Песнь Бессмертного Феникса

В кабинете директора Хогвартса, в кресле, который скорее напоминал трон, сидел высокий господин с длинной серебряной бородой и добрыми голубыми глазами, глядящими из-под очков-половинок на картину Финеаса Найджелуса, ранее директора школы волшебства. Его седая борода была небрежно закинута на плечо, а глаза задумчиво рассматривали страницы старой книги, иногда поглядывая на вслух рассуждающего Финеаса Блэка. - ... Теоретически эти... - скептически сморщился Блэк. - Дары Смерти могут существовать. Но никаких доказательств этому нет. Возможно, это просто фольклор, основанный на какой-нибудь легенде. Что думаешь, Альбус? Альбус Дамблдор устало вздохнул и взглянул на Блэка. - "Никогда не знаешь, где начинается ложь и заканчивается правда." Эту мудрую фразу я услышал от одного маггла, с которым свела меня жизнь. И мне кажется, стоит прислушаться к ней. - Альбус, сейчас не время бросаться умными словечками! Сутки назад Волдеморт исчез, оставив после себя разрушенный дом и визжащего мальчишку Поттера! Этот мальчик... Избежал Непростительное заклятие! А ты в это время рассиживаешься и о каком-то маггле мне рассказываешь. Совсем старик свихнулся. - Хорошо, тогда что ты скажешь мне, после того, как я покажу тебе это? Альбус встал из-за стола и вытащил из ящика что-то невесомое, скользящее меж пальцев и отливающее серебром в свете свечей. То, что Дамблдор вытянул из ящика, оказалось невероятно легкой материей и напоминало перламутровую мантию. - Что это за тряпка? - Эту занятную вещицу я одолжил у Джеймса. Эта мантия передавалась по наследству в семействе Поттеров. - Ну мантия и мантия, что такого? - Не совсем, мой друг. (Блэк саркастично фыркнул.) Как я сказал, эта мантия передается из поколения в поколение. Скажи мне, Финеас, сколько обычно служит мантия-невидимка, заколдованная мощными заклятиями? - Хм... Смотря как часто ее используют. Она может либо износиться, либо чары, наложенные на мантию, рассеются... Брось, Альбус! При чем тут это? - Посмотри тогда на это. Альбус Дамблдор методично и аккуратно надел серебристую мантию. Его тело тот час же исчезло. В воздухе осталась лишь голова многозначительно глядящего на Блэка директора Хогвартса да длинная белоснежная борода, качающаяся в воздухе. - Финеас, эта мантия уже 6 поколений принадлежит Поттерам. Взгляни, тебе не кажется, что такая мантия так хорошо может сохраниться, прослужив несколько веков? А еще не так давно Джеймс блуждал по запретным коридорам Хогвартса вместе с Люпином и твоим правнуком. - Мой внук никогда не был таким же благородным, как все семейство Блэков. Неудивительно, что мальчишка спелся с такими, как Поттер. Да еще это Люпин... - Финеас Найджелус помолчал некоторое время. - Хорошо, Альбус. Допустим, я поверю в Дары Смерти, и только благодаря этой удивительной мантии. К чему ты клонишь? Профессор Дамблдор осторожно сложил мантию-невидимку в попавшуюся под руку обертку от недавнего презента поклонников (А подарили ему коллекцию старинных томов "Тысяча и один способ кормления гиппогрифов", настолько толстых, что они сразу же нашли применение, как грузы для листов пергамента.), связал шнуром и убрал в ящик. - Профессор Блэк, ты же знаешь, как я отношусь к сказкам и пророчествам. Однако, моя теория подтвердится лишь через время, а сейчас это просто теория, но, несомненно, одна из интереснейших на моей памяти. Когда придет время, вы, возможно, все поймете. Когда придет время...

16 лет спустя...

Старый маг с длинной серебряной бородой и усталыми голубыми глазами сидел в кресле. Здесь не было ни жарко, ни холодно. Не чувствовалось ни горя, ни какого-либо счастья. Дамблдор с самого начала сомневался, что тут вообще что-то происходит. Это место подчиняется лишь его желаниям. Сейчас профессор Дамблдор хотел лишь сесть в кресло и подумать. То, о чем думал директор Хогвартса, было его старой забавой. Время здесь текло не так, как привык профессор, поэтому переживать об этом, Дамблдор счел бессмысленным. Белый дымок окутывал сидящую фигуру профессора. Казалось, что пространство, сияющее белизной, то сужалось, то расширялось вокруг него. Откуда-то издали слышались гул и голоса людей. Но Дамблдор не обращал никакого внимания на звуки. Спустя сколько-то времени, Альбус Дамблдор чуть дернулся, резко вздохнул, будто вырываясь из оцепенения, и, устремивши взгляд в белоснежную туманную пустоту, промолвил: - Ну, старый друг профессор Блэк, я же говорил, что Поттеры - наследники Игнотуса Перевелла. Правда же, как интересно получается: в сказке сказано, что Игнотус умер своей смертью, потому что у него была мантия. Её же и передавали по наследству. А если копнуть в другую сторону, более мистическую и загадочную, то можно предположить, что сама Смерть склонилась перед третьим сыном. Похоже, Гарри повезло родиться в семье потомка Игнотуса Перевелла. Ему суждено умереть своей смертью, а не от заклятия Темного Лорда. Заметь, мальчик был на грани смерти, но удивительным образом оставался жив, и не всегда благодаря мантии-невидимке. - Что ж, Альбус. Вы, как всегда, оказались правы. Мальчишке стоит поблагодарить Судьбу. Мне это все напоминает злую шутку. Не Лонгботтомы, а Поттеры! Удивительно! Финеас Найджелус сидел напротив Дамблдора в таком же белом кресле и рассеяно улыбался. Профессор Дамблдор кивнул. - Скажите, профессор Блэк, где мы? - Что? - Ну же, оглянитесь, посмотрите вокруг! Финеас Блэк удивленно начал озираться по сторонам и прищуриваться: - По-моему, это... это... Чем-то напоминает вокзал Кинг-Кросс... А почему такой вопрос? Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор лишь пожал плечами.