NSFW Зарисовки и Хэдканоны

      Жизнь системного администратора и хакера по совместительству была бы не так увлекательна, если б это была жизнь заурядного сотрудника, пускай и в крупной компании. До поры до времени, так оно всё и было, однако каким ветром девушку занесло в самую опасную организацию — большой и любопытный вопрос, которым задавались все в «верхушке» буквально пару месяцев. Потом же более никому в голову не приходило даже возвращаться к нему.       И чаще всего помощь неоценимая была для убийц и их подручных, потому Хайтани и Санзу нередко наведывались в святая святых для девушки — серверная. Вот только если старший и младший отправлялись к помощникам, которые сидели в кабинете, ибо девушка было «уж очень занята» другими делами, в случае с Харучиё дела обстояли несколько иначе. Он мог в любое время заявиться к ней с запросом помощи. Со своей же стороны девушка с чёрными волосами и мятными кончиками ему никогда не отказывала.       Как и в этот раз. Их цель ловко виляла меж рядами машин, уходя от погони. Акаши, конечно, мог бы открыть пальбу по колёсам, наплевав на сохранность мирного населения, ведь так даже веселее, если б не был за рулём.       Риндо предлагал устроить пальбу, вот только Ран выкинул на помойку эту идею, не желая, чтобы их засекли — и без того уже привлекли много ненужного внимания к себе. Как только не вызвали полицию — занятный вопрос. Старший из братьев Хайтани командовал Акаши давить на газ, на что получал довольно агрессивные ответы в духе: «Сейчас сам за руль сядешь, коль умный такой». У них был шанс свернуть на повороте, перекрыть путь преследуемому автомобилю. Так они и поступили, однако… машина, преследуемая «легендарным трио», была упущена. — Твою мать, — сказали синхронно трое мужчин, остановившись возле забегаловки, где нужной цели след-то и простыл. — Хоть бы раз меня послушали, и что нам с ним делать теперь?! — не унимался Ран, судорожно закуривая. Докладывать Майки о провале — худшее, что могло бы произойти. К брату присоединился Риндо, а потом и Санзу достал сигарету, прикурил и выдохнул, хмуря брови. — Есть у меня идея… — вкрадчиво начал он, и братья уже смекнули, что задумал их товарищ по оружию. Был только один человек, который мог им помочь в такой непростой ситуации. Хакер.       Санзу поехал в офис. Единственный кто мог сейчас помочь — это она, и облегчит ей задачу с поиском хорошая память мужчины. Он запомнил номера машины и её марку. Приказав братьям ждать его в салоне авто, розоволосый поднялся на этаж серверной и вошёл в кабинет. Приятный полумрак, освещение только над стеллажами с жёсткими дисками, остальное — мониторы. Люди, находившиеся в подчинении девушки, занимались своими делами, проверяли систему безопасности, мониторили камеры, выполняли поручения Коконоя по мелочи.       Харучиё немного иначе представлял это место. Ему никогда не доводилось бывать в серверной, чего уж говорить о небольшой стеклянной будке, которая и служила кабинетом черноволосой девушки, к которой мужчина и пришёл.       Она была вовлечена в свои рабочие процессы, сняв вишнёвый пиджак, который носила постоянно, потому присутствие Санзу не заметила ровно до того момента, пока тот не положил свои руки ей на плечи, немного массируя. — Как успехи, детка? Я пришёл к тебе со сделкой, —Акаши чуть сильнее сжал плечи, вырывая изо рта девушки тихий стон. Между клавиш клавиатуры он вставил лист с необходимыми данными. — Я тебе божественный отлиз, а ты мне пробьёшь эту машинку и, если захочешь, человечка, идёт?       Она уже хотела возмутиться касаемо фривольности Санзу — так спокойно ввалился в серверную, будто к себе домой. Но у неё ещё будет время в дальнейшем. Бросив строгий взгляд на тех, кто обернулся, заслышав стон. Хакер вытащила листок с данными, бросая взгляд на молодого человека из-за плеча. — Заметь, тебя за язык никто не тянул, — промурлыкала девушка, смакуя нижнюю губу. Перспектива раздвинуть ноги перед ним не только для принятия его члена. — Но за волосы точно будут. — Это приглашение на что-то интересное или я в качестве наказания буду учить единички и нолики? — Акаши принял эту игру, пока что, демонстрируя работу языком только в речах.       Когда язык прошёлся по шрамированным губам, Санзу вдохнул сквозь стиснутые зубы, а в голове он уже трахал хакера прямо в рабочем кресле, запрещая той сдерживаться, удовлетворяя желание Хару. Как прекрасно такое самоуверенное личико перекрывала бы гримаса оргазма. Интересно сломали бы они это кресло отдаваясь друг другу?..       Потребовалось меньше минуты, чтобы получить всю нужную информацию. Передвижение машины по камерам отследить было не так уж сложно, не говоря уже о том, чтобы добраться до необходимых сведений о владельце. Мужчина средних лет, уже имел за плечами пару судимостей, и машина его «светилась» неоднократно в ДТП и нарушениях ПДД. — А вот и твой «товарищ», — в пару кликов по внутренней сети та отправила всё, что смогла найти. В два счёта особа настроила по внутренней сети и возможность просмотра камер, хотя могла быть и их координатором, но, как сама девушка рассудила, за такую работу ощутить его язык между ног будет маловато.       У особы в голове уже созрел план того, что должно было произойти на её территории, потому отменила все планы на вечер. Даже поручение Хаджиме, который явно не слез бы с неё, пока не получил бы то, что ему было нужно, она взяла сразу, выполняя всё параллельно. Ей необходимо быть свободной на весь вечер, хотя, казалось бы, отлично проведённое время в квартире молодого человека должно было сбить спесь, телу нужен был отдых. Да, он нужен, а кто сказал, что заставить своего коллегу оказаться головой между её ног не отдых?       Строгая и деловитая, хакер явно была из тех, кто приковывал взгляд, но до остальных ей не было особого дела. Если только раньше, до того случая с Харучиё, когда та поняла, что очень уж хотела провести ночь конкретно с ним. Не пожалела, сделав выбор — ночь была просто превосходна, пусть и смазанная. — Лучшая, спасибо, — получив нужные сведения, розоволосый сразу оценил, как далеко им ехать и где его можно накрыть. Предвкушение веселья не могло не поднять настроения.       Её тонкие пальцы нашарили галстук и обвили его. Хакер резко дёрнула, притягивая Харучиё к себе с довольной ухмылкой. Что ж, маленькой игре суждено было уйти в долгий ящик, хотя никто не отменял того факта, что немного провокационных снимков девушка без зазрения совести могла ему отправить… так, приятным бонусом к тем порванным трусикам. Опасная близость — негодяйка изводит его, зная, что он не станет сильно своевольничать на её территории. — Сегодня вечером в серверной буду только я. Припомню тебе испорченный комплект заодно. Посмотрим на, что ещё способен твой язык, — томно и тихо произнесла хакер, чуть повернув голову к Санзу. Кончик её языка прошёлся по линии челюсти до проколотой мочки его уха, горячее дыхание опаляло кожу, но… дальше этого она не зашла — рано. Однако девушка была уверена, что её действия возымели свой эффект, не говоря уже о не до конца застёгнутой рубашке. — Тебя явно заждались.       Девушка отпустила галстук и бросила ехидный взгляд на Санзу, ясно давая понять, что слова на ветер она не бросает — она будет ждать его вечером в слабоосвещённом кабинете для «оплаты» её труда. Стоило хитрюге отпустить его, он позволил себе провести по открытому участку кожи пальцами, останавливаясь у подбородка, приподнимая его. — Ты права, меня ждут. Сегодня вечером наведаюсь к тебе, — наконец отпрянул от девушки и скрылся за дверью кабинета, приводя мысли в порядок. В машину он сел с победой ухмылкой, уверенно выезжая на место будущего происшествия — Не знал, что ты скорострел, Санзу, — начал подшучивать старший Хайтани, прикрывая рот ладонью. Риндо уловил общий фон настроя, потому тоже позволил себе усмехнуться. — Мы тебя не ждали раньше, чем часа через два. Ты хоть удовлетворил её? — поддержал насмешку молодой человек, что начинало откровенно злить Акаши. — Заткнитесь, благодаря ей, мы сейчас знаем куда ехать, — и по указанным координатам все трое направились на задание, намереваясь уничтожить скользкого типа, который смог обвести троицу вокруг пальца… но от девушки уйти не смог.       Весело. Было весело издеваться над этим мужчиной, который пытался что-то доказывать с переломанными ногами и с пистолетом у виска. Долго же он мучился и умер от трех пуль. Рёбра так же были сломаны, а голова проломана. Сам изуродован, опознать не получится. Для Харучиё это был такой же способ расслабиться, чтобы не сойти с ума. Это приносило ему спокойствие, и знал он, что убивает не невинных людей, а тех, кто активно путается под ногами.       Когда другие люди Бонтена избавились от трупа, тройка киллеров поехали по домам, активно обсуждая последнюю миссию и как прилично им с неё перепадет. В офис Хару ехал в одиночестве. Снова поднялся на этаж в предвкушении, проверил наличие рваного нижнего белья в кармане и вошёл в кабинет хакера, морально готовясь практически ко всему.       Хакер была заинтригована предстоящим «разговором» с Санзу, раз тот обещался. Очередная выкуренная сигарета дотлевала в пепельнице, пока на рубашке оставалось всё меньше застёгнутых пуговиц. Он придёт — в этом хакер никогда не сомневалась, иначе ему было бы хуже. В этом случае вопрос уже стоял бы ребром кто на кого ещё наскочит.       Но вот снова высокая мужская фигура перед её глазами — она уловила её периферийным зрением. На тонких губах улыбка стала только шире. Теперь они один на один, будто им было мало прошлой ночи. Её пиджак «покоился» на спинке кресла, пока белая рубашка, полностью расстёгнутая, демонстрировала бледноватую кожу и верхнюю часть белья. — Я уже думала, что ты решил надо мной подшутить, — томно произнесла девушка, оборачиваясь на второй стол и облокачиваясь на него. Хитрый и игривый прищур, цепкий взгляд от макушки до пят. Этот раз определённо был иным. Как минимум потому, что здесь царили её правила, и менять что-то в привычном порядке не было никакого желания.       Встав из своего кресла, девушка вальяжно прошла до Санзу, сохраняя всё тот же прищур и улыбку. Настало время для игр. Кончиком указательного пальца хакер прошлась сначала вдоль галстука вниз, до первых пуговиц на жилете, потом — вновь вернулась к галстуку. Обхватив его и резко потянув на себя, та заставила молодого человека поравняться с ней, глядя глаза в глаза. — Я заждалась, милый, — полутоном с некоторой хрипотцой сказала девушка в опасной близости к его шрамированным в уголках губам. Им некуда было спешить. Да и если бы тот же Коко или кто-то ещё зашёл, ей не было бы до этого никакого дела — отправила бы восвояси, отдав указание либо зайти позже, либо отправить по почте то, что нужно.       Свободная рука убирала с лица розовые пряди, пока сама хакер с любопытством смотрела в манящую синеву напротив, не думая даже припадать своими губами к его. Игра началась.       Санзу чувствовал её власть как никогда раньше. Галстук словно поводок помогает ей подчинить его обладателя. Пора перейти на галстуки-бабочки. Тонкие изящные пальцы так и манят, но желанные губы напротив настоятельно требуют внимания, стоило мужчине приблизиться — девушка сразу отпрянула игриво улыбаясь. Он попал в ловушку, но если это её ловушка, то он не против проиграть. — Неужели не веришь в мои способности? А я спешил как мог, предвкушая твою реакцию на мои ласки, — розоволосый провёл языком по своим губам, — ты прониклась подразниваем?       Улыбнулся, заглядывая вглубь девичьих глаз, что напоминали по цвету вино. Но также и не упускал возможность опустить взгляд ниже, прикусывая свою губу. Ему однозначно нравился этот вид. Выглядывающая из рубашки грудь манила, но сегодня ведёт не он. Он только слушает хакера, но это не означает, что он не отыграется — Тебе не кажется, что вся ткань на твоём теле лишняя? Может снимешь? Уверен твои трусики уже намокли. Или хочешь, чтобы я снял перед тем, как опущусь перед тобой на колени? — Харучиё шептал это в губы, едва касаясь их, он знал слабые места девушки и не мог не пользоваться этим. Он продолжал выводить её. — Ты уже одну пару снял, — припомнила она с ехидством во взгляде. И оно уж явно не предвещало ничего хорошего. — Бьюсь об заклад, они всё ещё в твоём кармане.       Её смешок был хрипловатым и низким, девушке и самой уже не терпелось поскорее расправиться со всем этим, но нужно было взять себя в руки. Им обоим некуда спешить, они могли бы хоть всю ночь провести в этом месте. Дома всё равно ждала лишь пустота и холодная постель, потому всё меньше и меньше хотелось возвращаться, хоть к пустоте она уже и привыкла. — Кстати, может тут установлена камера? В какую сторону мне передать привет? Надеюсь, оставишь запись себе для одиноких ночей, — напоследок мужчина провёл языком по губам черноволосой, тихо посмеиваясь. Он знал, что на территории серверной играть по своим правилам он не сможет, но шалости никто не отменял, поэтому Акаши ловил любой момент. И ведь она единственная девушка, которую розоволосый удовлетворит языком. — Больно ты болтливый, — ей и самой нравилась эта их маленькая игра, правила которой устанавливались девушкой. Конечно, хакер не была глупой, чтобы не понимать очевидного — ей так легко с рук выходка точно не сойдёт. Но кто сказал, что она не может довольствоваться своей маленькой властью в этой «обители» тихого гудения оборудования и кулеров? Здесь она власть, после Манджиро, разумеется, и потому правила и порядки в серверной царили лишь те, какие та сама установила.       На слова о камере девушка посмеялась. Санзу был прав — одна точно была, и угол был подходящим. Объективу попадалась большая часть кабинета, не упуская два стола. И, что самое примечательное, камеры были почти во всех кабинетах — для безопасности. Так каждый мог точно и наверняка знать был ли кто или нет, не говоря уж о том, что, покопавшись немного, можно было сменить просмотр на другой кабинет.       Хакер опустила свободную руку вниз, проводя ею вдоль крепкого мужского тела, притормозив лишь в районе ширинки. Кончиками пальцев она прошла вдоль и остановилась рядом с карманом. — Твои трусики всегда рядом… Знаешь, что я с ними делаю? — Санзу ухмыльнулся, следя за женской рукой, стоило ей достичь паха, розоволосый прикусил губу. — О, милый, я не сомневаюсь, что ты нюхаешь их и дрочишь ими, вспоминая в каких позах и где мы трахались. Я не говорю уже о стонах, — она лишь абстрактно припоминала ему всё, что они творили в его кабинете, в его доме, да где, чёрт возьми, угодно, кроме этого места.       И всё же, как бы ни было приятно чувство доминирования в ситуации, а самообладание сдавало позиции, требуя прикосновений к телу. Поэтому особа вела молодого человека за собой до стола, не думая даже отпускать, держа в голове пункт насчёт трофея в кармане мужских брюк.       Выправив пыльно-розовый аксессуар из жилета, девушка, наконец, припала к губам Харучиё, даря ему глубокий поцелуй, в то время пока развязывала «поводок». Зубами та прихватывала и немного оттягивала нижнюю губу, проходила по ней языком, который после запускала в его рот.       Она не позволяла трогать себя и это была пытка. Хотелось ощутить мягкую кожу под своими мальцами, провести по рёбрам, бёдрам и ягодицам, но тут Харучиё падает в кресло и понимает, что дама обвела его вокруг пальца, связав руки его же галстуком. Сто процентов перейдёт на бабочки.       Взору открывается прекрасный вид на особу, которая сидела на столе в белье, но взгляд показывал, что у неё ещё есть козыри. Ступня упёрлась в пах, а розоволосый прикусил губу и шумно выдохнул. Черноволосая знает его слабости, но он не желал пропускать хоть что-то, поэтому снова поднял глаза. Её пальчики на промежности, Санзу водил взглядом по телу дамы, пока она ласкала его член, что всё ещё был скрыт брюками, ногой. Хриплый смешок доносился с тонких губ девушки, пока та наблюдала за относительной беспомощностью молодого человека. — Думаю, видок что надо, — промурлыкала та, не думая даже прекращать свои своеобразные ласки ногой. Со стороны казалось, что особа едва ли способна на подобное, но только молодой человек, который делил с ней постель и другие поверхности, был удостоен лицезреть диаметрально противоположную картину. — Я всё представляла тебя между моих ног, Харучиё. Как же замечательно ты бы выглядел, пока твой язык проходился по этой узкой щели. Ты даже представить себе не можешь насколько сильно я намокла. Такой властный, сейчас ты играешь по моим правилам, милый.       Черноволосая не спешила подпускать Хару к своему телу, наблюдая за ним и тем, как пьянящая синева почти пожирала её фигуру. В одном только взгляде был целый спектр эмоций и желаний, с которыми он мог спокойно наброситься и «растерзать» хрупкий ладный женский стан. — Согласен, если бы меня спросили, что я хочу увидеть перед смертью, это определённо то, что я вижу сейчас, — слова прерывали вдохи и тихие стоны — уж очень хорошо она его. — Покажи мне насколько ты мокрая. А лучше дай попробовать — поймёшь, что практика лучше теории. Я понял, ты боишься, что растеряешь свой образ доминантной сучки, пока я буду трахать тебя своим языком       Были бы они дома у мужчины, в его машине или кабинете, да где угодно, но не в серверной, он бы порвал галстук к ко всем чертям и взял бы то, что так страстно желал. Но в этот вечер он только подчиняется.       Вопросительно вскинув бровь, девушка чуть сильнее надавила босой ножкой на выпирающий из штанов член. Стоны услаждали её эго, зная, что, вероятнее всего, только она могла довести его до такого состояния, чтобы Акаши казал свой голос не только в грязных словах. Это и правда становилось сродни зависимости.       Ей нравился вид, открывавшийся её глазам. Обычно такой несдержанный, готовый рвать и метать, сейчас молодой человек был почти что бессилен против неё, кидаясь провокациями, но хакер тоже не была глупой. Вместо этого она нарочито не показывала то, что он хотел видеть, продолжая ласкать заметную выпуклость в штанах ступнёй. — Бьюсь об заклад, ещё чуть-чуть — и ты кончишь в штаны, ну и бардак же будет, — хрипло посмеивалась та. Убрав ногу с заметной выпуклости в районе ширинки, особа ловко стянула с себя трусики, что почти насквозь промокли, и облизнула пересохшие от возбуждения губы. Она могла бы поиграть с Харучиё ещё немного, заставить его и правда излиться, испачкав свою одежду, хотя это и была отличная идея. Заставив молодого человека откинуться на спинку мягкого кресла, хакер сползла со стола, прошла руками по бёдрам Санзу и выудила из кармана его трофей. — Так-так, что тут у нас?       Её движения были нарочито неторопливыми, будто в жесте знакомства с ним. Руки не дрожали, когда разгорячённое тело освобождалось от оков одежды. Бледноватая кожа с проблесками мелких шрамов то тут, то там, заметно проглядывающий рельеф пресса и венка, уходящая под грубоватую кожу ремня и ткань брюк. Красота.       Когда же дело дошло до брюк, в глазах девушки мелькнули ну совсем недобрые огоньки. Шустро и проворно закрепив обе руки на подлокотниках кресла, — одну ремнём, вторую галстуком — хакер стянула брюки вместе с нижним, наблюдая за образовывающейся бусинкой предсемени. — Как я и думала, — хищно облизнувшись, девушка обернула трофей Санзу вокруг его члена и вновь вернулась на ещё не успевшее остыть место на столе. Ласки ногой продолжились, но теперь босая ступня надавливала уже ощутимее, чтобы Харучиё смог с лёгкостью ощутить фактуру белья, что тёрлась о подёргивающийся орган. — Так мило дёргаешься. Хару, дорогой, мы только начали, но ты не волнуйся, твой болтливый язык тоже скоро будет занят.       А между тем тонкие женские пальцы прошлись по половым губам, поблёскивающим от естественной смазки, будто ненароком задевая набухший клитор. Из приоткрытого рта донёсся тихий стон, но этого было недостаточно, чтобы заставить девушку стонать во весь голос. Дразнится, не давая приблизиться к столу, чтобы, наконец, позволить Харучиё «распробовать» девушку. Отодвигает кресло назад, когда понимает, что розоволосый приблизился, и ему остаётся лишь смотреть.       От ласк глаза Харучиё закатывались. Мог бы он подумать, что будет сидеть перед женщиной, пока она так доминантно ласкает ступнёй его член? Конечно нет. Акаши открыто стонет, запрокидывает голову и еле сдерживается, чтобы не кончить. Он приподнимает бёдра, напрягает пресс, чтобы хоть чуть-чуть двигаться в такт с черноволосой. Руки до белых костяшек сжимают подлокотники.       Санзу облизывает губы, кусает их и не может оторвать от неё взгляд. Тонкие пальчики пачкаются в смазке, Хару желает слизывать эти соки, словно послушный пёс, но все что он может — принимать ласки её ногой, ощущая головкой текстуру ткани трусиков, которые он разорвал ночью, когда она приехала к нему и приняла афродизиак.       На новые ласки мужчина матерится, и прокусывает губу до крови. Верно, они только начали, он не может уже закончить, если бы он не сдерживался, то точно кончил бы не один раз. — Детка, неужели тебе настолько нравится издеваться? Или ты передумала насчёт моей работы языком? — ухмыльнулся, облизывая губы. Член подрагивает, мышцы напрягаются, а из груди вырываются хриплые стоны. — Может ты хочешь, чтобы я тебя умолял уткнуть меня лицом в твою промежность. Умолял елозить на моём лице и позволить уделить внимание твоему клитору?       Девушке нравилось наблюдать за тем, как он мучался под её ласками, нравилось видеть желание в его глазах. Желание прикоснуться языком, довести её до экстаза, заставляя стонать — всё это отражалось в его синеве.       Хакер и сама хотела ощутить его прикосновения, его ласки, потому и для неё эта маленькая игра была подобна пытке. Приятно было осознавать, что только она была достойна так «издеваться» над Харучиё, не давая ему желаемого, приятно было знать, что только ей дозволено видеть его в таком состоянии.       Тихие стоны и шумные выдохи скатывались с приоткрытых губ, грудь тяжело вздымалась от каждого прикосновения к чувствительному пучку нервов. Ноги чуть подрагивали, однако ласки всё не прекращались. Если бы у девушки спросили, что она хочет услышать перед своей смертью, то это однозначно были бы стоны Санзу, пока она его касается. — Ну давай, озвучь насколько сильно ты хочешь меня попробовать. Я более, чем уверена, что тебе уже не терпится, — она видела голод в его взгляде, видела, как сильно он хотел ощутить её на своём языке, и… она с удовольствием предоставила ему эту возможность, подпуская ближе и прислоняя испачканные в смазке пальцы к его губам. — Открой ротик, милый.       Стоило пальцам коснуться губ, Хару тут же вобрал их в рот, слизывая соки. Как он и представлял, приятный вкус, но этого мало. Он всасывал пальцы смотря прямо в её глаза, провел между ними языком, улыбнулся. Девушка и правда хотела услышать его мольбы? Он принимает эту игру.       Она всё ещё издевалась над ним, давая прекрасный обзор на свою промежность, которая была так близко, прямо рукой подать, но всё же недостаточно, чтобы дотянуться даже кончиком языка. И ведь черноволосая этого не позволит, пока до её ушей не донесётся его просьба прикоснуться к ней. Конечно, она видела его желание в глазах, но этого было недостаточно. Недостаточно просто увидеть — нужно было услышать. — Госпожа, позвольте мне ощутить ваш вкус на моем языке, — опустил взгляд на промежность, — позвольте ласкать вас языком, собирать смазку, смаковать клитор. Трахнуть своим языком, госпожа.       Снова поднял глаза. Она перед ним, такая строгая, доминантная и до неприличия сексуальная. Санзу сразу вспомнил как она отдавалась ему на столе у него дома, на кухонном гарнитуре, в ванной, в коридоре и всегда с её губ срывалось: «Я твоя сучка, Хару!»       Но в этот вечер он сидит перед ней со вставшим колом членом, который уже настоятельно требует разрядки, посасывает её пальцы, умоляя трахнуть его лицо. Когда все поменялось? Всё поменялось стоило ему войти за порог территории этой кошечки, которая сразу показала где его место, а именно — меж её ног.       Девушка освобождать руки Харучиё даже не думала, прекрасно понимая чем ей это грозит. Конечно, они оба останутся довольны, но здесь, в пределах четырёх стен, завешанных мониторами то тут, то там, царили её законы.       Если бы кому-то пришла в голову идея немного «поколдовать» над режимом просмотра камер, переключив на серверную, любопытствующим глазам открылась бы крайне компрометирующая картина: Санзу Харучиё, что почти буквально жрал девушку глазами, брал от неё всё, что сам хотел, был почти буквально по рукам и ногам связан, постанывая от каждого прикосновения к своему горячему органу, который предсеменем пропитал приятную к телу ткань разорванного прошлой ночью белья, а перед ним с ехидой победной ухмылкой восседала та, что была в его руках едва ли не «24/7». — Какой вид, — дразнила особа, закусывая губу. Стоны молодого человека и правда становились привычкой, от которой та не собиралась отказываться даже под угрозой расстрела, — я определённо буду пересматривать эти моменты, когда буду здесь одна. — Мне льстит, что госпожа будет пересматривать наши шалости… Уже вижу как вы закидываете ножки на подлокотники и вводите в себя пальчики, рассматривая наш секс в мониторе, — Санзу снова провел языком по губам, ощущая фантомный вкус черноволосой на своём языке. Мало, ему нужно больше, ближе, горячее, громче. — Щель госпожи покрылась смазкой, так и просит, чтобы её слизали. Не медлите, госпожа, мой язык готов довести вас до оргазма.       Ей нравились его просьбы, нравилось видеть его в таком состоянии. То, как Харучиё жадно облизывал её пальцы, проходился между ними языком, ужасно заводило. Самообладание сгорало с катастрофической скоростью.       Он и она поменялись местами, и, в общем-то, никто явно не был особо против. И даже вопрос к самой себе, мол, когда и в какой момент кончится везение, не задерживался в голове, оставаясь на задворках сознания, ведь ответ и так был очевиден — тогда, когда они покинут её кабинет, её обитель. — И в кого же ты такой пиздливый ящик? — выдохнула девушка с ухмылкой, но к его просьбам она всё-таки прислушалась. — Разболтался ты слишком, время занять твой язык более полезным делом.       Придвинув кресло максимально близко, особа вытащила пальцы изо рта Санзу. Рукой, которой она опиралась о крышку стола, девушка зарылась в мягких розовых волосах, перебирая пряди. Маленькая игра должна была иметь свою кульминацию, и потому она вот-вот была на подходе.       Хакер не дала времени на размышления — уткнула лицо розоволосого между своих ног, заставляя того почувствовать губами то, насколько влажной была промежность. Губами он прихватывал малые половые губы, сразу лаская их языком. Мелкие поцелуи покрывали складочки, сочетаясь с ласками языка. Стоило Хару услышать первый стон, сперма тут же покрыла рваные трусики. Больше сдерживаться он не мог.       Санзу всасывал клитор, сладко причмокивал, губы и подбородок уже были покрыты пьянящими соками, так же не упускал возможности постанывать, дабы по клитору распространялась приятная вибрация. Покорно посмотрел снизу вверх и ввёл язык во внутрь.       Как страстно он желал этого, как долго девица изводила его и вот сейчас он получил то, что желал.       Лицом зарывался в промежность, проталкивая язык глубже, практически утыкаясь носом в комочек нервов, а женские стоны были усладой для его ушей, ещё немного и он расцарапает подлокотники, но пока он занят более приятными вещами.       Идея насчёт съёмки была заманчивой, и потому особа держала её в голове, чтобы, будто невзначай проронить. Так, между делом — не только же провокационные снимки отправлять, верно? Сделать небольшую нарезку самых «сочных» моментов и порционно отправлять, припоминая события.       Тонкие женские пальцы всё ещё перебирали волосы на затылке, не давая тем самым отстраниться. Приятно было поменяться ролями, занять доминирующее положение, пока ранее хакер всегда выполняла покорно роль «нижней» с особым удовольствием соглашаясь на большинство затей Харучиё.       Между ними и правда существовал своеобразный договор. Хотя, как шутили те же Хайтани: «Удивительно, что не в письменном виде». За это так и было желание ударить обоих, чтобы языком почём зря не чесали. Связывание, оттягивание оргазма, депривация — чего только в их практиках не было, и оба были довольны. С Санзу у девушки был самый приятный опыт, пускай молодой человек и творил с ней почти всё, что хотел. Как с игрушкой, с губ которой срывалось только принятие своей принадлежности ему одному. Как только хватка в волосах ослабла, Харучиё отпрянул от промежности с громким причмокиванием и подул на влажные половые губы, поднимая взгляд на девушку. — Госпожа, ваша промежность так просит внимания, а ваши соки слаще всего в мире, — снова провёл языком, слыша сбивчивый выдох. — А если я тоже захочу поиграть с вами?       Конечно он хотел держать черноволосую на грани оргазма, чтобы она испытала похожие ощущения, но не мог. Остатки этикета не позволяли. Расцеловав надлобковую область, он почувствовал, как голову опускают ниже, и снова принялся выводить круги и зигзаги на женском лоне, активнее работая своим языком.       Тело ощутимо дрожало под его ласками. С другой же стороны девушка сама себя раздразнила настолько, что каждое касание губ и языка Санзу было разряду по телу подобно. Но это не делало общую картину хуже, скорее наоборот — добавляло ощущений. С губ срывались стоны в откровенном наслаждении, стенки непроизвольно сжимались вокруг языка, что хозяйничал внутри. Причмокивающие влажные звуки доносились до ушей, разжигая огонь внутри только сильнее.       Даже в таком положении, когда лидирующую позицию занимал далеко не молодой человек, его характер всё ещё проявлялся, как и желание доминирования, которое глушилось явным напоминанием на чьей он территории. Пальцы в волосах ощутимее сжимали розовые пряди, пока хакер чуть ёрзала на поверхности стола, желая ощущать Харучиё каждой клеточкой своего тела. — Ты очень хорош, мой мальчик, — сбивчиво сквозь стоны мурлыкала девушка, чувствуя приближение разрядки, которую в очередной раз не получила. Он мстил, явно мстил ей за то, что та привязала его руки к стулу.       И всё же, любопытство крайне двоякая и порой ужасная черта, которая присуща людям. Поддев пальцем ноги петлю галстука, что довольно крепко держала мужское запястье, с горем пополам девушке удалось ослабить его. Внутри всё почти буквально кричало: «Ты совершаешь большую ошибку» — но какая к чёрту разница? Как только узел галстука на запястье ослаб, Санзу вытащил руку и освободил вторую.       Этот же внутренний крик был и тогда, когда они оба напились перед тем, как их ночь окончилась в руках друг друга. Где это было, в каких позах девушка едва помнила, но ощущения были просто превосходными. Она запомнила лишь касания до тела, как Санзу входил в неё, помнила его смутный образ перед глазами. И этого было более, чем достаточно для понимания, что в постели ей более никто не нужен, кроме него одного.       Он придвинулся ещё ближе, вылизывая соки, руки накрыли девичью грудь, лаская соски пальцами, щипая их и сжимая. Внутреннюю часть бедра уже покрыли метки парня. Это очень сексуально. Только он может ласкать черноволосую, заставлять её выгибаться и кричать в экстазе.       Двумя пальцами, Харучиё размазывает смазку и вводит их в тебя, заглядывая в глаза. Благодаря своей длине, он быстро находит подушечками нужную точку. Стоило громкому стону, на грани визга, сорваться с твоих губ, Санзу растянулся в самодовольной улыбке — Госпожа позволила использовать руки… Неужели ваш оргазм так близко? Сейчас посмотрим, — а как же чувства? Они только причиняли боль, не оставляя после себя ничего, кроме издевательской ностальгии и самоненависти. Поэтому любовь и иже с ней были лишь забытым чувством, которое никому не нужно.       Однако если бы кто-то спросил, променяла бы хакер Харучиё на ночь с кем-то ещё, ответ был бы отрицательным. Конечно, он не был нежен с ней, беря всё, что хотел по максимуму, но оба на это были согласны, потому некому было жаловаться на положение. Обоим было с кем делить постель, забывать об одиночестве на определённый промежуток времени, перед тем как их снова поглотит их работа, в которой каждый был хорош в своём направлении.       Стоны были протяжными, смешивались с тихим скулежом, однако девушка всё так же старалась сохранять маску строгой и доминантной личности, чтобы не давать повода думать, будто Санзу победил в её же игре, найдя в правилах лазейку. Но дрожащие пальцы, колени и трепещущие ресницы, когда девушка запрокидывала голову и прикрывала глаза, выдавали её истинные чувства и спектр эмоций.       Движения стали быстрее, а посасывание клитора синхронизировалось с проникновением. Бёдра дамы неосознанно сжимались у его головы, но Харучиё был не против быть ещё ближе. Он разводил пальцы, чтобы доставить больше удовольствия, пока широкими мазками языка уделял внимание другим участкам. В момент пальцы покрыла смазка, а девушка выгнулась подобно дуге. — Чёрт, Хару, — простонала девушка, кусая губы. Тяжёлое частое дыхание застревало где-то в горле каждый раз, когда пальцы внутри ощутимее надавливали, раздвигали нежные стенки. Она была близко, ужасно близко к своей первой разрядке.       И как же приятно было осознавать, что более никого не было в округе точно нет. Разве что кто-то мог доделывать свою работу дальше по коридору, Манджиро мог быть в своём кабинете, но никого бы уже не удивили стоны, которые слышимы были за стеной. Скорее было бы интересно выяснить почему именно с серверной, ведь, как многие знали, Харучиё нередко уходил, несолоно хлебавши… до поры до времени.       Хакер была более, чем довольна всей сложившейся ситуацией, чем заканчивается её шалость, ведь, в общем-то, на это она и рассчитывала. Всё было спланировано почти с самого начала, ну, если не считать маленькой импровизации с ремнём от брюк.       Она не стала бы отрицать всё, что произошло в её кабинете — лишь развела бы руками, как бы говоря: «Ну, в этом нет ничего такого». В этом и правда не было ничего, за что можно было бы коситься на неё или Санзу.       Нет, сам факт того, что они оба отдавались друг другу почти везде в этом офисе, кроме кабинета Сано, за что он убил бы их обоих, уже раздражал многих, но оба лишь усмехались. Особенно забавно было слышать подобное от тех же Хайтани. Особа, конечно, стрелки не метала, но всем видом давала понять, что не им обоим явно говорить нелестные вещи — сами хороши.       Стенки сжимались вокруг пальцев, стоны становились больше похожими на хныканья от всё приближающегося оргазма. И как только оный накрыл с головой, из груди вырвался протяжный сладостный полустон-полувыкрик. Перед глазами было мутно, различимы были только черты явно довольного собой молодого человека, который всё продолжал ласкать её своими пальцами и ртом. — Какой беспорядок мы устроили на твоём столе, — протянул Акаши, слизывая соки черноволосой с пальцев, — удивлён, что мы наконец-то осквернили и это место.       Поцеловал девушку в щёку и выбросил рваную ткань, на которой красовалась его сперма. Заметив, как дрожат бёдра девушки, Хару улыбнулся и пришёл к выводу, что та нуждается в уходе, поэтому он принялся помогать ей одеваться. Хоть в серверной и не было власти у розоволосого, ему не мешало это убрать беспорядок, который они устроили.       И снова Санзу забрал бельё, только если до этого он возвращал его наигранно хмурой даме, то эту пару он оставит на память о горячем оральном сексе в северной. Как и в память о том, как над ним доминировала девушка.