Как сложно быть ангелом

Я развалился на земле и зажмурился. — Пожалуйста, я хочу обратно! Я хочу домой! — Твою же мать, за какие грехи? — бурчала девушка, снова силясь подняться. Она встала, потёрла висок и осмотрелась. Сделала пару шагов в сторону какой-то тропинки, по бокам котором были деревья. — Гм. Видимо, мы в парке. — Стой, ты куда? — разволновался я, приподнявшись и смотря на неё. — Пытаться вылезти из жопы, в которой оказалась. — Нет, погоди, не бросай меня одного. Она удивлённо на меня посмотрела. — Тебе память отшибло? Ты забыл, кто я? — Нет… слушай, мы тут вместе оказались, и у нас нет магии. Тебе не кажется, что разделяться в незнакомом мире — неразумно? — По-моему отделиться от кровного врага — вполне. — Ты меня боишься? — Тебя-то? — фыркнула рыжая. — Ты архангел без магии. С чего тебя бояться? — А ты демон без магии. Ты беззащитна. — Как и ты. Она не уходила. Она рассматривала меня с интересом и каким-то детским любопытством. — Ты немного не такой, как другие ангелы. Ох, да что ж я такой толстый-то?! Я еле-еле втянул пузо и отвёл взгляд. — Почему это? Я такой же. — Нет. Ты какой-то… ну, знаешь, — девушка приблизилась и посмотрела мне в лицо. — Ты какой-то добрый. Мягкий. — Никогда толстяков что ли не видела? — буркнул я, пытаясь скрыть живот рукой. Указывать ей на те же недостатки, что у себя, я не рискнул из вежливости. — Видела. Но я про характер и манеру речи говорила. Твою же мать… — Ты меня не знаешь, — промямлил я. — Ты всё равно другой. Ты единственный лейтенант, который пытался уговорить меня, а не избить или убить. Почему? — Ты ведь живая. Каждая жизнь заслуживает уважения, она бесценна. Она ухмыльнулась, но не ответила. Я попробовал встать и пошатнулся от веса собственного тела. Живот значительно смещал центр тяжести, который раньше уравновешивали крылья. Боже, какое же тяжёлое пузо я себе наел. — Ладно, пошли вдвоём, ангел, — вздохнула рыжая, идя к тропинке. — Ладно. Демон. Мы плелись рядом, опираясь на деревья. Я всё пялился на неё и не мог понять, как я не сумел разглядеть там, в хорошо освещённой комнате, двух солидных округлостей, что причисляют её к женскому полу? Их будто и вовсе не было. Как и пышных бёдер и мягкой женственной фигуры. Демон заметила, как я на неё пялюсь. — Чего так смотришь? — Прости, — я смущённо отвёл взгляд. — Я как-то… я не знал, что ты окажешься девушкой. — А что это меняет? Тебя это разве волнует? — Пардон? — Ну разве ангелы — не евнухи? — Кто?! — выкрикнул я возмущённо, оскорблённо, удивлённо и даже с усмешкой слегка. — Т-ты с чего вообще взяла? — Это демонам в армиях говорят, — беспечно пожала она плечами. — Так это не правда? — Нет конечно! Боже, кто это придумал? — усмехнулся я. — Сложно сказать. — Стой, ты служишь в армии? Ты солдат? — дошло до меня. — Типа того, — недовольно буркнула рыжая. — Но… зачем? Она посмотрела на меня с какой-то задумчивостью и мимолётной злостью. — А ты думаешь, меня кто-то спрашивал? Я вдруг ощутил укол вины. Её затащили насильно… как и меня, по большому счёту. — Прости, — тихо сказал я. — Ч… что? — опешила девушка. — Прости, — повторил я, смотря в её лицо. Странно. У неё самое обычное личико, тонкие губы, немного округлые щёчки, немножко присутствовал второй подбородок (почти не присутствовал, если сравнивать со мной, наверное), но глаза… они такие задумчивые, такие печальные. Я присмотрелся к ним и разглядел, что они не зелёные. Они голубоватые с краю, ближе к зрачку ореховые. И такие грустные. Она вовсе не похожа на кровожадных жутких тварей, о которых мне говорили. Она женственная… и не опасная. Не кажется такой. Интересно, как её зовут? — Ты очень странный, — сказала демон, продолжив идти по тропинке. — Разве? — Да. И не похож на солдата. — Я не хотел им быть. — Да ну? — она ухмыльнулась. — Не хотел истреблять орды врагов? — Если я один, то это меня истребят, а не я. Да, я не хотел становиться солдатом. — И стал лейтенантом. — Это вышло случайно… почему я перед тобой оправдываюсь? — Потому что ты попросил прощения. — Этот диалог принимает оборот, о котором я не подумал. — Тогда можем сменить тему. Либо заткнуться. — Ладно, — промямлил я, пока думал, о чём обычно говорят с кровным врагом, которого впервые перед собой видишь и который оказывается вовсе не таким опасным. — А все демоны такие как ты? — А какими нам быть? — Мне говорили, что вы жестокие твари с копытами, огромными рогами, хвостами и жрёте младенцев ангелов. Она засмеялась. — Младенцев! Ангелов! Зачем нам это делать? К тому же, на них совсем немного мяса, ребёнком ты особо не наешься. А правда, что ангелы смотрят на дрочку, когда им поручают хранить человека? — Боже, нет! — засмеялся уже я. — Зачем это делать? — Ну, сами себя-то вы удовлетворить не можете, вот и смотрите. — Я не евнух! Ни один ангел не евнух! Нет, я должен узнать, кто это придумал и зачем! Демон улыбчиво на меня посмотрела. — Видимо, мы два отщепенца, которые не хотели враждовать? — И видимо, оба оказались втянуты против своей воли. — София. — Рафаил. — Приятно познакомиться, — улыбнулась София, протянув мне руку. — Взаимно, — я взял её ладошку и пожал. Ути божечки, какая мягкая! Пухленькая, тёпленькая, хорошенькая, как лапка у кота! Как может такая пышечка с такими мягкими ладошками быть чудовищем и совершать зверские убийства? Ответ прост: не может. Мы вышли из парка к дороге, по которой ехали машины. Это… это где мы? Что это за город? Небоскрёбы, куча серьёзных и торопящихся куда-то людей… боже, как я хочу назад. На небе спокойно, тихо и размеренно, и все друг другу улыбаются при встрече. — Где мы? — спросил я вслух. — Я думаю… гм… Нью-Йорк? Или Лондон, или какой-нибудь Сан-Франциско, или… о, о, вдруг это Париж? Я хочу, чтобы это был Париж! — Зачем тебе Париж? — Я обожаю Францию. Особенно их бриоши, — она мечтательно улыбнулась. — Такие сладкие, мягкие… — С шоколадной крошкой, — облизнулся я. — А если добавить немного орехового или шоколадного масла… — И заказать молочный коктейль или латте с сиропом! Мы пискнули, смотря друг дружке в глаза. — Ты тоже любишь сладкое? — Как его можно не любить? — София чуть не прыгала на месте от восторга. — Ой, а что насчёт булочек с корицей? — С белой глазурью сверху? И с горячим шоколадом? Она взвизгнула и закивала. — И маковые рулеты! — И булочки с брусникой! — Такие со сладким сметанным кремом! — Боже, давай дружить? — Давай! В общем, мы чуть ли не за ручки запрыгали на месте от счастья. Тут я заметил, что на нас всё это время смотрела девушка, что стояла немного поодаль. София тоже её увидела и перестала пищать. У девушки были тёмные короткие волосы, частично скрытые под серой шапкой, спокойное лицо, светлые янтарные глаза, чёрная юбка, футболка и серо-синяя толстовка. Ростом она была чуть повыше демона. — Ой, я помешала? — спросила она невозмутимо. Английский. Либо мы в Великобритании, либо в Америке. — Ты кто? — выпалила демон. — Я? Я Дженнифер Адамс. А где твои рожки? — Ч-чего? — Рожки. Вы двое почти сутки валялись в парке, у тебя были рога с хвостом и крылья, как у него. Только у него белые, а твои красные. Куда дели? — Стой, ты нас видела? — встрял я с шоком. — Ну да. — Я не человек! У меня просто кончилась магия! — обрадовалась рыжая. — Ура, я не смертная! — Откуда тут ангел и демон? — спросила Дженнифер. — Стой, почему тебя это не удивляет? — поинтересовался я, радуясь и соображая, как вернуть себе силы. — Просто, — беспечно пожала плечами Адамс. Ясно, я понял. Это фрик, которого почти ничем нельзя удивить. — Так откуда вы? — Слушай сюда, смертная! — София встала в воинственную позу, указывая пальцем на Дженнифер. — Ты сейчас же скажешь мне… нам, где мы находимся, и ещё найдёшь нам место для ночлега и еду, а иначе я высосу из тебя эндорфины и заставлю убить себя трубочкой для колы! — Хорошо, идёмте, — невозмутимо улыбнулась девушка, идя к светофору. — Это Сиэтл. Можете жить у меня. Я аж растерялся. Это так и работает? Я вдруг понял, что я так фриков обожаю, кто бы знал! София довольно улыбнулась и пошла за девушкой. — Вы мои ангел и демон-хранители? — Э… ну… — Я не ангел-хранитель, архангелы этим не занимаются, — сказал я. — Демоны никого не хранят. Только за хорошую плату. — Какую? Мою душу? Хорошо, я её отдам, но прежде исполни мои желания. Первое… — Я тебе не джин! — возмутилась рыжая. — Мне твоя душа нафиг не упала! — По-моему это грубовато, — заметил я. — Человек нас пожить подобрал, не надо хамить. — Я не хамлю, я возмущаюсь. — Ладно, а ты? — Дженнифер посмотрела на меня. — Ты исполнишь моё желание, ангел? — Смотря что ты хочешь, — я замямлил. Магии-то у меня нет, и я понятия не имею, когда она вернётся, и вернётся ли вообще. — Хочу… гм… о, хочу бесконечный кусок пиццы! И ещё шапочку папы римского. — Я… ладно, я подумаю. — Класс. Так как вас двоих зовут? — Рафаил Гранде. — А тебя, рыжик? — София. Флейм. — Ты типа огненный демон? — Мне типа просто фамилия нравится. — А-а, понятно. Через некоторое время мы пришли к одной из многоэтажек и поднялись на шестой этаж, где Дженнифер впустила нас в свою квартиру. Как мы выяснили, она студентка, квартиру ей снимает отец — какой-то богатый бизнесмен, который три года назад ушёл из семьи и пытается извиниться подобными подачками. Это со слов Адамс. В квартире было три комнаты, София заняла ту, в которой был балкон. Мне досталась спальня поближе к кухне. Дженнифер развалилась на диване в гостиной и потянулась. — Что едят ангелы и демоны? — Конкретно этот демон хочет суши, — сказала София, осматривая квартиру. — А тут уютненько. — А конкретно этот ангел поддерживает, — добавил я. — Ладно, сейчас закажу. Вы пьёте? — Не особенно. — Смотря что, — хитро улыбнулась рыжая. — Коньяк, вино, абсент? — Намешайте. Адамс хмыкнула, потянулась и встала с дивана. — Хорошо, я схожу и куплю выпить и поесть назавтра. Суши привезут через час, курьер постучится в дверь, просто их возьмёте. — Какой пароль от вай-фая? — Пароль. — Какой? — Пароль. — Да какой?! — Да «пароль» говорю! — Ну так и говори! — София полезла в карман штанов и пискнула. — А я… твою же мать, телефон остался в аду! — Потом новый возьмёшь, я пошла. Дженнифер скрылась за дверью. Я и София остались вдвоём. Я сел к ней на диван и откинул на спинку голову. Есть хочется. В животе урчало. Демон улеглась и перекинула ноги через подлокотник. — Ты не знаешь, как нам вернуть магию? — спросила она. — Я у тебя хотел то же самое спросить. Мне кажется, нас рано или поздно найдут… твои или мои. — Или нет. — Гавриил меня не бросит, он наверняка уже собирает ангелов, чтобы вернуть меня домой. — Гавриил? Гавриил Гранде? — напряженно спросила София. — Ты его знаешь? — Он один из генералов небесного войска… он твой родственник. — Он мой брат. Она побледнела. — Что-то не так? — заволновался я. — Как? Как у этого чудовища может быть такой брат? — она с неверием смотрела мне в глаза, приподнявшись на кровати. — В смысле «такой»? В смысле «чудовища»? — опешил я. — Ладно, по сравнению с Михаилом он не чудовище, он так, личинка. — Архангел Михаил — благородный небесный воин. — Архангел Михаил загнал в ловушку две с лишним тысячи демонов и истребил. Они были беззащитны, они даже не хотели воевать. Он сбросил родного брата с неба. Он рассекал беременных и убивал младенцев. — Но… ох, боже… может, он просто… — Гавриил сносил головы прямо на лету, я видела, как он стоял весь в чужой крови, а на самом не было ни царапинки. — Он просто защищал нас. — неуверенно говорил я. Я представлял, что мог творить брат на поле боя, раз сам Михаил нарёк его генералом, но я как-то не думал, что мог творить второй сын Господа. — Защищал? От кого? — От вас вообще-то. — Разве ад нападал первым? — А что, разве нет? Она поджала губы и вздохнула. — Люцифер поднял восстание и пал вниз. Спустя века опять начались бои. Если Преисподняя и сделала первый шаг, то этого не все хотели. Не все демоны желают смерти ангелам. Зачем им? Без света нет тьмы. — Не могу сказать, что не все ангелы желают смерти демонам, — сказал я виновато. — А я могу. Ты вроде не желаешь. — я кивнул. — Поэтому я и не понимаю, как такая добренькая няша может быть братом Гавриила Гранде. Я думала, у него вообще никого нет. — Спасибо за «добренькую няшу», но мне кажется, Гавриил не мог… вернее… — Я поняла, — остановила меня демон. Кажется, она поняла, что я не хочу принимать жестокость брата и архангела Михаила, и избавила меня от убогих попыток оправдать их. — Можно вопрос? — Да, давай, — кивнула София. — Почему ты-то меня не ненавидишь? — А разве ты мне что-то сделал? Зачем мне тебя ненавидеть? — Я брат убийцы. Мой генерал убийца. — Как и мой. Мне ли кого-то за это ненавидеть? — Все демоны такие здравомыслящие? — Заметная часть, — усмехнулась она. — Ты хорошая, София. — Можно Софа. — Можно Раф. Мы разговаривали о мелочах, продолжая знакомиться. А вскоре привезли суши, уплетая которые мы смотрели телевизор. Когда мы наелись, Софа улеглась мне на бёдра и упёрлась щекой в моё брюшко. — Ты такой мягонький. Как розан, — довольно улыбнулась она. Я же стал краснеть. — Ути мамочки, ты засмущался? Ты стеснительный ангелочек, Раф? — Я сейчас уйду, — буркнул я. — Не надо, всё, я молчу, — она улеглась и повернула голову к телевизору. — Розан. Я демонстративно закатил глаза и протяжно простонал. На самом деле мне понравилось, когда она меня так назвала. Но об этом ей говорить нельзя. Мы знакомы один день, она не так поймёт. — Как думаешь, нас скоро найдут? — решил я сменить тему. Она задумчиво вздохнула. — Я не знаю. Мне кажется, нам лучше не показываться вместе. Тебя брат не так поймёт. — А тебя? У тебя разве нет никого, кто станет тебя искать? — Как бы есть, но… лучше бы не было. — голос её стих. — В смысле? — растерялся я. — Неважно. — раздался звонок в дверь. — Я открою. Софа слезла с меня и пошла открывать. Я же отправил в рот парочку суши, рассуждая. Она была грустной… у неё наверное проблемы с близкими. Ой, да, она ведь говорила, что её никто не спрашивал, когда делал солдатом… думаю, это слишком личное. Я глянул на суши, которую собирался проглотить, вздохнул, и положил обратно. Наелся. Девочки расположились с тремя бутылками алкоголя, наливая и мне. Абсент обжёг мне горло, но я вытерпел и даже почти не визжал. Опьянел я довольно быстро. Помню что-то про бухую Софу, которая называла меня «святошей», а я её «грешницей», потом какие-то песни, какие-то маты, и очень сильная боль во всём лице. Утром же я обнаружил себя посреди гостиной с запёкшейся кровью из носа и ссадиной под глазом. Мораль: пить не умеешь — не берись.