Красивый урод

Изгои держаться рядом.

***

      Вот перед глазами уже видна красная крыша школы, белые, давно не крашенные стены. Старые стеклянные двойные двери, что уже покрыты не одной трещиной, к которым ведут пять округленных ступенек. Вокруг стояли несколько людей под зонтиками. Смеялись и радовались, не смотря на плохую погоду. Им было здорово вместе. Интересно, что же их соединяло? Интересы? Хобби? Кумиры? Может быть... Однако изгоев соединяла ненависть всего социума к ним. Издевательства, оскорбления и обязательный изъян в личности.       Джой отходит подальше от компании гитаристов, дабы не навлечь на них свою учесть отшельника. Ей стыдно ходить с теми, кто выше ее по статусы в несколько десятков раз. Омерзительно ей своим присутствием осквернять кумиров. Мортем считала, что ее аура настолько ужасна, что только если один раз кого-то с ней увидят, то этого "кого-то" ждет судьба изгоя навечно. То ли это была ее низкая самооценка, то ли якобы панк-натура, так и не понятно.       На Юме сразу же бросается его преданная фанатка -- Селина Ханкара. Волнистые белокурые волосы с завитушками на концах. Желтоватая кожа. На лице уйма косметики в виде современного, но не яркого макияжа. Искусственно сделанные веснушки вдоль щек и носа. Одеждой являлась белая полу-прозрачная блузка с воротничком "аскот", на котором уместилось пару пуговок. Довольно привлекательная девушка на первый взгляд, да и вроде приятная на характер. Хоть такой милой и пушистой ее считали многие, не многие знали о ее суровой сущности. О ее высокомерии и о ее ненависти к изгоям, подобным Мортем.       Однако, как говорилось ранее, Селину многие считали доброй, в том числе и Канашими с Кье. И не удивительно, ведь Ханкара много раз финансово поддерживала их группу, так как ее отец - владелец сети ресторанов "Ханкар", зарабатывает уйму денег и собственно позволяет расходовать их дочери на всякое подобное. Потому вся группа "Вороны" и доверяет ей.       Конечно же, у главного спонсора и самих выступающий завязался разговор, который начала Селина, обнимая солиста за шею.       -- Юме! Кье! Как я рада вас видеть! Когда новая песня? -- пролепетала девушка, начиная разговор с обыденных хлопот Канашими.       -- Да у меня что-то с вдохновением. Возможно на время мы заступоримся. -- печально ответил гитарист, но улыбнулся в ответ Ханкаре и приобнял ее за талию одной рукой. Они не были парой, но довольно близкими друзьями и потому позволяли себе подобные прикосновения.       -- Обидно... -- будто серьезно расстроившись произнесла Селина, но тут же быстро мотнула головой и снова заулыбалась, найдя новую тему для разговора. -- Сами-то как? -- она посмотрела на Юме, после на Кьеку с кокетливой улыбкой и добрым взглядом, хлопая пышными нарощенными ресницами.       Гитаристка до этого молчавшая подняла немного грустный взгляд на белокурую девушку и натянуто улыбнулась. Она заметила уход Джой позже, чем та успела скрыться из вида. Ей было слегка обидно, но она прекрасно понимала Оскари. Ведь и сама когда-то Кье была такой. Скрытной, тихой, никому не нужной, с тех пор мало что изменилось, но она хоть стала дорога кому-либо и чувствовала себя куда лучше, чем в грустном прошлом.       -- В норме. -- спокойно, с ноткой некой поддельной радости произнесла юная музыкантка и нервно усмехнулась, тут же уводя взгляд от взора ярко-голубых глаз Ханкари, что как-то крайне навязчиво и нагло падал на девочку. Солист заметил небольшое напряжение между подругами и ухмыльнулся, дабы не ухудшить и без того не особо удавшийся разговор нудной физиономией. Сегодня какой-то неудачный день...       -- Да с нами-то ничего не случилось. Живы, здоровы, с оценками тоже в норме. Как я уже говорил только фантазия поводит. -- с миловидным лицом ответил парнишка. Он не стал упоминать о повстречавшейся им владелице Темного. Не хотел усугубить общение. Ведь пусть Селина и казалась ему доброй, характер у нее явно не из легких. Она строга и страшна в гневе, по мнению Юме. В принципе, он прав.       -- Ммм... ясно. Ну тогда пойдемте по кабинетам? А то тут холодновато... -- предложила голубоглазая, отстраняясь от объятий Канашими. Она махнула рукой в сторону входа и демонстративно потерла плечи, якобы от холода. Селина тянула улыбку не из меньших сил Кьеки. Они обе были не особо близки и интересовались друг другом, но однако и врагами не считались.       Гитаристы согласились. Дружной компашкой они прошли в школу. Старшие проводили Кьеку до ее кабинета ушли в свой. Ханкара и Юме учились в одном классе являясь ровесниками по возрасту и равными по уму. Кьека же была младше. Четырнадцать лет ей всего, что очень не обычно для участницы в музыкальной группе где всем за пятнадцать. Забавно вышло.

***

      Мортем, уйдя от музыкантов, сразу пошла в школу, серой мышкой проскользнув мимо взгляда Селины, что так любила ее принижать. Перед глазами уже знакомые шкафчики для обуви, которыми Джой от роду не пользовалась. Темные стены, старые скамейки и еще более старые деревянные полы. Тусклая лампочка как обычно иногда мигает. Не будь это столь постоянным и привычным местом, можно было бы испугаться.       Однако больше пугает резкое объятие, что почти буквально валит Оскари на пол. Сразу слышен уже знакомый тихий писк, в котором Мортем сразу узнала печаль своей лучшей подруги -- Мун. Довольно милая девушка. Светло-русые волосы заплетенные в косичку по пояс. Не особо длинная челка, чья часть выправлена из бинта на левую сторону голову. В принципе, вся левая часть тела Наксатры, что не прикрыта одеждой, покрыта бинтами. За ними она прячет свой единственный дефект внешности, что является ожогом на большую левую часть тела. За это Мун и стала отшельницей в школе, потому и сдружилась с Мортем. Одевалась Наксатра по школьным правилам: белая рубашка, серая клетчатая юбка и синие туфельки. Да, Мун являлась одной из немногих, кто носит школьную форму.       И все же речь сейчас не о личности Звездочки, а о том, почему же она сейчас хнычет в плече лучшей подружки, не давая встать ей с пола. Джой же оказавшись поваленной вниз тихонько шикнула, от того что ударилась спиной о скамью, но после ухмыльнулась, даже не пытаясь встать и гладя Наксатру по спине.       -- Ну-ну, что же случилось, Звездная ты моя? -- поинтересовалась Оскари, успокаивающие обнимая Мун тонкими, холодными руками в перчатках. Девушка часто встречала так Мортем, хоть причины часто бывали разными. От издевательств, до умиления. Да, Наксатра часто плакала из-за счастья или радости.       -- Они снова изрисовали наши парты! Это так подло, но они продолжают это делать, а учителям без разницы! -- чуть ли не крича ответила Звезда, всхлипывая и окропляя рубашку Джой свежими, солеными слезами. Так как обе подружки являлись отбросами общества над ними, что не удивительно, часто издевались. Встречались и избиения, и неприличные рисунки или надписи на партах, и оскорбления. Сегодня на их местах снова нарисовали всякую чехню, подобную членам и разным обзывательствам. Увы, но Мун слишком чувствительная, чтобы без плача все это переносить. Оскари же, в отличии от подруги, уже привыкла к подобному и ей лишь оставалось успокаивать Звездочку.       -- Тише, все хорошо. Мы это успеем оттереть. И не через такое мы с тобой проходили, да? -- взяв заплаканное личико Мун в свои холодные ладони и став вытирать слезки большим пальцем произнесла темновласая в ответ. -- Поэтому давай не будем терять времени и пойдем отмывать это безобразие.       На удивление Мортем удалось довольно быстро успокоить плачущую подругу и та, тихо шмыгая носом, вытерла рукавом лицо и с натянутой улыбкой согласилась. Звездочку уже очень сильно достали эти издевательства. Ей сложно все это терпеть. Особенно ее раздражало безразличие преподавателей и их вечное: "Ну они же еще дети", хотя в четырнадцать-то лет можно было бы и повзрослеть.       Однако тянуть о урока они не стали и Мун поднялась с подруги и после того, как Джой встала, подхватила ее под руку, вместе с ней шагая в класс. Где после они, как говориться, тряпки в зубы и отшаркивать парты. Мортем и Наксатра сидели рядом и потому во время помывки своих мест завязали разговор просто ни о чем. Обычные девчачьи разговоры о своих любимых кумирах. Правда, Оскари больше слушала грезы подруге об Алане, который являлся капитаном местной волейбольной команды, чем сама что-то рассказывала о мечтах с Юме.       Они, к счастью, успели отмыть парты и как раз по звону были готовы к уроку. Впрочем, как и другие наши герои. Пошел первый урок. Нудный, скучный, самый обычный. О таком и писать нечего.