Снег в океане

      Утро выдалось достаточно суетливым. Уже с самого начала дня Йоэля преследовало странное чувство, будто что-то не так. Неужели окажется, что и правда должно быть нападение? Или же будет что похуже? Мужчина не мог отделаться от навязчивых мыслей, поэтому весь день бегал туда-сюда, лишь бы хоть чем-нибудь себя занять.       Когда же Олли притормозил короля, тот не сразу понял, что вообще сейчас происходит. Однако Матела всего лишь хотел помочь другу успокоиться и решить, что они будут делать с Йоонасом и Алекси. — Выпьем чаю? Или, может, чего покрепче? — в глазах воина читалась усталость, но не физическая, а моральная. Он устал всегда быть настороже, верить каждому слову богатого человека только потому, что у того есть власть. Он устал повиноваться каждому движению руки знати. Сейчас он хотел лишь окунуться в объятия Порко, забыть обо всех проблемах и вдыхать аромат его волос, чувствовать его мягкие прикосновения и поцелуи в шею. Чувствовать его рядом.       Хоть Олли и был военным капитаном и не раз управлял большим войском, с опытом и разумом, мысли обо всëм, что не касалось службы, можно было увидеть лишь по его глазам. В них чëтко светились картинки его желаний, ярко выраженные эмоции и реальное отношение к человеку. Если знать все тонкости проявления его чувств, Олли можно было читать как открытую книгу, что, собственно, сейчас и делал Хокка. — Давай лучше только чай, я обязан оставаться серьëзным, а ты знаешь, как алкоголь на меня влияет, — ответил Йоэль. Конечно, Матела знает. Знает, что всë зависит от окружающей атмосферы. Если будет хоть намëк на веселье, то король будет громко смеяться и вести себя развязно. Но если никого не было рядом, тот способен был пролить слëзы даже из-за мелочей.       Попросив слугу принести чай, мужчины удобно уселись в кабинете правителя. Между ними воцарилась тишина, но она не была давящей, а, наоборот, комфортной. Сейчас настало то время, когда можно спокойно выдохнуть и немного расслабиться. Когда же принесли заварник и две кружечки, друзья сделали пару глотков и решили не затягивать с важным разговором. — Так что мы будем делать с Алекси и Йоонасом? — Олли всë же не мог ничего требовать от Хокка, поэтому решил начать достаточно мягко. — Нужно дождаться ответа от соседних стран, а потом будем смотреть дальше. Ты же понимаешь, что если и правда будет нападение, то Алекси и Йоонас будут нам только мешать? — Матела кивнул, хотя в душе ему хотелось рвать и метать. Неужели даже в таком положении стоит бросать их на попечительство человека, который бьëт их и не кормит днями? Но перечить он не стал, а лишь потупил взгляд. — И что же, если окажется, что фон Вайолет врал?.. — воин не стал продолжать, это за него сделал правитель. — То мы сразу же соберëм отряд и арестуем его, а Алекси и Йоонаса заберëм, — Хокка положил свою ладонь на руку Олли. — Всë будет хорошо, поверь мне.       На самом деле король и сам сомневался в своих словах, но он верил, что из любой ситуации они смогут выбраться. Все вместе.

***

      Уже ближе к обеду и послеобеденному времени начали приезжать послы из соседних стран. Конечно, по давним традициям каждого из них кормили и согревали, а так же готовили лошадей к обратной дороге. Такая доброта всегда была свойствоенна правителям Финляндии, но иностранцы всë равно приходили в восторг от такого гостеприимства холодного короля Севера.       И с каждым новым гостем Йоэль поражался всë сильнее и всë чëтче вырисовывалась картинка в его голове. Каждый правитель нашëл минутку, чтобы уверить короля в том, что всë в порядке и ни о каком нападении и речи не шло. Конечно, Хокка был им очень благодарен, ведь их отзывчивость и правда помогала, но всë же одно оставалось неизвестным: зачем фон Вайолет соврал? какая ему была от этого польза?       Время близилось к закату, король расхаживал по своему кабинету, всë тщательно обдумывая. — Все послы сказали, что никакой войны не намечается. Это понятно, что купец соврал, но зачем? Я всë никак не пойму этого, — Йоэль говорил с Олли, но ни разу на него не посмотрел. — Может, личная неприязнь к тебе? Или он захотел отобрать власть? —Матела же лишь ждал момента, когда уже сегодня он обнимет Порко и больше не отпустит. Всë же, как бы он не отрицал свои чувства, он не мог им сопротивляться. Всë тайное и глубоко скрытое становится явным. — Возможно, — король всë так же ходил по комнате, но вдруг остановился и перевëл взгляд прямо на воина. — А чего ты сидишь-то? Иди отряд собирай, через полчаса чтобы уже всë было готово. — Хорошо, Ваше Величество, — Хокка мог поклясться, что увидел, как зажглись огоньки в глазах Олли, и это не могло не принести ему уверенности и внутреннего покоя. Однако всë же мысли об Алекси не покидали его.       Йоэль ни разу не навещал его у купца, да и думать о любимом особо не было времени, только холодными вечерами. Мужчина был в смятении, ведь немного не понимал значения всех этих событий и что они влекли за собой. Он лишь хотел, чтобы отношение Каунисвеси к нему не поменялось и всë вернулось в норму, как было до его отъезда. Тем не менее, он и эти мысли решил оставить, чтобы сильно не волноваться. Собравшись, правитель вышел на крыльцо и увидел Олли и отряд из десяти человек. — Куда так много? Пяти хватит, — вдыхая свежий вечерний воздух, сказал король, и Матела тут же отправил половину солдат на попутную. Затем их отряд отправился по уже знакомому маршруту к поместью купца.       Во время пути никто не проронил ни слова, однако по приезде правителю всë же пришлось сказать напутственную речь о том, что изначально с ними пойдут только двое солдат, но если что-то пойдëт не по плану и королю понадобится помощь, то оставшаяся часть подоспеет. Всë же Йоэль надеялся, что такого небольшого количества им хватит.       Пройдя пешком до входа в дом, друзья постучались и ждали, пока им откроют дверь. К их счастью, а, возможно, и сожалению, дверь открыл сам купец, который тут же поприветствовал короля и пропустил их внутрь. Даже солдаты смогли пройти. — Финеас фон Вайолет, вы обвиняетесь в измене великому Финляндскому королю и Финляндскому Королевству. Поэтому сейчас вы проедете с нами и понесëте наказание, — Матела говорил ровным и спокойным тоном, ведь знал, что противоречий возникнуть не могло. Однако прикосновение холодного металла к его шее ввело его в ступор. Окинув комнату взглядом, Олли всë-таки всë понял. — Нет, Йоэль, это засада, он хочет убить тебя и отдать трон своей дочери, — казалось, из неоткуда появился Алекси, из глаз которого лились крупные слëзы. Его тоже схватили, но он пытался сопротивляться, хотя чувствовал себя совершенно беспомощным.