returning to a place where has changed nothing, but you.

Промозглый холодный февральский ветер забирался под самую кожу. Крупные хлопья хлестали прямо в лицо. Машины гудели. Ругнувшись на нерадивого водителя, который едва успел перед ней остановиться, Женя съёжившись тащилась на встречу с Алиной. Именно тащилась, потому что, откровенно говоря, желания не было никакого. Она уже успела утром нажаловаться Насте. Рассказала про случай с Дианой и недавний странный диалог с Загитовой. Скрывать нечего, Скопцова будучи подругой Жени, знала все лишь от ее лица и тоже относилась к другой фигуристке с налетом пренебрежительности, и причём совсем не из-за олимпиады, скорее из-за всего, что произошло после неё. Но подумав дважды, она посоветовала девушке снизить уровень высокомерия и послушать что хотят ей сказать. Любопытство перевешивало. Женя с Алиной ведь нормально не разговаривали года 4 точно. Медведева, дав обещание рассказать все сразу после встречи, с хмурой миной на лице распахнула двери кафе и вошла внутрь. Накрывшее после холодной улицы тепло смягчило ее настроение и к столику за которым уже сидела Алина, она подходила с нейтральным выражением лица. - Жень?! Привет, садись. - Алина волновалась, это было видно невооружённым взглядом. Она поправляла свои волосы и не прекращала теребить ворот чёрного пиджака. - Здравствуй. Я не голодна, поэтому ограничусь кофе, ты если хочешь ешь. - дежурно улыбнулась Женя, опуская взгляд на меню, в ожидании диалога. - Да хорошо, я тоже честно говоря сыта. - промямлила Алина, продолжая сверлить Женю взглядом. - Так. Алин. Ты хотела что-то. Не я. Поэтому давай сразу и по делу. Я все ещё не понимаю к чему эта встреча. - захлопнув меню девушка сложила на столе руки в замок и взглянула наконец на собеседницу. - Я не знаю с чего начать. Все сложно. - она закатила глаза и тяжело выдохнула. - Тогда откуда знать мне? - нахмурилась Женя, тоже начиная переживать. - Слушай, Женя. - наконец сказала она твёрдо. - Мне все это правда не нравится. - А можно по конкретней? - лицо продолжало оставаться хмурым. - Весь этот негатив между нами, он сильно выматывает, и думаю не только меня, но и тебя тоже. - девушка говорила аккуратно, продолжая наблюдать за реакциями собеседницы. - И с чего, мне интересно, ты это взяла? - Женя уже откровенно говоря скучала. На контакт идти у неё не было никакого желания. - Так, стоп. - Алина наконец набралась уверенности и взглянула на Женю твёрдым, не мигающим взглядом. - На чистоту так на чистоту. Начну с того, что я тобой горжусь, Жень, правда. - Спасибо, но не скажу, что это имеет для меня какое-то значение. - с ехидной ухмылкой перебила Женя. - Нет. Ты не поняла. Я горжусь тобой все ещё и гордилась всегда. Но больше всего я горжусь, что когда-то в мои 12-13 я выбрала себе правильного кумира. - Алина смотрела почти умоляюще, она долго подбирала слова, не желая оттолкнуть девушку. - Ты всегда была для меня недосягаемой звездой... - Ну, кажется тебе вполне удалось меня перегнать. - Женя все слушала со скептицизмом на лице. - Боже, Женя, ну дослушай же меня пожалуйста! - она распахнула широко глаза и раздосадовано подняла ладони. - Дело не в медалях и не в достижениях. Меня восхищала в тебе не только твоя техника. Ты вся - настоящий спортсмен. Ты сильная, упорная, яркая и заражающая всех вокруг своим талантом. И не важно на льду или вне его, тебя видно везде. Ты не можешь не притягивать внимание. В детстве мне так хотелось с тобой дружить, что я просто из кожи вон лезла. Но ты не видела ничего и никого кроме льда и Тутберидзе, а потом и Юдзуру. Для тебя был только спорт, наставник и твой кумир. Я радовалась даже мимолетным разговорам с тобой. Тренировалась до седьмого пота чтобы хоть на чуточку приблизиться к тебе и ты увидела не малявку, а равную себе. Я думала тогда ты будешь со мной общаться. Но случился сезон 2017/2018 и ты меня просто возненавидела. - она говорила отрывисто, не глядя в глаза Жене. Боялась что так и не увидит понимания. - Алин. Я не ненавидела тебя. - нехотя протянула Женя, откидываясь на спинку дивана. Про кофе забыли обе. - Я злилась не на тебя, а на себя. На то, что в самый ответственный сезон получила травму. На то, что кажется уже не вывожу, а очень этого хотела. Дело было не в тебе. Не обольщайся. - Ты была гораздо смелее меня... - прошептала младшая. - Твои слова перед произволкой на олимпиаде я не забуду никогда. Я думала тогда, что лёд между нами наконец растаял. Ты продолжала бороться, игнорируя боль и слова недоброжелателей. Все видели лишь медали на шее и российский флаг на арене. Но никто не знает чего это стоило тебе. Но это видела я, каждый день, там - в Хрустальном. - экспрессивно продолжала Алина. - Я мечтала о тандеме, а не о вражде. Чтобы мы с тобой вдвоём, против всех кто думает, что может с нами соперничать. Но сейчас мы обе уже вне большого спорта. Так подумай над этим. Зачем все это соперничество. Женя смотрела на свои руки и все больше грузилась от каждого предложения Алины. Тогда, в последних спортивных сезонах карьеры у неё была лишь Алина. Единственный соперник, единственная перспективная одногруппница, единственная, кто из равных продолжал смотреть на неё с раскрытым ртом. Это и подкупало и бесило. Ее внутренние демоны хотели кричать: «Не надо, не смотрите на меня так, я уже не та, я устала, я сломлена, вы не знаете». Эти взгляды бередили душу, заставляли соответствовать чему-то, чего она и сама до конца не понимала. Женя не думала, что Загитова так болезненно все воспринимала. Ей казалось что после Кореи та «развенчала» в себе культ Медведевой, разочаровалась, хотела убрать ее со своего пути. Может это была просто самозащита со стороны Жени, может она просто хотела в это верить, потому что это позволяло ей избегать вот таких разговоров целых 4 года. Вот же смех. Алина сказала, что тогда смелой была Женя. Но вот сегодня и сейчас, смелее оказалась она. - Я не знаю, что сказать тебе сейчас Алин. Все эти бесконечные отсылки к прошлому. Я хочу чтобы оно отпустило. Я не хочу возвращаться к этому. Я иду дальше. - измученно пробормотала Медведева. - Нам уже не 7 лет и мы не ищем друзей, чтобы было с кем гулять на детской площадке. - Верно, потому что детских площадок у нас никогда и не было. - с мягкой понимающей улыбкой ответила Алина. - Мы стали старше и надеюсь менее наивны, но это не значит, что нам не нужны друзья. - Они у меня есть. - возразила Женя. - Тогда ты счастливый человек, Женька, дорожи этими людьми. Я не хочу ни с кем соревноваться, я просто хочу чтобы ты дала мне шанс. - Алина начала вставать, накидывая верхнюю одежду. Она подошла к Жене и осторожно похлопала ее по плечу, добавив: - Заметь рядом с собой сейчас кого-то кроме Этери Георгиевны. Женя резко вскочила и развернулась лицом лицу, и из последних сил сдерживая удивление спросила: - Да к чему ты всегда ее упоминаешь? - Все написано на ваших лицах. - со смешком ответила Алина. А затем приблизилась и заговорщически подмигнула. - Я всегда знала, что эта история должна закончиться именно так. Думаю, я сказала всё, что хотела. До встречи Жень, мне уже надо бежать. Женя ошарашено смотрела в след девушке, пытаясь собрать в своей голове воедино все услышанное. Если это замечала Алина...Боже есть кто-то в Хрустальном, кто этого не замечал?! Она нервно рассмеялась и упала обратно в кресло. Жизнь подкидывала все больше сюрпризов с каждым днём. Она приложила руку ко лбу и закачала головой. Написала Насте в сообщении лишь одно нецензурное слово, способное описать все, произошедшее недавно. Она подумывала над тем, чтобы поделиться с Этери тем, что Алина все о них знает, но так и не раскрыла диалог. У той сегодня итак вероятно будет не самый лёгкий диалог с дочерью, Загитовой ей ещё не хватало. Потом. Наткнувшись взглядом на любопытно хлопающих глазами официантов, она закатила глаза и решительным шагом пошла прочь из кафе.

***

Неделя выдалась загруженной у обеих. Женька металась по проектам, пытаясь при этом успеть уделить хоть какое-то время родным и друзьям. По утрам просыпаться не хотелось вообще, а вечером просто валилась с ног. В Хрустальном тоже все были напряженными и сосредоточенными. Этери не могла позволить себе внеплановые выходные, когда до самого ответственного старта осталось чуть меньше месяца. Настроения не было вообще, несмотря на подступающий день рождения. Сумбурный и неловкий разговор с дочерью тоже не добавлял никакой радости. Она прокручивала его в голове ночами до самого конца недели, отвечая на вопросы Жени о том как все прошло односложно, но пыталась смягчить свою скрытность обещанием провести вместе воскресенье. Женя ушла на встречу с Алиной ещё час назад, а Этери все ещё пыталась занять себя чем угодно лишь бы не отвечать на бесконечные звонки и сообщения дочери. Во-первых она не могла знать о том, что именно возомнила себе Диша. Во-вторых, если та поняла все правильно, она не знала как правильно донести свои чувства. В-третьих, что самое непредсказуемое - это сама реакция дочери. Проклиная себя за трусость, она решилась на звонок только поздним вечером после работы, когда в Америке было раннее утро. - Мам? - донеслось сонным голосом с другой стороны океана. - Аллилуйя. Мы ее не потеряли. - добавила уже более осознанно с сарказмом. - Да, привет Диш. Не могла тогда разговаривать, извини, так вышло. - она старалась придать голосу непринужденный тон, но не переставала из-за нервов крутить в руках крестик. - Ну-ну. Я тебя умоляю, хоть мне лапшу на уши не вешай. - Диана видимо окончательно проснулась, в голосе отчетливо был слышен наезд. - Ничего я не вешаю. Я правда была на работе. - ну хоть тут не соврала. - Давай мы просто перестанем делать вид, что я ничего не слышала и ты мне просто все объяснишь. Я слышала Женю. - Диана перевела дыхание и с нервным смешком добавила, - И я видела этот ужас на твоём лице будто я поймала тебя с поличным за чем-то страшным. - Да, Женя была у меня в гостях, ты права. И это был не... - Мам. - резко прервала Диана. - У меня была целая ночь на размышления. Да, к сожалению, я редко тебя вижу, но это не значит, что я плохо тебя знаю. С тех пор, как вернулась Медведева ты изменилась. Я не буду упоминать тебе обо всех моментах, потому что хочу, чтобы ты сказала сама. Вы настолько помирились, что стали общаться теперь как...друзья что ли? - в конце предложения интонация поползла наверх, Диана почти пропищала последнее, потому что сама не могла сложить это в своей голове. С другой стороны в ответ было слышно молчание и тяжелый вздох. «Боже, ну почему именно сейчас. Догадливая моя. Какие к черту друзья». - Мам? Ты где? - Я...да, я здесь. - опомнилась Этери, а потом запрокинув голову наверх и запустив свободную руку в задний карман джинс выдохнула, - Да, Диш, что-то вроде того. - Что-то вроде того это что..? - Не знаю я как тебе объяснить. - нервно протараторила она. - И не хочу, честно говоря. - Вот это доверие у нас оказывается мам. Класс просто. - Диана начинала закипать, а ругаться с дочерью не хотелось вообще и она не долго думая ляпнула. - Это не совсем дружба, Диан. - Тогда что она...а, ооо - Диана начала было говорить, а потом ее как осенило, что брови взлетели до самой линии роста волос. - Чего блин?! Женя и ты? Что? Сколько лет я спала и с каких пор ты у нас... - Диш. - она прервала готовый вот-вот вылиться бесконечный поток. - Я сказала как есть. Не мучай меня вопросами пожалуйста. Я не знаю, что тебе на них ответить сейчас. - Но...В смысле не мучай. Ты издеваешься?! Как это произошло вообще? Вы там в Москве с ума посходили что ли? Это же Женя, мам!! - Вот из-за этого я и не хотела тебя этим тревожить. Потому что именно это не хотела слышать в момент когда я очень уязвима. - Этери говорила резко и отрывисто, пиная все, что попадётся ей под ноги. - Так. Хорошо. Мне это точно надо переварить. Я не...я не испытываю отвращения, извини если тебе так показалось. Ты меня тоже пойми, я очень удивлена. И…я просто не понимаю. - пыталась оправдаться Диана. - Все нормально. Мы поговорим при встрече. А сейчас тебе нужно уже бежать на тренировку, я знаю твоё расписание. - криво усмехнулась блондинка. - Мы ещё как поговорим. Будь уверена. Давай, пока. - по голосу девушки было слышно, что она находится в прострации и очень рассеяна. - Пока, солнышко. - с грустной улыбкой прошептала Этери и сбросила. «Они обе не дают мне никакого шанса на размышления. И если Диша просто не вовремя позвонила, то Женя просто не может иначе. Она всегда была прямолинейной в том, чего хотела». Это была последняя мысль, промелькнувшая в ее голове перед тем как она наконец заставила себя встать из-за стола в рабочем кабинете и поехать домой.