вырастешь - поймёшь

      наверное, не особо трудолюбивый Рихард никогда бы не подумал, что встанет в 6 утра, чтобы подготовиться к рабочему дню. и плевать, первый день или нет - он всегда просыпался за пол часа до выхода из дома, умывался-одевался и уходил, о завтраке и речи быть не могло. но сегодня он действительно встал в 6 часов, тщательно умывшись и поправив непослушные волосы, выбрал одежду, почистил кеды (все-таки туфли - это уже слишком официально) и даже позавтракал, чтобы уж точно не отвлекаться от указаний начальника.       в двух шагах от своего нового места работы Круспе нашёл небольшую кофейню, захватив сладкий Раф для Линдеманна и Макиато для себя. преодолев дистанцию между кофейней и зданием, Рихард громко выдохнул, окончательно настроившись. и было не особо понятно, чего он так переживает.       поднявшись на уже знакомый 21 этаж, Рихард постучал 3 раза, услышав короткое «входите», произнесенное этим родным голосом.       Линдеманн сидел на диване, смотря в окно. его кресло пустовало, пока сам он, видимо, наслаждался видами или одиночеством. когда шатен вошёл, мужчина посмотрел на него и великодушно улыбнулся.       — я бы хотел вам напомнить, Круспе, что в обязанности секретаря кофе не входит. тем более за его личные деньги. — сероглазый принял стаканчик из тёплых рук Рихарда, делая глоток.       — я готов потратить миллионы на ваше кофе, Тилль Вернерович.       Линдеманн довольно улыбнулся, словно ничего другого в ответ услышать не ожидал.       — у тебя… — беловолосый скосил голову набок, скептически оглянув торс Рихарда. он подошёл к шатену, протянув к тому руки, чтобы поправить немного съехавший галстук.       — а в обязанности начальника не входит поправление галстука секретаря, Тилль Вернерович. — хитро прищурив глаза и улыбнувшись, заявил Рихард.       сероглазый хмыкнул, приблизившись к шее Цвена и, обдавая её горячим дыханием, проговорил:       — я могу тебе не только галстук поправить, Круспе. но не буди зверя. — Тилль подался назад, уже собравшись обернуться, но перед ним вновь выросла фигура шатена.       — а я люблю животных и ни капельки не боюсь.       Линдеманн пожал плечами, мол: «ну что ж, сам напросился», и снова подался вперёд, приникая губами к губам Рихарда. второй немного опешил, но поспешил ответить на поцелуй, совершая телодвижение вперёд, чтобы оказаться поближе к начальнику. дорогие часы на его запястье, чёрный костюм с такой же чёрной рубашкой - всё это сводило с ума шатена и не давало ему никаких шансов на выход сухим из воды, олицетворением которой являлись глаза Тилля: спокойные, как море, но в тот же момент в любую секунду могли разбушеваться и начать мощным порывом волн точить любые камни, даже самые стойкие, а те сопротивляться не смогут. конечно, Рихард надеялся, что он ещё не совсем уж «камень», но больше ему ничего не оставалось.       Линдеманн прошёлся кончиком носа по скуле Круспе, заставляя того фактически плавиться в его сильных руках. дверь оказалась заперта в ту же секунду, а шатен - на том самом большом столе из темного дерева.       — Цвен… — беловолосый старается жадно утянуть каждую частичку своего секретаря, наслаждаясь его молодым неопытным телом. — Цвен, ты как хочешь - с презервативом или без?..       — господи, Тилль Вернерович, да ебите вы меня уже как угодно!       Линдеманн открыл дверцу тумбочки, быстро выудив оттуда блестящую квадратную упаковку, которая тут же была раскрыта зубами, и тюбик со смазкой. средство контрацепции сразу было натянуто на твёрдый член, за оголение которого принялся лично Рихард пару секунд назад. он старался снять с Тилля ещё хотя бы что-нибудь, чувствуя себя очень уж оголодавшим по телу давнего друга. рубашка слетела вслед за пиджаком, оголив довольно подтянутый торс Линдеманна. видимо, он всё ещё занимается каким-то видом спорта.       — Цвен, повернись.       шатен не посмел ослушаться, развернувшись так, чтобы живот соприкасался с поверхностью стола. это было что-то за гранью приятного: понимать, что тебя подчиняют и ты не имеешь права отказать, что перед тобой не просто твой сексуальный партнёр - а грубый начальник, а ещё - что сие действо происходит в офисе, где куча народу и все могут услышать, хоть 21 этаж был пуст и включал в себя только кабинет Линдеманна.       — если будет больно - скажешь мне? — так же строго произнёс мужчина, ласково огладив молочную кожу спины Рихарда.       — да.       звонкий шлёпок неожиданно пришёлся на бедро шатена, на что тот вскрикнул.       — как нужно отвечать?       — да, Тилль Вернерович.       — умница.       Линдеманн выдавил на указательный палец немного смазки, чтобы немного разработать анус секретаря. Рихард на такие махинации со своим телом мог лишь постанывать, запрокидывая голову и сжимая пальцы на ногах. когда в парне уже спокойно помещались два пальца, Тилль решил перестать его мучать и наконец дать то, чего он так хотел.       Тилль плавно вошёл в Круспе, сопровождая слияние придерживанием за бёдра, на что шатен ещё громче застонал, царапая поверхность стола. он постарался максимально расслабиться, чтобы Линдеманну было удобнее, а второй в свою очередь уже начал делать довольно резкие, но все ещё осторожные толчки, желая овладеть парнем ещё больше, чем какое-либо время назад.       — не больно? — участливо спросил мужчина, издав глухой стон из-за узости сотрудника.       — больно. но я хочу ещё. - еле как проговорил Рихард, стараясь не закричать на весь кабинет. на самом деле, боль-то не особо и чувствовалась, и Круспе ощущал её только потому, что ещё не окончательно потерял рассудок.       — извини.       — за что?       — за это.       Линдеманн завёл руки шатена за его спину, заставляя того подняться, встав на колени на столе, после чего руками прижал того к себе, жадными толчками стараясь слиться с Рихардом ещё сильнее и оказаться ещё ближе, хоть и ближе было уже некуда. мужчина держал Круспе крепко, и шатен был ему очень за это благодарен, потому что колени и так подкашивались, поэтому он рисковал познакомиться носом с деревянным столом, что было бы не очень приятно. секретарь сначала вскрикнул после очередного толчка, но затем поспешил закусить нижнюю губу. пока Рихард продолжал наслаждаться движениями внутри себя, Линдеманн уже добрался до его детородного органа, осторожно проводя по нему слегка шершавой ладошкой. после нескольких движений вверх-вниз Круспе кончил, запачкав спермой стол, а вслед за ним получил оргазм и Тилль, совершенно не поняв, как это произошло и почему он не заметил близкого окончания.       сероглазый отпустил Рихарда, давая ему чуть больше свободы и выпуская из обхвата руками, но тот что-то невнятно промямлил.       — что? — переспросил Тилль, но сам всё понял, когда шатен чуть не грохнулся со стола. благо, Линдеманн успел поймать его. — боже мой, Цвен, какой ты чувствительный! ты главное в обморок не падай, хорошо?       Круспе прикрыл глаза и криво улыбнулся: так, что можно было принять его за сильно пьяного человека.       когда сознание окончательно вернулось к парню, он уже сидел укутанным в какое-то одеяло и со стаканом Мохито в руках. откуда напиток взялся - он не знает тем более, но и знать ему это, в общем-то, не хочется. а вот насчёт того, откуда взялось это, мать его, одеяло - очень хочется.       — Тилль… — тихонько подзывает Круспе, не сразу заметив, что мужчина сидит на корточках прямо перед ним.       — о, очухался!       — что это одеяло тут делает? где ты его откопал?       — я иногда здесь сплю, прям на диване. не всегда высыпаюсь дома.       — у тебя до сих пор бессонница?       — да. но это не важно. ты сиди пока, отдыхай, пей. а я быстренько сам схожу, заберу нужные документы и вернусь, договорились?       — ладно.       Рихард остаётся смотреть на плавающие в напитке кусочки лайма и мяты, пока Линдеманн выходит из кабинета, не замечая девушку за углом, лицо которой сейчас напоминало спелую клубнику - такое же красное. она пришла сюда минут 20 назад с папкой отчётов, чтобы вручить начальнику и заодно познакомиться с его новым секретарем. девушка не догадалась уйти после первых пяти минут ожидания и стояла здесь, по видимому, всё это время. а насчёт красноты… наверное, обгорела… в ноябре.