, открыл бутыль и пролил на себя воду. Перед глазами замелькали искры света, закружилась голова, а тело начало жечь. Уши заложило. От боли, которая впивалась в тело иглами и сдавливала грудь, Зед потерял сознание. В зале стало совсем тихо. Свет из собора в последний раз пронзил вспышкой небо и на долгое время покинул эти стены.